Глава 48

Я открыла глаза и увидела полуразрушенную комнату. Руфф лежал на полу около стены, куда его отбросило, Исия забилась под стол и сидела там, прижав колени к подбородку. Рагнар стоял рядом с нарисованной руной, руки и ноги его были покрыты чешуёй, по лицу пробегала золотистая рябь.

Оглядевшись, я поняла, что всё ещё нахожусь в центре руны вместе с Фисой. Руна не умерла, в ней всё ещё жила та ядовитая скверна, которая была способна уничтожить любого, даже самого сильного дракона. Посмотрев на неё целительским зрением, я увидела, как пульсирует слабый багровый свет. Это значило, что проклятие не снято, круг не замкнут.

В комнату ворвался Эрик, за ним слуги, которые пытались подхватить Рагнара под руки. Я посмотрела Эрику в глаза. «Всё началось с тебя, всё должно закончиться тобой». Я помнила эти его слова, и он тоже помнил их.

Я отпустила Фису и попыталась подняться. Чтобы разорвать это проклятие, убивающее Рагнара, мало просто подчинить скверну, нужно выжечь её полностью. И сейчас, когда Руфф оставил мне основу, с помощью которой он хотел выжечь дракона из тела Рагнара, я могла всё исправить. Мы могли это исправить. Я посмотрела на Фису, но она лишь замотала головой. Моя маленькая девочка, в её возрасте, когда обычные дети бегают с детворой, она понимала слишком много в этой жизни.

– Я знаю, что делать.

Поднявшись, я вытолкнула Фису за пределы руны.

– Нет! – Рагнар понял, попытался шагнуть ко мне, но я собрала все свои силы, мощь двух стихий, таких разных магий, и зажгла огонь перед ним. – Не смей, Изабелла!

– Это единственный способ, – холодно ответила я. – Фиса, замкни круг, не дай им выйти.

По лицу Фисы катились слёзы, но она развела руками, заставляя чёрные нити, которые ещё были живы, подчиниться. Они собрались в пучок, который замкнулся в подобие венка вокруг меня.

– Забери её! – крикнула я Эрику, и тот подхватил брыкающуюся Фису и отошёл с ней к Рагнару.

– Оно убьёт тебя! – кричал Рагнар, и в голосе его слышалось отчаяние. – Изабелла, я запрещаю тебе это делать! Я не позволю.

– Ариадна, – в последний раз поправила я его.

Я смотрела в его глаза и видела страх. Не за себя, а за меня. Больше семи лет я не видела этого в его глазах.

– Я, Ариадна Цераиди, сиделка Ордена Целителей, сама приняла решение.

– Ариадна! – кричала Фиса в руках Эрика.

– Дорогая, ты должна мне верить, как и всегда.

– Я верю.

Фиса перестала брыкаться и теперь только всхлипывала на руках у Эрика. Я встала ровно по центру нарисованной руны, чувствуя, как по ногам начинает подниматься скверна. Боль от её присутствия несравнима ни с чем. Она выжигает тебя изнутри, расползается по телу, ломает кости и приносит просто невыносимую боль даже от одной небольшой нити. Сейчас же вокруг меня сгущался клубок скверны, обволакивая меня всю.

– Я не позволю тебе умереть!

Рагнар рванулся ко мне, пытаясь пройти через толщу огня, но целительский огонь для того и создан, чтобы ограждать от любого вторжения.

– Я не умру. Обещаю.

Чёрные нити стягивались вокруг меня, сжимая тело, вытягивая магию. Я чувствовала, как они проникают под кожу, забирают жизнь. Наконец чёрные нити стали сжимать горло, лишая воздуха, свечи в комнате заморгали, или это моё сознание начало отключаться, я уже не могла понять. Когда тьма поглотила меня всю, я выпустила свою силу. Ту, которую скрывала, ту, которая была опасна для всех, которая могла как убить, так и оживить. На полную мощь. Не сдерживаясь. Сила лилась из меня, сжигая по пути чёрные нити, которые опадали, словно пиявки, шипя и извиваясь.

Я чувствовала поток, который льётся из меня, ослепительный и пронзительный, он раздваивался, растраивался и распадался на части. Но даже этого было недостаточно. Я отдавала всё, но чувствовала, что силы начинают быть не равны, что я проигрываю и отступаю перед этой силой.

И тут я почувствовала сильный толчок. Открыв глаза, я увидела Рагнара. Его пальцы, сжатые в кулаки, стали покрываться чешуёй, как живым золотом, переливаясь в пламени свечей. За его спиной поднималась тень, огромная, чёрная, крылатая. Через секунду передо мной стоял золотой дракон, опираясь на четыре мощные лапы. Он прошёл через благодатный огонь, словно его и не было, ухватился зубами за нити, опутывающие меня.

Они рвались, одна за другой, с треском, словно стонали от своей кончины. На последней руна засветилась белым светом и погасла.

В этот момент башня начала рушиться.