Глава 17

Месяц после того, как Мэриус превратился в дракона и сорвал мою свадьбу с послом, прошёл как в тумане.

Мы готовились к войне. Каждый день — тренировки, советы, споры. Магистры учили солдат новым заклинаниям, кузнецы ковали мечи, портные шили форму. Я носилась между казармами и дворцом, как загнанная лошадь. Мэриус помогал — без магии, но с опытом бывшего советника. Лира рисовала — карты будущих битв, расположение вражеских войск, слабые места имперских магов.

— Они придут через три дня, — сказала она однажды утром. — С юга. С армией в десять тысяч.

— Десять тысяч? — переспросил Мэриус. — У нас пять.

— Я знаю, — ответила Лира. — Поэтому вы должны быть умнее.

— Умнее не значит сильнее, — сказал я.

— Значит, — ответила она. — Вы — дракон, Жница и пророк. Вы сильнее любой армии.

Я смотрела на свои руки. Когда-то они светились чёрной магией Жницы, потом серебряной — Мэриуса. Теперь они были просто человеческими. Моя сила угасла в тот момент, когда я активировала ловушку в тронном зале. Я отдала её, чтобы убить короля. И не жалела. Но теперь, перед лицом новой угрозы, я чувствовала себя голой.

— Ты боишься? — спросил Мэриус, когда мы остались вдвоём.

— Да, — ответила я. — Боюсь, что не смогу защитить Лиру. И тебя.

— А себя?

— Себя — нет, — усмехнулась я. — Я уже была мертва. Несколько раз.

— Ты бессмертна? — спросил он.

— Я просто везучая.

Он обнял меня. Его тело было тёплым, сильным. Я чувствовала под рубашкой его мышцы и шрамы.

— Мэриус, — сказала я.

— Мм?

— Если дракон проснётся в тебе снова… ты сможешь его контролировать?

— Не знаю, — честно ответил он. — В прошлый раз я действовал инстинктивно. Увидел тебя у алтаря — и потерял голову.

— А теперь? Теперь ты будешь сражаться осознанно?

— Постараюсь, — сказал он. — Но драконья сущность не подчиняется разуму. Она живёт эмоциями.

— Тогда думай о Лире, — сказала я. — О том, что ты защищаешь её. Это поможет.

— А если я буду думать о тебе?

— Это поможет ещё больше, — улыбнулась я. — Или навредит.

— Почему?

— Потому что ты можешь взбеситься, если меня ранят.

— Ты права, — кивнул он. — Тогда буду думать о Лире.

За два дня до битвы посол прислал письмо.

«Я даю вам последний шанс, — писал он. — Сдайте дворец и признайте мою власть. Тогда я сохраню жизнь Лире и сделаю её своей наследницей. Сайфер может остаться при ней как няня. Мэриус будет изгнан, но не казнён. Если вы откажетесь — армия империи сотрёт вас с лица земли».

— Что ответим? — спросил Мэриус.

— Скажи ему, что я предпочитаю быть няней, — ответила я. — Но не при тиране.

Мэриус написал ответ. Короткий. «Приходите и умрите».

Посол не ответил.

В день битвы мы встали на рассвете.

Небо было серым, холодным. Ветер нёс запах дождя и крови. Армия империи стояла на южных холмах, за рекой. Десять тысяч солдат, сотня магов, десяток боевых големов. Посол — в золотых доспехах, на белом коне.

У нас было пять тысяч солдат, тридцать магистров и мы. Я, Мэриус и Лира.

— Лира останется во дворце, — сказала я. — Это не её битва.

— Я нужна там, — ответила девочка.

— Ты нужна живой, — сказал Мэриус.

— Если вы проиграете, я умру следом, — ответила она. — Так что лучше я буду с вами.

— Нет.

— Да, — она упрямо поджала губы. — Я королева. Я имею право.

— Ты ребёнок, — сказал я. — У тебя нет права умирать.

— А у тебя есть?

Я замолчала.

Она осталась.

Войска выстроились на поле перед стенами. Мы стояли на холме — я, Мэриус, магистры. Лира — чуть позади, в окружении телохранителей.

— Они идут, — сказал Мэриус.

Армия империи двинулась вниз по склону. Тысячи ног, сотни копыт, грохот барабанов. Земля дрожала.

— Подожди, — сказала я, когда Мэриус хотел броситься вперёд. — Пусть подойдут ближе.

— Наша конница не выдержит.

— Наша конница умная, — ответила я. — Я учила их.

Я подняла руку. Сигнальщик затрубил. Наша конница — тысяча всадников — разделилась на две части и ударила во фланги, не в лоб.

Имперцы замешкались. Их передние ряды смешались.

— Теперь! — крикнула я.

Мэриус взмыл в небо.

Он превратился, и это было красиво — его тело ломалось, росло, покрывалось чёрной чешуёй. Крылья расправились, пасть извергла пламя. Дракон. Настоящий дракон.

Он рухнул на центр имперской армии, сжигая десятки солдат за секунду.

— Вперёд! — закричала я.

Наша пехота побежала.

Я — с ними.

Я не была бойцом без магии. Но я была солдатом. Я умела держать меч, уворачиваться, бить. Рядом со мной сражались магистры, сдерживая вражеских магов.

— Дракон! — крикнул кто-то. — Убейте дракона!

Маги империи направили свою силу на Мэриуса. Сотни заклинаний ударили в него, но чешуя была крепкой.

— Слабовато! — прорычал он и сжёг ещё один отряд.

Я пробивалась вперёд, к центру, где на холме стоял посол в золотых доспехах.

— Сайфер! — крикнул он, увидев меня. — Ты пришла?

— Я пришла убить тебя, — ответила я.

— Попробуй.

Он активировал артефакт — такой же, как у короля, но больше. Чёрная энергия ударила в меня.

Я откатилась, подняла щит — остатки магии Мэриуса выдержали удар.

— Ты слаба, Жница, — сказал посол. — Твой дар угас. Ты никто.

— Я — регентша, — ответила я. — Это не требует дара.

Я бросилась на него. Меч скрежетал о его доспехи. Он был сильнее, быстрее, но я была злее.

— Сдохни! — крикнула я.

Он отбил удар, ударил меня магией в грудь. Я отлетела, врезалась в землю.

— Сайфер! — закричал Мэриус в вышине.

— Не отвлекайся! — крикнула я в ответ.

Я встала. Ребра болели, но я могла сражаться.

Посол тем временем начал читать заклинание. Тёмное, древнее. Я узнала его — призыв демона.

— Остановите его! — крикнула я магистрам.

Но было поздно. Земля разверзлась, из трещины поднялась фигура. Чёрная, с рогами, с огненными глазами. Демон.

— Ты позвал меня, смертный? — спросил он.

— Убей их, — приказал посол. — Всех.

Демон оглядел поле боя.

— Много душ, — сказал он. — Вкусных.

Он заметил меня.

— Жница, — прошептал он. — Я чувствую твой запах.

— Я не Жница, — ответила я. — Мой дар угас.

— Не угас, — усмехнулся он. — Он спит. Я разбужу его.

— Не надо.

— Слишком поздно, — он сделал шаг ко мне.

Мэриус спикировал сверху, заслоняя меня. Демон ударил его чёрным пламенем. Дракон закричал, упал.

— Мэриус!

Я бросилась к нему. Он лежал на земле, превращаясь обратно в человека. Кровь текла из множества ран.

— Живи, — прошептал я. — Пожалуйста, живи.

— Сайфер… — его голос был слабым. — Демон… сильный…

— Я справлюсь.

— Нет… он тебя убьёт…

— Я не дам.

Демон подошёл ближе.

— Жница, — сказал он. — Я предлагаю сделку. Ты отдаёшь мне девочку — ту, что с белыми волосами. А я убиваю посла. Вы свободны.

— Нет, — ответила я.

— Лира не стоит твоей жизни?

— Моя жизнь не стоит её.

— Глупая, — усмехнулся демон. — Тогда умри.

Он занёс руку для удара.

Я встала между ним и Мэриусом.

— Убей меня, — сказала я. — Но не трогай их.

— Как пожелаешь.

Он ударил.

Чёрная энергия вошла в меня, как нож в масло. Я закричала — от боли, от ярости, от отчаяния.

Но вместо смерти я почувствовала голод.

Голод Жницы.

Тот самый, который был на острове. Который я заглушала, который умер, когда король украл мою силу. Он вернулся.

И он был сильнее.

— Что… — начал демон.

Я подняла руку.

— Ты хотел мою силу, — сказала я. — Получи.

Я высасывала его. Всё. Его магию, его жизнь, его сущность. Он кричал, пытался вырваться, но я держала крепко.

— Нет… — прохрипел он. — Нельзя… я демон… я бессмертен…

— А я Жница, — ответила я. — Я пью бессмертие.

Он рассыпался в прах.

Всё.

Демона не стало.

Я стояла над его останками, и мои глаза горели белым. Не чёрным, как раньше. Белым, как у небожителей.

— Сайфер… — прошептал Мэриус.

Я посмотрела на него. Моё тело изменилось. Я чувствовала, как течёт по венам сила — чистая, древняя, божественная.

— Что я? — спросила я.

— Полубогиня, — ответил он. — Ты стала больше, чем Жница.

— Я боюсь, — сказала я.

— Не бойся, — он попытался встать, упал.

Я подхватила его.

— Ты истекаешь кровью, — сказала я.

— Знаю, — ответил он. — Но для тебя я умру позже.

— Не смей умирать.

— Не буду, — он улыбнулся.

Я оглядела поле боя. Имперцы бежали. Наши солдаты преследовали их. Магистры сковывали вражеских магов.

Посол стоял на холме — один, без демона, без магии.

— Сдавайся, — сказала я.

— Никогда, — ответил он.

Он выхватил меч и бросился на меня.

Я не стала уклоняться. Я поймала его меч голой рукой — лезвие не порезало меня. Моя кожа стала прочной, как чешуя дракона.

— Как… — прошептал он.

— Я полубогиня, — ответила я. — И ты мне не страшен.

Я сломала его меч.

— Убей меня, — сказал он. — Или отпусти.

— Я тебя не убью, — сказала я. — Ты будешь жить и помнить.

— Что помнить?

— Что Жница стала богиней, — ответила я. — И что твоя империя теперь платит мне дань.

Я повернулась к нему спиной.

— Убирайся, — сказала я. — Передай императору: если он ещё раз сунется на наши земли, я приду и выпью всю его магию до последней капли.

Посол побежал.

Я стояла на поле боя, среди трупов и крови. Мои глаза всё ещё горели белым.

— Сайфер, — позвал Мэриус. — Иди сюда.

Я подошла, опустилась рядом.

— Ты как? — спросила она.

— Лучше, чем выглядят, — ответил он. — А ты?

— Я стала богиней, — сказала я. — И не знаю, радоваться или плакать.

— Радуйся, — сказал он. — Мы живы. Лира жива. Армия разбита.

— Я убила демона.

— Ты спасла нас, — поправил он.

Лира подбежала к нам, обняла.

— У тебя глаза белые, — сказала она.

— Знаю, — ответила я.

— Красиво, — сказала она. — Как звёзды.

— Я не хочу быть звездой, — ответила я. — Я хочу быть человеком.

— Ты им и останешься, — сказал Мэриус. — Если захочешь.

— А если не захочу?

— Тогда будешь богиней, — ответил он. — Но я всё равно буду любить тебя.

Я улыбнулась. Мои глаза стали обычными — серыми, человеческими.

— Как ты это сделала? — спросила Лира.

— Не знаю, — ответила я. — Просто захотела.

— Ты можешь переключаться?

— Наверное.

— Научись, — сказала она. — Богиня полезна в бою, а дома лучше человек.

— Согласна, — ответила я.

Мы пошли во дворец.

Поле боя осталось позади. Дым, крики раненых, запах смерти. Но мы были живы.

И это было главное.

Ночью я сидела на балконе своей спальни. Звёзды светили ярко. Я смотрела на них — и они смотрели на меня.

— Ты не спишь? — спросил Мэриус, выходя следом.

— Думаю.

— О чём?

— О том, кем я стала.

— Ты стала собой, — сказал он. — Только сильнее.

— А что, если я не смогу контролировать эту силу?

— Сможешь, — ответил он. — Ты всегда всё контролировала.

— Не всегда, — сказала я. — Я чуть не вышла за посла.

— Но не вышла, — он улыбнулся.

— Благодаря тебе, — ответила я. — Ты превратился в дракона.

— Я превратился в дракона, потому что люблю тебя, — сказал он. — Как и ты стала богиней, потому что любила меня.

— Ты думаешь, любовь делает нас сильнее?

— Я знаю, — ответил он. — Без любви мы были бы просто людьми. Ничтожными, слабыми, мёртвыми.

— Сейчас мы не мёртвые, — сказала я.

— Сейчас мы живые, — согласился он. — И это чудо.

Мы стояли на балконе, обнявшись. Луна светила, город спал.

— Что теперь будет? — спросила я.

— А что ты хочешь?

— Я хочу мира, — сказала я. — И хочу быть с тобой. И с Лирой.

— Это возможно, — ответил он. — Ты — регентша. Я — твой советник. Она — королева.

— А дракон и богиня?

— Будут спать до поры, — сказал он. — Пока не понадобятся снова.

— Ты уверен?

— Нет, — ответил он. — Но надеюсь.

Он поцеловал меня.

В ту ночь я спала спокойно. Без снов.

Потому что богиням не снятся кошмары — они сами их создают.

Или уничтожают.