17

— Так кто ты такой, а, Веретенников Артем Дмитриевич?

— Я же тебе сказал — обычный тренер, у меня несколько спортивных залов. Этот, — он указывает на дверь, — Личный зал, скажем так. Тут я очень редко тренирую тех, кто не хочет светиться.

— Ого... – только и отвечаю я, сама же занята совсем другими мыслями. А именно, какого черта я тут делаю, когда где-то там далеко Лике так нужна моя помощь?!

— Но это бывает очень редко, в основном я здесь бываю один. Здесь тихо, можно спокойно поработать.

— Над чем же ты работаешь?

— Секрет. — загадочно произносит он, но видя мое недоумение, смеется, — Да ладно... Залов-то много, везде есть управляющие, но за всеми глаз да глаз, иначе никак.

— Ясно.

Пью кофе, чувствуя на себе его изучающий взгляд.

— А вот кто такая ты? Ничего не хочешь мне рассказать?

Удивленно поджимаю губы.

— С какой стати? – излишне грубо спрашиваю в ответ, но тут же мягче добавляю, — Что я должна тебе рассказать и почему?

— Ну например, какую дорожку перешла Бруно?

Качаю головой и пожимаю плечами, но вряд ли могу обмануть его.

Впрочем, я и правда точно не знаю, какую дорогу перешла, хоть и догадываюсь.

Молчание начинает угнетать, точнее напрягает оглушительная тишина между нами. Напряжение чувствуется все острее и тогда Артем делает шаг по направлению ко мне. Присаживается слишком близко и накрывает мою руку своей.

— Расскажи, не бойся. Я твой друг.

Заглядывает в глаза, отчего я тут же инстинктивно отстраняюсь, но он перехватывает меня и успокаивающе гладит по плечу.

— Я правда твой друг, могу я чем-то помочь?

— С чего ты взял, что мне нужна помощь?

— Ты хорохоришься, но в глазах такая тоска и страх...честно говоря я никогда не видел таких глаз.

Тушуюсь, не зная, как реагировать на его слова. Неужели и правда у меня вид загнанной в угол? Боги, вот уж не думала, что все так плохо...

— Я...

Молчу. Не решаюсь продолжить. Одному уже рассказала, отцу Стаса Аверкина, хватит. Я сама решу свои проблемы, он просто разводит меня, вряд ли ему на самом деле так уж интересно решать чужие дела.

— Спасибо за кофе, правда, но мне пора домой. Проводишь?

— Домой? Ты же в гостинице живешь? Не нужно тебе туда, думаю, что люди Бруно немного огорчились появлению ментов и теперь поджидают тебя в номере, чтобы поквитаться.

Говорит с усмешкой, но в голосе и впрямь проскальзывает беспокойство.

— Думаешь мне не стоит там появляться? Куда же мне идти? К тому же, там мои вещи...

Лукаво косится на диван, пряча улыбку.

— Предлагаешь остаться тут? Серьезно?

— А почему нет? Здесь тепло, светло и безопасно. Что еще надо? А за вещами мы вместе съездим завтра утром.

— Черт! Теперь еще и от них скрываться! — неосторожно восклицаю я и тут же прикусываю язык, поняв, что сболтнула лишнего.

— Еще и от них? А есть другие?

Цокает языком и достает из мини-бара бутылку виски.

— Кажется, кому-то не помешает расслабиться.

— Ага... так и ждёшь, что я сознаюсь во всех печалях? — против воли все-таки улыбаюсь.

Пожимает плечами.

Похоже он прав, мне нужно расслабиться и просто ни о чем не думать. К черту всех этих парней с их охотой на меня, ну или на моего брата. К черту деньги, убийства и розыски. Мне нужно хотя бы сегодня побыть самой собой, и может быть даже выспаться.

- Ну так что? Остаешься?

В ответ молча киваю. Говорят же, что алкоголь помогает уснуть. Пожалуй проверю...

* * *

Утро приносит головную боль и дикую жажду. Хотя кто сказал, что сейчас утро? Окон в этой комнате нет, и только внутренние часы намекают, что пора вставать.

Рядом нащупываю тумбочку, на которой кто-то заботливо оставил графин с водой. Не открывая глаз делаю живительный глоток и сквозь шум в ушах слышу плеск воды за створкой двери, ведущей в санузел.

Вчера мы до трех утра болтали о всякой всячине, но ему так и не удалось меня разговорить, сколько бы он не подливал. В какой-то момент Артем плюнул на это неблагодарное дело, включил музыку, и мы под хохот и пьяный угар танцевали, слившись в объятиях. Правда, к его чести, нужно заметить, что до поцелуев дело так и не дошло. Не говоря уже о более серьезных шагах.

Как только я сближалась с ним, перед глазами все время вставал образ Илона в его загадочной и волнующей маске, и я тут же устранялась от Артема. Не могу. Точнее могу, но не хочу. Вернее сказать, я запуталась и меньше всего мне хочется сейчас заводить романы, да к тому же подвергая его жизнь опасности.

— От меня нужно держаться подальше, — пробормотала я и предложила ложиться спать.

Спорить он не стал, застелил мне диван, а сам лег на полу, хотя я и пыталась робко позвать его к себе чисто из чувства долга.

— Ну уж нет! Тогда я точно не сдержусь, и ты потом будешь винить меня в своём грехопадении. Я предпочитаю, чтобы девушки сами прыгали ко мне в койку...

Сказал вроде бы смеясь, но что-то в его голосе заставило ему поверить.

И вот сейчас я мучаюсь головной болью и похмельем, но с удивлением осознаю, что и правда в первые за долгое время спала без задних ног без страшных сновидений и панических атак.

— Проснулась?

Артем выходит из душа в чем мать родила и я в панике отворачиваюсь.

— Извини, забыл полотенце в шкафу, — ухмыляясь произносит он, а я понимаю, что он намеренно это делает.

— Переживу… - бурчу под нос и злюсь на себя за то, что позволяю ему такие вещи.

Черта с два. Поворачиваюсь обратно и делаю вид, что не вижу его голый зад, пока он ищет полотенце.

— Ты идешь? - не оборачиваясь, кидает мне белоснежный махровый халат, на вид абсолютно новый, и я, так и не придумав ответ, хватаю его и топаю в душ.

— Козел... - шепчу все же довольно тихо, чтобы Веретенников не услышал, но кажется он смеется за спиной, явно расслышав мои слова.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

* * *

Из душа возвращаюсь вновь чувствуя себя человеком, и с удовольствием вдыхаю запах кофе.

На столе возле уже убранного дивана поднос с бутербродами, стакан сока и откуда-то взявшаяся банка с розой. Искусственной.

Качаю головой, но капризничать совсем не хочется. Не в том я положении и настроении.

— Ну так что, даже несмотря на все мои старания и хорошее поведение, ты еще не надумала рассказать мне о своих злоключениях и о том, что привело тебя в наш славный город?

— Я... — только хочу как-то отшутиться, как звонит телефон.

Номер незнаком, но я все равно беру трубку.

— Да. Алло...

Слышу взволнованный женский голос.

— Екатерина? Это Маша из магазина.

— Из какого магазина? — не сразу понимаю я.

— Ну из «Ларька», вы позавчера у нас были, спрашивали про какого-то Валеру.

— Ах да, я поняла. Что-то случилось? Начальство приехало?

— А? Какое начальство? А-а-а, нет... я по другому поводу. Богдана у нас убили.

— Да вы что? Какой кошмар!..

Не знаю, что еще сказать, вернее, что я должна сказать-то?

— Эээ...и?

— Ну...просто вы вроде с ним разговаривали, вот я и подумала, что вам будет интересно узнать.

— А, ну да. Спасибо.

Выходит, как-то грубо что ли. Я просто не понимаю, зачем мне знать, что парня убили? Жалко, конечно, мальчишку, молодой совсем и на вид вроде безобидный, но что я могу сделать?

— Ой, ну я дура! Да вы, наверное, думаете на фига я вам звоню?

Молчу, потому что именно так я, собственно, и думаю. Но не говорить же ей об этом. Тем более она и сама все понимает.

— Короче. Дело вчера было. Богдан подошел ко мне и попросил ваш номер. Типа он видел, что вы оставляли мне на бумажке телефон.

— Он не объяснил зачем?

— Да мне неинтересно если честно было. Спросил и спросил, может про этих ваших парней вспомнил что-то. Короче я дала. Потом видела, как он что-то строчил в телефоне, ну думаю, вам, наверное. А потом, часов в семь вечера, как нам сказали, его кто-то ножом прям в сердце убил.

— Да вы что?

Догадка только формируется, не сразу понимаю, как может быть все это связано со мной, но уже спрашиваю, где это произошло.

— Недалеко от Смоленского кладбища. Прикиньте? И зачем он только туда поперся? Живет-то вообще в другой стороне.