Глава 4

Глава 4

На палубе было пусто, и когда варвар поставил Илис на ноги, девушка осталась на месте, глядя на Керта исподлобья. Она тяжело дышала, истощив свои невеликие силы попытками освободиться.

Он смотрел на неё с нечитаемым выражением на лице, и Илис, настороженно глядящая на него, готова была рвануться прочь, шагни он навстречу.

Но варвар не двигался.

-Там есть тёплая вода, - сказал Таур Керт ровно, кивнув на закуток, огороженный куском паруса. – Но береги её, больше не получишь.

Пару секунд она ещё не сводила с него взгляд, ожидая подвоха, потом осторожно двинулась к загородке. И вздрогнула, когда он спросил:

- Может быть, ты хочешь сначала искупаться?

- Нет, - коротко и враждебно ответила она.

Таур Керт чуть пожал плечами. Что ж, как хочешь, гритка.

Девушка торопливо разделась за парусом. Воды было слишком мало, чтобы обмыться целиком, но всё же она помогла избавиться от ужасного запаха, который преследовал Илис. Полотенца не было, и девушка замерла обнажённая на свежем ветру, трепавшем парус. Влажная кожа тут же покрылась мурашками. Илис уже потянулась за бельём, когда варвар бесцеремонно отодвинул край загораживающего её паруса.

- Держи, - грубовато сказал мужчина, протягивая девушке кусок чистой ткани. – Вытрись.

Илис схватила тряпку, одновременно резко задёргивая кромку паруса перед носом варвара.

Тот усмехнулся, протягивая руку, но остановил себя. Соблазн отдёрнуть парус, напомнить, что ей уже нечего от него скрывать, после того, как она отдалась ему на жертвенном круге, был велик, но её ослепительное нагое тело было так притягательно, что Таур Керт боялся не устоять и снова овладеть ею, причиняя ненужную боль.

Варвар неохотно отступил, возбуждённый увиденной на мгновение высокой грудью с затвердевшими от холода камушками сосков, мягкой округлостью стройных бёдер, плоским девичьим животом, ярким цветком рыжего лобка над нежной развилкой стройных ножек.

Она была совершенна в своей юной красоте, и если бы он был уверен, что сможет совладать со своим желанием, не сдался бы так просто, пока не рассмотрит её всю. Такие женщины существуют, чтобы любоваться ими. В жизни Таура Керта было слишком много крови и мало красоты.

Ничего, ещё будет время это изменить. У него дома гритка будет ходить исключительно голой.

Варвар коротко свистнул, и когда появился Зелин, приказал:

- Отведи её в каюту.

- Оставить ей свечи? – спросил лекарь.

- Ни к чему. Там и так нечем дышать. Но ты можешь выводить её гулять днём и мыться ночью.

- Хорошо, мой господин, - склонил голову раб.

Варвар кивнул лекарю и ушёл.

Зелин терпеливо ждал, прислушиваясь к еле слышной возне по ту сторону паруса.

- Ты готова? – наконец спросил он.

Хмурая Илис появилась из-за импровизированной ширмы, бросила быстрый взгляд, убеждаясь, что варвар ушёл. И вдруг кинулась к поручням.

Если бы Зелин не был готов к чему-то подобному, он не успел бы её задержать.

Он схватил её, уже готовую перемахнуть через леер. Илис отчаянно забилась в его руках, но скоро разочарованно стихла, поняв, что ей не вырваться. Худой раб оказался неожиданно сильным.

- Тебе повезло, - сказал мужчина, и, встряхнув, поставил девушку на палубу. – Что Таур Керт уже ушёл. Он выловил бы тебя в два счёта! Ты знаешь, как наказывают беглых рабов?

- Я не рабыня! – выпалила Илис, сверкая глазами.

- Их садят в плетёную корзину и погружают в воду, - не слушая девушку, ровно сказал мужчина. – Потом снова вынимают, давая вздохнуть, и снова опускают, пока пленник не захлебнётся. Тогда его откачивают, и пытка начинается заново.

- Дикари! – выдохнула девушка. – Но ты не напугал меня, раб. Я готова умереть по собственной воле, и волны меня не страшат.

- Я уже понял, что ты очень смелая женщина, - устало сказал Зелин. – И очень глупая. Сила женщины в гибкости, Илис! Подумай над этим!

Она только отвернулась, надменно вскинув подбородок и не проронила больше ни слова, пока мужчина вёл её в каюту.

Оставшись одна в своей тёмной камере, Илис обречённо вытянулась на жёстком ложе. Неудачная попытка побега забрала все силы, которые, казалось, дала чистая вода и возможность помыться.

Кусая губы, девушка с трудом сдерживала слёзы отчаяния. Неумеха! Она даже сбежать не сумела! А теперь оставалось одно – напряжённо вслушиваться в тишину за дверью и ждать, когда придёт варвар. Илис видела, как он смотрел на неё там, на палубе. Если бы она не закрылась, он накинулся бы на неё прямо там. Но всё же сдержался, быть может, для того, чтобы дать ей успокоиться.

Девушка не сомневалась, что эта передышка не будет долгой. Странно, что он всё ещё не пришёл, чтобы снова овладеть ею. Пытка ожиданием была нестерпима. Всё внутри Илис сжималось при воспоминании о пронзившей её боли, о жгучем стыде, который она пережила.

Она глубоко вздохнула, загоняя на дно души воспоминания об этом чёрном дне. Надо верить, что боги когда-нибудь обратят на неё свои взгляды, и помогут ей, потому что кроме них никто не придёт ей на помощь.

Губы девушки слабо зашевелились, повторяя знакомые с детства молитвы. Она молилась истово, со всей силой отчаяния, моя богов о последней милости – уйти за грань.

Часы шли, но варвар так и не появился. Когда измученная девушка уснула, над морем уже разливался розовый рассвет.

Проснулась Илис от уже привычного прихода Карко. Молодой варвар недовольно посмотрел на нетронутую пищу на столе, сгрёб тарелки и проворчал:

- Только еду на тебя переводим.

- Я не просила, чтобы меня кормили, - огрызнулась девушка, заслонившись рукой. Глаза резало от яркого света.

- Смотри, какая гордячка! – усмехнулся парень. – Ещё бы ты просила! Ты ж только приказывать привыкла, а, гритка? Ну ничего, Таур тебя пообтешет, и снаружи, и изнутри!

Илис вспыхнула, сжала кулаки, но варвар уже вышел. Девушка села на жёстком ложе, уже привычно поморщилась и схватилась за край лавки. Корабль бросало, или это голова кружилась от голода – сразу и не поймёшь. От каши, оставленной на столе, шёл насыщенный запах съестного. Желудок болезненно сжался, и Илис сердито отвернулась. Нащупала оставленную лекарем фляжку и сделала оставшуюся пару глотков.

Если варвар снова придёт, ему не придётся поить её силой. А про то, что её будут кормить насильно, он не говорил. Хоть этот выбор ей оставили.

Илис снова легла. От того, что она не ела уже больше двух суток и почти не спала, подкатывала слабость, и мысли были такими же вялыми. Закрыв глаза, девушка пыталась вспомнить, сколько времени займёт плавание. По всему выходило, что в море они пробудут ещё пять дней. Плохо. За это время невозможно умереть от голода. Она только истощит свои силы, и когда придёт время сходить на берег, будет еле держаться на ногах от слабости.

Девушка нахмурилась. Глупые опасения выглядеть слабой перед врагом! Те, кто стерёг её, будут знать, что она не прикоснулась к пище и потому так слаба, а тем врагам, что будут глазеть с берега, и вовсе будет не до неё. Илис знала, как встречают победителей.

Она больше не уснула. Хотя глаза и норовили закрыться, но Илис была настороже. Наступил новый день – значит, варвар мог прийти в любой момент.

Однако вместо него пришёл Зелин. Лекарь принёс новую фляжку взамен выпитой Илис. Он нахмурился, взглянув на нетронутую пищу, но ничего не сказал.

- Пойдём, я выведу тебя погулять, - сказал мужчина.

- Я не хочу, - Илис отвернулась к стене.

- Сегодня я слышал, как два варвара смеялись между собой, что, видно, Таур Керт держит гритку в каюте привязанной к кровати, чтобы не тратить время на раздевание. Один из них поставил полгрейны на то, что когда корабль пристанет к берегу, ты не сможешь идти своими ногами, и Таур Керт вынесет тебя из каюты на плече.

Девушка напряглась. То, что говорил Зелин, было ужасно, но переплеталось с её собственными мыслями.

- Идём, Илис. Ты должна научиться смотреть в глаза этим людям, ведь тебе нечего стыдиться, - твёрдо сказал Зелин. – Нельзя вечно прятаться. Ты попала в мир, где уважают только силу.

Он замолчал, выжидая. Пауза длилась долго.

- Хорошо, идём, - наконец сказала Илис.

Она поднялась, схватившись за стол, выровнялась, провела руками по густым волнистым волосам, приглаживая непокорную копну и убирая за спину. Тщательно поправила платье. Зелин молча ждал.

- Что же ты? Идём, - повернулась к нему Илис.

В свете свечи её лицо было совсем бледным.

Они вышли на палубу, и девушка на мгновение замерла от того, что воздух был таким свежим и солёным, а солнце таким ярким.

- Гляди-ка, кто пожаловал! – прогудел здоровенный варвар, подталкивая локтем соседа. – Зелин, далеко ты повёл гритку? Может,Таур передумал оставить её себе? Уж мы бы её приласкали! – здоровяк гулко захохотал, не сводя с девушки сальных глаз.

- Не передумал, Седрин, - спокойно ответил Зелин. – И не разевай рот на чужое!

Варвар заворчал вслед, что не рабам командовать, что ему делать, но вскоре отвернулся, занятый своей работой.

Лекарь провёл девушку на корму. На Илис пялились, вслед ей отпускали откровенные шуточки. Зелин видел, как напряжена спина девушки, но шла Илис невозмутимо, как будто бы и не слышала того, что говорили вслед.

Зелин, как мог, двумя-тремя словами гасил это оскорбительное внимание. Обычно намёка на то, что перед ними собственность Таура Керта, хватало. Но когда они с Илис остановились вдали ото всех, чтобы девушка могла подышать свежим морским воздухом, к ним подошёл ещё один варвар. Взглянув на него, Илис ощутимо напряглась.

- Помнишь меня, гритка? – прошипел он.

- Что тебе, Габ? – спросил Зелин.

Мужчина смерил его жёстким взглядом:

- Не вмешивайся, раб. У нас свои счёты. Эта дрянь убила моего брата.

Илис сверкнула глазами. Жаль, что нельзя повернуть время вспять. С каким удовольствием она бы спустила тетиву ещё раз!

- Смотри, как побледнела. Вспомнила! – и, шагнув к Илис, варвар схватил девушку за горло, вздёрнув её голову так, что Илис дёрнулась и захрипела.

- Отпусти её! – метнулся на помощь Зелин, но тут же отлетел, отброшенный мощной рукой.

- Помнишь, что я говорил тебе тогда? – усмехаясь, спросил варвар, с садистским удовольствием глядя, как корчится девушка. – Так вот, я передумал. Я не подбираю объедки после Керта. Когда он наиграется с тобой, ты станешь шлюхой в портовом борделе. Я сам отвезу тебя туда, и буду смотреть, как ты обслуживаешь по десять клиентов подряд!

Увидев, что раб поднялся, варвар отшвырнул Илис резким толчком. Не удержавшись на ногах, девушка упала.

Габ стоял, ухмыляясь, наблюдая, как она пытается встать. Зелин кинулся на помощь, но Илис отстранила его.

- Я убью тебя, - просипела она. Рука, на которую опиралась девушка, дрожала, но зелёные глаза смотрели на варвара с такой ненавистью, что тот в ярости шагнул вперёд, готовый пнуть её в лицо.

- Что здесь происходит? – холодный голос Таура Керта остановил варвара в полушаге от Илис. Лицо Габа исказила гримаса досады, но он тут же усмехнулся, поворачиваясь к Керту:

- Ничего, Таур. Твою гритку совсем не держат ноги. Хоть бы кормил её иногда, а не только пользовал!

Ухмыляясь, он оглянулся на товарищей, уверенный, что его поддержат шутками и подначками, но варвары молчали.

- Если ты ещё раз тронешь её, - ровно сказал Таур Керт. – Я отрублю тебе руку.

Он подошёл и рывком поднял Илис на ноги, хмуро взглянул на красные пятна на её шее.

- Отведи её в каюту, - приказал он Зелину. – А ты, Габ, иди за мной.

Разговор был коротким. Уже через минуту обидчик Илис поднимался, щерясь разбитым ртом.

- Что ты нашёл в этой гритке, Таур? – спросил он и сплюнул кровавую слюну. – Давно ли бабы стали для тебя важнее дружбы?

- Ты никогда не был мне другом, Габ, - возразил варвар. – И я не дам тебе травить гритку за смерть Вита. Кровь за кровь, так говорят боги. Она отдала свой долг на жертвенном круге.

Вернувшись в камеру, Илис без сил прислонилась к стене, не в состоянии сделать два шага, отделяющих её от кровати. Зелин впустил девушку в каюту и ушёл, и сейчас она стояла в полной темноте и тяжело дышала, пытаясь избавиться от красных мушек, пляшущих в глазах. Воздух со свистом входил в саднящее горло. Сильно болели локти и колени, содранные при падении. Ноги дрожали от слабости.

Дверь позади неё растворилась, и вошёл лекарь со свечой и кружкой, в которой плескалось что-то тёмное.

- Ну что же ты? – спросил он, увидев Илис у стены. – Пойдём, я помогу тебе лечь.

Он подхватил Илис под отозвавшийся болью локоть и помог преодолеть эти несколько шагов до кровати.

- Ложись. Я принёс тебе настойку.

- Не стоило, - буркнула Илис.

Содранных локтей и коленей было в её жизни предостаточно. Лорд Грит воспитывал свою старшую дочь как сына, о котором так мечтал. В детстве она облазила все деревья в округе, и не раз с них падала, умела ездить на лошади без седла, нередко выигрывала в заездах на осенних скачках у двоюродных братьев, прекрасно плавала и метко стреляла.

А главное – она почти ничего не боялась.

Вот и сейчас, несмотря на то, что случилось на палубе, Илис не испытывала страха, только ненависть.

Она взяла жизнь того варвара после того, как он отнял жизнь Эгварда. Они квиты! Но объяснять это врагам было наивно. Понятно, что для них прав тот, кто сильнее.

Может, это и к лучшему, что брат убитого врага так ненавидит её. Может быть, он найдёт способ от неё избавиться ещё до того, как они пристанут к берегу, и тем спасёт от насилия и новых унижений.

- Что это? – спросила девушка, отворачивая лицо от остро пахнущей настойки.

- Только травы. Достаточно сделать один глоток.

- Я не смогу, - просипела Илис.

- Давай хотя бы попробуем, - примиряюще попросил лекарь.

Илис, преодолев себя, сделала глоток, откинулась на кровать, прислушиваясь к себе. Кажется, она слишком доверилась лекарю, потому что апатию, которая вдруг её охватила, можно было объяснить только действием этой настойки.

Она равнодушно разрешила поднять подол своего платья, обработать ссадины на коленях. Потом Зелин принялся за её локти. Ранки сильно жгло, но сейчас боль шла словно со стороны. Один рукав прорвался, кружево повисло грязной тряпкой, и, подумав, лекарь оборвал его.

- Хозяин наказал Габа, - сдержанно сказал раб. – Ты можешь не бояться, он тебя больше не тронет.

Илис хотела сказать, что никого не боится, но язык не ворочался, и она никак не могла сфокусировать взгляд на лекаре. В какой-то момент лицо Зелина вдруг превратилось в лицо варвара, и Илис поняла, что засыпает.

Таур Керт, который молча наблюдал за манипуляциями раба, спросил:

- Что ты ей дал? Почему закатились глаза?

- Добавил в зелье немного сон-травы, чтобы она не мешала себя лечить. Она просто совсем ослабела от голода, и ей хватило этих нескольких капель.

- Заставь её есть, - хмурясь, приказал варвар.

Зелин скупо улыбнулся.

- Эту девушку невозможно заставить делать то, что она не хочет.

Таур Керт криво усмехнулся. Смысл, который вложил в эти слова лекарь, был ему понятен.

- Ей придётся подчиниться, раб. А если нет, ты сваришь для неё особое зелье. То, что дают перед первой брачной ночью слишком робким девственницам. Моё терпение не безгранично. Я не собираюсь ждать вечно.

- Прошло ещё слишком мало времени, – с упрёком сказал Зелин. – К тому же девушка и так пострадала сегодня.

- Сегодня я не трону её, - согласился варвар. – Но я хочу, чтобы ты осмотрел её и сказал, когда она сможет лечь со мной.

- Хорошо, - скрепя сердце, ответил раб. – Я осмотрю её, но ты и сам знаешь, сколько времени заживает чистая рана.

Глаза Таура Керта блеснули:

- Не пытайся тянуть время, раб! Чем быстрее эта гритка поймёт своё место, тем легче ей будет жить на чужбине.

- Захочет ли она вообще жить? – пробормотал Зелин, когда за варваром закрылась дверь.

Он с сочувствием посмотрел на спящую Илис. Лекарь мог сделать для неё совсем немного. Попробовать протянуть время до того, как корабль пристанет к берегу. Матушка Таура очень любила сына, но и он любил её не меньше. Может быть, мудрая женщина подскажет, что с этой девушкой нельзя обращаться как с простой рабыней, которая должна безропотно выполнять все желания своего господина и ложиться с ним по первому требованию.

Если же Керт откажется ждать и прикажет поить Илис возбуждающим настоем мехека, остаётся только давать девушке вместе с ним идван-траву – траву забвения. В его силах лишь очистить её память, милосердно сгладить подробности.

Лекарь тщательно осмотрел спящую девушку и вздохнул. Как он и думал, через два-три дня близость с мужчиной вполне допустима, если, конечно, варвар будет осторожен.

Несмотря на всю свою хрупкость, Илис была довольно крепкой девушкой.