Глава 5

Глава 5

Зелин думал, что на следующий день Илис откажется выходить на палубу, однако гритка удивила его. Во-первых, она спокойно поднялась в ответ на его предложение погулять, второе, и самое важное – в тарелке, стоящей на столе, чуть убавилось каши.

Решила есть, чтобы не падать от слабости перед врагом? Пусть даже так – Зелин был рад.

- Вечером я принесу тебе заваренную ячменную муку, - сказал он. – Будешь пить по глотку через час, чтобы быстрее восстановились силы.

Илис вскинулась, готовая ответить резкостью, но промолчала.

Сегодня ночью она пришла к нелёгкому выводу, что больше не может себе позволить голодать. Зачем радовать врага жалким зрелищем подгибающихся от слабости ног? Варвары всё равно неправильно истолкуют её истощение. Не стоит давать им повода для скабрезных шуток и похотливых взглядов.

На палубу Илис вышла с достоинством, которое восхищало Зелина. На неё всё равно смотрели, и здесь она ничего не могла изменить. Глупо надеяться, что варвары забудут ритуал. Все эти мужчины совсем недавно стояли вокруг жертвенного круга, возбуждённо разглядывая её нагое тело, а после жадно наблюдали за тем, как она лишалась девственности.

Забыть такое невозможно.

Но сейчас Илис своей невозмутимостью доказывала, что ей нет дела до этих взглядов. Она прямо и смело смотрела в лицо варварам, и многие из них отводили глаза.

Война кончилась, и у многих из этих мужчин были дома невесты, жёны и дочери. Эта гритка невольно напоминала о них. Чем ближе был дом, тем больше человеческого просыпалось в этих людях.

Зелин нашёл взглядом мощную фигуру Таура Керта. Если бы и предводителя варваров ждала дома любимая! Может быть, Керт оставил бы Илис в покое, ведь скоро корабль зайдёт в порт! Но варвар был свободен, и не собирался отпускать добычу. Вот и сейчас, стоя рядом с капитаном, варвар смотрел на гритку.

Девушка стояла на корме, и ветер трепал её огненные волосы. Она и сейчас ещё была очень красива – хотя платье было измято и болталось на Илис, а один рукав был короче другого на треть. Волосы спутались, и Зелин подозревал, что ни один гребень уже не сможет расчесать эту копну.

Здесь, на корабле, непорядок в одежде гритки был привычен взгляду варваров, но раб знал, что будет чувствовать девушка, когда придёт пора спуститься на берег, и взгляды встречающих сойдутся на ней, разглядывая иноземку с брезгливым любопытством.

Лекарь от души сочувствовал ей. Что останется от гордости гритки, когда она сойдёт на берег после всего, что сделает с ней Керт, под этими брезгливыми взглядами законных невест и жён?

Но разве Таур Керт думал об этом? Вряд ли он подозревал, насколько жесток со своей пленницей.

Ещё вчера варвар выспросил у лекаря всё, что его интересовало. Единственное, что смог раб – выторговать для гритки три дня, один из которых уже подходил к концу.

Зелин отвёл глаза от чистого профиля девушки. Почему она не родилась дурнушкой, которую варвару не жалко было бросить в Реане?

- Илис, пора идти, - тихо сказал раб.

Она кивнула и спокойно пошла впереди.

Сегодня прогулка прошла удивительно мирно. Даже Габ не смел задирать Илис, и девушка спустилась к себе в каюту, не выслушав уже привычную порцию шуток.

- Что с тобой, раб? – спросила она, когда Зелин уже собирался уйти. – Ты непривычно молчалив сегодня.

Лекарь недоумённо обернулся.

- Думаю, как сохранить ячменный толкан горячим, - сказал он нарочито озабоченно. – Тебе нельзя есть слишком много. Пей по глотку каждый час.

Он вышел, а Илис привычно нащупала руками лежанку и легла. Сил у неё по-прежнему было немного и хотелось спать. И всё же она решила дождаться лекаря с его горячим напитком. Сегодня раб вёл себя странно. Он словно замкнулся в своих мыслях и солгал, уходя.

Что же случилось?

Девушка горько усмехнулась своим мыслям. Как будто она может что-то изменить!

Вытянувшись на жёсткой кровати, Илис постаралась прогнать тревогу, которая понемногу овладевала её сердцем. Запертая в тесной душной каюте, в полной темноте, девушка боялась поддаться отчаянию. А ей ведь только-только показалось, что в мрачной темноте её жизни начал появляться какой-то проблеск!

Вчера варвар защитил её от брата убитого ею врага. Как бы ни говорила себе Илис, что Таур Керт просто отстоял свою собственность, она не могла не признать, что тот, второй варвар, в своей жестокости мог серьёзно её покалечить.

Видимо, Габ не из простых, раз Таур Керт отвёл его в сторону, чтобы проучить подальше от любопытных взглядов своих людей. Но знатность не уберегла обидчика Илис от мести Керта – губы, с которых вчера слетели ужасные слова, были разбиты в кровь.

Илис задумалась, вспоминая Книгу родов. Не мешало бы знать, кто стал её врагом. В том, что варвар не успокоится, она не сомневалась – слишком злобным был взгляд, которым её сегодня проводил Габ.

Пока она едва слышно шептала имена с родового древа ринов, выстраивая цепочку, дверь растворилась, и вошёл Зелин.

- Не спишь? – спросил он, протягивая девушке чашку с толканом. – Выпей глоток, пока горячий.

Илис послушно выпила глоток. Густой напиток согрел горло и разлился по телу приятной сытостью.

- Молодец. А теперь спи. Когда проснёшься, можешь выпить ещё глоток.

Она снова осталась одна, провела рукой, вытирая влагу со лба. Организм выходил из голодовки с трудом, и Илис взмокла так, словно делала тяжёлую работу.

Сберегая силы, девушка немного поспала, а после захода солнца снова пришёл Зелин, и вывел её на палубу помыться. Торопливо приводя себя в порядок, Илис то и дело подозрительно косилась на парус, ожидая появления Таура Керта, но варвару, похоже, было не до неё.

Закончив мыться, девушка обтёрлась чистой тряпкой и, недовольно поморщившись, влезла в грязное платье. Когда рины пристанут к берегу, Илис будет похожа на бродяжку в своём грязном платье с оборванным рукавом.

Девушка невесело усмехнулась своим мыслям.

Наверное, она начала оживать, раз так затосковала по чистому белью и платью!

Зелин, терпеливо дожидающийся за импровизированной ширмой, отвёл её в каюту, проследил, чтобы Илис выпила глоток ячменного толкана и ушёл, пожелав девушке доброй ночи.

А потом эта ночь наконец наступила, и впервые за время, проведённое на корабле, Илис спала спокойно.

Лекарь, на следующий день выведший девушку на прогулку, сразу отметил перемены, произошедшие с гриткой. Ячменный напиток укрепил её силы, или же сам настрой девушки изменился – но сегодня она вовсе не напоминала узницу – скорее, была похожа на обычную молоденькую экскурсантку, впервые вышедшую на корабле в открытое море.

Она даже поговорила с капитаном, поинтересовавшись дальнобойностью корабельных пушек. Мужчина ответил ей, и Илис серьёзно выслушала, вставляя вовсе не глупые замечания.

- Смотри, Тар, как бы гритка не использовала пушки, когда мы будем входить в порт! – крикнул Габ, возящийся неподалёку со странным плоским ящиком. – Бабе, которая встречает ринов стрелами, стоя на крепостной стене, нельзя верить! – варвар удовлетворённо ухмыльнулся, заметив, как напряглась девушка и громко продолжал. – Правда, в замке она встречала нас уже совсем по-другому!

Илис отвернулась, и лицо её застыло.

- Хочешь вернуться в каюту? – тихо спросил Зелин.

- Нет, - отказалась она, и, поблагодарив капитана, сказала. – Только давай отойдём подальше. Здесь дурно пахнет.

Габ, открывший ящик, насмешливо ощерился:

- Какие нежности, ваше гритское величество! – издевательски протянул он. – Можно подумать, в твоей каюте пахнет лучше! Да ты сама воняешь, как бродяжка!

- Хватит, Габ! – оборвал его капитан. Он хмурился.

Капитан Тар был единственным из ринов, кто не присутствовал на ритуале. Девушка, которую на корабль занесли на руках, была без сознания, и капитан, сам имеющий дочь её лет, холодел при мысли – а что, если бы его девочке пришлось перенести то, что выпало гритке?

Сейчас он видел, как болезненно ярко вспыхнули щёки девушки, и вовсе не одобрял издевательств Габа.

Гритка вызывала у капитана невольную симпатию. В этой хрупкой девушке было столько силы, что её нельзя было не уважать.

Вот и сейчас она не поддалась слабости вернуться в каюту, и пробыла на палубе всё отведённое на прогулку время.

Отведя девушку, Зелин вернулся на палубу. Габ как раз закончил разворачивать тот самый плоский ящик – гашет. Пластины, которыми ощетинился ящик, ярко сверкали на солнце.

- Братья! Пора молитвы! – громко крикнул Габ.

Варвары потянулись к нему со всех сторон. Таур Керт, недавно поднявшийся наверх, тоже подошёл.

Скоро корабль повернёт к земле. Варвар знал, как его люди, уставшие от дальних походов, ждут возвращения под купол Рины. Сегодня, когда половина пути была уже пройдена, все соберутся в тесный круг, чтобы вознести молитвы богам, и попросить, чтобы те благополучно довели корабль до родного берега. Чтобы не послал внезапного шторма бог глубин Верт, не сломал мачты и не сорвал паруса бог ветра Ирив. Чтобы не дал сбиться с пути великий путаник Карун.

Варвары встали вокруг раскрытого гашета, положили руки на плечи друг друга, и сверкающие грани, похожие на чёрное стекло, медленно заволок туман. Лишь одна пластина оставалась сверкающей. Тонкая и узкая, как шип, она слепила глаза.

- Медлеский грат! – пробормотал Габ. – Что происходит? Новая грань?

И едва не упал. Палубу ощутимо тряхнуло, словно гигантский кракен задел днище судна своим щупальцем.

- Все ли пришли? – громко спросил Таур Керт. – Капитан?

- Здесь, - откликнулся Тар.

- Кок? Карко? Бемин?

- Здесь! Здесь! – подтвердили парни, крепче хватаясь за плечи соседа, потому что корабль снова тряхнуло. При абсолютно чистом небе и полном отсутствии ветра поднимающаяся буря выглядела зловеще.

- Все здесь…разве что…гритка? – неуверенно высказался Карко.

На мгновение наступила тишина, которую тут же нарушили ругательства, потому что палуба вздыбилась под ногами стоящих варваров.

- Держи круг! – сквозь зубы прорычал Таур Керт. – Я приведу её!

Предположение Карко было невероятным, но сейчас Таур Керт понимал, что, скорее всего, мальчишка прав. Только бы успеть привести гритку, пока палуба не расколется пополам! Боги не прощали небрежности в ритуалах.

Илис вздрогнула, когда дверь её тёмной тюрьмы распахнулась, и варвар, появившийся на пороге, сдёрнул её с кровати и поволок за собой.

- Отпусти! – рванулась девушка, укусила варвара за руку, пытаясь освободиться. Куда там! Он только встряхнул её сильнее и прорычал:

- Быстрее, если не хочешь утонуть!

Когда они выскочили на палубу, корабль снова вздыбился, поднимаясь на непонятно откуда взявшуюся волну.

Таур Керт проволок девушку к кругу варваров, толкнул Илис к Зелину и встал с другой стороны от неё, положив руку на хрупкое девичье плечо.

Глаза Габа, стоящего напротив, блеснули от ярости, но он сдержался, потому что чудовищные волны вдруг улеглись, корабль мягко качнулся несколько раз и замер в полном штиле. Наступила звенящая тишина, нарушаемая лишь дыханием варваров, которые со всех сторон недоверчиво уставились на Илис.

- Боги приняли её! – проревел здоровяк Седрин, и замысловато выругался.

- Она просто замкнула круг! – зло выдохнул Габ. – Гашет видит всех на корабле, увидел и её!

- Да, для полного круга нужны все до единого, - неохотно подтвердил Таур Керт, виня себя за то, что не сообразил этого раньше. – Но теперь молчите! Не гневите богов!

Узкий шип, выброшенный гашетом специально для Илис, тоже мутнел, покрываясь изморосью магического тумана. Девушка, только сейчас разглядевшая ощетинившуюся пластинами диковинку, оставила попытки сбросить с плеча тяжёлую руку варвара и заворожённо уставилась на гашет, вокруг которого сбился тесный круг варваров.

Волшебный ящик, щетинящийся пластинами, приковал её внимание так властно, что Илис забыла, где находится и перестала ощущать людей вокруг.

Она была здесь одна.

Туман плыл перед глазами, стелился над палубой, но стоило девушке вглядеться, как всё начало меняться.

Беловатые клочья редели и истаивали, и увидев, что они скрывали, Илис почувствовала, как перехватило дыхание.

Она была так похожа на Илис, только моложе. Её рыжие волосы, её тонкая фигурка на крае скалы, под которой кипело море.

Скалистая бухта!

Волны разбивались о скалы, и солёные брызги оседали на лице Диги. Зелёные глаза неотрывно смотрели на бушующую внизу воду, губы едва заметно шевелились.

Девушка вдруг взглянула прямо на Илис и улыбнулась. А потом шагнула со скалы вниз.

Илис вскрикнула и дёрнулась, приходя в себя.

- Диги! – прошептала она, и потеряла сознание.

…Когда Илис открыла глаза, вокруг было всё то же – темнота и спёртый воздух её каюты. Девушка даже усомнилась, не привиделся ли ей этот странный ритуал на палубе. Но едва она вспомнила видение, посланное гашетом, сердце вновь заколотилось от тревоги и отчаянья.

Илис вскочила и бросилась к дверям.

- Выпустите меня отсюда! – закричала она, сбивая кулаки о запертую дверь.

Прошло немало времени, пока из-за двери раздалось:

- Чего тебе, гритка?

Голос был молодой, одного из её стражей, Карко или Бемина.

- Позовите сюда Таура Керта! – потребовала она. – Мне нужно с ним поговорить!

Проворчав что-то, парень ушёл, а Илис продолжала метаться по тёмной каюте, больно натыкаясь на углы мебели, пока не растворилась дверь.

Девушка кинулась к мужчине, появившемуся на пороге, остановилась в шаге от него, исподлобья глядя на Таура Керта.

- Зачем ты звала меня? – спросил варвар раздражённо, но Илис не дрогнула.

- Что это было? – спросила она. – Тот ящик со стёклами?

Таур Керт помолчал, словно раздумывая, стоит ли ей отвечать.

Илис смотрела на него в лихорадочном нетерпении.

- Гашет, - наконец, ответил Таур Керт.

После того, как гритка упала и во второй раз едва не разрушила круг, он держал её на себе до конца ритуала, и сейчас не случайно был зол. По вине этой девчонки он не смог уйти в морок так глубоко, как того требовал ритуал. Собственные видения оказались беспорядочной мозаикой быстро меняющихся картин, в которых виновница этой путаницы занимала главенствующее место.

Её нагое тело, бесстыдно раскрытое перед ним, торчащие розовые соски, увлажнённое лоно… А вот она опускается на него сверху, медленно насаживая себя на его вздыбленный член…Зелёные глаза, затуманенные желанием, густой полог пламенных волос, закрывающий их шатром… Её нежные губы шепчут его имя…А после ласкают его так, что он готов излиться…

Он этих возбуждающих картин Таур Керт и был так зол. Впервые за много лет он чувствовал себя озабоченным мальчишкой, ещё не возлегшим с женщиной, но только и думающим, как побыстрее сделать это.

Вот и сейчас он не сразу понял, о чём она спрашивает. К чему вообще разговоры, когда эта женщина создана для того, чтобы дарить ему наслаждение? Но Илис была настойчива, и спросила снова:

- Что делает гашет? Он показывает будущее?

- Если бы,… - вырвалось у варвара.

Она нахмурилась:

- А что тогда он показывает? Можешь ты объяснить?

Варвар помолчал, сведя брови. Он странно смотрел на Илис, как будто не верил тому, что она сумеет понять.

- Каждый видит своё, - наконец неохотно ответил Таур Керт. – Мы входим в морок не для того, чтобы увидеть будущее, а только чтобы попросить богов открыть путь к нему.

Глаза Илис сверкнули.

- Я должна была знать, что делаю!

- У меня не было времени объяснять! – отрезал варвар.

Она кивнула, в одно мгновение словно померкнув, на мгновение отпустила глаза, а после быстро взглянула на Таура Керта и спросила:

- Скажи, а чьи-нибудь видения…сбывались?

Карун бы побрал эту гритку! Морок, сотканный из ощущений их близости, словно вновь всколыхнулся перед ним, накрыв жаркой волной желания.

- Зачем тебе это знать? – спросил варвар, не сводя взгляда с губ Илис.

От того, что он с трудом владел собой, вопрос прозвучал грубо.

- Ответь! – почти взмолилась гритка, и он вдруг понял, что она боится. Так боится, что даже побледнела, хотя с самого начала разговора на лице девушки горел лихорадочный румянец.

Что же такое ей привиделось?

- Иногда…такое случается, - неохотно ответил варвар и шагнул к Илис, потому что ему показалось, что гритка сейчас упадёт.

Она выстояла, но взгляд, направленный на него, полыхнул такой болью, что Таур Керт, немало повидавший на своём веку, снова нахмурился.

Похоже, видения гритки были далеки от тех, что терзали его.

- Что ты увидела? – спросил варвар.

- Ни…чего, - явно солгала она, споткнувшись, и вдруг сделала то, чего он никак от неё не ожидал.

Илис опустилась перед варваром на колени.

- Молю тебя, отпусти меня! – сказала она, не сводя с мужчины лихорадочно горящих глаз. – Мне нужно…вернуться домой!

На мгновение он потерял дар речи – так невероятно было то, что она сделала. Представить эту гордячку на коленях было невозможно.

- Встань! – глухо сказал он, и когда Илис, сжав зубы, отрицательно покачала головой, легко вздёрнул её за локоть, поднимая на ноги. – Кто у тебя там остался? Мать? Отец? Жених? – Таур Керт не сводил взгляда с её лица, и видел, что она не отреагировала на упоминание о родителях, зато когда он спросил про жениха, чуть напряглась, и уголки губ на мгновение опустились.

- Жених? – переспросил варвар. – У тебя был жених?

- Был, - тихо подтвердила девушка, впервые взглянув на него знакомым прямым взглядом. И враждебность в её взгляде стала неприкрытой.

Таур Керт, поняв, что продолжает сжимать до боли локоть Илис, заставил себя разжать руку и усмехнулся:

- Думаешь, он примет тебя назад?

- Он…примет, - глухо сказала девушка, и в её глазах мелькнула горькая насмешка.

Волна ярости поднялась из самых тёмных глубин варвара, качнула на пике и медленно отхлынула, подчиняясь его воле. Таур Керт ответил медленно и ровно, выверено жаля каждым словом маленькую гордячку, без страха глядящую в его глаза:

- Быть может, я и отпущу тебя, гритка, - прищурился он, окидывая безжалостным взглядом сверху донизу всю её тонкую фигурку. – Только сначала мы вместе хорошенько поработаем над тем, чтобы твой жених ни на секунду не усомнился в том, как ты старалась к нему вернуться. Но пока ты слишком узкая, чтобы отпустить тебя одну с грубыми матросами…

Звук пощёчины звонко прозвучал в гулкой пустоте каюты.

Таур Керт криво улыбнулся.

- Больше никогда так не делай. Я твой хозяин, а непослушных рабынь наказывают.

Он отступил, меряя её холодным взглядом.

- Сейчас Зелин отведёт тебя помыться. Сразу после этого придёшь в мою каюту. Не задерживайся! – и варвар вышел.