Глава 6

Глава 6

Дверь захлопнулась, отрезая её от мира. Девушка в отчаянии прислонилась к стене и закрыла лицо руками.

Что она натворила! Почему пошла на поводу у гордыни, разозлила варвара, вместо того, чтобы постараться подыскать нужные слова и вымолить свободу?

Но что она могла ему сказать? Признаться, о ком так переживает? Нет! Девушка передёрнулась от одной только мысли о том, что Таур Керт и его люди узнают о девочках. Только богам известно, чем это грозит сёстрам. Сейчас перемирие, и главарь варваров дал слово взять под свою защиту женщин Реана. Но одно то, что чьи-то похотливые глаза будут смотреть на Диги, вспоминая её, Илис, сравнивая их фигуры, представляя…нет!

Она должна оградить девочек от этой грязи, защитить сестёр любой ценой.

Но боги, как это тяжело! Ответственность перед родом ложилась на плечи Илис непомерным грузом.

Отказаться от себя можно один раз, зная, что добровольно отдаёшь свою жизнь для спасения тех, за кого отвечаешь. Но как раз за разом распинать своё живое тело, втаптывать в грязь душу?

Когда Зелин растворил дверь, он едва не наткнулся на девушку. Гритка сидела на полу, глядя в темноту перед собой сухими глазами.

Зелин остановился, с сочувствием глядя на пленницу. Он ждал долго, не желая торопить её, но тянуть дальше было нельзя.

- Идём, Илис, - тихо сказал раб.

Девушка отстранила протянутую ей руку и поднялась.

- Я готова, - ровно сказала она.

- Илис, - Зелин помедлил. – Хочу, чтобы ты знала. Керт велел дать тебе зелье, которое поможет тебе получить такое же удовольствие, как ему самому.

Девушка неверяще вскинула на раба глаза. Даже при свете свечи стало видно, как она побелела.

- Ты…дал мне его? – спросила она. – Когда оно подействует?

- Нет, - коротко ответил раб. – Это единственное, что я мог для тебя сделать. Ты имеешь право оставаться собой, а не меняться по прихоти варвара.

- Спасибо, - она тускло улыбнулась. – Что же, идём?

Зелин молча кивнул. Сила этой девушки восхищала его.

На палубе было всё готово для купания.

- Оставь немного воды, чтобы обмыться после, - посоветовал лекарь.

Илис не ответила, лишь сердито отвернулась.

- Ты можешь не говорить со мной об этом? – спросила она, скрывшись за парусом.

- Могу, - согласился Зелин после краткой паузы, хотя и считал, что у неё должна быть возможность поговорить хоть с кем-то. Она и так переживает всё одна, так недолго и рехнуться.

В закутке за парусом гритка пробыла совсем недолго. Когда она вышла, Зелин отвёл глаза. На девушке была лишь тонкая нижняя рубашка.

- Сохрани платье, - попросила Илис. – Я не хочу, чтобы варвар разорвал мою единственную одежду.

- Обещаю, - глухо пообещал лекарь.

Хорошо, что Таур Керт позаботился хотя бы о том, чтобы во время купаний Илис на палубе никого не было. Гордой гритке было бы вдвойне труднее идти в каюту Керта под взглядами мужчин.

Варвар встретил их на пороге. Оглядев полураздетую Илис нечитаемым взглядом, он коротко бросил рабу:

- Можешь идти.

Зелин кивнул и исчез, растворяясь в ночи.

- Входи, - варвар пропустил девушку вперёд, не упустив возможности коснуться её тёплого бедра. Илис ощутимо напряглась, но не дрогнула.

Войдя, она остановилась, не проявляя никакой инициативы, и варвар чуть подтолкнул её сзади.

В каюте был накрыт стол. В нозри Илис ударил запах съестного, и она судорожно сглотнула, прогоняя тошноту.

- Располагайся, поужинаем вместе, - сказал Таур Керт, не сводя с гритки взгляда.

- Я не голодна, - коротко ответила девушка.

Варвар чуть улыбнулся. Сейчас он владел собой гораздо лучше и прекрасно видел, как она волнуется, но это не помешало ему язвительно спросить:

- Предпочитаешь сразу перейти к делу?

Она промолчала, надменно вздёрнув подбородок, и отвернула лицо.

Таур Керт полюбовался чистым профилем девушки, скользнул взглядом по её лихорадочно горящим скулам, спустился к груди, которая быстро вздымалась под тонкой тканью сорочки.

- Хорошо, перекусим позже, когда устанем, - легко согласился он, и потянул девушку за собой, но уселся не на кровать, а на стул. Илис сопротивлялась, и ему пришлось потрудиться, чтобы усадить гритку себе на колени.

- Не ёрзай, милая, - посоветовал он. – Я не хочу торопиться. Ты ведь не случайно сняла платье, правда? – спросил варвар, обводя пальцем точёные скулы девушки. – Ты шла ко мне как на казнь, в исподнем?

Илис молчала, лишь напряглась, когда рука варвара скользнула ниже, по её шее, к плечу, спустила лямочку рубашки, обнажая грудь.

Варвар накрыл ладонью острое навершие розового соска, с удовольствием ощутив, как тот затвердел под его пальцами.

- Хочу тебя огорчить, - сказал Таур Керт, сжимая упругую девичью грудь. – Сегодня не будет больно. И привязывать тебя к кровати я тоже не буду, даже не проси. Может быть, тебе и хочется почувствовать себя героиней, но время жертв кончилось.

Она снова не ответила, только вздрогнула, когда рука варвара смяла и высоко подняла подол её рубашки, легла на голый живот Илис, скользнула вниз, к нежной развилке.

Лицо девушки пылало, и надменное выражение давно уступило место растерянности. Его маленькая девочка была слишком неопытна, чтобы оставаться невозмутимой под такими откровенными ласками.

Она то широко распахивала ошарашенные глаза, то крепко зажмуривалась в ужасе от того, что он творит с ней.

Варвар же не сводил взгляда с этого смятенного лица. Он и представить себе не мог, что так обрадуется, поняв, что она действительно невинна. Она солгала ему! Не было никакого жениха, никаких интимных ласк. Никто из мужчин до него не касался её тела.

На его веку не так уж редко встречались опытные девицы, умеющие весьма изобретательно удовлетворить мужчину разными способами, и лицемерно считавшие себя девственницами только потому, что до сих пор не доигрались до соития.

Она же сводила его с ума тем, как отводила от него взгляд, этими своими пылающими щеками, вздрагиванием неопытного тела, трепетом – той реакцией тела, которую невозможно подделать. Вот и сейчас девушка судорожно сжалась, туго обхватив проникшие в неё пальцы. Боги, какая она узкая!

- Что, милая? – тихо спросил варвар, захватывая губами нежную мочку маленького розового уха. – Тебе больно?

- Я тебя ненавижу! – выдохнула гритка, смаргивая злые слёзы.

- Это ничего, - рассудительно заметил варвар. – Знала бы ты, как это заводит!

Он и правда едва сдерживался, чтобы не сдёрнуть с неё эту дурацкую рубашку и усадить лицом к себе, чтобы видеть, как широко распахнутся её глаза, когда он войдёт в неё, глубоко и властно. Но сегодня варвар не хотел быть грубым, а гритка была ещё не готова. Проклятый раб! Если бы Зелин дал ей зелье, она бы уже истекала соками и извивалась от нетерпения от его ласк.

Лекарь не выполнил приказ, и он своё получит. Но Таур Керт уже не мог остановиться. Он и так слишком долго её ждал.

Ничего, на этот случай у него есть пыльца пайи. Эффект у неё кратковременный, но это лучше, чем ничего. На один раз вполне хватит. А после придётся отпустить девочку в каюту, потому что спать с ней и не тронуть – выше его сил. Да и она не сможет больше раза – после кратковременного возбуждения наступала фаза сна.

Варвар подхватил Илис на руки. До кровати было два шага, и он их успешно преодолел. Она снова зажмурилась, судорожно вцепившись в простыню.

- Не бойся, - сказал варвар, доставая из коробочки крохотное зерно, скатанное из пыльцы пайи. – Я ведь обещал, что не сделаю тебе больно.

К счастью, она не видела, что он делает. Ввести зерно между розовых губок было секундным делом, а после он просто вздёрнул её ноги вверх, прижал почти к голове, задохнувшись от открывшегося вида, и дождался, пока зерно растворится.

Конечно, она рвалась и ругалась сквозь слёзы, но пайя действует быстро, и скоро гритка затихла.

Таур Керт отпустил её и рванул пряжку ремня, торопливо сбрасывая с себя всё, что разделяло их тела.

Её бёдра послушно подчинились его рукам.

- Вот так, - хрипло прошептал варвар, убедившись, что она совсем мокрая. – Всё хорошо, девочка моя…а сейчас будет ещё лучше…

Он тяжело дышал, едва сдерживаясь, но вошёл в неё нарочито медленно, с удовольствием ощутив, как задрожало тело девушки, как она подалась ему навстречу, но тут же откинулась, зажав в маленьких кулачках простыню и кусая губы.

Она всё ещё сопротивлялась, хотя это казалось невероятным. Не родилась ещё женщина, способная противостоять пыльце пайи.

Но и мужчины, способного вынести эту сладкую пытку и удержаться, не существовало тоже, и скоро Таур Керт зарычал, яростно вбиваясь между стройных ножек гритки, вздёргивая бёдра девушки выше, чтобы она смогла полностью принять его. Илис стонала и металась под ним. Она была восхитительно узкой и горячей, и так самозабвенно ему отдавалась, забыв природную стыдливость, что варвар искренне пожалел, что у него только одно зерно.

А после он уже не думал ни о чём, потому что они вместе подошли к самой кромке, на мгновение задержались на ней, и сорвались, подхваченные оглушающе острой волной оргазма.

Он уже излился в неё, но не торопился выходить, чувствуя, как она то стискивает его, то расслабляется. Ещё минута такого массажа – и он уже не сможет её отпустить.

Пора расставаться. После целой ночи с ним она вряд ли сможет дойти до своей каюты сама, а выносить гритку на руках на глазах экипажа Таур Керт не хотел.

Варвар с сожалением отстранился и вышел, заметив, как вздрогнула Илис и открыла затуманенные глаза.

- Тшш…Всё хорошо, - прошептал мужчина, обтирая её бёдра краем простыни. – Спи…

Некоторое время она ещё силилась открыть глаза, словно пыталась понять, что произошло, но скоро смежила тяжёлые веки и ровно задышала.

Он ещё полюбовался на неё, вбирая в себя ослепительную красоту нагого женского тела, потом подобрал с пола рубашку и подхватил девушку на руки. Лицо гритки было безмятежным, и варвар коснулся губами её тёплого виска, прежде чем распахнуть дверь каюты.

Зелин, дежуривший неподалёку, торопливо отвернул лицо.

- Иди к себе, она проспит до утра, - сухо сказал Таур Керт. – Придёшь завтра, - и варвар зашагал прочь, унося свою нагую пленницу.

Лекарь смотрел им вслед с тяжёлым сердцем. Наказание не страшило его – то, что он не смог защитить девушку, было гораздо худшим наказанием. Если бы этот дикарь понимал, что только что сделал! Она никогда не простит своего падения ни ему, ни себе.

Раб отошёл к перилам, с тоской глядя на близкие звёзды, мерцающие в ночи.

Выждав, когда варвар вернётся в свою каюту, Зелин отправился к Илис. Он должен был сделать то малое, что поможет гордой гритке выжить.

Девушка не проснулась, когда лекарь приподнял её голову и поднёс к губам фляжку.

- Глотай же, девочка! – приказал лекарь, дождался, пока пленница сделает глоток и тихо отпустил её. – Спи…Сон милосерден.

Илис проспала до самого утра, и очнулась от того, что озябла. Тонкое одеяло валялось на полу, а сама она была полностью обнажена. Обнаружив это, девушка в ужасе приподнялась, коснулась себя, ощутив липкую влагу между ног, и торопливо, с омерзением вытерла ладонь. Она снова была с варваром! Но почему она ничего не помнит?

Илис застонала от отчаяния и попыталась встать. Тело подтвердило её худшие опасения – между ног саднило, и чувство заполненности, как будто варвар всё ещё был в ней, не проходило.

Она поднялась, прошла к ведру и как могла, обмылась над ним из кружки. Воды было слишком мало и чувство омерзения не проходило. Чтобы вытереться, пришлось долго искать в темноте рубашку. Илис совсем было отчаялась, когда наткнулась на скомканный комок, лежащий на полу.

Девушка торопливо оделась, дрожа и оглядываясь на дверь, и горько усмехнулась своим опасениям – как будто ей ещё оставалось, чего бояться!

Потом она долго искала платье, и обползала всю каюту, но его нигде не было. Что это – изысканное издевательство варвара – лишить её одежды? Или же он разорвал его, и платья просто больше нет?

Илис вздрогнула и забилась в угол, когда открылась дверь.

Это был молодой варвар, Карко с тарелкой дымящейся каши.

- Ты чего там? – недоумённо спросил парень, ставя еду на стол.

Илис не ответила, глядя на него, как загнанный зверёк. Парень тоже ничего больше не спросил, только скользнул взглядом по её нижней рубашке – видно, понял всё сам.

- Мы входим под купол Рины, - сообщил он. – Да помогут нам боги благополучно пристать к берегу!

Дверь закрылась, и девушка без сил опустилась на холодный пол. Так значит, таков план варвара – чтобы она спустилась на берег в одном нижнем белье, чтобы сразу показать роль Илис на корабле!

Девушка скорчилась на полу, скрутившись в тугой комок боли, моля богов, чтобы они дали ей вынести всё, что посылает судьба.

Её ошибка в том, что она до сих пор считала себя свободным человеком, равной им. Пора понять, что она никто для варваров, просто жертва, дань проигравших победителям, добровольно отданная врагу. Участь Илис была решена сразу, и то, что варвар не убил её на жертвенном круге, вовсе не говорит о его милосердии. Нечего и надеяться, что когда-нибудь он будет относиться к ней по-другому.

Но ради того, чтобы вернуться к сёстрам и защитить их, она способна выдержать и насилие варвара, и глумление его друзей. Как говорил раб? «Он может взять только твоё тело, но ты никогда не будешь принадлежать ему до конца, потому что твоя душа свободна». Если она может сейчас зацепиться за что-нибудь, чтобы выжить, так это слова лекаря о том, что только душа имеет значение.

Илис не знала, сколько она так пролежала в темноте, не чувствуя холода, отпустив мысли. Кажется, долго, потому что, когда дверь растворилась, и Таур Керт появился на пороге, она не испытала ни стыда, ни страха – ничего, кроме апатии.

- Почему ты лежишь на полу? – хмурясь, спросил варвар. – Поднимайся, - он легко поднял Илис с пола, встряхнул девушку за плечи. Руки девушки мотнулись, как у тряпичной куклы.

- Вот дурочка! – негромко выругался варвар. – Совсем заледенела. Хочешь заболеть?

Илис не ответила, глядя сквозь него.

- Мы заходим в порт, одевайся, - сердито сказал мужчина, пошарил глазами по узкой каюте. – Где твоё платье?

Она слабо пожала плечами.

Вот Карун! Он мог бы её согреть и утешить, но не сейчас, когда корабль уже подходил к берегу.

Таур Керт высунулся в коридор и свистнул. Раб, наказанный им утром, появился не так быстро, как обычно, но всё же пришёл и остановился напротив варвара.

- Найди её платье, - приказал Таур Керт. – И помоги одеться. Быстрее!

Варвар с сомнением обернулся на застывшую посреди каюты девушку. Ничего, сейчас ей некуда деться с корабля. А дома он найдёт способ до неё достучаться, подарит новые красивые платья, поможет понять, что в её новом положении нет ничего страшного. Таур Керт умел убеждать. По крайней мере, ещё ни одна женщина, которой он дарил своё внимание, не жаловалась. А сейчас даже лучше, если она помолчит, не будет плакать и биться в истерике на глазах встречающих жён и матерей.

Он вышел, плотно притворив дверь каюты, и поспешил на палубу, где его давно ждали.

Зелин, ругающий себя за то, что совсем забыл вернуть Илис платье, вернулся быстро. Несчастное платье больше напоминало кусок мятой грязной тряпки, но лучше так, чем сойти на берег в одной нижней рубашке.

- Илис, надо одеться, - сказал Зелин. – Подними руки. Дай, я тебе помогу…

Она ничем не помогала ему, но хотя бы и не мешала. Оглядев девушку, раб нахмурился, подумал и принёс ей тот кусок паруса, которым её отгораживали при купании.

- Завернись в него, как в плащ, - посоветовал он. – Сверху зябко.

Илис механически накинула на плечи гладкую ткань.

- Идём, - вздохнул раб и потянул гритку за собой.

На палубе царило лихорадочное оживление, как всегда перед входом в порт. Кто-то привычно делал свою работу, кто-то нетерпеливо вглядывался в толпу, собравшуюся на берегу, пытаясь на таком расстоянии разглядеть своих.

На гритку никто не обращал внимания. Она стояла там, где оставил её Зелин – яркая, как маленький рыжий факел. Ветер трепал её волосы, запутывая их ещё больше, но Илис не мешала ему, безучастно глядя прямо перед собой – на близкий берег чужой родины.