Глава 39

Эльза

От нервного ожидания внутренности сводило до ноющей боли. Я неотрывно смотрела на дверь уже больше часа. Прижимая ноги к груди, раскачивалась взад-вперед и периодически вытирала слезы, которые без моей воли собирались в глазах. Отчаяние побеждало.

Он не поверил…

Я старалась не терять крохи надежды, но все равно трезвым умом понимала, что Вадим вызовет врача, который сразу уличит меня в обмане. Хотя я настолько поверила в симптомы, о которых мне когда-то рассказывала школьная подруга, страдающая хроническим панкреатитом, что реально чувствовала себя плохо!

Прикрыв глаза, я прикусила дрожащую губу.

– Господи, помоги!.. – прошептала надрывисто.

Страх рвал волю на куски от осознания, что это мой последний шанс до того, как кто-то догадается о моей беременности. А веры в свои силы больше не осталось… Мне могло помочь только чудо. Поэтому я горячо просила в мыслях, кто бы там наверху меня ни слышал, лишь о маленькой удаче! Ведь я же ничего плохого не делаю! Я никогда и ничего плохого не подразумевала…

Вымученно вздохнув, я поправила подушку у изголовья кровати, желая прилечь. Но только опустилась на локти, как дверь в комнату внезапно открылась.

Сердце пропустило удар.

Ко мне уверенно приближался тот самый хмурый брюнет, который должен был позвонить врачу, и я нервно сглотнула. Даже не сразу заметила пакет в его руке, который он поставил на кровать.

– Одень это и выходи, – велел охранник, задержав на мне взгляд.

Я озадаченно посмотрела на широкий прямоугольный пакет и, как только осталась одна, без промедления в него заглянула. Не могла поверить своим глазам, доставая джинсы, водолазку и коробку, в которой обнаружила черные ботфорты. Все это было куплено специально для меня – с одежды даже бирки не сняли. Но самое главное, это значило, что я все-таки еду в больницу…

Меня взяли под конвой от самой двери комнаты. Выходя в холл в сопровождении двух охранников, я сразу поймала взглядом Шуру, которая стояла недалеко от лестницы. Она как будто хотела непременно проконтролировать мой уход, окончательно выслужиться перед хозяином дома. Сам он, наверное, уже ждал в машине, на которой меня должны были везти к врачу.

Проходя мимо домработницы, я настойчиво посмотрела ей прямо в глаза. Она невозмутимо выдержала этот контакт, прежде чем стервозно вытянула губы и отвернулась. Сердцебиение резко участилось, но я продолжила спокойно идти, запрещая себе думать о плохом.

Поздно бояться, Эльза. Точка невозврата пройдена.

Возле парадной двери мне протянули знакомое замшевое пальто и даже помогли надеть его. Затем под контролем охраны я вышла на улицу, где возле черного внедорожника ждали еще двое. Все делалось без спешки, но под непреложным контролем. Один из парней открыл для меня дверь пассажирского сиденья сзади и зашел в салон сразу следом за мной. Не успела я устроиться поудобней, как с другой стороны уселся второй охранник.

В общей сложности автомобиль заняли четверо мужчин. Четверо! На меня одну. Конечно, это давило на нервы, но я ведь и не рассчитывала, что будет иначе?

Единственное, чего я действительно не предугадала – это отсутствия Астахова. Похоже, он не собирался меня сопровождать, а поручил все своим людям. Вот почему такие меры…

Когда внедорожник миновал ворота, я внезапно заметила, что сзади едет еще одна машина сопровождения. От волнения испарина выступила на коже. Сколько там охраны, мне даже гадать не хотелось! Пока обстановка только накалялась.

– Так а че Борисыч? Отмазался, что ли? – вдруг услышала я ленивый вопрос мужчины, который сидел спереди.

– Не знаю, – постно ответил ему водитель. – Вроде как в отъезде Новиков или сорваться прямо сейчас не может. Ну и типа сказал шефу, если есть плохие подозрения, лучше не оттягивать и проверить. – Он коротко глянул на меня из-за плеча. – Вот и едем проверять.

По телу током прошло оцепенение. Так мне что, выходит… просто повезло?..

Время в дороге пролетело незаметно. Мы как-то быстро приехали к месту назначения – я не успела толком настроиться, а внедорожник внезапно остановился, и трое охранников одновременно покинули салон.

Выйдя следом за ними, я бегло оглядела парковку, гадая, куда делась вторая машина. Но обнадеживаться не спешила. Может, они и не должны были толпиться здесь, а их задача – патрулировать территорию.

К четырехэтажному зданию какой-то частной клиники меня сопровождал конвой из трех мужчин. Но один парень остался у главного входа, второй – замер возле лифта второго этажа, на котором мы вышли, а третий – самый здоровый из всех – пошел со мной.

Бородатый кавказец напоминал мне медведя. На ходу пробасив девушкам на сестринском посту фамилию врача, он без подсказок направился к кабинету в конце коридора. Оттуда меньше чем через минуту к нам вышел высокий симпатичный мужчина в узких очках и белом халате.

– Так… это вы ко мне? – озадаченно поинтересовался он.

Тело вмиг задеревенело от волнения. Медведь кивнул, а я покосилась на нескольких посетителей, которые сидели рядом с кабинетом.

– Хорошо, – неуверенно подвел врач, вглядываясь в мое лицо. – Значит, подозрение на панкреатит?

– Ян Борисович должен был ввести вас в курс, – вклинился охранник.

Мужчина подтвердил:

– Да, он звонил… Я лишь уточняю.

Он устремил взгляд на женщину в униформе, которая только что вышла из соседнего кабинета.

– Алёна! Будь добра, проводи девушку в процедурный кабинет. Обследование на панкреатит и срочная гастроскопия. – Врач слегка тронул мое плечо и участливо сказал: – Я подойду при первой возможности, а вы пока сдадите анализы. Договорились?

Я угукнула, а он сразу отступил и без промедления скрылся за дверью своего кабинета, где, похоже, ждал другой пациент.

– Давайте сюда ваше пальто, – вежливо попросила черноволосая медсестра, которой очень шла ярко-красная помада на губах.

Раздевшись, я последовала за ней обратно по коридору, и охранник не отступал от меня ни на шаг. В буквальном смысле. Он зашел в процедурный кабинет, обустроенный по последнему слову техники, вместе со мной, и никто даже не думал возражать. Медсестра только попросила его оставить куртку на вешалке в коридоре.

Спасибо, хоть в туалет со мной не зашел, а то бы я и пописать не смогла.

Черт…

Я вышла из процедурного кабинета с согнутым локтем и заплаканными глазами, так как мне в глотку пихали какой-то страшный шланг, раньше, чем врач успел освободиться. В итоге к осмотру он приступил у себя. После оценки внешних признаков велел мне лечь на кушетку и принялся аккуратно исследовать пальцами верхнюю часть живота. Попутно мужчина задавал мне подробные вопросы о симптомах, и уже на этом этапе я начала сбиваться.

По телу расходилась дрожь, которая становилась все заметнее.

Гораздо увереннее нажимая мне под ребра и в область желудка, он все время спрашивал меня об ощущениях. Чувствуя, как кожа покрывается испариной, я отвечала наугад. Даже дергалась специально, будто мне действительно больно. Хотя на самом деле что-то чувствовала я лишь в области желудка.

Врач пока ничего не говорил. Только хмурился и озадаченно набивал какую-то информацию себе в планшет. А я то и дело бросала взгляд на медведя-охранника, который стоял недалеко от двери, будто робот – сложив руки спереди и глядя прямо перед собой. Над этой же дверью висели большие часы в деревянной оправе. И каждый раз, как я смотрела на них, сердце замирало…

Я все еще лежала на кушетке, когда в кабинет неожиданно вошла Алёна с результатами анализов. Нервная одышка сковала легкие. Блин, неужели так быстро?! Врач ознакомился с ними за какие-то секунды, затем задумчиво на меня посмотрел и велел не вставать.

– Поднимите водолазку повыше, – добавил он, куда-то направившись.

Я вопросительно проследила за мужчиной и рефлекторно приподнялась на локтях, увидев, что он катит к кушетке аппарат УЗИ.

Нет-нет-нет!..

Настороженно глядя, как врач устраивается возле него, я в бешеной панике осознала, что время вышло. Мне конец…

– Вы знаете… Я делала УЗИ совсем недавно! – выпалила я, незаметно спуская водолазку. – Может быть, я поищу эти результаты?..

– Видите ли, – терпеливо возразил он. – При любом воспалении ультразвуковое исследование нужно делать по факту. Ложитесь-ложитесь. И одежду повыше. – Открывая гель, мужчина добавил: – К тому же я должен составить свою картину, прежде чем окончательно установить диагноз.

Я слегка повернула голову в сторону охранника, лихорадочно пытаясь придумать, как избежать процедуры и не разоблачить себя?!

Никак… Никак!

– Будет немного холодно, – заботливо предупредил врач, прикладывая датчик к моему животу.

Теперь каждая секунда била током по нервам. Пока он водил только в верхней части живота, но я прямо испариной покрылась, понимая, что он в любой момент может переместиться ниже.

– Значит… говорите, у вас уже была госпитализация с этим диагнозом? – спросил мужчина в какой-то момент.

– Да, – негромко ответила я.

Не отрывая глаз от монитора, он отстраненно произнес:

– Странно…

Сердце тут же подскочило к горлу, а желудок свело до тошноты.

– Что-то не так?.. – с напускным удивлением поинтересовалась я.

– Эм… Ну я могу с точностью сказать, что у вас не панкреатит, – прозвучало как гром среди ясного неба. – Мало того, я сомневаюсь, что вы вообще имеете какую-либо хроническую патологию по части ЖКТ. Да, желудок раздражен, но… в целом у вас органы совершенно здорового человека.

Хорошо, что врач не смотрел на меня, когда все это говорил. Эмоции больше не удавалось контролировать, и мое лицо наверняка выдавало полный спектр лжи.

Поэтому я старательно отворачивалась от охранника-медведя. Он услышал достаточно и теперь не спускал с меня глаз. Пошел обратный отсчет. Совсем скоро Астахов узнает, что я не прошла проверку…

– Скажите, а когда вы обследовались в последний раз? – спросил врач, неожиданно убрав датчик. Он протянул мне салфетки и, наблюдая, как я неловко вытираю гель с живота, сложил руки в замок. – В семнадцать лет? Когда случился приступ?

– Ну да…

Прищурившись, мужчина уточнил:

– И были те же симптомы? Сопровождалось температурой?..

– Да… – неуверенно отозвалась. – Вроде.

Он свел брови и опустил взгляд.

– Ясно.

В груди начали раздаваться оглушающие удары. Я осторожно посмотрела на дверь, затем на охранника. Приложив палец к уху, он буравил пространство хмурым взглядом, как будто услышал какую-то передачу.

Адреналин гнал скорее принимать решение. Я должна попросить о помощи… Я должна попробовать! Но как, если этот амбал здесь?! Может, подать какой-то знак…

– Так, давайте мы подождем, что покажут остальные анализы, – вдруг подвел врач, поднимаясь со стула. – По крайней мере, пока меня ничего, кроме симптомов, не смущает. Но… мы не будем терять время! – Отдвигая аппарат, он подмахнул рукой. – Можете вставать. Мой коллега успеет сделать гинекологический осмотр.

Меня так и пригвоздило к койке.

Замерев, будто парализованная, я во все глаза уставилась на мужчину. Мельком поймав мое лицо взглядом, он тоже застыл и свел брови. Потому что различил слезы в моих глазах.

– Что-то не так?

– Да… – ответила я, однако врач не услышал.

Он оглянулся на резкий шум и чуть не снес аппарат УЗИ.

– Какого…

Медведь, который почему-то стоял прямо у двери, не успел закончить фразу. Его снесло вглубь кабинета от резкого толчка. Буквально вышибло, да с такой силой, что он потерял равновесие! И Матвей успел навести пистолет до того, как охранник достал свое оружие.

– Не советую! – угрожающе проговорил брат, прикрыв дверь. – Жаль, если ты сдохнешь в этот прекрасный день.

Сердце ухнуло в пятки.

Я впала в состояние шока, не доверяя тому, что вижу.

– Ч-что происходит?.. – нервно проговорил врач, поднимая вверх ладони.

– Все в порядке, дядя! – простодушно отозвался Матвей. – Только не двигайся, а то у меня нервы ни к черту! Я могу и пальнуть. Ствол сюда! – приказал он Медведю. – Давай, блядь, живо!

Тот принялся осторожно доставать пистолет из кобуры. Однако вдруг сделал резкое движение, будто решил им воспользоваться, и раздался глухой хлопок…

– А-а… Сука! – взревел охранник, зажимая запястье.

– Кто виноват, что ты такой тупой? – огрызнулся брат, быстренько пнув ногой упавший пистолет. – Эльза, возьми пушку!

Я, наконец, очнулась. Дернулась, будто меня током ударило, и растерянно уставилась на Матвея.

– Вытащи обойму. Быстрее!

Не осознавая до конца, что происходит, я повиновалась – неуклюже спрыгнула с кушетки и подобрала тяжелый пистолет. Руки дрожали. Повертев его, я кое-как нашла нужную кнопочку, и обойма грохнулась на пол. Я быстро подняла ее, отдала брату, а пустой пистолет уронила на железный столик с инструментами.

– Всего доброго, господа! – проговорил брат, отступая к двери и утягивая меня прочь из кабинета.

Прежде чем выйти в коридор, Матвей успел ловко спрятать пистолет под пальто. Хотя на этаже будто вымерли все. Даже персонала не было видно – только наши гулкие шаги эхом отражались от стены.

На подходе к лифту я вдруг вспомнила про второго охранника, но он тоже как сквозь землю провалился! Пока я оглядывалась, брат толкнул дверь на лестничную площадку и дернул меня за локоть.

– Давай же, Эльза, поторопись!

Сбегая по ступеням, я все поглядывала на Матвея, который крепко держал мою руку.

– Не убивай охрану, – взволнованно попросила. – Пожалуйста!

В его глазах застыло недоумение. Но отозвался он сдержанно:

– Как вести себя будут.