Глава 18

Лиза

Сейчас на меня смотрел тот самый Игорь, которого я всегда знала, и в которого влюбилась без памяти. Именно эта черта, целеустремлённо идти к своей цели, меня всегда восхищала. Отвела взгляд, чтобы снова не пропасть в его глазах.

– Мне нужно идти. Там Настя…

Я, пожалуй, впервые так надолго оставила свою девочку, но при этом не торопилась к ней.

– Ты передашь ей подарки? – попросил Игорь, и я снова взглянула на него. В его глазах застыла немая мольба, словно от моего ответа зависело очень многое.

– Передам. Спасибо.

– Нет, это тебе спасибо, – произнёс Игорь, заметно выдохнув, словно боялся, что я откажу.

Я невольно задержала взгляд на его лице. Хотелось продлить это мгновение, но в то же время я понимала: ещё чуть-чуть, и уйти будет сложнее. Заставила себя разорвать зрительный контакт и вышла из машины. Молча кивнула, закрывая дверцу, и, стараясь не оборачиваться, пошла к подъезду. У самой двери не вытерпела и всё-таки повернулась – Игорь смотрел мне вслед. Робко подняла руку в жесте, означающем прощание, и в ответ получила такой же жест. Вроде бы ничего особенного, но в душе разлилось необъяснимое тепло и появилась крохотная надежда.

С улыбкой на лице зашла в квартиру, где царила подозрительная тишина. Скорее всего у маленького энерджайзера закончилась батарейка, и моя непоседа спит.

– Ба, я дома, – сообщила шёпотом, но мне никто не ответил.

Поставила пакет на подставку для обуви, даже не посмотрев, что в нём. Стараясь не шуметь, стала раздеваться, но расстёгивая молнию, рука замерла, не дойдя до низа. Мой взгляд упёрся в чужое пальто, висевшее на вешалке. Обернулась и посмотрела назад: у самого порога, в сторонке, стояли женские сапоги, которые я не заметила, когда вошла. Очки с улицы немного запотели. От долгой работы за ноутбуком от линз начали уставать глаза, и я пока не могла их надевать.

Улыбка сползла с моего лица. С беспокойным чувством пыталась угадать незваную гостью. Не думаю, что это мачеха. Своими визитами она меня никогда не баловала, да и мех на воротнике выглядит намного дороже. Тогда кто?

Настя спала – я сразу посмотрела на детскую кроватку. Дверь в кухню была прикрыта. Бабуля тоже старалась не шуметь, когда Настя спит. Мелькнула робкая надежда, что гостья пришла к ба, но она тут же испарилась, стоило мне открыть дверь.

– Что вы здесь делаете? – воскликнула я, увидев мать Игоря.

– Лиза, тише! Ребёнка разбудишь! – шикнула на меня бабуля.

Я поняла свою неосторожность и прикрыла дверь.

– Здравствуй, Лиза, – тихо проговорила женщина, которую я точно не хотела сейчас видеть.

– Здравствуйте и уходите! – потребовала, стараясь говорить тише. – Ба! – Я укоризненно посмотрела на бабулю.

Вот зачем она её пустила?!

– Успокойся, Лиза. Если человек пришёл поговорить, может стоит его послушать?

– Поговорить? О чём? – Я уставилась в лицо Елене Сергеевне.

Надо отметить, что с момента нашей последней встречи, она сильно изменилась. Всегда строгая, с безупречной причёской и макияжем, сейчас несостоявшаяся свекровь выглядела совершенно иначе. Волосы были просто расчёсаны, без стильной укладки. На уставшем лице залегли тени, которые даже не пытались скрыть косметикой. Или это сделано специально? В любом случае здесь этой женщине делать нечего.

Я встала у двери и скрестила руки на груди. Проходить и, тем более садиться, не имела никакого желания.

– Лиза, я не виновата, – произнесла Елена Сергеевна.

Перед ней стоял стакан, наполовину наполненный водой.

– Я вам не судья и не священник, который может отпустить грехи.

– Лиза! – одёрнула меня бабуля.

– Лиза, я не знала, что девочку подменили, – устало произнесла Елена Сергеевна, будто эта новость оказалась для неё непосильной ношей.

– А что вы знали? – Ощетинилась я. – Вы ведь даже не поинтересовались, какой родилась девочка, – бросила упрёк ей в лицо. – Неужели было нисколько не интересно? – съязвила. – Ведь, по сути, она должна была быть вашей внучкой, но вас словно и не было!

Я сыпала упрёки один за другим и никак не могла остановиться, но поняла, что сейчас для меня это абсолютно неважно, и замолчала. Несколько секунд на кухне звенела тишина.

– Я понимаю, каково сейчас тебе…

– Нет. Вы не понимаете! Потому что у вас не отбирали ребёнка! Вы не сможете этого понять, пока не почувствуете, каково это – ни разу не видеть его и, возможно, никогда не узнать что с ним!

– Игорь ушёл из семьи, и я уже давно не видела своего мальчика. Он не хочет со мной даже разговаривать, – пожаловалась женщина.

– Вы за этим пришли?

– Нет. Я… – Елена Сергеевна глубоко вдохнула и шумно выдохнула. – Игорь никому не сказал, по какой причине вы расстались. Да, не скрою, я была рада этому, потому что хотела видеть в своей семье другую девушку. Надеялась, что теперь появился шанс… Но ошиблась. Игорь не просто ушёл, он разорвал все связи. Он отказался от нас. Совсем. Когда мне сообщили, что он пришёл в военкомат и собирается подписать контракт на три года, я всеми силами старалась этого не допустить. Единственным шансом получить отсрочку была девочка, которую ты родила. Да, вы не были зарегистрированы, но факт отцовства никто не отменял. Я попросила Людмилу дать какую-нибудь справку, что у Игоря есть ребёнок, ведь он проходил с тобой все обследования. На что получила ответ: девочка не его дочь. Тогда я поняла, почему он так поступил. Его удалось переубедить пойти срочником, а не контрактником, но этот год, когда ты ничего не знаешь о своём сыне, я прожила как в аду. Он служил в закрытой части, и никогда не звонил домой. Я надеялась, что когда он вернётся, всё изменится. Но этого не случилось. А потом Стас сказал, что девочку подменили, – голос Елены Сергеевны дрогнул, и она посмотрела на меня. – Лиза, ни я, ни Стас, как уверен в этом Игорь, к этому не причастны.

– Почему вы сами ему об этом не скажете?

У меня не было сочувствия к этой женщине. Мой ребёнок ей понадобился только для того, чтобы «отмазать» своего сына от армии!

– Он не хочет меня видеть, и никогда не отвечает на звонки.

– И поэтому вы решили, что имеете право врываться без приглашения в наш дом? Вас не касалось, как мы живём и на что. А сейчас зачем-то пришли? Зачем?

– Я хочу помочь… – прозвучало слабо.

– Помочь? Чем вы можете помочь сейчас? Отобрать мою дочь, когда она найдётся? Так можете не надеяться на это. Её вы не получите. – На удивление, мой голос звучал уверенно и ровно.

– Я хочу её хотя бы видеть… – жалобно проскулила Елена Сергеевна.

– Некого видеть! Нет её! Понимаете? НЕТ! – Я всё-таки сорвалась. По моему лицу текли слёзы, и я никак не могла их остановить. – Потому что её у меня ЗАБРАЛИ! А вы! Вам она совершенно была не нужна ни тогда, ни сейчас.

Несмотря на мою истерику, Елена Сергеевна не сдвинулась с места.

– Стас не хочет огласки. Он боится, что если всё всплывёт, то его карьера может пострадать. Он собирался баллотироваться в этом году и использовал связи, чтобы… чтобы у Игоря ничего не получилось, – произнесла она.

– Что? – Я уставилась на неё немигающим взглядом. От слёз на стёклах были мутные брызги, и я плохо видела выражения её лица. – Но он сам посоветовал сделать повторную экспертизу, – возразила растерянно.

– И она подтвердила бы, что Настя ваша биологическая дочь, – призналась мать Игоря. – Как и суд, который бы вёл «нужный» судья.

– Но почему? – Мои ноги подогнулись, и я, не в силах стоять, опустилась на табурет.

– Для Стаса нет ничего важнее карьеры. Он уберёт любое препятствие, чтобы добиться поставленной цели, и перешагнёт через всех. Он одобрял брак с дочерью Дунаевых, но я только недавно узнала почему. Отец Елены выставил это одним из условий полной передачи пакета акций.

– Вы хотите сказать, что он причастен к подмене?

– Не думаю. Даже уверена, что нет. Так рисковать он бы не стал. Точно бы не стал. Скорее всего… – Елена Сергеевна замолчала.

– Что? – нетерпеливо переспросила её.

– Это Дунаевым было выгодно, чтобы Игорь остался свободен.

***

Я пребывала в ужасном смятении после визита Богатырёвой.

– А вы как съездили? – спросила у меня ба, когда я вернулась на кухню.

Я не стала ничего ни говорить, ни обещать Елене Сергеевне, и до сих пор не могла понять, как можно быть такими эгоистичными, бездушными людьми. Бабуле пришлось меня снова окликнуть, чтобы вырвать из состояния оцепенения.

– А? – переспросила я, так как совершенно не слышала, что она до этого говорила.

– У вас получилось договориться с детективом? – повторила вопрос ба.

– Да, он согласился, – ответила немного рассеянно.

Достала телефон, несколько секунд смотрела на него, не зная, как будет лучше, и всё-таки написала Игорю сообщение:

«Приходила твоя мама».

Ответ пришёл практически мгновенно:

«Сейчас буду!»

Я нахмурилась. Если он каждый раз станет срываться с работы, то это явно отразится на производительности. Тем более в самом начале любого бизнеса требуется намного больше сил и внимания.

«Не нужно. Она уже ушла».

Я уже пожалела, что поторопилась. В конце концов, эта новость могла подождать до вечера.

«Точно? Ты уверена? Всё нормально?»

«Да. Всё в порядке».

«А Настя?»

От беспокойства о Насте мои губы тронула лёгкая улыбка.

«Настя спит».

«Вот молодец! Тогда – до вечера».

Рука дёрнулась написать: «Ждём», но это желание я подавила.

– И что теперь? – уточнила бабуля, которая всё это время не сводила своего придирчивого взгляда с моего лица.

– Не знаю, ба. Игорь вечером заедет, передам ему разговор Елены Сергеевны.

– А детектив что? – продолжала допытываться ба.

– Пообещал сделать всё возможное, – ответила уклончиво.

На самом деле Дэвис ничего не обещал. Он просто начал работу. Но опять же, это я так решила. А иначе зачем было столько времени досконально выспрашивать каждую мелочь? Как и говорила Надя, первое впечатление о Дэвисе было неоднозначное, но это неважно. Главное, чтобы он смог найти ребёнка.

– Этого мало, – проворчала бабуля. – Нужно невозможное, если Богатырёв-старший приложил свою руку. Как только земля таких носит… – качала головой ба.

Как-то носит. Но я промолчала, посчитав вопрос риторическим.

– Ба, я поработаю немного, пока Настя спит.

На самом деле я хотела заняться поисками официальной работы. Ни один суд не примет во внимание, что средств на проживание мне хватает, а в случае каких-либо трудностей, мой, пусть и вполне стабильный, доход не будет не иметь никакого веса. Поэтому мне нужна любая официальная работа. Любая, ведь без опыта по своей профессии меня вряд ли куда возьмут. Но я всё равно упрямо подала объявление и разослала резюме по имеющимся предложениям. А вдруг? И начала просматривать вакансии, которые предлагал сайт.

Игорь приехал даже раньше, чем обещал.

– Ты опять сбежал с работы? – спросила, когда открыла ему дверь.

Даже самой себе я ни за что не призналась бы, что ждала его.

– Нет. Все вопросы на сегодня мы решили, если будет что-то срочное, мне позвонят. – Он протянул мне ещё один пакет. – Здесь фрукты. Я про них чуть не забыл.

– Не надо было… – Я вздрогнула, когда наши пальцы соприкоснулись.

– Надо. Лишними точно не будут.

Наши взгляды встретились. Измученные и истосковавшиеся. Пауза затянулась, а мы так и стояли, если бы не Настя, выскочившая в коридор несмотря на запрет. Увидев Игоря, она радостно взвизгнула, возвращая нас в реальность.

– Привет! – Игорь присел перед Настей на корточки и протянул ей обе ладони.

Настя растерянно посмотрела на его руки, явно не зная, что надо делать, а потом вдруг неожиданно прыгнула, обняв за шею. Игорь едва удержал равновесие.

– Я! – гордо выдала Настя.

Богатырёв вопросительно посмотрел на меня, желая понять, что это значит, но я пожала плечами. Настино «я» могло значить всё что угодно, от «это я пришла», до «я скучала» или «я там набедокурила».

– Ты видела новые игрушки? – спросил Игорь у маленькой липучки.

– Неть.

– Вот как?! – удивился Игорь и снова поднял взгляд на меня.

– Я решила, раз ты приедешь, вместе и посмотрите, – ответила Богатырёву на его немой вопрос. – Настя, пусть… – Я запнулась, не зная, каким обращением назвать его. – Игорь разденется, а потом покажет, что тебе привёз. Хорошо?

– Хашо! – мгновенно согласилась Настя, выпуская Игоря из своих объятий.

Ради новых игрушек она терпеливо ждала, пока Богатырёв снимет куртку и вымоет руки. Потом с огромным восхищением на лице разглядывала коробки, не зная, какую выбрать сначала.

Бабуля стояла в дверях кухни и, наблюдая за ними, только качала головой.

– Ужин на столе. Идите поешьте, – пригласила она, но Настя отчаянно замотала головой.

Какой ужин, если тут столько нового!

– Наверное, дядя Игорь, заберёт все игрушки, если Настя не пойдёт кушать, – с «тонким» намёком протянула ба.

– Не-еть, – обиженно просопела Настя, прячась за Игоря.

– Настя будет хорошо кушать? – переспросила её ба.

– Конечно, будет, – шепнул ей подсказку Игорь.

– Дя, – Настюша высунула свой носик.

– А я вот сейчас и проверю! А ну-ка зови дядю…

– Изабелла Юрьевна, пожалуйста, можно просто Игорь, – попросил её Богатырёв. – Только не «дядя», иначе она так и будет потом называть.

– О как. Не нравится, быть чужим дядей? – хмыкнула ба, прищурившись.

– Не нравится, Изабелла Юрьевна.

Я даже успела пожалеть Игоря, что ему сейчас предстоит выслушать, но ба, к моему удивлению, не стала устраивать чтение моралей.

– Настюша, зови Игоря кушать, а то заберу у вас игрушки!

– Дём! – Настя потянула Игоря за руку, и тот послушно, даже как-то легко, пошёл на кухню, словно всегда это делал.

Бабуля уже накрыла на стол, минутку «придирчиво» наблюдала, как Настя начала есть, похвалила её и «вспомнила», что обещала зайти к дяде Жене. Проще сказать, сбежала, оставив нас одних.

После её ухода на кухне повисла неловкая тишина. Настёна старательно засовывала в рот нежное картофельное пюре, ведь бабушка строго наказала всем, оставить пустые тарелки. Она проверит!

Когда за бабулей закрылась входная дверь, я хотела покормить Настю, но дочка показала на мою тарелку.

– Ма!

– Мама не хочет. – Я попыталась отказаться.

– Неть! Сё! – Настя напомнила мне, что «нужно съесть всё».

– Правильно, Настя. Маме тоже нужно есть, – встал на её сторону Игорь. – Тем более котлетки очень вкусные. Правда? – Он ловко помог Насте подхватить ложкой маленький кусочек куриной котлетки, приготовленной на пару.

– Дя! – согласилась моя малышка, засовывая ложку глубоко в рот.

– Настя, куда так? – испугалась я, но Настя уже увлечённо начала гонять по тарелке второй кусочек.

– Давай помогу, – предложил Игорь.

– Сама! – выдала Настя с самым серьёзным выражением лица. Это слово она говорила чисто.

– Сама, – повторил Игорь, мягко улыбнувшись, и с интересом наблюдал, как Настя упрямо пытается сама поймать ложкой кусочек котлетки.

Теперь я решила прийти ей на помощь, но Игорь задержал мою руку.

– Пусть сама. Видишь, ей это нравится, – произнёс он, даже не глянув в мою сторону, а сосредоточив всё своё внимание на Насте.

Он с таким неподдельным интересом наблюдал за ней, что в груди трепетно сжималось от переполнявших чувств. От случайного прикосновения кожа горела, но Игорь словно не замечал этого, с восхищением глядя, как Настя справилась с неуловимым кусочком из куриного фарша.