Глава 28

Маша

— Вот ты дурра, Машка, — шёпотом восклицает подруга, а все потому, что на дворе ночь, а в соседней комнате спит Илья.

— Чего это я дура? — обиженно смотрю на нее.

Ну да, я струсила снова! Петр уже неделю зовет меня на свидания, а я придумываю оправдания. После нашей первой прогулки мы виделись еще очень много раз. Он стал проявлять инициативу. Звонки, сообщения, огромные букеты, сладости и игрушки для Ильи, при том что я так и не познакомила его с сыном.

Я же, наоборот, старалась держаться нейтрально, но сама не заметила, как постепенно стало влюбляться в этого замечательного мужчину. С ним интересно, легко, и я чувствую себя защищенной. Он энергичный, общительный и разносторонний человек, много путешествует, при этом любит детей и очень заботлив. На прошлой неделе я простыла, и, чтобы не заражать Илью, Рита предложила взять его к себе на пару дней. Сын обрадовался, а я смогла нормально отлежаться дома. Хотя это сильно сказано. Узнав о моем неожиданном недуге, Петр тут же приехал с лекарствами, годовым запасом меда, каким-то травяным чаем и разными вкусностями. Он появился рано утром, провел со мной весь день и ушел почти ночью, то же самое повторилось и на следующий день.

Какая женщина не растает от такой заботы? Я вот превратилась в лужицу с бабочками в животе. Все бы ничего, только вместе со влюбленностью пришел и страх.

Боязнь снова быть обманутой и преданной оказалась выше моих сил. С одной стороны, я безумно счастлива, что снова испытываю чувство влюбленности, и Петр – прекрасный человек, но с другой стороны, мне везде мерещится подвох. А вдруг он найдёт другую? Вдруг уйдёт, когда я успею привязаться? Вдруг он не поладит с Ильёй? Или, что еще хуже, сын успеет к нему привязаться. Нет, этого я точно не переживу.

Именно поэтому сегодня я не выдержала и попросила у него немного времени. Слишком быстро у нас все стало набирать обороты, и, пока дело не дошло до постели и я окончательно в нем не пропала, нужно разобраться в себе. А кто может помочь в этом лучше, чем горячо любимая подруга? Правильно, никто. Поэтому я и отправилась к Рите с Ильей и большим шоколадным тортом.

Сын был только рад приехать к любимой крестной. Разобрал все свои игрушки, нарисовал очередной шедевр и ближе к вечеру уснул под веселые песни из мультфильмов, а мы удалились на кухню.

— Маша, я понимаю, что ты боишься и постоянно оглядываешься назад, но так нельзя, — все тем же шепотом продолжает наставления подруга.

— Рит, я просто не хочу снова собирать себя по кусочкам! У бывшего мужа жизнь сложилась, открыл бизнес, живет в свое удовольствие, а я из-за депрессии, постоянного токсикоза и экономии чуть не свихнулась!

Вспоминать период после развода не хочу, но это происходит против моей воли. Наверное, я выплакала целую реку слез, а момент, который я увидела в офисе мужа, снился едва ли не каждую ночь. Это я уже не говорю о сумасшедшей свекрови, чувстве вины, сомнениях, умершей самооценке и много чем еще. Все мои планы и мечты перевернулись с ног на голову. Я только недавно вернулась к нормальной жизни, перестала отказывать себе во всем, чаще улыбаюсь и наконец смотрю на мужчин без отвращения.

— Маш, просто расслабься, пусть все идет своим чередом. Если Петр нормальный мужчина, то он все поймет и не будет тебя торопить.

— Да, — устало киваю, — наверное, ты права.

Мы посидели еще немного, допили чай с тортом и разошлись по комнатам. Я прилегла сбоку от сына, глубоко вдохнув его сладкий аромат. Сын пахнет особенно приятно – кажется, я никогда не смогу им надышаться. И несмотря на это мне очень боязно, что он вырастет маменькиным сынком. Я хочу, чтобы он любил меня, хочу, чтобы прислушивался к моему мнению, но был самостоятельным, сильным и смелым. Сложно хранить в себе столько страхов и еще сложнее жить с ними. Иногда во мне просыпается странное желание связаться с Германом. Не для того, чтобы наладить с ним отношения или чтобы выторговать алименты, а просто чтобы рассказать о сыне, чтобы они познакомились. Я бы очень хотела, чтобы у моего сына был отец, настоящий защитник. Конечно же, все это только мысли и желания, а я ни за что не стану говорить Герману об Илье.

Ночь выдалась несладкой. Хоть сын и спал хорошо, я ворочалась и просыпалась от кошмарных снов. Мне мерещилось, что кто-то следит за мной, а я пытаюсь убежать, скрыться от чужих глаз, но ничего не выходит. Просыпалась в холодном поту и потом снова проваливалась в тревожный сон, и так несколько раз.

Проснулась не просто невыспавшаяся, но и очень нервная. Впопыхах сварила кашу, выслушала получасовую детскую истерику и отвела ребенка в сад. Конечно, Илья никуда не хотел идти, у крестной можно смотреть мультики и не нужно спать днем, в садике нет такой роскоши, а вот мне нужно было немного свободного времени.

Обратно я шла, давясь собственными сомнениями. Очень сложно решиться на что-то столь пугающее, как новые отношения после развода. Я внушила себе, что не стану привязываться к Петру, просто попытаюсь быть счастливой, а там будь что будет.

— Маша? — Петр очень удивился моему раннему визиту.

Судя по растрепанной шевелюре и заспанным глазам, я стала причиной его пробуждения. Что-то я и правда на время не посмотрела, всего восемь утра.

— Привет. И прости, что так рано, я хотела поговорить, — веду себя как полная дурочка: краснею, заикаюсь и боюсь посмотреть в глаза.

— Конечно, проходи.

Оказавшись внутри, я на секунду растерялась, не зная, с чего начать разговор.

— Маш, ты пока проходи на кухню. Если несложно, сделай кофе, а я умоюсь, голова ватная после сна.

— Угу. — Отлично, у меня есть время вспомнить речь, которую я готовила у себя в голове больше часа.

Никогда так не нервничала, даже на собственной свадьбе. Оказывается, не так-то просто признаваться в собственных страхах и симпатиях. Петр слишком сильно мне нравится, я не хочу его терять.

Кухня заметно преобразилась. Новая техника заменила старую, появилась даже кофемашина, и это заметно подняло мое настроение. Быстро разобравшись со всевозможными кнопками, я разливаю ароматный напиток по кружкам и радуюсь, как маленький ребенок. Аккуратно расставляю все на столе и жду возвращения хозяина квартиры.

Петр возвращается все такой же взъерошенный, с мокрыми волосами, но выглядит бодрее и даже улыбается. Он делает глоток крепкого кофе и только потом садится напротив меня.

— Так что заставило тебя прийти ко мне в столь раннее время?

Ну что, Маша, пора выложить все карты на стол и перестать вести себя как глупый подросток.

— Чтобы сказать, что ты мне очень нравишься, но мне страшно начинать новые отношения. И если эта симпатия взаимна, очень прошу не торопить меня.

— Фух, а я уж подумал, что ты решила отшить меня с утра пораньше. — Петр улыбается и, пока я нервно еложу по стулу, накрывает мою руку своей. — Маш, я все понимаю, уже не маленький мальчик, и отношения на одну ночь мне не нужны, буду ждать столько, сколько нужно.

— Спасибо. — Я почти расслабилась, откинула назад все сомнения, пока Петр не решил продолжить разговор:

— Маш, я понимаю, почему ты боишься. В первую очередь из-за сына. Но я хочу, чтобы ты знала, что я никогда вас не обижу, моя мама тоже была матерью-одиночкой, с трех лет воспитывал меня отчим, это был замечательный человек, поэтому я не боюсь ответственности.

Это был удар ниже пояса. Я и слова не сказала о своих страхах, а Петр все понял. Глупо, наверное, но я разрыдалась. Слезы покатились по лицу против моей воли. Я наконец почувствовала себя слабой женщиной, а рядом тот самый сильный мужчина, который не позволит мне все решать самой. Он моя стена, моя опора, и я благодарна судьбе за такой подарок.

— Ну чего ты? Не плачь, — говорит и утирает слезы с моих щек так нежно и заботливо, что я теряюсь от приятных ощущений. — Давай лучше в кино сходим? Поднимем тебе настроение. Во сколько нужно Илью забрать?

— В шесть.

Хлюпаю носом и радостно тону в крепких объятиях.

— Тогда сейчас едем завтракать, потом кино, и до вечера я тебя не отпущу, ты задолжала мне минимум три свидания.

Я даже ответить не успела, как Петр, быстро чмокнув меня в щеку, умчался переодеваться. Немного по-детски, но улыбка расцвела на лице сама по себе.

Спустя час мы уже сидели в кафе, наслаждаясь вкусным и плотным завтраком, а сразу после него направились к ближайшему торговому центру с кинотеатром. К нашему невезению, в это время суток показывали либо мультики, либо ужастики. Конечно же, мы выбрали первое. Уже давно я не чувствовала себя так комфортно и хорошо. Мы наслаждались друг другом, поедая попкорн и запивая его газировкой, при этом не переставая смеялись над забавными моментами на большом экране. Сеанс занял чуть больше двух часов, поэтому у нас оставалось еще очень много времени, которое мы решили провести с пользой. Петя замыслил ремонт и сегодня собирался ехать в строительный магазин, а я решила, что это хорошая идея. Я даже не думала, что мы так увлечемся и по-доброму будем спорить насчет цвета стен, полов и какой лучше коврик купить в ванную. Наверное, со стороны мы смотрелись как супружеская пара, и эта мысль совершенно меня не пугала.

До шести вечера мы не провозились, но ушли из магазина довольно поздно, на часах было почти пять часов, когда мы подъехали к подъезду, и меня что-то насторожило. Назовем это чутьем, которое завопило внутри меня об опасности. Дура, зря себя не послушала! Только успеваю выйти из машины, как сталкиваюсь с разгневанным взглядом бывшего мужа. Герман стоит в двух шагах от дверей подъезда. Он смотрит в нашу сторону, я на него. В голове лишь одна мысль: как же я рада, что Ильи нет рядом.