Глава 17
Несколько часов я провела в нервном ожидании и тяжелых размышлениях. Пыталась поспать, но ничего не вышло. В голову то и дело лезли тревожные мысли о Кате, о Саше… обо всем вообще. Да и пустой желудок по-прежнему недовольно ныл, хотя аппетита у меня не было совершенно. Но выходить из комнаты я не решалась до последнего. Сама не могла объяснить чего опасалась… Лишь ближе к десяти не выдержала и высунула нос из мнимого укрытия.
К моей удаче Саша находился на кухне. Один. Он с хмурым видом промывал рис и на мое появление никак не отреагировал.
– Есть будешь? – вдруг спросил, не поднимая глаз, когда я подошла близко.
В общем-то, мне уже давно пора было съесть что-нибудь, поэтому я энергично закивала. А повар указал мокрой рукой на стол.
– Садись.
Я послушно проследовала к нему и села так, чтобы видеть Сашу. Все время пока он готовил мне завтрак, не спускала с него испытующего взгляда. Довольно быстро повар соорудил для меня сэндвич с семгой, словно предугадал, что я голодная, а еще принес тарелку ароматного салата с баклажанами.
Слюни мгновенно заполнили рот от пикантного запаха, который исходил от блюд. Однако давление переживаний не оставляло меня ни на секунду. Поэтому, как только Саша подошел с чайным набором, я взволнованно спросила:
– Как она?
Он встретился с моим взглядом, но почти сразу угрюмо потупился.
– Плохо. Приятного аппетита!
– Ее сожитель, что-нибудь говорил?.. – дополнила я, не позволяя ему уйти.
К моей неожиданности повар неловко оглянулся на дверь, будто чего-то опасался. Блин… Неужели ему досталось за то, что я пыталась помочь с Катей?! Но это же абсурд!
– Саш, я… правда переживаю за нее, – приглушенно проговорила я, немного подавшись вперед. – Расскажи мне, что ты знаешь?
Помедлив несколько мгновений, он поджал губы и подошел ближе к столу.
– В больнице она. Ее мужик отзвонился, доложил.
Меня тут же передернуло.
– В больнице?.. То есть…
– Да, в психушке, – холодно подтвердил Саша мою мысль. Затем гневно отвел взгляд. – Козел, блять… Сбагрил ее санитарам, чтобы самому не возиться!
Нахмурившись, я растерянно спросила:
– Что?.. Ты думаешь, он сам мог справиться?
– Ну, как-то же сестра одна с ней справлялась! – яро воскликнул он. – Держала Катюху на контроле у врача, но все-таки выхаживала сама! А эта гнида жопу лишний раз не поднимет… Жаль уехала сестренка.
– Куда она уехала?
– В Европу куда-то, – неуверенно отозвался повар, разглаживая свой заляпанный китель. – В командировке влюбилась в иностранца и выскочила замуж.
– И у Кати больше никого нет? – уточнила я.
Меня не покидало чувство, что есть какой-то оптимальный выход из этой ситуации. Непременно есть! Потому я допытывалась. Но Саша разрушил мои наивные надежды.
– Здесь точно нет. Она сама аж с Дальнего Востока. Может там и есть кто из родни, да станут ли они с ней, нянчится в случае чего?!
Мурашки выступили на коже. Я с грустью уставилась в пространство, в красках представляя, что почувствует Катя, когда придет в себя. Никому не пожелала бы такой участи…
– Мне очень жаль, – выдавила я, наконец.
– Мне тоже, – лаконично отвесил Саша, отходя от стола.
Он отправился заниматься своими делами, а я попыталась впихнуть себя хотя бы сэндвич. Каждый кусок проглатывала с трудом. Неужели она больше не вернется в этот дом? Но Катя ведь как-то продержалась год! Насколько мне было известно – именно столько она здесь работала. Может Влас, все-таки проявит снисхождение?.. Не поверю, что он не знал о ее недуге.
Закончив с завтраком, я сама убрала за собой посуду и помыла ее. Затем решилась вновь подойти к Саше.
– Может, ты как-нибудь навестишь ее?.. – почти попросила я. – Убедишься, что все нормально. Что ее устроили в хорошую палату, и обеспечат должный уход…
Продолжая шинковать лук, он свел брови и небрежно поинтересовался:
– И как мне это сделать по-твоему? Я здесь за нас двоих теперь отрабатывать буду без продыха. А в этой дурке приемные часы не бесконечные!
– Ну… Я могла бы помочь? – без раздумий предложила я.
Нож в руке Саши замер. Он недоверчиво задержал на мне взгляд и уточнил:
– Ты уверена?
– Да, – твердо ответила я. – Я уже помогала Кате.
На некоторое время повар застыл в раздумьях, затем вдруг оживленно оглянулся на плиту, где варился бульон.
– В принципе, если я все подготовлю… – отстраненно проговорил он. – Ты же сможешь просто проследить? А я быстро к ней смотаюсь!
– В смысле сейчас? Сегодня?.. – взволнованно выдала я. – Конечно! Без проблем.
Наверное, впервые я увидела, как просияло лицо Саши, а на его губах появилась улыбка. Я и сама была бы рада, если бы он съездил к Кате как можно скорее.
– Отлично! – Повар воодушевленно потер ладони, глядя на меня как на лучшего друга.
Он справился за час. Впрочем, и я без дела не стояла – позволила ему эксплуатировать меня, поэтому мы все сделали быстро.
Уходя, Саша дал мне целый список рекомендаций, которые я оперативно усвоила. А напоследок неожиданно серьезно сказал:
– Спасибо, Диана! Ты… хороший человек.
– Не за что, – ответила я, смущенно улыбнувшись. – Беги, давай! И передай ей привет, если увидишь.
Он многообещающе кивнул и покинул кухню, а я со вздохом принялась наводить на кухне порядок, который мы второпях устроили. Одновременно с этим приглядывала за готовящимися блюдами. Через двадцать минут отключила рис, и почти сразу тушеные овощи. Осталось довести до готовности какой-то замудрённый европейский суп, а еще не упустить мясное блюдо, которое запекалось в духовке.
Время шло, и я невольно уходила в мысли. Как там Саша добрался до Кати? Интересно, что с ней там будут делать?.. Психбольница, ни с чем хорошим у меня не ассоциировалась, поэтому в голову лезли какие-то ужасы. Накручивать себя было легко, ведь последние дни моя психика выдерживала нешуточные испытания. И пока реальность стабильно оставалась безрадостной. Страшно было подумать, что будет завтра…
Внезапно в сознание влетела мысль, которая моментально показалась мне очень соблазнительной. Задержавшись у плиты, где только что отключила суп, я сосредоточила взгляд на дверце шкафа под раковиной. Там, в темном уголке за трубой, Саша прятал запасы своего топлива – бутылочку какого-нибудь терпкого напитка.
Откуда я об этом знала? Катя как-то продемонстрировала мне это место, которое называла волшебным тайником алкоголика. Ведь каждый раз за трубой появлялась новая тара с коньяком, виски или водкой.
Так странно… Я никогда не пила крепкие напитки, но сейчас с удовольствием выпила бы любой алкоголь, лишь бы избавиться от накопившегося внутри напряжения. Причем загорелась я не столько мыслью напиться, сколько яростным желанием сдвинуть с мертвой точки свое опостылевшее заточение. Сделать то, что не зависит от решений других.
К черту все…
Решительно сдвинувшись с места, я приблизилась к раковине и открыла дверцу шкафчика. На губах мелькнула улыбка. За трубой действительно виднелась худая вытянутая бутылка с темным содержимым. Не без труда вытащив ее, я прочла пеструю этикетку, где было указано, что это клюквенная настойка. Открутила железную крышечку, с любопытством вдохнула у горлышка и тут же поморщилась от терпкого алкогольного запаха.
Ну и гадость… Как можно такое пить вообще?
Несмотря на то, что выпивку Саши я не оценила, все же потянулась за стаканом. Воровато огляделась и немножко плеснула себе темно-красной жидкости. Внутри просочились сомнения. Неуверенно покрутив стакан в руке, я отрешенно отвела глаза, ощущая, как расползается в груди свинцовая тяжесть. Наконец приложила холодное стекло к губам, замечая, что они дрожат, и опрокинула в себя разом эту небольшую порцию.
Хапнув обожженным ртом воздух, я начала кашлять, ощущая как жар лавы, которую мне взбрело в голову глотнуть, расходится по всему телу. Недолго думая, кинулась к раковине, чтобы запить это водой прямо из-под крана.
– Ка-кой кошмар!.. – сипло простонала я, вытирая мокрые губы.
Уже засомневалась предназначено ли это вообще для питья? Однако неприятные последствия как-то очень быстро сошли на нет, оставляя после себя лишь приятное опьянение и легкость. Даже не ожидала, что меня так поведет от одного глотка. Но… мне нравилось это состояние!
Загадочно взглянув на бутылку, я вдруг придумала, чем можно сгладить крепость настойки. В кладовой, которую к моей удаче никто не запер, хранились запасы разного сока. Я выбрала для себя вишневый и вскоре устроилась за барной стойкой со стаканом самодельного коктейля, и небольшой тарелкой нарезанных фруктов. Села спиной к дверям – вдруг кто-то из охраны зайдет? А я еще не настолько расхрабрилась, чтобы в наглую рассиживаться здесь с бутылкой спиртного, которую благоразумно спрятала в бумажный пакет.
Неожиданно для себя усмехнулась от мысли в голове: вот так и становятся алкоголиками! Настроение появилось как по щелчку, а депрессивные размышления как-то незаметно рассеялись. После второй порции настойки, которая зашла гораздо легче с соком, я включила радио. Без него Катя никогда не приступала к работе, тогда как я уже находилась в той самой кондиции, чтобы послушать музыку.
Хмель стремительно мешался с кровью, делая меня еще пьянее, веселее и бесстрашнее. Теперь осознание, что кто-то зайдет и застанет мою шалость, вызывало только приступ смеха. Вот, подумают, оборзела совсем пленница!
Захихикав от собственных мыслей, я отправила в рот кусочек банана и допила остатки коктейля. Но только взялась за бутылку, чтобы сделать новую порцию, как вспомнила о супе, который давно надо было выключить. Второпях чуть не свалилась с высокого стула, однако до плиты добралась успешно и отключила конфорку.
С супом оказалось все в порядке. На первый, взгляд, по крайней мере. Я решила, что ничего страшного, если он покипел немного дольше положенного. Теперь главное не упустить мясо…
Неожиданно до меня донеслись шаги. Кто-то шел по коридору и, кажется, приближался к кухне. Мой пофигизм куда-то резко испарился и, чувствуя, как тревожно барабанит сердце, я ринулась к барной стойки. Но успела только закрыть свое застолье спиной, прежде чем в дверном проеме показалась высокая фигура в черной дубленке.
Дыхание застряло в горле. Буквально прибив меня к месту взглядом, Влас не спеша прошел вглубь кухни.
– Где Саша? – строго спросил он, остановившись возле стола.
Сглотнув, я сбивчиво выдала:
– Он… Он ушел в магазин! Купить кое-каких продуктов…
– Повара в этом доме не ходят за продуктами, – отрезал бандит, холодно сверкнув глазами. – Не советую здесь кого-то покрывать, Диана! Тебя никто за это не поблагодарит. Итак, где он?
Я опустила глаза. Остро понимая, что сейчас худшее время конфликтовать с ним, решила больше не юлить:
– Саша поехал к Кате. Но совсем ненадолго! – тут же добавила я в его защиту. – Он просто очень переживает за нее и… все подготовил, перед тем как уехать! А я пообещала присмотреть тут...
Я замолкла и на кухне воцарилась напряженная тишина. Влас продолжал буравить меня странным взглядом, а в какой-то момент медленно склонил голову набок. Будто учуял неладное.
– Что ты там прячешь? – неожиданно спросил он с налетом подозрения.
– Я?.. Ничего… – оторопело отозвалась я.
Бандит вдруг сдвинулся с места и начал приближаться. Тело бросило в жар. Я отметила, как разошлись крылья его носа, словно он уловил характерный запах алкоголя в воздухе. Поэтому и подошел ко мне вплотную – убедиться.
Взгляд коньячно-карих глаз переместился мне за плечо. Влас бесцеремонно сдвинул меня в сторону и схватил стакан с красным осадком на дне. Поднеся его к носу, коротко вдохнул, затем безошибочно протянул руку к пакету, в котором была спрятана бутылка настойки.
– Откуда ты это взяла?! – стальным тоном спросил он, удерживая стеклянную тару с такой силой, что, казалось, она сейчас треснет.
Щеки загорели от прилива крови. Я трусливо отвела взгляд, а Влас требовательно обхватил пальцами мой подбородок и прохрипел:
– Клюв еще не дорос тянуть это пойло! Чтобы я больше не видел у тебя что-то крепче компота.
Отцепившись от меня, он развернулся и вместе с бутылкой направился к кухонному гарнитуру. Открыл верхнюю полку шкафчика над раковиной, поставил туда настойку и, неосторожно захлопнув дверцу, предупреждающе оглянулся.
– Возвращайся в свою комнату! – приказал бандит, подойдя к плите и отключив все индикаторы.
Следом он размашистым шагом направился к дверям, а меня вдруг охватило возмущение. Я даже не дождалась, пока Влас скроется в коридоре. Взяла стоявший рядом стул и решительно обошла барную стойку. Поставила его рядом с нужным шкафчиком, неуклюже забралась на сидушку и открыла верхнюю дверцу.
Как только настойка оказалась у меня в руках, я машинально оглянулась, желая убедиться, что мой бунт остался без внимания. От испуга чуть не слетела с этого чертового стула… Влас стоял прямо за спиной! Он приблизился без единого шороха и даже не дрогнул, когда бутылка, вылетевшая из моих рук, вдребезги разбилась о пол, усыпая его осколками.
Красная лужа растеклась по плитке. Не успела я опомниться, как бандит сдернул меня вниз со стула, приземляя задницей на столешницу.
– Какого хера ты нарываешься?! – рявкнул он, грозно нависая надо мной.
– П-потому что хватит указывать мне, что делать! – нервно выпалила я, сама не ожидая от себя такой дерзости. – Я не рабыня!.. И не ребенок… Я решила выпить и выпью!
– Обломишься! Хотя можешь попробовать слизать эту дрянь с пола.
Гнев застелил глаза. Стиснув зубы, я изо всех сил пихнула Власа, чтобы слезть со столешницы, но он даже на сантиметр не сдвинулся. Застыл как долбаная гора, рывком дернул меня к себе за бедра и схватил за шею сзади.
– Чего ты добиваешься, девчонка?! А?!
Частое дыхание срывалось с моих губ. От угрожающей энергетики бандита, холод прошел по позвоночнику, но бунт внутри сохранял силу. Однако с новой попыткой сопротивления, он вдруг тесно прижал меня и над ухом проговорил:
– Хочешь, чтобы я наказал тебя?!
Я внезапно застыла, ощущая его обжигающее дыхание на своей шее. И не могу сказать, что это было только из-за настороженности...
Влас тоже как будто замер. Медленно сгреб мои волосы в кулак и… теплые мужские губы вдруг коснулись кожи.
Тело пробрало жаром. Напрягшись с головы до ног, я изо всех сил уперлась ладонями в плечи Власа, но его поцелуй стал только настойчивее.
– Что т-ты делаешь?.. – лихорадочно выдохнула, ощущая, как горячий язык задевает нежное место под мочкой уха.
Кожа покрылась испариной от моего сопротивления возбуждению, которое стремительно завязывалось узлом в животе. Но неужели я настолько забылась в алкогольно опьянении, что поплыла за секунду?.. Неужели мне оказалось мало того унижения в спальне бандита?! А может он решил, что я нарочно его провоцирую?
Тогда этот мужчина преследует лишь одну цель – вновь беспощадно растоптать меня!
Резко отдернув голову, я начала извиваться и впиваться ногтями в грудь Власа. Поцелуй прекратился, но вот хватка в волосах стала жестче. Бандит повернул мое лицо к себе и протолкнул язык в мой рот, не давая ни одного шанса убежать.
Стон вырвался из груди. Страсть захватила меня как мощный вирус, разрушающий волю. Больше я не управляла собой, и не слышал отрезвляющий голос разума. Он словно вмиг стал глухим, неразличимым. Я сдалась и позволила Власу целовать себя. Даже больше… я хотела этого! До дрожи хотела.
Охваченная эйфорией, я не заметила, что он перестал прижимать меня. Не прерывая поцелуй, бандит скользнул рукой по вырезу моего платья и внезапно дернул его вниз вместе с лифчиком, к чертям срывая пуговицы. Я ахнула, осознав, что практически обнажена по пояс. Влас уже склонился к груди и, сжав одну, бережно захватил губами призывно торчащий сосок.
Возбуждение пожаром заиграло между ног. Его грубость, сочетающаяся с нежностью, сводили с ума… Я просто не успевала бояться! Все эмоции растворялись в многогранных ощущениях.
Продолжая крепко держать за волосы, бандит снова переместился к моей шее и забрался рукой мне под юбку.
– Влас!.. – взволнованно выдохнула я, не осознавая зачем.
В любом случае это его не остановило. Мужские пальцы сдвинули полоску белья и бесцеремонно скользнули по горячим, влажным половым губам.
Резкий вдох зашел в легкие.
– М-м… Не… не-ет… – прозвучал мой поверженный дрожащий голос, а следом из горла вырвался неприлично громкий стон.
Влас вдруг прижал мою голову к своей груди, словно хотел заглушить звуки, и протолкнулся в меня пальцами. Принялся интенсивно двигать ими, слушая мои всхлипы, рваное дыхание, и не позволяя мне убегать.
Его запах пропитал меня насквозь. Мысли путались в голове, во рту пересохло, а удовольствие обрушивалось волнами с новой силой. Влас вгонял в меня пальцы глубоко и резко, как отбойный молоток. И неожиданно бедра содрогнулись... Выгнувшись дугой, я сделала попытку отодвинуться, ощущая, как мое влагалище сдавливает пальцы бандита, который упрямо оставался внутри.
Через шумное тяжелое дыхание, я слышала, как гулко колотится мое сердце. Мурашки выступили на коже, от мысли, что он сейчас возьмет меня прямо здесь на кухне! Однако Влас не собирался продолжать. Неожиданно отстранился и отступил так, чтобы я могла слезть со столешницы.
Вперившись в него растерянным взглядом, я потратила целых несколько секунд, прежде чем свела ноги, лихорадочно поправляя на себе платье. Неуклюже встала ногами на пол, кое-как запахнула на груди остатки лифа и начала слепо пятиться.
Бандит тоже не спускал с меня глаз. В них ничего нельзя было прочесть, впрочем, все итак казалось очевидным. Поэтому уставившись себе под ноги, я неловко обернулась и бегом помчалась вон из кухни.