Глава 44

Ассоль – Нравится? – спрашивает вдруг Ратмир, направляясь в мою сторону. – Нет, – отвечаю невозмутимо. Глаза прячу. Не хочу, чтобы он прочитал там мое истинное отношение к его божественному телу. – Все бабы заводятся от кровавых побоищ, – Цербер обнажает зубы. – И ты не исключение. Рывок, и вот я уже оказываюсь впечатаной в крепкий мужской торс, влажный от пота. Ратмир склоняется ко мне, нежно проводит носом по шее, втягивая воздух. Наслаждаясь ароматом моей кожи. Он будто нарочно на мгновение замирает у пульсирующей венки. А у меня просто сносит крышу. Я никогда не была жадной до секса. Это не имело для меня никакого значения. Быть может, именно поэтому мне удавалось сохранять благоразумие и девственность к своим девятнадцати. Но рядом с Ратмиром все изменилось. Он стал катализатором в развитии моего желания. Нет, не желания, а жгучей жажды. С первых дней я думала о его члене, хотя никогда раньше меня не интересовало ничего подобного. Да, иногда мы с подружками болтали и мужских приборах, но это было не более, чем баловство. Как у Цербера получилось? Как он сумел разбудить во мне желание? Потребность в нем? Как завладел моим телом, получив безоговорочный контроль. И даже дикость его животная не оттолкнула. Точно тело чует своего самца. Реагирует на него в момент. За секунду увлажняется. Как по указке. По приказу. Глубоко дышу. Вставшие пиками соски трутся при каждом вдохе и каменную грудь мужчины, покрытую порослью волос. Испытываю странное, уродливое удовольствие. А стоит только подумать, что зверина вот-вот возьмет меня, как ощущения в разы усиливаются. Сводят с ума. Вот бы сейчас ощутить его там, в самом чувствительном месте… Нет, я не хочу. Не признаюсь себе никогда, что разделяю с Цербером его неконтролируемое желание. Что хочу не меньше. Что лечу вместе с ним глубокую пропасть, без шанса увидеть там просвет. – Прежде, чем мы это сделаем, – сбивчиво произношу. Говорю быстро, пока воздух не кончился, – пообещай, что поговоришь с моим отцом. – Сейчас я не настроен вести диалог. – Ратмир… для меня это важно… сейчас… – Сейчас для тебя важно только одно, девочка: как бы скорее почувствовать мой член внутри, – усмехается, точно знает, что прав. – Твои трусики мокрые. Я уверен, – добивает словами. Заставляет осознавать, как ужасно и неправильно то, что я к нему чувствую. – Хочешь его? – Нет… – почти уверенно. Почти. Горячая, немного шершавая ладонь ныряет под штанину моих спальных шорт. По-хозяйски забирается под влажную полосочку трусиков. – Аааах… – не получается сдержаться. – Даа… – довольно выдыхает. Свободной рукой берет меня за щеки, немного сжимая. Запрокидывает голову. Сам склоняется над моим лицом, пока его безжалостные пальцы терзают набухшую плоть. Он жестко ласкает ими самое чувствительно место, а оно в ответ пульсирует и подрагивает, пока меня прожигает жадный мужской взгляд. Ратмир читает все по моим глазам. Упивается эмоциями. Наслаждается неподдельной реакцией. Зрачки выдают. Знаю. В них не скрыть истинных чувств. Мужчина отстраняется, отпускает меня, но только на миг. Чтобы стянуть шортики вместе с бельем и отбросить их в неизвестном направлении. Затем избавиться от своих спортивных трусов, оставшись полностью обнаженным. Вздыбленный член предстает передо мной в полной боевой готовности. Наверное, я никогда не привыкну к его устрашающему виду. Там и буду хотеть и бояться одновременно. Раздутый от возбуждения он выглядит сейчас точно железный кол. Ратмир ложится на кожаную лавочку, что очень удачно оказывается рядом с нами. Дергает меня за руку, срывая с места. Усаживает на себя. Но не на член. Перед ним. – Смотри на себя, – хрипло распоряжается, но я не сразу понимаю, о чем речь, пока, приподняв глаза, не замечаю огромное зеркало прямо перед собой. Вот только в нем отражаюсь вовсе не я. Другая девушка. Будто игрушечная на фоне мускулистого тела, лежащего под ней. Раскрасневшаяся. Возбужденная. С горящими от похоти глазами. Неужели, желание так преображает меня? Делает такой… сексуальной? Такой… Соски, ставшие непривычно крупными, отчетливо виднеются под майкой. Они натягивают ткань, придавая мне еще более развратный вид. Я как олицетворение похоти сейчас. Как игрушка, для самых грязных и непредсказуемых удовольствий. Жадные мужские ладони, со все еще яркими красными отметинами, сжимают мои ягодицы. Жестко. Безжалостно. Потом пальцы снова ложатся на припухшую горошинку между моих нижних губок. Глаза непроизвольно закатываются. – Не закрывать! – тут же слышится рык. – Смотри на себя. Смотри, как ты не хочешь мой член. И мне приходится смотреть. Как ту, другую девчонку, здоровенный мужик ласкает пальцами. Как порочно утопают его пальцы между влажных губок. Как содрогается хрупкое юное тело от каждого такого движения. – Ты все еще не хочешь, Ассоль? – с насмешкой. С победными интонациями. Я хочу, сказать, что нет. Я желаю этого больше всего на свете, но шепчущие губы произносят совсем другое: – Да… – протягиваю на выдохе. – Да! Я хочу, Ратмир. – Тогда проси, – слышится следом. – Проси, чтобы я тебя трахнул.