Глава 51

Ратмир Наверное, мне стоило поквитаться с Соловьем уже давно. Но я почему-то до сих пор этого не сделал. Не хотел быть импульсивным. Алина упорно вбивала мне в голову всякую чушь про контроль и про то, как на эмоциях можно потерять все. Но терять не хотелось даже часть. И я, сука, верил. Как дебил. Пытался что-то там себе доказать. Воспитывал спокойствие и сдержанность. А что в итоге? Тип, которого я приговорил к смерти с самого начала, все еще дышит. Имеет на местах все конечности. А его семейка купается в роскоши и бабле. Какого хрена я ждал так долго? Чтобы потом узнать от Зубова, как Соловей удачно отстранил его от работы?! Фактически лишил меня глаз и ушей рядом с собой?! Ограничил доступ к ценной информации?! А Зубов, мать его, всего лишь схлопотал за то, что упустил из вида девчонку. Я пытаюсь сформировать в голове четкий план, но у меня, сука, ничего не получается! Был уверен, Соловей со всем его баблом и связями у меня на крючке. Но нет, блядь, Зубов прохлопал малолетку, убежавшую в лес из родного Соловьиного гнезда, и все мои замыслы пошли по пизде. Да я и сам размяк рядом с этой девчонкой. Все мыли об одном. О тугой заднице, в которую вколачиваться хочется без устали. Зубову готов был зубы пересчитать, когда он увидел Ассоль с раздвинутыми ногами. Не знаю, что помогло сдержаться. Наверное то, что этот мужик был нужен мне. Когда такое вообще со мной случалось? Чтобы вот так за бабу глотки грызть. За взгляд только. За улыбку на морде. Охранять эту суку хочется. Закрывать ото всех. Не делиться. А она на столе расселась, манящими дырочками светит. А на лице другое совсем написано: гордая. Слишком гордая. Точно показывала мне мое место. Мол, не достоин ее королевские дыры драть, хоть и сидит такая голая и доступная. Ведьма. Даже сейчас в башке только одно. Как по моему возвращению встречает у входа на полу. На коленях, в позе покорности. С языком высунутым. И глазами такими… невинными, но полными жажды. Сама джинсы с меня спускает. Сама на член ртом насаживается. Вылизывает тяжелые яйца. И сосет так, что у меня искры перед глазами валят. Пришибить бы ее сразу, но я не наигрался. И вряд ли это случится в ближайшее время. После Зубовских откровений у меня внутри все бурлит. Без колес я стал слишком возбудимым, и резкий отказ от них явно не пошел мне на пользу. Решил, что приду в спальню, спущу пар и полегчает. Но когда увидел Ассоль, злоба задушила. Черная, как глубокая бездна. Мне как-то по-детски захотелось выместить на ней все, что я чувствую. Ненависть к Соловью. Причинить боль тому, кого он любит. – Пожалуйста, не надо… – взмолилась ведьма, а меня ее мольба лишь больше завела. Маньяк во мне проснулся. Кровожадный и безжалостный. Мне хотелось причинить ей страдания. Доказать, что я главный. Что я сильный и по праву могу получать то, что хочу. Что я не позволю больше поступать со мной как с дерьмом. И только в душе, когда ненависть и жажда убивать схлынули, выстрелив минутами назад вместе с накопившейся спермой, я понял, что повел себя как ребенок с не окрепшей психикой. Может, долбанная Алина права, и мои детские травмы намного сильнее, чем я думаю? И отцовское воспитание наложило гораздо больший отпечаток? С рыком сжал кулаки и долбанул лбом о кафель на стене. Тот дал легкую трещину. Когда вышел из ванной, Ассоль не спала. Она лежала с закрытыми глазами, притворившись спящей. Но этот факт принес мне облегчение. Я понимал, что не из тех, кто будет извиняться или просить прощения. Значит, так будет лучше. Пусть ненавидит. Ненависть – чувство гораздо более сильное, чем что бы то ни было другое. И я знаю об этом не понаслышке. Теперь же я еду спасать Алину, до которой добрался Сабир. Сегодня она должна была передать мне таблетки. Взять Соловьеву с собой в город я не мог, поэтому попросил Зубова приехать и присмотреть за ней. Только все пошло через одно место. Можно бы, конечно, забить на Алину, но я не смог. Ни по-человечьи это, если она без вины из-за меня сдохнет. Когда было тяжело, только эта девка рядом и оказалась. Я бы в муть ее сроду не поверил, но на тот момент мне нужно было верить хоть во что-то, чтобы выкарабкаться с того света. В буквальном смысле. То, что я выжил тогда – подарок судьбы. Второй шанс, который я не могу себе позволить проебать. В клинику попадаю через черный ход. Не рискую светиться на парадном. Громил, охраняющих связанную врачиху, застаю врасплох. Но я и без этого смог бы уложить их одним мизинцем. – Цела? – спрашиваю у девушки, освобождая ей рот. – Они что, мертвы, Ратмир? – вместо ответа слышу от нее. – Отдыхают, – ровно произношу, стирая кровь с уголка губ. В этот момент раздается сигнал моего телефона. Отвечаю на входящий вызов. – А ты оказался еще более наивным, чем я полагал, сучий выблядок, – голос Сабира звучит насмешливо. – Думаешь, мне нужна была эта твоя подстилка? Нет, брат. Пока ты спасал мозгоправку, я забрал у тебя что-то более ценное. Эй, малышка, поздоровайся с моим братцем.