22 вайэба 326 года. Дом Вайнгойртов
- Что угодно госпоже? - спросил Эйнри, войдя в комнату.
- Если ты не сильно загружен домашними делами, то мне было бы угодно с тобой пообщаться.
- Для своей госпожи раб не может быть...
- Я же не самодур какой-нибудь. Если тебе необходимо сделать что-то важное и неотложное - иди и делай. Мое желание интересно пообщаться вполне в состоянии потерпеть. Понятно?
- Да, госпожа. Я уже сделал все важные и неотложные дела, запланированные на сегодня.
- Отлично. Будь добр, сядь на ковер, рядом со мной. Хочешь фруктов? А сока? Ну, если захочешь - бери, не стесняйся. Расскажи мне о себе, о нашем доме, о Венге…
- Что именно вам рассказать, госпожа?
- Да все! Начни с рождения. Как у вас все происходит? Где сейчас твой отец? Есть ли у тебя еще братья? Чему учат в Джордане? Мне интересно все-все.
Эйнри, устроившись на ковре поудобнее, улыбнулся.
- Сам момент рождения я не помню, но все были страшно разочарованы, это уж точно. Ведь я был третьим ребенком у Старшей госпожи Дома, третьим мальчиком. А госпоже было уже много лет, и следующих родов она могла не перенести. Хорошо, что она не возненавидела меня, ведь я не оправдал ее ожиданий...
- Но ведь ты был не виноват! - В глазах Айрин сверкнуло изумленное непонимание.
- Конечно, - Эйн едва заметно улыбнулся девушке, возмутившейся искренне и эмоционально. - Но во многих других домах такую неудачную попытку просто продали бы куда-нибудь с глаз долой. Меня же отдали в Джордан и даже заплатили вступительный взнос, дающий право выбора дополнительных предметов для обучения. - Юноша вздохнул, уточняя: - Старших братьев раздали в чужие гаремы, пока меня не было, я даже не успел с ними попрощаться. А Сайни не смог поступить в Джордан, и тетушка предпочла оставить его обычным наложником в гареме Дома. Он единственный ребенок хозяйки Сабины, и она его очень любит. Ей было приятно вчера, когда вы...
Тут Эйнри закусил губу и ненадолго затих.
- Спокойствие, главное спокойствие! - Айрин, наклонившись, ласково погладила брата по голове. - Вот видишь, тетушке приятное сделали... Радоваться надо. Теперь можешь быть уверен - конкурентов в ближайшем будущем у тебя не предвидится. Правда потом мне все-таки придется искать "раба с хорошими генами", а то Сабина мне уже все уши прожужжала.
- Это она будет искать, - губы Эйна осторожно прикоснулись к запястью девушки и он вопросительно посмотрел на нее, ожидая знака, продолжать или останавливаться. - Вы выбирать из найденного будете, а я стоять и смотреть, как вы выбираете. Знаете, как больно осознавать, что даже если я полностью выложусь и вам не захочется иметь никакого другого раба для удовольствия, кроме меня, все равно появится наложник, который займет положение в доме выше моего... Будет командовать мной...
- У вас такая сложная иерархическая система. И среди женщин, и среди мужчин. Наверное, мне никогда не удастся ее до конца охватить своим разумом, - Айрин, закусив губу, постаралась унять участившееся сердцебиение.
- На самом деле среди мужчин ничего сложного нет, - не дождавшись явного одобрения своим действиям, Эйн, вздохнув, продолжил спокойно общаться. - Мы располагаемся в этой системе по степени родства и предпочтения главными женщинами в доме. Сначала идет отец дочери Старшей госпожи или наследной госпожи, если она уже выбрана. Потом помощник Старшей хозяйки. Потом любимец госпожи, причем необязательно текущий любовник. Это может быть и любимый сын или племянник. И любимцев может быть несколько. Потом старшие спецы, потом просто спецы и наложники, помощники старших спецов, потом подростки, потом дети... Сейчас главный среди мужчин Дома я, потом Старший в гареме, потом Сайни, особенно после того как вы его выделили.
- А твой отец и отец Сайни? - Айрин немного успокоилась и вновь погладила брата, с удовольствием перебирая его волосы.
- Это один и тот же человек. После моего рождения его усыпили, - Эйн перевел взгляд с сестры на стену, но потерся щекой о ладонь девушки.
- За что? За то, что ты родился мальчиком? Это же несправедливо! - Айрин вновь бурно возмутилась.
- Госпожа рискнула использовать его семя два раза, и оба раза были рождены мальчики. И Сабина тоже родила мальчика. К тому же ему уже было за тридцать. Если хотя бы Сабина родила девочку, у него был бы шанс остаться доживать в гареме, - безразлично-спокойным голосом пояснил Эйнри.
- То есть своего отца ты даже не увидел? - Айрин пребывала в некотором шоке от услышанного.
- У многих рабов так, - вновь посмотрев на сестру, Эйн опять рискнул прикоснуться губами к ее запястью. - Особенно сложно быть клоном, но элитных рабов, слава Матери Всего Сущего, не клонируют, только спецов.
- А кстати, какие у тебя были отношения с матерью? - Айрин никак не могла понять и принять здешние семейные традиции.
- Как у раба с госпожой. Какие же еще? - Эйн, наоборот, не мог уловить, что может быть непонятного в существующем уже более трех сотен лет укладе жизни. - Чуть больше было дозволено, чем всем прочим, чуть менее строго наказывали... Это вы ко мне как-то слишком по-доброму относитесь, - и юноша еще раз прикоснулся губами к запястью Айрин, глядя ей в глаза.
- Тебе не нравится? - девушка сама не совсем понимала, про что именно она сейчас спрашивает. Про ее слишком доброе отношение или про обжигающий ее кожу поцелуй.
- Госпожа, как меняются привязанности женщин, мне приходилось наблюдать очень часто, - произнося все это, Эйн, осмелев, рискнул скользнуть губами по ладони Айрин, не отрывая взгляда от девушки. - Говорят, что старая госпожа была очень привязана к моему отцу, но ей это не помешало отдать приказ об его усыплении. Потом у нее часто были избранные наложники... Самое страшное, когда это неопытные мальчишки, сразу после лагеря. Они ведь обычно совсем не готовы к тому, что их могут так легко использовать и выбросить. Им кажется, что их будут баловать вечно, - Эйнри лизнул ладонь Айрин, не решаясь перейти без разрешения к более смелым ласкам. - Чем дольше наложник ходит в любимчиках, тем сложнее ему потом осознать свою ненужность и смириться. А у меня вообще здесь очень сложное положение. Мое семя непригодно для большинства женщин в этом доме, но мне уже много лет для того, чтобы я смог завоевать себе достойное место в другом гареме. Да и для того, чтобы долго удерживать ваше внимание, меня тоже может не хватить, - не смотря на сказанное, взгляд парня неуверенным в себе назвать было бы сложно.
- Что значит, тебе слишком много лет? Ты же мой ровесник, разве нет? - Айрин замерла, вопросительно посмотрев на брата.
- Мне уже двадцать пять. Еще пять лет - и моя стоимость, как наложника, будет равна нулю. Правда, как помощник управительницы Дома, то есть Старшей хозяйки, я могу быть используем гораздо дольше, особенно если читать новые учебники, - Эйн опять поцеловал запястье девушки и очень недвусмысленно облизнул губы.
- А ты читаешь? - Айрин старательно затягивала разговор, ей нравилось клубящееся вокруг них двоих нарастающее возбужденное напряжение.
- Конечно. Старая госпожа даже иногда оплачивала мои консультации с преподавателями Джордана, - вздохнув, Эйнри сел спокойно и замер, олицетворяя собой идеального наложника.
- Если тебе понадобятся еще консультации, можешь на них рассчитывать. Не думаю, что это слишком дорогое удовольствие, правильно? - Айрин вновь принялась провокационно-ласково перебирать волосы брата, заставляя того иногда прикрывать глаза от удовольствия.
- Не слишком, но дорогое. Я прошу о консультациях, когда действительно есть в них необходимость и имеется наличие свободных денег, - Эйн серьезно посмотрел на Айрин, та в ответ одобрительно кивнула.
- Отлично. Рада, что ты не транжира... - пальцы девушки продолжали нежно перебирать волосы Эйнри, и наконец она решилась: - Разденься.
Расслабившийся от ласки юноша изумленно поднял на нее глаза. Потом едва заметно улыбнулся, приподнялся на колени, и, нарочито медленно развязав запах на рубашке, снял ее и аккуратно сложил. Потом полностью встал, расстегнул брюки, неторопливо снял их и, наклонившись, положил сверху на рубашку. После чего сделал несколько шагов назад, выпрямил спину и, заведя руки за голову, спокойно и с интересом посмотрел в глаза Айрин.
Утром она видела его без рубашки, но оценивание происходило в напряженной обстановке. Теперь же у девушки была прекрасная возможность полностью изучить внешние данные своего родственника и, к тому же, сравнить имеющийся экземпляр со вчерашним, уже использованным. Сегодняшний ей нравился явно больше. Пусть он был чуть ниже, пусть тело было не настолько отточено и совершенно, ведь кроме физических упражнений Эйнри приходилось еще заниматься пополнением своих знаний. На самом деле Айрин была уверена, что не всегда излишняя мускулистость есть достоинство. Не полненький, не худосочный, не жилистый, пропорционально сложенный. Стройные длинные ноги, красивые руки, плоский живот, прямая спина. Мышцы есть и именно там где надо, именно той формы, именно той степени накачанности...
Неожиданно девушке захотелось облизнуть губы. И тут же получила дерзкий взгляд из-под челки - парень явно знал, какое впечатление его тело производит на женщин. Было видно, что ему все равно, что с ним собираются делать дальше, просто ему приятно осознавать, что он сумел произвести впечатление и его заводит уже само ожидание последующих действий со стороны госпожи.
В планах Айрин не было вызова Сабины. О, нет!.. В это красивое тело она будет играть долго и не по вчерашним, банальным, правилам.
В качестве прелюдии приказала опуститься на колени, и, надавив на плечи, усадила на пятки, оставив руки юноши заведенными за голову. Сама же пристроилась у него за спиной. Легкое соприкосновение тел необходимо, оно должно усилить удовольствие от игры. Поэтому ногами девушка обхватила Эйнри за талию и, взяв найденный в комнате для наказаний тонкий стилет, плавно переходящий в пушистый и нежный букет из перьев, начала чередовать ласковые поглаживания его спины и плеч пером с нежным касанием острия. Главное в игре чтобы эти чередования были бессистемными и предсказать, что же коснется тебя в следующий момент - перо или кинжал - было невозможно. Юноша старался держать спину прямо, только едва заметно вздрагивая. Если бы не контакт тел, то Айрин вообще могло показаться, что она развлекается со статуей. Девушка почти сразу осознала свою ошибку: Эйнри не был обычным наложником. Его долго обучали контролю за своим телом, ведь умение не проявлять своих чувств и эмоций без разрешения очень ценилось в элитных рабах.
- Отомри!
- Простите, госпожа?
- Я хочу, чтобы ты полностью расслабился. Хочу видеть и слышать, что ты наслаждаешься происходящим, а не просто терпишь из вежливости!
- Госпожа... мне будет сложно, но если вы хотите...
Снова легкое касание спины пером и еле слышный стон удовольствия. Укол кинжала и спина прогнулась. Касание пером и почти неощутимое движение бедер. Укол кинжала и... Стон удовольствия? Касание пером, еще касание пером, еще... Позвоночник изгибается все заметнее, стоны удовольствия все слышнее. Укол кинжалом, и тело само снова тянется под еще один... Провести кинжалом по спине, почти до крови... Стон, движение бедер... Айрин чувствовала, что Эйнри уже возбужден, однако попыток "нечаянного" соприкосновения члена с ее ногами не было.
Положила "игрушку" на живот, сама села сверху и прошлась поцелуями по шее, за ушами, по позвоночнику, по пояснице, снова вдоль всего позвоночника до самых ягодиц и потом, аккуратно их раздвинув, лизнула языком от ануса вверх. И этот человек что-то говорил о невозможности расслабиться и открыто показывать свои чувства?! Ха!
- Так нельзя, госпожа, пожалуйста, не надо со мной так!
- Почему? Тебе не нравится?
- Не нравится? О, Матерь Всего Сущего, да я схожу с ума от удовольствия, разве это не заметно? Меня трясет от возбуждения, госпожа! Еще немного и я потеряю контроль полностью! Где-то в глубине подсознания я еще помню, что моя обязанность - доставить удовольствие своей госпоже, и даже помню, что в кармане штанов лежит "контролер", который мне обязательно надо надеть, если что. Но еще пять минут... Не-ет! Еще минута и я начну тереться членом об пол, чтобы кончить. Матерь Сущего, я никогда не думал...
- Давай переворачивайся на спину.
- У меня вот-вот случится оргазм, госпожа! Я не могу его сдерживать больше...
- Так не сдерживай! Перевернись на спину, я хочу видеть твои глаза, когда ты кончишь.
Его глаза... В них столько обожания, столько наслаждения...
- Мне... Надо... Взять... Член... В руку... Чтобы направить семя... Можно, госпожа?
Девушка аккуратно лизнула языком капельку с члена, обхватила его губами, чуть сжала и... Вкусно. А главное калорийно и питательно. И ради выражения глаз Эйнри это можно повторить потом еще. Такое впечатление, что ему никогда минет не делали. Хотя тут все может быть.
- Здесь обычно так рабов не удовлетворяют, да?
- Госпожа, то, что вы сейчас со мной сделали, не уверен, что испытывал еще хоть кто-то из наложников в последние лет так двести точно. Между мужчинами в гареме такое часто происходит, но между рабом и госпожой... Если тебя погладили во время использования - это счастье. Позволили кончить в своем присутствии - тоже роскошь не на каждый день. А использовать руку госпожи, чтобы кончить - это самая-самая смелая эротическая фантазия. А вы не рукой, вы... Это нормально везде, кроме Венги, да?
- Да.
Эйнри плавно перевернул Айрин под себя, покрыл поцелуями шею, грудь. Чуть сильнее вокруг сосков, сжал их губами, чуть прикусил зубами, потом снова губами, языком по кругу, снова губами, потом в ложбинку и ниже, ниже, мимо пупка и до треугольника каштановых волос. Языком, дразня, по клитору, несколько раз, потом сильнее, настойчивее, глубже. При этом внимательно отслеживая выражение лица, глаз. Какие ласки нравятся. Пробуя, запоминая, экспериментируя. Причем только губы и язык, руки держат тело над госпожой, руками трогать госпожу нельзя. Это одно из важных правил.
Но девушке это не известно и ей очень хочется почувствовать именно руки парня на своем теле, везде.
И, не выдержав, Айрин взяла ладонь Эйнри и погладила ею себе между ног, так, чтоб пальцы проскальзывали вовнутрь. Быстрее, еще быстрее. В глазах юноши в очередной раз шок, удивление и восторг. Понял правила, и теперь сам... Губами и языком лаская грудь, а рукой в заданном темпе между ног, пальцами перебирая, перекатывая, пощипывая и надавливая. Шок шоком, но к импровизации Эйн оказался вполне способен.
- Госпожа! Моя госпожа!!! Госпожа, хотите я надену "контролер" и... Или моих рук достаточно? Я могу сидя, тогда я буду ваш весь: и руки, и губы, и член. Пока не устанете.
- Поцелуй меня... Нет, в губы... Да, вот так... Боже, ты что, совсем не умеешь целоваться?
Прижаться к нему крепко-крепко и... Оргазм волна за волной...
- Я не хочу с тобой в этом неправильном презервативе, я хочу чувствовать тебя в себе и ощущать, как ты кончаешь.
- Нет, нет, не-ет! Умоляю, не надо давать мне столько сразу! Я не переживу столько потрясений за одну ночь, меня разорвет от впечатлений, правда! Давайте оставим что-то на потом, если оно будет...
- Ты боишься, что утром я прогоню тебя? Сделаю вид, что ничего не было и все?
- Госпожа, это гаремные правила. Что бы ни было между нами ночью, утром я по-прежнему раб, а вы моя госпожа.
- То есть ты будешь каждую ночь думать, что утром сказка закончится?
- Ну уж нет, я буду надеяться, что вы снова вспомните обо мне. Вечером, через неделю, через месяц. Но вести я себя буду так, чтобы никто-никто не догадался ни о моих надеждах, ни о моих чувствах. Ни о моих желаниях...
- Но мне-то ты можешь в них признаться? Сейчас, ночью, когда только ты и я...
- О, да! Позвольте мне еще поцеловать вас, пожалуйста...
Часа через два, уставшая и удовлетворенная девушка сладко спала на груди своего Эйнри. А вот он, не смотря на прошлую бессонную ночь, тяжелое утро и трудный вечер, заснуть не мог. Ему хотелось достать в прыжке все три солнца с неба, собрать любимой ожерелье из звезд, совершить что-то героическое и абсолютно ненужное. Его чувства и желания абсолютно не отличались от чувств и желаний тысяч молодых людей, рядом с которыми спит любимая, единственная, желанная и неповторимая...
...Все же, через некоторое время усталость взяла верх, и юноша тоже заснул, напоследок представив выражение лица Сабины, если она вдруг успеет зайти утром в комнату до того, как он из этой комнаты уйдет.