8 вйуэжен 327 года. Дом Вайнгойртов

Зима захватила Венгу. Шел второй месяц холодов, вйуэжен. Все вокруг было белым-бело. И просто так, в одном платье, на озеро купаться вечером уже не побежишь. В доме включено отопление, поэтому там по-прежнему обманчиво тепло, как летом. Но стоит посмотреть в окно и сразу становится понятно: "Не месяц май..." Да и нет такого месяца здесь в календаре, его переименовали в "тай". Что более правильно, кстати. Тает все в этот месяц.

По утрам Айрин, совершенно неожиданно, начало зверски мутить, а еще лекарь запретил пить тайшу. Злой перестраховщик! И мальчики из солидарности тоже перешли на чай из трав, соки и компоты. А тайшу пьют теперь тайком, в комнате у Лейхио, наивно думая, что их госпожа запаха не чувствует. Три раза "ха"! Она теперь чувствует огромное количество разных запахов. Даже не знала, что столько есть. И со вкусовыми рецепторами какой-то сбой произошел. То, что раньше любила до трясучки, теперь в рот не лезет. Зато тянет на всякое странное. Но Сабина явно подкупила Кхерияна - он теперь готовит только "правильную" еду. Овощи, мясо. Печь или вообще перестали, или ловко шифруются. И все ее мальчики участвуют в заговоре. Гады! Трясутся над ней, как листочки на ветру.А еще постоянно плакать хочется. И мамы рядом так не хватает. И по отцу соскучилась, просто сил нет. Они, конечно, раз-два в неделю по видеосвязи разговаривают. И всех своих мальчиков Айрин родителям уже давно показала. Мама больше всего Эйнри любит, ведь он ее племянник, тем более, она и его отца знала. А отец от Лейхио в восторге.Дэйниша девушка продемонстрировала, уже зная, что беременная. У отца тогда задергалась жилка под глазом, но Айрин списала все на нервы. Все же не каждый день тебе сообщают, что ты скоро станешь дедушкой. Потом, через месяц, отец в разговоре спросил, нет ли в лексиконе у ее мужа странных слов. И услышав про "тикусйо!" быстро закончил разговор и вот уже вторую неделю его нет дома. Куда уехал - мама не говорит. Секрет.Дом Маргойлин, кстати, снова весь из себя такой дружелюбный, но теперь еще и по-родственному простой такой стал. Эйлиорина изображает самую заботливую тетушку, интересуясь здоровьем Айрин, а Сабина по-прежнему поддерживает с ней имитацию дружеских отношений. Потому как неделю назад выяснилось, что Кэйтайриона ждет мальчика. Девушка со скандалом отказалась от него избавляться, объявив, что у нее бессрочный контракт на выбранного еще в детстве мужчину, ей всего лишь двадцать один год, ничего страшного не произойдет, если первым она родит сына. Хорошо ей. Вокруг ее беременности такого шума не создают.Айрин уже договорилась с Кэйт о выкупе мальчишки, когда тому исполнится пять. Только по цене выпускника Джордана. Но за это Эйнри придется пережить еще как минимум одну церемонию, года так через три-четыре.За право растить своего сына Эйн был согласен на все. Правда, переживал он свой так называемый "позор" долго. И, похоже, до сих пор не пережил, хотя уже неделя прошла как узнали.Вот ведь изучают они в Джордане генетику, Айрин даже учебники видела. Откуда же такие предрассудки? Можно подумать, это его личная вина. И, главное, не он один так думает... Дэйниша накрыло волной, когда она сказала, что ждет мальчика. А лично ей все равно.Правда, с мальчиком придется выкручиваться. Смириться с тем, что сын Эйнри будет вынужден пройти через все круги их образовательного ада, включая Джордан, было сложно. Но чтобы ее сын... Лучше уж пусть он видит свою мать только на экране. Привозить его на планету - даже если не пересекать границу Космопорта - до признания его половозрелой мужской особью континентального происхождения, не стоит.

Интересно, Эйлиорина и правда смирилась или замышляет снова какую-то каверзу?Кэйт объяснила поведение матери банальным призраком бедности. Старшая госпожа Дома Маргойлин просто очень уважает азартные игры. Надо отдать должное их управительнице, вернее, ее помощнику: они умудрялись каким-то чудом держаться на плаву и создавать иллюзию семьи с достатком. А Кэйтайриона, которую искренне задело поведение матери, все пыталась найти ей оправдание, и первая приходящая на ум причина была как раз финансовая. Только страх разорения мог заставить Эйлиорину задумать такую аферу против Дома своей лучшей подруги, с сестрой которой она еще продолжала дружить. А уж тем более - подставить свою собственную дочь под угрозу избиения или изнасилования. Мужчины на Венге обычно разменная монета во всех подобных интригах, но родная дочь... Так что Кэйт провела разведку и выяснила, что семья вот-вот будет вынуждена начать продавать землю. При этом остановиться и прекратить играть Эйлиорина уже не могла. Она все время надеялась отыграться. Выиграть. Сорвать большой куш. В пору было подавать прошение во Дворец о принудительной смене Старшей госпожи Дома. Но сначала было решено попытать счастье без выноса мусора, внутрисемейно. На сегодня как раз намечался этот серьезный разговор, и Лейхио с Сабиной с утра уехали к соседям.

Дэйниш с Эйнри заняты своими делами, Вилайди - и тот после обеда куда-то убежал. С тех пор, как он начал помогать Лейхио, его самооценка резко пошла вверх, хотя он и раньше не считал себя глупым тунеядцем. Но теперь вокруг него постоянно вилась мелочь, то прибегающая, то убегающая с какими-то поручениями. Пользуясь расположением госпожи, Вил еще три месяца назад обратил ее внимание на минимум развлечений в гареме. Спортивный зал, бассейн, посиделки с кальяном и настойками.Библиотека на женской половине, а значит, туда надо или вечерами красться, когда все спят, или быть особенным рабом под защитой. А, скажем, тем же молодым спецам книги часто нужны.Айрин сначала решила, что мальчишка сошел с ума и предлагает перенести библиотеку. Но оказалось, что он просто хочет выделить какое-то время, когда рабы могут беспрепятственно туда ходить, и никто их за это гонять не будет. Мало того, если раб объявляет, что спешит за книгой, то это засчитывается как уважительная причина и отмазка от приставаний. Девушка развеселилась, сходила посоветоваться к Сабине, и теперь в библиотеке три дня в неделю - мужские. Это означает, что в эти дни раб в библиотеке неприкосновенен, даже если он читает любовный роман. Еще Вилайди предложил назначить библиотекаря. У него было два кандидата: один парень из гаремных, безумно любящий читать, и одна молодая хозяйка, тоже почти все дни проводящая за книгами. Так что этим двоим были выданы деньги на приобретение системы учета, и через неделю библиотеку стало не узнать. Все упорядочено, вместо высоченных шкафов вдоль стен пущены, от двери до окна, в несколько рядов, открытые с двух сторон стеллажи. Появились кресла и столики с лампами. На каждом столике каталог со списком книг по жанрам и внутри по авторам. И нумерация - ряд, стеллаж и полка. Выбираешь книгу, ищешь одного из библиотекарей, он отмечает у себя в базе, заодно проверяя, не числится ли за тобой уже какая-то другая книга. Круть!

Потом Вила осенила очередная идея - устраивать в бассейне соревнования. То есть, их и раньше иногда устраивали, но неорганизованно. Парнишка поставил это дело на постоянную основу. На шестой день недели, за два часа до ужина, с таймером, сохранением результатов, призами и местами. И главное, договорился с женской половиной дома, чтобы девушки тоже участвовали. Сначала только служанки. Потом молодые хозяйки заинтересовались, потом уже женщины в возрасте стали приходить поволноваться за участниц. В итоге стали устраивать иногда смешанные заплывы. При этом приставать к соперникам считалось не спортивным, общение становилось все более и более неформальным. После таких соревнований начали пользоваться популярностью совместные ужины в гаремном зале. Пришлось притащить и расставить вдоль стен диваны и столы для тех женщин, которые хотели проводить время со всеми, но есть с рабами рядом на ковре им воспитание не позволяло.Кэйтайриона была постоянной участницей и соревнований, и посиделок после них. Сначала она приезжала одна, потом стала привозить подруг. Те или приживались и начинали приезжать самостоятельно, или исчезали, решив, что такие развлечения не для них.Но к скандальным выходкам это нововведение не отнесли, посчитав просто за очередные континентальные странности. Слишком много народу из местной молодежи одобрило это веселье. Тем более, что в элитных лагерях такие соревнования практиковались, правда, не разнополые.

Вилайди сгруппировал вокруг себя мелочь со способностями и начал с ними заниматься. Его целью было не подготовить группу спецов-танцоров, а организовать ребятишек на время длинных зимних каникул, чтобы не скучали без дела. Здесь переход с одного года обучения на другой происходил как раз зимой.

Когда снег окончательно закрепился на планете, все развлечения передислоцировались на улицу. Основными соперниками среди домов были построены две крепости, женская и мужская. И объявлена натуральная снежная войнушка. Обычно более родовитые женщины в такие игры не играли, только смотрели с завистью, как веселятся рабы и служанки. Но, так как сейчас среди рабов и служанок очень часто мелькали головки их госпожи и наследницы соседнего дома, можно было снизойти и позволить и себе тоже повеселиться.Иногда случались интересные ситуации, когда парень и девушка, заигравшись и забывшись, весело смеясь, падали в снег, и в итоге парень оказывался сверху. Смех на какое-то время стихал, юноша, покраснев, подавал девушке руку, чтобы помочь встать, враги разбегались к своим командам. Но вечером совершенно неожиданно сталкивались и девушка затаскивала драгоценную добычу к себе в комнату. Когда перед тобой не просто симпатичный раб, а человек, с которым ты вместе проводишь вечера, смеешься, слушаешь песни под гитару, танцуешь... Да, Айрин обучила Вилайди, а потом уже они вместе произвели фурор и сделали популярными парные танцы. Так вот, когда перед тобой не просто симпатичный раб, а человек, то обращаться с ним хочется по-человечески. Ну, в меру воспитания, конечно.

Эйнри в те вечера, когда приезжала Кэйтайриона, по молчаливой договоренности оказывал внимание ей. Но, опять же по молчаливой договоренности, такие приезды происходили раз в неделю. Не чаще. Из всей своей пятерки не ревновала Айрин только Сайни. За его моральным обликом следил Лейхио. Остальные мальчики были ЕЁ!! И беременность только расширила и углубила ее чувство собственности.

С того момента, как ее впервые замутило утром, спали они вчетвером. Благо, заказанная кровать в полкомнаты уже давно стояла на своем месте. Правда, они именно спали, никакого секса: ни спокойного, ни бурного в последние две недели не хотелось. Хотелось лежать под боком у Дэйниша, закинув ногу на спящего Эйнри - ЕЁ Эйнри!!! А просыпаясь - любоваться на всех троих.Вилайди все больше и больше становился похож на взрослого, а новые претенденты на ее материнский инстинкт росли у нее в животе не по дням, а по часам. Так что взгляды, которые временами Айрин бросала на парнишку, иногда не были даже сестринскими. Представляя, каким это чудо будет лет в девятнадцать-двадцать, девушка чувствовала себя хищницей, охраняющей добычу: "Мое! Только мое! Подрастет еще и возьму..." А пока любой человек женского пола, находящийся возле мальчишки дольше десяти минут, получал два грозных взгляда: от Эйнри и от Айрин. Ну, или только от Айрин (потому что большую часть времени парень проводил с ней и Лейхио), но зато такой грозный, что потенциальная соперница пугалась и убегала. Даже если она просто зашла поболтать о погоде, природе или о какой-то интересной идее очередного культмассового развлечения.Лейхио и Эйна девушка охраняла не так рьяно, потому что верила в их способность постоять за себя. На самом деле и к тому, что Вил просто стал популярен и с ним общаются не с приставательными целями, а по делу, она уже тоже начала привыкать.К Дэйнишу девушки и женщины подходить боялись вообще. С любыми целями. Он смотрел мимо них, в сторону, в пол, куда угодно. Говорил почтительно, так, как даже у Вилайди не получалось, но при этом сразу становилось понятно, что собеседник где-то очень далеко от тебя, в другой галактике. Так как официально у парня не было пары, с ним иногда пытались пококетничать молодые наложники и даже несколько смазливых спецов рискнули предложить себя. Все напрасно. Тогда начали пытать счастье старшие, но после пары драк все прекратилось, причем одна драка была между Эйнри и претендентом. Вернее, это была не драка, а избиение младенца. Перекачанного такого младенца.Откуда в Эйне столько силы?! Хотя он, скорее, берет скоростью и увертливостью. Дэйн дерется очень интересно, но все-таки зрелище больше похоже на драку, чем на мгновенный убийственный вихрь. Ее мальчишки уже какое-то время обучают друг друга в спортивном зале, и даже Вила в компанию взяли. Так что у них там сейчас по утрам полный набор: и растяжки, и тренажеры, и бег, и бокс, и потом заплыв. По два часа каждый день. Понятно, что на единственного свободного в этой тройке парня выстроилась очередь.Вообще, Айрин казалось очень странным то, что Дэйниш отказывается от развлечений. Наверное, надо ему сказать, что хранить ей верность не обязательно сразу по всем фронтам. А с Эйнри, после того случая, они снова только друзья. Правда, один раз... Когда Эйн зашел Дэйну за спину и что-то сказал на ухо, глаза волчонка затянуло такой томной дымкой... Хорошо, Вилайди не видел.

Ее брат теперь в центре двух любовных треугольников. Забавно.

Тут Айрин заерзала, отвлекаясь от своих размышлений. Что-то беспокойно как-то стало, надо пойти найти мальчиков и посидеть с ними рядом, пока они будут обсуждать закупки, затраты, бюджет и прочие нудные вещи. Утром девушка уже позанималась с Вилом, так что ее совесть чиста и дел у нее никаких нет.

***

Айрин вошла в комнату, которую Эйнри гордо называл рабочим кабинетом, и застыла при виде происходящего.Дэйниш заблокировал правой рукой удар ему в лицо, одновременно левой со всей силы ударил Эйна в живот, и брат на секунду согнулся от боли. Этого хватило, чтобы ее волчонок применил скручивание, развернув противника к себе спиной, потом - удушающий захват и, что-то сказав Эйнри на ухо, отпустил. Мимолетом в голове у девушки промелькнула мысль: "Выходит, на самом деле Дэйн сильнее Эйна?". Но вслух она произнесла совсем другое:- Интересный способ давать отдых глазам и мозгу.Парни наконец-то заметили, что они в комнате не одни.

Дэйн испуганно искал в глазах госпожи следы гнева или волнения. Хотелось повернуть время вспять и сделать все по-другому. Второй раз дерется с Эйном, и оба раза первый начинает драку. Правда, после того случая, перед церемонией, когда он спровоцировал блондинчика на секс, казалось, что драк больше не будет и у них сложатся ровные дружеские отношения. Тикусйо! Как же! Когда он словно в огне горит, а этот гад им играет. То на ухо что-то скажет, то во время тренировки сверху ляжет и губы к губам, в миллиметрах... А потом встанет, руку протянет - и все... Как приснилось. И Вилайди косо смотрит. Молчит, ничего не говорит, но взгляд - как на гада последнего. Правильно, конечно. Но, можно подумать, он виноват! Да он даже одно предложение принял! Симпатичный паренек был, молоденький, нежный такой, кончить с ним - кончил, а удовольствия никакого. Вот когда Эйн засаживал, сначала казалось, что звездочки из глаз от боли, а потом - волнами блаженство просто какое-то. И он снова готов, без ласки, без смазки, только бы чувствовать, только бы видеть, только бы знать, что иногда... Но у него ж - тикусйо! - характер. Один раз первым предложил - взяли. Теперь надо ждать, чтоб Эйнри предложил. А тот забавляется, провоцирует и больше ничего. Да и зачем он Эйну сдался? У него две госпожи и Вилайди на закуску. И тогда-то было непонятно, почему повелся. Пожалел, гад, наверное! И взял так, чтобы больше не хотелось. А ему хочется... Все равно хочется!И вот сегодня блондинчик наконец размазал его по стенке: "Что, хочешь меня?". Заорать бы: "Конечно, хочу!", но вслух лишь процедил: "Что, похоже?". А его - за воротник рубашки от стены и снова в стену: "Похоже, что ты готов лечь и под меня, и под Вилайди, лишь бы мы взяли тебя третьим. Такой зуд в заднице? Или госпожа ласки не додала?!". Гад, не смей про госпожу! Без того перед ней до сих пор за тот случай стыдно. "Что у нас с госпожой, тебя не касается! И третьим я к вам не пойду" – рыкнул, зло… а самому больно, потому что думал уже об этом.Губы к губам, почти касание, и рука Эйнри уже у Дэйниша в штанах, мышцы живота сокращаться начинают, задница предательски сама раскрывается навстречу его пальцам, глаза начинает туманить... И голос Эйна, полный ехидства: "Я сейчас отымею тебя тут, лицом в ковер, без предварительной ласки, и ты будешь стонать от удовольствия, как бордельная шлюха".Тикусйо, буду ведь... Зачем сопротивляться? Надо лишь тихо прошептать: "Да!".Да, да! Ну, возьми же меня! Ты обещал! В ковер - так в ковер. Без ласки - так без ласки. Ну, не буду видеть твои глаза, когда ты вставляешь в меня. У меня хорошая память, мне твой взгляд по ночам снится, и я просыпаюсь, на спине и с одеялом палаткой или на животе и с пятном на простыне.Теперь в голосе Эйна звучит изумление: "Что, согласен даже на такое?" и на ухо, с пренебрежением: "И смазку на тебя переводить жаль..."Обидно, до слез в глазах обидно, зачем он так?! Я же не пристаю к нему, не домогаюсь, тикусйо! За что он так?!И тут блондинчик применил запрещенный прием: "Ва-алче-ено-ок!", нежно в ухо, тва-арь! Дальше до удара бывшего друга в живот ничего не вспоминалось. Обида, боль, злоба...А потом приятное такое ощущение его в своих руках. Покорного, тихого... И все отступило. Все сразу стало ясно. Тикусйо! Он кретин и забыл совсем, как было больно и хотелось провалиться от стыда, когда услышал: "У нас мальчик!". И это он и их госпожа. Она же другая, не такая как все здесь... А у Эйнри-то местная, венговская."Это генетика, Эйн, ты не виноват. Так же как и я в том, что хочу тебя!" - сказал и отпустил.

И вдруг неожиданно: "Интересный способ давать отдых глазам и мозгу". Госпожа! Тикусйо!!! Они устроили драку на женской половине дома, у него губа разбита, и... Да, синяк на скуле будет, точно. Блондинчик вообще в мясо, хотя он вроде по лицу и не бил. Только в самом начале. Так разворотить с одного удара?..- Эйн, ты как? Зубы целы?!- Отвали! - и вверх кулак с поднятым средним пальцем.- Хорошо, мальчики, развлекаетесь, пока никого нет рядом. Красавцы. Оба. Кто первый начал?"Я" и "Я, госпожа", - прозвучало одновременно, почти хором.- Понятно, значит, накажу двоих. Драка между рабами со следами на лице у каждого, да еще на женской половине. Да еще и в присутствии госпожи.Последнее обвинение было несправедливым, и Дэйн не выдержал:- Нечестно! Мы без вас начали драку! И драку начал я.- А он тихо сидел, с бумагами разбирался? Ты подошел и вмазал ему в лицо с такой злобой, что скулу свернул?Дэйниш отвел глаза в сторону. Долго рассматривал пейзаж за окном, хотя чего там смотреть? Все белое...- Да.- Что "да"?- Он просто стоял, а я ему...- Госпожа, это я его спровоцировал, специально! - держась за скулу и морщась от боли, влез Эйнри.- Вот я и говорю, быстро ОБА сначала к лекарю, а потом жду вас в своей комнате.

И Айрин гордо выплыла, еле дошла до своей комнаты, упала на кровать и расплакалась. У них же был даже не нейтралитет, у них же что-то очень похожее на дружбу было. Что могло произойти такого, чтобы они устроили такую бойню?! У волчонка губа стала в два раза толще и на скуле синячина будет. А уж Эйнри... Что они не поделили?!

***

- Госпожа?! Я кретин! Простите меня, такого больше не повторится! Это я устроил драку, правда, я. Накажите меня одного. В конечном счете, Эйн и так уже наказан, ему сейчас скулу вправляют. Пожалуйста!!- С чего ты решил, что мне так будет легче? Почему ты его защищаешь, волчонок?- Потому что это честно. Правда, честно.- Посмотри мне в глаза и повтори.- Я первый начал драку, госпожа!- Нет, про то, что наказать одного тебя будет честно.Дэйниш долго смотрел в глаза жене, попробовал сказать, покраснел, отвел глаза в сторону... Тут в комнату влетел второй участник.- Госпожа, это я его спровоцировал на драку! Специально. Я знаю его слабые места и прошелся по всем. У него не было выбора.- Зачем, Эйн?Теперь настала очередь Эйнри отводить глаза в сторону и краснеть.- Ладно, мальчики, пошли за мной.Зашли в комнату наказаний.- Раздевайтесь!- Госпожа...- Лучше молчи, Эйн! Я злющая, как космический пират!Парни молча разделись. Начала с Дэйниша. На колени, спиной к стене, руки перекрестить за трубой и скрепить с ногами. Получить возмущенный взгляд синих глаз. Рядом швырнуть на колени Эйнри, все то же самое. Только возмущение теперь сверкает зеленым. Пусть посидят рядышком. По-хорошему еще надо бы... Ага. Одной и той же веревкой связать локти сначала у Дэйна, потом обмотать вокруг трубы, потом связать локти у брата. Лепота! Не расползетесь по разным углам.- Отдыхайте, мальчики!А теперь вернуться к себе, упасть на кровать и снова расплакаться...

***

- Дэйн, прости, я...- Проехали. Состояние твоей морды сейчас - лучшее извинение. Душа радуется. Хотя насрал ты мне туда сегодня изрядно.- Прости. Я себя ненавижу.- Рад за тебя. Это взаимно.- Ты тоже меня теперь ненавидишь?- Ну, ты же этого хотел? Расслабься, я имел в виду другое. Я себя тоже ненавижу. Мы вообще два эгоистичных дебила. Госпожа там сейчас одна. Переживает. Тикусйо! Два кретина... Нет, это я кретин. Зачем повелся?- Я тебе шанса не дал. Ты уже был в состоянии "возьми меня хоть как-нибудь", а мне надо было, чтобы ты меня избил. Думал, полегчает.- Полегчало? - ехидно поинтересовался Дэйн.- Иди ты... Тогда просто как в дерьме был, а теперь сам себя дерьмом чувствую. Слушай, ты же из-за того, что я тебя так назвал...- Не льсти себе! Она меня волчонком зовет уже несколько месяцев, это только ее. А ты...- А я знал, что это тебя из любого состояния возбуждения выдернет. Ну и выдернул...- Почему я?!- А кто еще? Вилайди?! Лейхио?! Он бы сразу вычислил, что я от него хочу.- Сайни, например...- Самому не смешно? Вывести Сайни из себя настолько, чтобы он меня первым ударил? Только ты и остаешься. Выводишься из себя легко и простить потом сможешь... Сможешь?!- Подумаю.- Угу. Подумай. Я насчет третьего всерьез, кстати. Вилайди сам предложил. Сказал, что так всем проще будет, чем мы опять сорвемся, а он об этом от посторонних узнает.- Да за кой я вам третьим сдался? Не провоцируй меня, и все. Переживу... – Дэйниш вздохнул и отвернулся в другую сторону от Эйна.- Кретин! Ты думаешь, я тебя провоцирую потому, что мне просто над тобой поглумиться охота?! – возмутился Эйнри.- А что - нет, что ли?! – вспыхнул Дэйн, почти выкрикнул.- Нет... – прошептал в ответ Эйн. И накал страстей резко спал.Оба парня замолчали, каждый переживая внутри себя услышанное и сказанное.- Вилайди это все не надо... – через некоторое время произнес Дэйниш.- Не надо, - печально согласился Эйнри.- Он просто тебя очень любит, - продолжил Дэйн свою мысль.- Любит. И я его люблю, - вновь согласился Эйн.- Так зачем вам я?! – разозлился опять Дэйниш.- А я знаю?! Тянет меня к тебе...- Вот либидо у тебя, завидно просто! Две госпожи. Вилайди. Так еще и ко мне тянет!.. – ехидно хмыкнул Дэйн.- Ты себя в зеркало видел? – тоже с ехидством поинтересовался Эйнри.- Видел.- Вопрос закрыт?- Да пошел ты... Тогда тебя к каждому смазливому парню тянуть должно, - фыркнул Дэйниш, глядя на серьезного, но почему-то заметно смущенного Эйна.- Сравнил! Себя и каждого! Кретин! Ты - не каждый! Ты... Я как тебя в первый день вспомню, у меня стояк, веришь?! А в тот день, когда ты перед своей церемонией подо мной извивался... А уж когда мы в кровати госпожи... Ты бы свои глаза видел, когда я в тебя вставлял!! Тля, я бы повторил это...- Ну так у тебя ж есть с кем...- Ты сам понял, что сказал?! Он только расцвел... Засиял. Котенок рыжий, - Эйнри произнес это с такой восторженной влюбленностью, что внутри Дэйна вновь закрутилась обида пополам с болью.- А меня, значит, можно? – возмущенно процедил он.- Тебя - нужно. Ты кайф с этого ловишь. Малек тоже ловит, но по-другому. В игре, с заморочками, долго. Он у меня раз под флоггером кончил. Так я выложился весь для этого. А с тобой легко... было. Пока ты вот сейчас себе какую-то мозготрахалку не придумал. Сказал - нужен ты мне, хочу! Вот и не выделывайся. У тебя на меня стоит, у меня - на тебя. Госпожа против не будет, Вилайди добро дал. Чего тебе еще надо? – тоже очень эмоционально, с возмущением и какой-то странной злостью в голосе выдал Эйн.- Не поверишь! Любви... – усмехнулся на все это Дэйниш.- Ва-ау! Нет, это не ко мне. По поводу романтики - это к Сайни. Он Лейхио весь мозг проел, что тот ему цветы не дарит, про любовь не говорит, стихи не пишет, на гитаре не играет.- А ты и стихи пишешь? – хмыкнул Дэйн. Разговор был какой-то странный. Болезненный и приятный одновременно.- Типа, все остальное я делаю?! – Эйнри криво улыбнулся.- Конечно. С цветами я тебя видел, нес ты их не к госпоже. К Кэйтайрионе, что ли?- Нет, конечно, идиот!Парни снова затихли.- Тля! Ну хочешь, я тебе цветы подарю?! – теперь молчание прервал Эйн.- Тикусйо! Я похож на парня, которому дарят цветы? Ты мне еще стихи напиши... – фыркнул Дэйн, представив себя… букет… Эйнри… Смешно!- А я уже написал...На этот раз тишина продержалась дольше минуты. Наконец Дэйниш нервно рассмеялся.- Тикусйо! Вот ведь думал, что это я вляпался! Нет, со мной все нормально... Просто плавлюсь под тобой, как воск. Знаешь, вся прелесть наших отношений именно в том, что они по острию ножа, на грани между "можно" и "нельзя". С адреналином. А если мы их законными сделаем и по графику, то тоска будет. Так что ты уж извини, я к вам третьим не пойду. Соблазняй меня, я тебя. Только наедине. Без госпожи, Вилайди, Лейхио...- А госпожа-то тебе чем не угодила? - усмехнулся Эйн, откровенно любуясь на раскрасневшегося Дэйна.- Тикусйо! Не-хо-чу при ней, понял?! – возмущенно выкрикнул Дэйниш.

- Вы так и не помирились, мальчики? И что ты при мне не хочешь, волчонок?Тишина, теперь покраснели оба...

- Мы помирились, госпожа.- Да. Помирились.

- Хорошо. Сорок пять ударов каждому я сейчас выписать не в состоянии. Нет ни сил, ни опыта, ни желания. Если бы у вас на лице улики крупным синим пламенем не горели, можно было бы все замять, так как Сабина еще не приехала. А так... Будете один другого наказывать.- То есть, госпожа, кто-то из нас, получив сорок пять ударов, должен найти в себе силы их вернуть другому?- Да. И этот кто-то ты, Эйнри. Как бы Дэйн не старался взять вину на себя, зла я именно на тебя. Ты старше. Ты выше по иерархии. В конечном итоге это он в тебя влюблен, а не ты в него.Парни переглянулись, Дэйниш покраснел, Эйн ехидно хмыкнул.- Я просто шифруюсь лучше, госпожа. У меня ответственности больше.Кулак с поднятым вверх средним пальцем на этот раз, незаметно для Айрин, показал Дэйн. А Эйнри постарался проглотить смех.На самом деле было не до веселья. После сорока пяти ударов (а Дэйн халявить не будет, оторвется по полной), прийти в себя настолько, чтобы суметь отвесить сорок пять ударов по этой желанной заднице... Заманчиво пройтись по нему флоггером. Вилайди кончил от пятнадцать плюс пятнадцать. С сорокапяткой можно разыграть пятнадцать плюс пятнадцать, плюс снова пятнадцать. Тогда у одного из двоих спина останется условно целой. Весь вопрос в том, хватит ли у него сил так выложиться.

Дэйн подошел сзади, обнял, положив одну руку на грудь, вторую по краю штанов. Языком прошелся по больной скуле, потом облизал ухо... "Гаденыш!" - фыркнул про себя Эйнри.- Я тебя сейчас свяжу и возьму сзади, ты же знаешь правило? После каждого пятнарика можно. Анфаллосом. Только у меня собственный есть, зачем суррогат использовать? За три подхода я кончу, веришь?! - прошептал Дэйниш и провел языком, теперь уже за ухом.Когда он успел таким гадом стать? Это ж подстава в духе самого Эйна. А нормальный Дэйн сейчас должен переживать и думать, как бы так ему всыпать, чтобы любя и нежно. А он...- Госпожа не даст тебе взять меня сзади, и не мечтай!- С чего ты взял? - усмехнулся Дэйниш с ехидно-невинным выражением лица.А Эйн мысленно завопил: "Гад... Не смей меня связывать!" и попробовал выкрутится из крепкого захвата.- Эйнри, не сопротивляйся. Если Дэйн считает, что тебе лучше быть связанным, значит, расслабься и позволь ему тебя связать, - Айрин едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться, наблюдая за своими мальчиками.У Эйна от возмущения глаза сверкнули ослепляюще-зеленым светом."Расслабься?! Гад! Не смей ножки опускать! Черт! Ну да, еще и валик подложи... Матерь Сущего! Как его при госпоже, так нельзя... А меня значит дыркой под все ветра - можно?!! Вау! Он взял флоггер?! Матерь Сущего, откуда этот невинный мальчик знает, что с ним делать? Отберите у обезьяны гранату!!! У! Ё! Вау!"

Айрин тихо вышла, села под дверью. Задумалась. Попыталась разобраться, что чувствует. Поняла, что, несмотря на сложность ситуации, ей хорошо и весело. Парни сейчас развлекутся друг с другом по полной. Проявят креативность мышления и широту души.Отловив одного из мелькающих мимо мальчишек, послала на кухню, добыть пару бутылок со сладким красным вином и три... Да, три красного сухого. И найти и рассказать ей, где Вилайди.

В комнате снова начались какие-то переругивания. Заглянула. Ага. Эйнри стоял, злющий, красный... А Дэйниш на коленях с его членом во рту. Один восстанавливается после наказания, гы! А второй подкупает палача... Хорошо, что Вил этого не видит.Так, опять движуха пошла. Эйнри укладывает волчонка. Мли-ин, какой он красивый... Оба они... Надо им волосы подстричь. А то обросли оба, гривы ниже пояса. На задницы любоваться неудобно. А они у них краси-ивые!Как же ее заводит дыхание возбужденного волчонка!Как-то раз они вчетвером на одной кровати устроили почти групповуху, Эйн с Вилайди, а она с Дэйнишем. И когда эти вдвоем, почти дуэтом... Три коротких вдоха подряд, потом выдох, потом стон... Ну вот как их не мучить подольше? Чтоб метались по подушке и шептали: "Я больше не-мо-гу..." Вил вежливый, он "пожалуйста" добавляет. "Возьми меня, Верхний, пожалуйста! Я больше не-мо-гу!" А Дэйн начинает прятать руки за спину, потом снова их доставать, тянуться к ней, а в глазах уже туман... Иногда она разрешает ему взять инициативу, лечь сверху, целовать. Но редко. Ей нравится играть в него самой. У нее уже есть два инициативных: один нормальный и один - редкий затейник и извращенец.Ну вот, судя по звукам, пришла пора мальчиков выводить.Эйнри как раз заканчивал смазывать спину Дэйниша. А тот сразу о наболевшем:- У вас все нормально? Мы вас сильно расстроили, да?- Сильно. Но я рада, что вы помирились. Вы ведь помирились?!"Да" и "Да, госпожа", - одновременно, почти хором. Помирились. Но видон у мальчиков... У Сабины будет сердечный приступ, а Лейхио разорвет от ехидства на тысячи маленьких Лейев.Кстати, странно, что они так долго не едут. Уже скоро ужин. Уехали они сразу после завтрака. О чем можно разговаривать так долго?

***

Первым чуть не получил сердечный приступ Вилайди, когда увидел лицо, а потом и спину своего Верхнего. На Дэйниша он посмотрел так, что тот чуть не воспламенился.- Малек, это я первым начал, не злись!- Мне осваивать методы Сайни? Чуть что - кулаком в живот? Если я лишний, так и скажи!- Малек, еще одну сцену я сегодня просто не выдержу. Вот поверь мне, ты не лишний, я тебя люблю, у нас с тобой все хорошо, и этот парень быть с нами третьим отказался. Так что я только твой.- А ему ты будешь вставлять раз в месяц, а если он не даст, то бить морду?!- Слышь, Вил, расслабься, я на твоего парня, как на постоянного, не претендую, - Дэйниш влез только потому, что совсем не хотел быть причиной ссоры идеальной парочки.- Да, вы только снова будете себя вести как кокетливые кролики с недоебитом. Друг друга провоцировать и отпрыгивать в сторону. Так себя с теми, на кого плевать, не ведут! – продолжал возмущаться Вилайди.

- О! У вас тут сцена ревности? У-ух ты!!! - ввалившийся холодный и снежный Лейхио с изумлением разглядывал лица двух своих соперников. Потом заценил их спины, снова ухтыжнул и присвистнул. - Я думал, у нас для вас новости. Да наши новости просто ничто по сравнению с вашими.- Расскажи сначала ты, Лей.- Как скажете, моя госпожа! А меня покормят в этом доме? И где опять шляется мой парень? Я устал, замерз, промок, проголодался... Хочу любви и ласки, - Лейхио, упав на колени, подполз к ногам Айрин, прижался к ним. - Тепло! Ужин уже съели, троглодиты?- Нет, его как раз вот-вот принесут. Там на столе стоит корзина с вином, хочешь? Надо будет научить поваров делать глинтвейн. А пока просто вставь в кружку с вином кипятильник, вон там, слева от корзины.- Горячее вино? Забавно! Ну, как и ожидалось, никто никаких бумаг не подписал. Завтра они выставляют на торги соседний с нами участок земли. У нас, само собой, приоритет выкупа, как у соседей. Так что после ужина ищите хозяйку и валите готовить бумаги и деньги. Красавчики!- Я с вами! - Вилайди злобно зыркнул на Дэйниша и вцепился в рукав рубашки Эйнри. Тот обнял мальчишку и поцеловал его в макушку.- Малек, не нервничай! Мы будем с хозяйкой Сабиной. Все будет хорошо. Вечером мы вернемся к вам, и я тебе покажу, как соскучился по тебе за день. А ты должен проследить, чтобы госпожа хорошо спала, пока нас нет.

***

Парни, быстро поужинав, вылетели искать Сабину. Снова просто друзья.- Ну и что тут произошло? Положение не поделили? - уже серьезно спросил Лейхио.Вилайди тут же покраснел и фыркнул презрительно.- Да забей, рыжик! У них мужские игры, это спорт, а не любовь. Можешь попробовать сказать Эйну, что тебя не устраивает его слишком тесное общение с Дэйнишем, и они начнут работать отдельно. Эйнри будет, конечно, очень плохо, но ради тебя...- Почему, Лей? Чего ему не хватает? Что есть у Дэйниша, чего нет у меня?!- Слушай, рыжик! Я много раз утешал парней, которых брали и меняли на других. А тебе просто раз в месяц маленькие рожки ставят. Забей, а? Они соперники, парень. У них это как в стае, альфа помечает, что он главный, Верхний. И то, что Дэйн от этого кайф ловит, это хорошо. Или ты бы предпочел, чтобы твой Эйн его насиловал?- Верхний не стал бы его насиловать!- Да ты что?! Я бы не был так уверен.Последняя фраза, сказанная спокойно-циничным тоном, заставила Вила сильно задуматься.

А Лейхио начал рассказывать подробно о том, что творится дома у соседей. Айрин внимательно слушала и размышляла.По всему выходило, что письмо во Дворец писать все-таки придется. Сейчас они выкупят кусок соседской земли, и, возможно, потом подарят его Кэйт обратно, например, на рождение дочери. Но если ее мамочка продолжит посещать игровые клубы, то распродажа земли продолжится. А скупать все соседское поместье им и невыгодно, и денег свободных не хватит. Так что у Эйлиорины надо искать тормоза. Чем Сабина с Лейхио и Кэйтайрионой и занимались сегодня целый день. Не нашли. Поэтому завтра Кэйт приедет к ним, писать вместе с Сабиной письмо во Дворец. И заодно полюбуется на лицо Эйнри. И спину тоже. А рядом будет мелькать такой же раскрасивый Дэйниш. И злобный Вилайди.Сразу будет понятно, что у Айрин в гареме мирная, дружественная атмосфера. Черная дыра им всем навстречу!! Что же все так сложно-то?!

***

- Ма-ать Сущего, что же так темно-то?!- Тихо ты, госпожу разбудишь! Она потом расстроится и ругаться будет... Тикусйо! Губу же больно, зараза! Не лезь ко мне, маньяк! Вилайди разбудишь... Тля, ты сегодня уже был в моей заднице...- Так это суррогатом, а сейчас все исключительно мое...- Ты мне там все до мяса разделал, гад! И теперь туда пальцы еще... Тварь!- Ну давай же, давай... Подыши мне в ухо, как ты умеешь... Давай! У тебя же уже стоит, я чувствую!- Тикусйо! Ты га-ад! Больно же! Губу хоть не трожь! Не-ет...- У тебя кровь пошла... Дай слижу...- Маньяк!- Где-то здесь в тумбочке масло иши лежало, надо найти и...

- Включайте свет, мальчики.Тишина. Две пары виноватых глаз смотрят в сторону кровати.- Простите, госпожа! Мы не хотели... А где малек?!- Ждет тебя в вашей комнате. Ты же обещал сегодня быть с ним.Эйнри покраснел, опустил виновато глаза.- Я тогда пойду к нему, да, госпожа?- Нет. Сначала я хочу с вами двумя поговорить. Серьезно.Парни переглянулись, грустно вздохнули...- Мы будем только общаться. Раз вы против...- Я еще ничего не сказала, Дэйниш. Я не против. Меня беспокоит то, что страдает Вилайди.Эйнри задумчиво пинал ногой угол ковра. Дэйн, тяжело дыша, потому что гасил остатки возбуждения, закусив губу, смотрел в одну точку и накручивал себя до состояния "я, кретин, во всем один виноват..."- То есть, вы мне не можете предложить решение проблемы, когда вы продолжаете общаться, и Вил при этом не страдает? Эйнри, ты его любишь или наигрался уже?- Госпожа! Малек... Я... Он... Вы не поймете...- А ты постарайся объяснить.- Малек - он нежный, ласковый. Ему цветы, сладкое с рук, за ушком почесать, от кошмаров ночных спрятать.- И ты от этого устал?- Да нет же! Я... Мне иногда разрядка нужна. Я с вами ласковый, с ним ласковый, с госпожой Кэйтайрионой ласковый. А я не такой! Не всегда такой. Мне иногда хочется... А малек сейчас уже не поймет...

- Ты даже не предлагал ни разу! - в дверях стоял заплаканный и злой Вилайди. - Тебя на нем перемкнуло и все.- Ты видел, как я его беру?!- Да!!!- И ты думаешь, я смогу взять тебя так же?Вил сначала молодым петушком гордо выпрямился, чтобы сказать "Да!", потом задумался, очевидно, представил, и тихо, еле слышно: "Нет".- Все! Я хочу спать, а не устраивать разбор полетов в ночи... - Эйнри, обняв Вилайди, уже почти вышел, но вдруг вернулся.Резко схватил Дэйниша за рубашку, со всей силы швырнул на кровать, рядом с Айрин, сел на него сверху:- И если ты сейчас напридумываешь всякой ерунды... - снова приподнял за рубашку и со всей силы, с утяжелением собственным весом в плечи - шварк!- ...и завтра будешь изображать из себя целку-недотрогу с идеей фикс: "Ах, оставьте меня страдать и мозготрахаться!" - вновь приподнял за рубашку, руки в волосы на затылке, и губами к губам, с силой, опять до крови.- ...я тебя изнасилую при всех в гаремном зале, и ты будешь стонать подо мной и умолять не останавливаться!!!- Буду... - Дэйниш, закрыв глаза, выгнулся в бедрах навстречу Эйнри, пальцами сминая одеяло...Эйн, нагнувшись, сначала нежно слизнул тонкий кровавый ручеек в уголке рта, потом языком обрисовал губы Дэйна и очень-очень нежно поцеловал. Оторвался. Облизнув чужую кровь, повернулся к Айрин. Девушка испуганно замахала на него руками, но, потом, сложив губки бантиком, потянулась к брату. Эйнри, усмехнувшись, изобразил на лице похожую моську и тоже потянулся к сестре. Звонкий "чмок" и веселый смех.- Спокойной ночи, госпожа!Потом парень подошел к притихшему в дверях Вилайди, обнял, поцеловал в макушку.- А ты, малек, мой личный рыжий котенок, и тебя я буду чесать за ушком, гладить по шерстке, поить молоком и баловать. И не смей устраивать мне сцены из серии "А почему ты меня не насилуешь!", понял?- Да, Верхний!- Супер! Я вас всех люблю, просто сил нет как! Пошли спать, малек.

Когда за Эйнри и Вилом закрылась дверь, Дэйниш быстро сел.- Мне уйти?- Зачем?Дэйн тихо сидел на краю огромной кровати, смотрел в окно, ничего там не видя. Потому что мысли его были далеко-далеко... О тех, кто был в соседней комнате и о той, кто на кровати рядом с ним.- Вы меня презираете?- Тебе Эйн четко сказал - мозготрахом не заниматься!- Госпожа... – прошептал Дэйниш с укором в голосе.- А что?! Слово, наиболее правильно выражающее то, что ты сейчас делаешь.- Он сказал "мозгопариться", я запомнил, - едва заметно улыбнулся Дэйн.- Странно, в том состоянии... – усмехнулась в ответ Айрин. - Но он имел в виду именно то слово, которое сказала я. Просто постеснялся при мне его произнести, – девушка погладила мужа по волосам, притянула к себе поближе, обняла. - Иди ко мне, обними и давай спать. Я тебя люблю, волчонок. И единственное, что меня расстраивало в вашем треугольнике - страдания Вилайди. Но он, вроде бы, сегодня все понял. Так что теперь слабое звено - это ты. Со своей страстью к жесткому сексу с мозгом. Расслабься. Все хорошо. Тебе смазать губу?- Я сам... Мне еще под душ надо... Вы спите, госпожа.- Иди, я тебя подожду. Тебя нельзя оставлять надолго наедине со своим любимым партнером. Нам с Эйнри твой мозг дорог. Так что давай быстрее.

Дэйниш быстро ополоснулся, вернулся и уселся на кровати. Айрин нашла в тумбочке масло и смазала ему губу и скулу. Дождалась, пока муж уляжется рядом, прижалась спиной к его телу, положила его руку к себе на живот…Тяжелый был день, но к счастью, он закончился.