Глава 11

«Иногда они возвращаются», — подумала Алиса, из окна столовой наблюдая, как около гостиницы тормозит запыленный Гелик, и из его нутра лениво выползает помятый и мрачный Пит Гранд.

«А как же спортивный режим, Петя?» — хмыкнула она, отходя. Вернулась к девчонкам. Кто-то мыл банки, кто-то — овощи. Подготовка к следующему сезону шла полным ходом. Лечо, персиковое и инжирное варенье, томат.

«А чем еще заманишь клиентов? Только кухней, так похожей на домашнюю! Свежей выпечкой и ароматным борщом. Вот люди и приезжают каждый год. Гостиница почти на самом берегу, персонал приветлив, в номерах чисто. Плюс еда. Такой жирный плюс. Но он-то и решает все. О чем думает среднестатистический отдыхающий? — в который раз спросила себя Алиса и тут же выложила ответ. — Окунуться в море, поваляться на пляже и вернуться в чисто убранный номер. Но самый главный вопрос, где бы пожрать? А еще более насущный — что? Забегаловок везде много. Народ в сезон даже слегка поджаренный кирпич купит и съест. Многие продают. Только не я», — вздохнула Алиса, перетирая томат. Поправила под косынку выбившиеся волосы и снова включила блендер.

Краем глаза она заметила, как в столовую ввалился Гранд. Заказал себе куриный супчик, бедолага, и пюре с котлеткой.

«Где же тебя так помотало? — подумала, отворачиваясь. — Всего-то четыре дня прошло».

Нет, за это время она не страдала. Просто дорогой попросила Митю Корытко отвезти на гору. Забрала у Олега Харлей. Попила чай с родителями, а потом часа два гоняла по округе. Полегчало. А вернувшись домой, накатала гневное письмо отцу, весь смысл которого сводился к одной фразе «Какого хрена, Жора?».

К чести Медведя, он не стал прятаться или обижаться, а позвонил сразу же.

— Пока ничего не могу поделать, доча, — недовольно прохрипел в трубку. — На войне как на войне.

— Это не моя война, папа, — заметила устало Алиса и чуть не разрыдалась.

Отец, этот невероятный психолог, умеющий считывать эмоции и мысли, вероятно, о чем-то догадался, но не подал виду.

— Конечно, Лисонька, — заметил миролюбиво. — Но потерпи еще с недельку. Сейчас ничего сделать нельзя. Но я все передам, не беспокойся.

Конечно, она все понимала. Только сказать не могла. Как та собака…

«И почему все свалилось на мои плечи?» — снова вздохнула она и уже потянулась к тазу с вымытым перцем, собираясь его почистить, когда в дверь вбежала администратор и закричала дурниной.

— Алиса, милая, там Никита ногу сломал! Сейчас из спортивного комплекса позвонили.

— Как? Где он? — засуетилась она, на ходу срывая с башки косынку и стягивая белую куртку. — Кто позвонил? Куда бежать?

— Так он в «Атланте» вроде… — пробормотала администратор.

Алиса рванула вниз, не обращая внимания на Гранда и других постояльцев, мирно обедающих в столовой. И только слетая с лестницы, услышала сзади тяжелые шаги.

— Погоди, — остановил ее Пит, хватая за руку. — Не смей в таком состоянии за руль садиться. А тем более на своего Толстого Боба.

— Я и не собираюсь, — отмахнулась она, пытаясь вырваться. — Спортивный комплекс в конце квартала. Дольше ехать, чем пройти пешком. Отпусти.

Мощные пальцы Гранда разжались моментально.

— Иди, — кивнул он.

— Огромное спасибо, — на ходу усмехнулась Алиса, не в силах переварить подобную наглость. Разрешает он, как же!

Она рванула на улицу, кинулась бежать в сторону высокого белого здания, возвышающегося Вавилонской башней посреди невысокой застройки, и даже не поняла, что Пит остался стоять около калитки и долго смотрел ей вслед.

Он безотчетно пялился на длинноногую девчонку, несущуюся вверх по улице. Эта Алиса, в шортах и майке, взлохмаченная и потная, никак не походила на ту изысканную красавицу, продинамившую его в Хаятте. И честно говоря, Гранд понятия не имел, какая из них нравится ему больше. От той веяло холодной утонченностью и изысканной чувственностью. А эта, простая, как хозяйственное мыло, казалась нежной и ранимой. Пит даже сначала не понял, что Алиса находится совсем рядом. Он видел худенькую девчонку, стоявшую по ту сторону мутной стеклянной перегородки. И даже сам удивился, почему залип, стоило ему увидеть ее. Но в любом облике Алиса казалась ему воплощением секса. Такого горячего и греховного. Когда забываешь обо всем, а потом долгие годы вспоминаешь тот миг, когда на секунду удалось вырваться к звездам.

Гранд решительно повернул во двор, собираясь занять наблюдательный пост на какой-нибудь лавке, чтобы не проворонить Алису. И чуть не столкнулся с дородной теткой — администратором.

— Алиса Георгиевна документы и деньги забыла. Побегу, отдам, — одышливо заявила она, пытаясь обойти Пита.

— Давайте, — протянул он руку. — У меня получится быстрее. Да и вам не придется покидать пост, — усмехнулся Гранд, намекая на то, что хоть в этом шалмане и нет круглосуточной стойки регистрации, но администратор все равно является самой значимой фигурой.

— Ой, спасибо, — рассыпалась в благодарностях тетка.

Пит кивнул, устремляясь к белому зданию.

— Каждая минута дорога, — процедил он и внезапно подумал о враче, которому придется смещать кости и гипсовать маленькую ножку.

«Какая у него квалификация? — подумал Гранд, несясь в гору. Не медля, выхватил айфон из кармана и на ходу нашел номер главного врача сборной. — Погоди, — остановил сам себя. — Сначала посмотри, что там с мальчишкой, а потом уже поднимай на уши всю отечественную хирургию».

Он вломился в высокий и светлый холл и сразу же обратился к дежурному, маленькому толстому дедку.

— Где мальчик с переломом?

— Так на футбольном поле, — махнул в сторону темного коридора дедок. — А вы… — выдохнул в восхищении.

— А я, — тут же поморщился Грандилевский и про себя решил вернуться потом к этому деду в спортивной майке и обо всем его расспросить.

«Сыграю на его любви к футболу и хоть что-то вызнаю», — усмехнулся он, проходя мимо раздевалок и сворачивая к дверям, ведущим к футбольному полю.

— Это Никита моими рассказами впечатлился, — внезапно пронеслось в голове у Гранда, и он почувствовал свою сопричастность.

«Вот. Из-за тебя», — укорила его совесть Алискиным голосом. Грандилевский выскочил во внутренний двор и сразу кинулся к прямоугольнику, засеянному изумрудной травой.

Никита лежал на носилках, а рядом суетился местный эскулап. Пытался установить шину на покореженной ноге, но действовал явно неумело.

— Может, я попробую, — предложил, наклоняясь к доктору, Грандилевский и широким плечом отодвинул того в сторону.

— Говори с ним, — тихо велел Алисе, державшей голову сына на своих коленях, и сам весело воскликнул. — Чур, я первым распишусь у тебя на гипсе!

— Пит, — прошептал белыми губами Никита. — Ты пришел ко мне. Трава была мокрая и скользкая. Я упал…

— Я тоже, — криво усмехнулся Пит, осторожно подсовывая под поломанную конечность шину. — Терпи, — попросил он Никиту. Сейчас знаешь, куда поедем? В центр спортивной медицины… — заявил он твердо. Там твою ногу быстро соберут.

— Ты уверен? — пробормотала Алиса. — Право, не стоит ради нас беспокоиться. Я позвонила Стасу. Он уже едет.

«Ага, сейчас, — мысленно рыкнул Грандилевский, давным-давно поняв, что за испорченным свиданием стоит Захаров. — Впрочем, я и сам облажался, — хмыкнул он про себя. — Зря позволил Алисе уйти. И зачем-то пригласил Игната с компанией. Он, конечно, обо всем проболтался. И о прощенном долге, и о секретном задании Алисиного бывшего. Но и без него Гранд сразу понял, что за Алисой был хвост. Еще, небось, наплел что-нибудь», — сжал зубы Пит, а вслух заметил с сарказмом.

— Ты из-за своих принципов рискнешь ногой ребенка?

— Пит, — пробормотала она. — Ты слишком много делаешь для меня… для нас. Я даже не знаю, чем отплатить в ответ…

— Должна будешь, — улыбнулся он и, закончив с шиной, отошел в сторону, напряженно тыча в экран айфона.

— Виктор Геннадьевич, я вас очень прошу, — начал без предисловий.

Алиса видела, как во время разговора напряглись плечи Грандилевского, и затем снова вся фигура стала более расслабленной.

— Едем в Олимпийскую деревню, — заявил он, подходя к Никите и его матери. — Нельзя терять ни минуты. Где эта дурацкая скорая?

«Он прав, — про себя решила Алиса. — Тут каждая минута на счету. Где ты, Захаров? Опять неотложные дела: банан, минет и кокаин? Прости, дорогой, но времени на ожидания и пустые разговоры не осталось».

Затаив дыхание, она наблюдала, как Пит словно пушинку поднимает ее сына и бережно несет к выходу.

— Алиса, — скомандовал на ходу Пит. — У меня в номере ключи от машины. На столе лежат. Возьми, пожалуйста!

— Куда это вы собираетесь везти ребенка? — возмутился местный эскулап. — Я отказываюсь нести всякую ответственность.

— Ты? Ответственность? — пригвоздил его к месту Гранд. — Не смеши меня, умоляю…

Он повернулся к тренеру, высокому поджарому парнишке, стоявшему чуть поодаль и напряженно смотревшему на происходящее.

— Нужна твоя помощь, бро, — кивнул ему Пит. — Тут квартал всего пройти по улице. Нужно обеспечить коридор, чтобы никто не толкнул Никиту. А ты что стоишь? — обратился он к Алисе. — Беги за ключами. Сразу поедем.

— Нет, — мотнула она головой. — Я сейчас позвоню администратору, и кто-нибудь выйдет с твоими ключами. А от сына я не отойду, — добавила решительно и, догнав Гранда, пошла рядом. — Может, все-таки дождаться скорую? — на ходу спросила жалобно.

— Нет, — мотнул головой Пит. — Ждать нет смысла. Когда еще она приедет…

Алиса недоверчиво покосилась на Грандилевского. Высоченный крепкий мужик нес, прижимая к себе, маленькое тельце. Казалось, Никита весь вжался в мощную грудь Гранда, и лишь тонкая ножка, заботливо уложенная в шину и надежно зафиксированная там, торчала в сторону. На светлые брюки Пита капала кровь, но он, казалось, не обращал внимания на эти мелочи. Просто пер по проезжей части вниз до гостиницы, а бежавший впереди тренер просил отъехать в сторону и без того редкие машины.

Она растерялась и действовала на автомате, еще до конца не понимая происходящее. Целиком и полностью положилась на Пита, пришедшего на помощь при первой возможности.

«Из-за нас даже про супчик с котлетками забыл, — хмыкнула она, еле поспевая за Грандом.

Люда с ключами от Петиного Гелендвагена уже маячила около калитки.

Вот только руки Пита были заняты Никитой.

— Открывай и заводи, — скомандовал он Алисе.

— Я это… — растерялась она, впервые в жизни взяв в руки ключи от Гелендвагена.

— Поведу сам. Ты только с сигнализации сними и включи зажигание, — миролюбиво заметил Пит, возвышаясь среди двора настоящим изваянием.

Алиса и сама не поняла, как надавила пальцем на нужную кнопку. Щелкнул замок, кто-то распахнул заднюю дверь, и Пит бережно уложил ребенка.

— Давай, — забрал ключи из холодных Алискиных пальцев. — Садись рядом с Никитосом, Элис. Соберись. Что-то толку от тебя никакого!

Алиса вздрогнула, но ничего не ответила. Лишь сверкнула глазами и, усевшись рядом с сыном, обхватила его за плечи.

— Все будет хорошо, Котенок, — прошептала она, называя сына детским прозвищем. Никита всхлипнул, прижимаясь к ней.

— Мамочка, а ногу не ампутируют? — прошептал он еле слышно.

— Нет, родной, — уверила ребенка Алиса и слегка коснулась губами вихрастого затылка. — Не бойся! Скоро заживет ножка.

Она закрыла глаза, чтобы не разреветься.

«Держись, — приказала себе. — Не распускай нюни. Не вздумай показать ребенку, как тебе страшно!»

— Едем с музыкой, — заявил Пит, усаживаясь за руль, и Алисе показалось, что в машине враз стало тесно. Он открыл широкий бардачок, расположенный между передними сиденьями. И к немалому удивлению Алисы выудил оттуда мигалку. Натренированным движением закинул ее на крышу Гелика и включил зажигание.

— Где ты ее купил? — охнула Алиса.

— Зачэм купил? Падарыли, — рассмеялся Пит, выезжая со двора, и, нарушая всевозможные правила дорожного движения, понесся по трассе. Всю дорогу Алиса молилась лишь о том, чтобы там, в новомодном центре спортивной медицины, их приняли и оказали необходимую помощь. Тем и опасны маленькие населенные пункты. Если что случиться, приходится на всех парах гнать в большой город. И тут уже главное — успеть. Она с трудом помнила, как добрались до центра, как распахнулись ворота, впуская чужаков на охраняемую территорию. Без всякого пропуска! Стоило Питу лишь высунуть в окно свою недовольную будку, как охрана разулыбалась и пропустила.

— Тебя везде так пускают? — удивленно пробормотала она, когда Гелендваген заехал на высокий пандус и остановился около двери.

— Нас ждут, Элис, — строго заметил Пит. — Я же звонил, — объяснил как придурашке. И, кивнув на открывающиеся створки, велел. — Выходим потихонечку. Карета подана.

Алиса глянула на сурового лохматого доктора, стоявшего рядом с каталкой. Мельком обратила внимание на быстрое рукопожатие, которым обменялись доктор и Гранд.

— Мамаша, заполните документы, — бросил на ходу доктор, помогая Питу переложить Никиту на каталку.

Алиса кивнула, наблюдая, как подскочившие медсестры повезли Никиту к лифтам. Хотела закричать, броситься следом. Но крепкие пальцы Гранда привычно сжали ее запястье.

— Все нормально, Элис.

«Ну, какая я тебе Элис? — хотелось закричать ей. — Вот навязался на мою голову!»

Алиса глубоко вздохнула, понимая, что вот-вот не сорвалась на Пита. А он наоборот помог.

«Чужой человек, да еще и настроенный враждебно, все время помогает, а вот родного папашу где-то носит», — поморщилась она и выразительно глянула на пальцы Гранда, все еще сжимавшие ее руку. А когда он, усмехнувшись, разомкнул захват, поспешила пройти к высокой стойке регистратуры.

Усевшись в кресло напротив, Пит зачарованно глядел на Алису.

«Эх, девочка, — подумал он. — И почему мы не встретились при других обстоятельствах? Я б женился, — внезапно решил он и досадливо крякнул. — Совсем мозги размякли, Петруша? На ком ты собрался жениться? На дочке Медведя? Помог с пацаном, и держись подальше. Съезжай из ее гостиницы, пока не влип по самые помидоры. И найми детектива, чтобы наверняка больше не видеться с этой колдуньей!»

Он тяжело встал из узкого креслица, прошел к двери и, выйдя на свежий воздух, сделал глубокий вдох, запрещая себе думать об Алисе Захаровой, и с мощным потоком воздуха, заполняющим легкие, попытался изгнать из башки все мысли о вероломной красавице. Пит постоял минуту на крыльце и, задумчиво глядя на видневшиеся вдали кипарисы, принял решение.

— Игнат, — пробухтел в ухо старому знакомцу. — Мне понравился тот дом около моря. Хозяева продают? Я бы купил!

Мысленно он снова перенесся в просторный особняк, расположившийся на невысоком берегу. Заросший фруктовый сад придавал лишь таинственность и свидетельствовал о полном уединении. А из окон открывался отличный вид на морскую гладь. Не Хаят, конечно… а в сто раз круче.

Перед глазами вновь встали девочки в стрингах и на каблуках. Но Пит и под присягой бы подтвердил, что ни одна из них не впечатлила. Хоть каждая и желала прыгнуть в койку. А если не стоит, что прикажете делать? Ну, не виагру же глотать ради разврата? Да и какой разврат, если в голове и в сердце поселилась красивая дамочка с гонором. Алиса Захарова! Чтоб тебя! Ну, неужели нельзя было выбрать себе нормального отца, а не придурковатого Медведя? И как теперь быть, девочка? 1439f7c

«Куплю дом, съеду из гостиницы и в скором времени забуду», — решил он, возвращаясь в приемный покой. И сразу же увидел встревоженное лицо Алисы.

— Петр Андреевич, — обратилась она, как только он подошел поближе. — Мне разрешили остаться с Никиткой и сейчас проводят в палату. Вам нет нужды ждать, — прошептала, смотря на него глазами, полными слез. — Огромное вам спасибо! Как только сын пойдет на поправку, мы можем с вами встретиться, и я отвечу на все ваши вопросы. Идет?

— Ладно, — кивнул Пит, не понимая, как от обнимашек и поцелуев они снова вернулись к официозу. — Как скажете, Алиса Георгиевна, — криво улыбнулся на прощание.

Гранд не стал задерживаться. И навязываться тоже не стал.

«Мавр сделал свое дело, мавр может уходить», — поморщился он, спускаясь по ступенькам, и застыл как вкопанный, почувствовав, как теряет самое ценное. Ощутил на долю секунды себя обделенным. И развернувшись, решительно направился обратно.

— Не выйдет, Элис, — заявил сварливо. — Я обещал Никите первым расписаться на гипсе.

— Но пропуск выписали только на одного человека, — пробормотала она в недоумении.

— Мне пропуск не нужен, — ухмыльнулся он и, хохотнув, добавил. — У меня тут абонемент!