Глава 7

— Спокойной ночи, — потер глаза Никита. — Мы завтра с папой на пеленгасов идем. Такую стайку приметили около большого камня, — азартно принялся рассказывать он. — Папа обещал за мной в шесть утра заехать.

— Спорим, он проспит, — подмигнула Алиса, и Питу показалось, что ей неприятно общение Никиты с отцом.

«Интересно, — отметил он про себя. — А днем у меня сложилось другое мнение. Что-то произошло… И наверняка в «Барселоне». Поймала муженька на горячем? А что еще может случиться в ночном клубе? Хозяин и девочки — вечный сюжет».

Гранд вспомнил вечеринки в лучших клубах мира, куда приглашались звезды первой величины и знаменитые модели, а не куколки разного пошиба. И тех, и других можно было назвать шлюхами, но даже селебрити не стояли рядом с Алисой Захаровой.

«Дурак ты, Стас, — хмыкнул про себя Гранд. — Такую женщину упустил. Но зато мне очистил дорогу. Не будешь путаться под ногами».

Он посмотрел на Алису, поднявшуюся из-за стола и убирающую посуду и продукты. Встал, собираясь уйти, но в последний момент вместо слов благодарности поинтересовался бесхитростно:

— А ты мне обещала дать телефоны доставки и координаты таксистов… Утром напомнить?

— Сейчас дам визитки, — кивнула она. — Утром я в Сочи уеду.

— Могу подвезти. Я поеду часов в девять, — брякнул Гранд, на самом деле никуда не собиравшийся.

— А обратно когда? — спросила Алиса, явно закусив наживку.

— Вечером. Часов в шесть, — пошел ва-банк Гранд.

«Я угадаю эту мелодию с одной ноты, — мысленно хмыкнул он и чуть было не хлопнул себя по ляжкам «угадал!», когда Алиса заметила со смущением.

— Я согласна. Не люблю ездить по горным дорогам.

«Йес!» — хотелось заорать Питу, ощутившему эйфорию от предстоящей поездки.

— Пойдем вниз, дам визитки, — вздохнула Алиса, наверняка подумавшая то же самое. Пит заметил, как на одно мгновение затуманились ее глаза. А затем снова в них поселились печаль и беспокойство. Не удержавшись, он жадно осмотрел каждый изгиб ее тела и, в который раз глянув на сиськи, залип.

— Петр Андреевич, — кашлянула Алиса и деловито прошла вперед, предоставив Гранду лицезреть упругий «орех». Пит еле сдержался, чтобы не шлепнуть бойкую девицу по попе.

«Задрать бы подол, разложить на коленке, стянуть трусики и нашлепать по ягодицам, — подумал он и сам обалдел от неожиданности. — Никогда вроде любовью к порке не страдал. Не вставляло меня от этого. С гвоздя рухнул, Петя? — самого себя одернул Пит, ни разу в жизни не поднимавший руку на женщину и считавший это самым низменным скотством. Даже шутя… в порыве страсти.

Спускаясь по лестнице, он облапил взглядом Алискину спину и задницу и сам не понял, как распалился до предела.

«Маленькая зараза, — хмыкнул он, не в силах сдержаться, и как только Алиса распахнула дверь в кабинет, вошел следом. И уже хотел пустить в ход все свое обаяние и разложить сводившую с ума женщину на крохотном диванчике в ее кабинете, когда Алиса, подойдя к окну, распахнула створку и позвала кого-то вежливо, но очень строго.

— Зайдите ко мне, пожалуйста.

— Вечерняя планерка? — криво усмехнулся Гранд, наблюдая, как Алиса перебирает ворох визиток. Затем нашла две ничем не примечательные картонки и протянула Гранду.

— В ресторан лучше звонить до восьми вечера и нужно обязательно сказать, что остановились у нас. Тогда и скидку сделают, и обслужат качественно.

— А если я утаю эту важную информацию? — поморщился Пит, заслышав в коридоре чьи-то быстрые шаги. И когда в директорский кабинет вошел крепкий высокий парень, понял, что Алиса включила динамо.

«Вот же выхухоль, — ругнулся Пит, не сводя с нее глаз. Хотелось подойти вплотную и, взявшись за плечи, вытрясти из вероломной девицы всю ее стервозность. А потом усадить на стол и, подхватив под бедра, поучить уму-разуму.

— Юра, — официально обратилась Алиса к мужику. — Вы забирали из гостиницы Анечку. Вспомните, пожалуйста, где она вышла?

— Да тут и вспоминать нечего, — пожал плечами Юра. — Высадил в Сочи напротив железнодорожного вокзала. Помог вещи выгрузить из машины и уехал. А что?

— Спасибо, — кивнула Алиса, — ты нам очень помог. Если у Петра Андреевича возникнут еще вопросы, постарайся на них ответить.

— Да не вопрос, — хмыкнул Юра и уже собрался выйти к великой радости Грандилевского, как Алиса остановила его.

— Почему вода течет слабо? Ты опять отключил самоочистку?

— Не-е-ет, что вы, Алиса Георгиевна! Насос работает как часы!

— Я сейчас проверю, — пригрозила Алиса, направляясь к двери. — Если опять фильтры по твоей милости засорились, сегодня же уволю.

— Я сейчас сбегаю, посмотрю, — развил невиданную прыть рабочий по зданию.

— Идите за мной, Юра, — холодно бросила Алиса, выходя из кабинета. Подождала, когда следом выйдут посетители, и бодрым шагом отправилась вглубь коридора. Качок Юра поспешил за ней.

Петр Андреевич Грандилевский, лучший центрфорвард двадцать первого века, разочарованно глянул на удаляющиеся фигуры и, тяжело припадая на ногу, направился к себе.

Было над чем задуматься… Но сейчас из груди Пита рвался один — единственный вопрос. Хотелось догнать Алису, развернуть ее к себе и сурово спросить «А как же я?».

Вернувшись в номер в отвратительном настроении, Пит плюхнулся на кровать и попытался разобраться в своих мыслях.

«Меня к ней тянет, — обиженно вздохнул он, представляя, как Алиса обжимается в подвале с Юрой. — Фигня какая-то! — отругал сам себя и попробовал все-таки сосредоточиться на расследовании. — Хоть немного, но удалось узнать. Вышла в Сочи около вокзала… А дальше? — раздраженно стукнул он по мягкому матрасу. — Улетела на ковре-самолете? Или ее кто-то встретил? А зная время и место — это вполне несложно. Сам Медведь или его люди… Нужно узнать у придурка Юры, где именно он высадил маму, и проверить камеры наблюдения, висящие в диаметре ста метров».

Что-то еще настораживало, но Пит никак не мог ухватить мысль за хвост. Стоило ему только подумать об Алисе, как вместо серьезного анализа ситуации в голову опять лезли эротические фантазии. Перед глазами раскачивались сиськи Алисы. А сам Гранд тянул к ним руки, нежно сжимал упругую плоть и, уложив на ладонях, пытался понять, сколько же они весят. Тяжелые и такие сладкие…

— Ну, какого хрена? — рыкнул Грандилевский, подскакивая с кровати и отправляясь в душ. И встав под ледяные ручейки, попытался сосредоточиться. Но вода из широкой лейки капала еле-еле. — Твою мать, — выругался Пит, — ну что за шалман!

Он тут же вспомнил разговор Алисы с рабочим по зданию и, постояв под слабыми струями, выругался негромко.

— Мать твою, Юра. Чтоб у тебя член так стоял!

А вытираясь белоснежным махровым полотенцем, прислушался. Откуда-то снизу доносились громкие голоса. И хоть ни слова разобрать не удалось, как Грандилевский ни напрягал слух, но сам тон разговора на повышенных тонах не сулил ничего хорошего. Пит мгновенно представил Алису, оставшуюся один на один со здоровым и агрессивным мужиком. Бурная фантазия тут же нарисовала картинку — Алиса, распластанная на огромной трубе, сопротивляется под натиском обезумевшего мудака. Будто наяву Пит увидел, как тонкие девичьи запястья сжимают огрубевшие сильные руки, и даже звук расстегиваемой ширинки услышал.

Откинув полотенце в сторону, Пит бросился к все тем же грязным штанам, которые, собираясь к Алисе, бросил на полу в ванной. Отряхнул, надел наскоро и, на ходу натягивая майку, выскочил из номера. Осмотрелся по сторонам и, припадая на ногу, понесся к распахнутой двери в конце коридора. И спускаясь по лестнице, наконец, смог разобрать обрывки разговора.

— Я думала, ты с первого раза понял, — причитала Алиса. — Сколько можно тебе объяснять, Юра! Ты какой-то неуправляемый!

— Да я это… — бубнил Юрец. — Думал, так будет лучше.

— Не ври, ты не умеешь, — устало отмахнулась Алиса. — Кто теперь оплатит ремонт насоса? И если в первый раз я тебя простила, то теперь подозреваю злой умысел. Ты нарочно мне гадишь, Юра!

Она взглянула в лицо рабочего, совершенно лишенное даже зачатков мыслительного процесса. И всплеснула руками.

— Я пожалуюсь Стасу, — заявила, стараясь не растерять остатки самообладания. — Просто безобразие какое-то!

В который раз она возмущенно глянула на умирающий насос, который неправильно эксплуатировали. Недалекий Юрка посчитал себя гениальным мыслителем и видным экономистом, а потому прошлым летом самовольно отключил режим самоотчистки сложного японского агрегата, и тот благополучно забился в конце сезона. Юрке, своему двоюродному брату, Стас лично набил морду, попутно объясняя отборным матом, что инициатива наказуема. Особенно там, где ты ничего не понимаешь.

— И что он мне сделает? — процедил недовольно Юрка. — Ты, Алиска, много на себя берешь. Это гостиница моего брата, а ты тут никто! И никуда я не денусь! Должен же за тобой кто-то присматривать, а то пустишь наше добро по ветру.

— Не тебе решать, придурок, — цыкнула на бывшего родственника Алиса и быстро направилась к выходу.

«Нужно звонить Стасу, пусть принимает меры, — привычно подумала она и тут же осеклась, понимая, что не может или не хочет даже слышать голос бывшего супруга. Не желает иметь ничего общего с поганым наркоманом. — Чем дальше от него мы будем с Никитой, тем лучше. Неизвестно, что придет Захарову в голову. И какие вещества он еще употребляет?!»

Задумавшись, она повернула к лестнице и неожиданно врезалась в стену, состоящую из стальных мышц. Сильные руки подхватили ее, не давая упасть. Ладони крепко, но не больно ухватились за предплечья, да так и остались там даже тогда, когда опасность миновала.

— Петр Андреевич, — пробормотала Алиса, стараясь вырваться из мощного захвата. Почувствовала, как затылок сверлит неприятный взгляд Юрки.

— Что-то случилось? — поинтересовалась, обретая самообладание и свободу.

— Почему такой слабый напор воды? Совершенно невозможно купаться, — недовольно пробурчал Пит. — Дурдом какой-то!

— В дурдоме душ Шарко, — подал голос Юрка из-за Алискиной спины. — А у нас обычный…

— Не знаю, — передернул плечами Пит. — Вам виднее. Поэтому поверю на слово. К утру хоть заработает?

— Ну, если Алиса Георгиевна из Новороссийска новые фильтры привезет завтра, то к вечеру запущу, — состроив самодовольную морду, заметил Юрка. — А что вам? Можно и в море искупаться!

Пит еле сдержался, чтобы не врезать незадачливому сантехнику по башке. И даже уже представил, как раскалывается пустая черепушка. А потом чуть не взвыл от досады.

«Какой, на фиг, Новороссийск, если мы в Сочи собирались! Какого хрена в мою жизнь будут вмешиваться всякие уроды?»

— А как-то иначе решить проблему нельзя? — пробурчал Пит недовольно. — Сам вали за фильтрами ранним утром, а днем вернешься и поставишь…

— Так я это… — глупо улыбаясь, развел руками Юрка. — Машину год назад разбил, а на новую не заработал еще…

Алиса поморщилась, вспоминая, как прошлой осенью на мокрой дороге Юрка чуть не погиб, загнав свою девяносто девятую под Камаз. Хорошо хоть жив остался. А свекровь из-за бедненького Юрочки даже с инфарктом слегла.

— Тогда рот закрой и не мешай взрослым людям принимать решения, — рыкнул Гранд, смерив Юрку негодующим взглядом. И без всяких раздумий предложил:

— Алиса Георгиевна, давайте я вас рано утром отвезу, куда скажете. Купите нужные детали, а наш умелец криворукий до обеда все поставит.

— Так я завтра выходной, — попробовал отмазаться Юрка, но мощный кулак Пита Гранда бетонной сваей впечатался под дых сантехнику, заставляя его сложиться пополам.

— Ну что, долбоящер, дошло? Я понятно объяснил?

— Да, вполне, — скривился Юрка и прошептал злобненько. — Я Стасу скажу, он тебе за меня яйца открутит…

— Мои фаберже застрахованы по два миллиона евро каждое, и член на три. Пусть сначала пять лямов еврейских тугриков на кон поставит, а потом лапы к моему хозяйству тянет. Усек?

— Ага, — обалдело фыркнул Юрка и в замешательстве поинтересовался. — А задница на сколько застрахована?

— За какого ты меня принимаешь, придурок? — негодующе рыкнул Пит, прижимая оборзевшего сантехника к стенке. — Я тебе что? Ким Кардашьян или Дженифер Лопес?

— Не-не, — залепетал Юрка. — Мы вас очень уважаем, Петр Андреевич…

«Интересно, кто это мы?», — на ходу усмехнулся Гранд, отпустив сантехника и догоняя на лестнице Алису.

— Что скажешь? — спросил хрипло, как только поравнялся с ней. — Мое предложение в силе ровно полчаса. Если едем, то нет смысла ложиться спать. А если ты выбрала другой вариант, то я иду на боковую…

— Спасибо, Петя, — прошептала она, стараясь не разреветься.

«Ну, что за жизнь такая?! — подумала, сглатывая отчаяние. Один придурок бананасит в клубе, другой решил подумать, а третий не успокоится, пока не затянет в койку. Не беспокойся, мальчик. Тут тебе не обломится!»

— Хорошо, поедем, — кивнула Алиса, понимая, что это самый лучший вариант. И гостиница без воды не останется, и постояльцы не разбегутся по соседним отельчикам. — Я сейчас только отправлю заявку и соберусь, — согласилась она и вдруг воскликнула, всплеснув руками. — А как же Сочи? Вы ведь собирались туда ехать…

— Ничего страшного. Поеду в другой день, — улыбнулся Грандилевский, точно зная, что с Алисой готов поехать куда угодно. Хоть в Сомали, хоть к пингвинам в Антарктиду. — Сейчас, главное, насос запустить с нормальной мощностью. А то купаться невозможно. Чем быстрее починит ваш мыслитель, тем лучше… Хотя я бы посоветовал вам его сменить.

— Невозможно, — печально усмехнулась Алиса. — Это социальный проект нашей семьи. Непутевый дядюшка моего сына.

Она старательно избегала упоминать о Захарове, боясь проговориться и выложить совершенно постороннему человеку всю правду о собственном муже и неудачном браке.

«Еще решит, что я на все готова, — подумала Алиса, заходя в кабинет. Принялась складывать ноутбук в сумку, достала из сейфа наличку. И усевшись на краешек дивана, задумалась лишь на минутку.

«Мамочки дорогие! Что же я делаю! Нельзя! Нельзя!»

Алиса поднялась в свою квартиру, наскоро переоделась в джинсы и белую тунику. Закрутила волосы в дульку и побрызгала на лицо холодной водой.

«Слышь, Меркулова, — предупредила свое отражение. — Давай без глупостей, детка! Трахнуться со звездой футбола, наверное, мечтают все женщины на планете. Но ты же не все. Поэтому завяжи узлом свои хотелки. Все равно у вас ничего не получится. А для одноразовой акции можно всегда найти кого-нибудь на стороне. Подальше от дома, Стаса и папочки!»

Показав себе язык, Алиса прошла в кухню и, вырвав листок из блокнота, написала сыну послание.

«Сломался насос. Уехала за фильтрами. К завтраку вернусь. На связи».

Она заглянула в спальню, залюбовалась маленьким крепышом. Ее любимый мальчик спал, свернувшись калачиком и укрывшись покрывалом с головой.

— Еще один привет от Захарова, — слабо улыбнулась Алиса и уже собралась выйти из апартаментов, как в кармане джинсов слабо пиликнул сотовый. Высветившийся незнакомый номер мог принадлежать кому угодно. Но Алиса точно знала, чей голос сейчас услышит.

— Как дела, Алисонька? — спросил отец хрипло. — Как там Пит поживает?

— Все хорошо, — ответила Алиса на автомате. — Он ищет Анечку. Может быть, она свяжется с ним?

— Это же не мне решать, — вздохнул Меркулов. — Я передам, конечно. Но меня эта история напрягает сильно.

— Меня тоже, — печально поддакнула она. — Мне бы уехать, пап. Взять Никиту и свалить. Сможешь организовать?

— Это из-за Гранда? — отрывисто бросил отец. — Или из-за другой приблуды?

— Второй вариант, — всхлипнула Алиса.

— Значит, Захаров, — крякнул отец и добавил со вздохом. — Если все так плохо, я тебя вывезу. Попрошу людей. Олег с Лоркой подстрахуют. Ты только сама реши, что хочешь, девочка…

«Любви, ласки и уехать на необитаемый остров», — подумала Алиса, а вслух проговорила поспешно.

— Пока тревогу не объявляй, пап. Я подумаю…

— Заметано, — пробурчал добродушно отец и, дав несколько поручений, закончил разговор.

Алиса так и застыла посреди коридора.

«Жизнь меняется, — пронеслось в голове. — В ней нет места Захарову. И великий Пит Гранд еще немного поиграет в Пуарро и уедет к себе в Мадрид. Родители так и останутся жить на горе, а отец — болтаться незнамо где. Захаров точно не перестанет возить людей на банане. Только нам с Никитой придется начинать все заново. И что нас ждет за поворотом? К чему готовиться?» — подумала Алиса, запирая квартиру. И если бы ей кто-то сказал, что уже через пять минут события закружатся в неведомом урагане, и только крепкие руки Петра Грандилевского не позволят вместе с домиком и Харлеем улететь в страну Оз.