Глава 27

Маша

— У меня есть план! — гордо сообщаю Максу. — Нужно спалить на взятке Аркашу и ректора, а Виктор Степанович сам уйдёт, если намекнуть, что мы знаем о его связи с двумя коррумпированными преподавателями. Шаг первый: Родион, мой информатор, преследует Аркашу и практически умоляет его взять деньги за экзамен. Шаг второй: Родион — или мы, если получится — записываем это всё на видео. Шаг третий: находим в сети тех фанаток, которые фотографировались с тобой месяц назад, и просим, чтобы они записались на приём к ректору и намекнули, что очень хотят оказаться в нашем универе. Если мои догадки верны, им придётся заплатить за поступление. Ну скажи, я молодец?

Макс, как обычно, хмурится, обдумывая мои слова. Знаю, что план во многом фантастический, но кто не рискует, тот никогда не восстановит справедливость.

— Окей, с твоим информатором всё может получиться. А вот шаг третий остаётся загадкой. Зачем подключать моих фанаток? Почему именно тех самых, которые исподтишка фоткали нас в столовке? И какого чёрта ректор вообще будет слушать каких-то малолеток? Скорее он с родителями захочет поговорить.

— У меня нет знакомых школьниц, вот я и вспомнила тех фанаток. Их легко найти по фоткам, они влюблены в тебя, поэтому с радостью помогут. И если сольют в сеть информацию, ничего страшного не случится, — обнимаю Макса, расстёгиваю верхнюю пуговицу на его рубашке. — Но по поводу родителей ты прав. Если ректор всё же взяточник, то денежный вопрос он будет решать со взрослыми. И тогда я подключу Деньку. Братцу за тридцать, он вполне может притвориться отцом школьницы.

— Стал папашей в пятнадцать лет? — усмехается Макс.

— Скажет, что ему тридцать шесть. Ректор вряд ли умеет определять возраст по внешности.

Все пуговицы расстёгнуты. Я целую Макса в шею, ключицы, грудь, веду языком ниже.

— Твой план далёк от идеала. В нём куча допущений и мало конкретики, — хриплым голосом произносит Макс. Закрывает глаза.

— Да, я люблю действовать интуитивно, — справляюсь с ремнём на его джинсах, тяну язычок молнии. — Уверена, вместе у нас всё получится. Людей, которые продают свою совесть, неообходимо вывести на чистую воду. Надеюсь, Аркаше и ректору очень нужны деньги.

— Какая ты коварная, — Макс дотрагивается до моих волос, пропускает пряди сквозь пальцы, а я тяну его боксеры вниз и обхватываю ладонью возбуждённый член.

— Да. Ради достижения цели я готова на многое, — говорю с придыханием, игриво улыбаюсь и касаюсь языком набухшей головки. — Я очень плохая девочка.

— Значит, тебя нужно наказать, — он надавливает на затылок, и я с радостью подчиняюсь, как можно глубже вбирая его член.

* * *

— Забудь об этом, — приказным тоном говорит Денька.

Мы сидим в любимом рыбном ресторане на набережной. Я только что озвучила брату свой идеальный план того, как вывести на чистую воду лживых преподов, а он лишь насупился, поджал губы и посмотрел на меня, как на глупого ребёнка. Сразу аппетит пропал, хотя я обожаю буйабес и салат из морепродуктов.

— Но что не так, День? Вдруг сработает? — праведно возмущаюсь, хотя заранее знаю, что брата не переубедить. Он очень упрямый.

— Зачем ректору принимать у себя в кабинете малолетних дурочек? Почему он должен им помогать? Он что, подделает результаты внешнего независимого оценивания? Ты забыла, как школьники поступают в университет? Главное — высокие баллы по профильным предметам, а не деньги.

— Может, есть какие-то обходные пути? — растерянно бормочу, понимая, что Денька прав.

— Может быть. Но я не собираюсь участвовать в твоём любительском спектакле. Во взрослом мире играют по другим правилам. Не шпионят за преподом в туалете, не фотографируют исподтишка то, как студентик суёт взятку. И уж тем более умные люди не подсылают фанаток в кабинет ректора.

Мне вдруг становится обидно. Да, может, идеи дурацкие, но я хотя бы пытаюсь что-то изменить. А Денис так холодно со мной общается, смотрит строго, на мгновение напоминая мне отца. Тот похожим тоном выговоры делает: строго, сухо, высокомерно.

— Мне всего двадцать один, и я очень наивная, ты прав, День. У меня нет своей компании, я учусь в универе и ничего не знаю о взрослой жизни, в отличие от тебя. Но выключи, пожалуйста, режим надменного зануды и поговори со мной по-человечески. Объясни, как помочь декану, а не обвиняй в глупости. Окей?

Денис сдвигает брови, смотрит на меня, не мигая, но через секунду расслабляется. Качает головой, трёт лоб, пытаясь прийти в себя и снова стать моим братом, а не крутым начальником, отдающим приказы.

— Прости, Машунь. Я уже путаю работу и обычную жизнь. Порой даже не замечаю, как перегибаю палку.

— В отпуск тебе надо.

— Медовый месяц скоро. Тогда и отдохну.

— И куда вы с Юлькой собираетесь? — с любопытством спрашиваю я. Тоже хочу отправиться в путешествие, лето на носу. Только одной скучно, не с кем поделиться впечатлениями. Интересно, Максу нравятся европейские города? Или он предпочитает ленивый отдых: море, солнце, пляж? Хотя без разницы, куда ехать, лишь бы с ним. И так радостно становится от одной только мысли о совместной поездке за границу, что я начинаю широко улыбаться.

— На Мальдивы. Беспроигрышный вариант, — усмехается Деня. — Хочу подарить Юле сказку.

— Она уже больше года живёт в сказке.

Официант забирает пустую посуду. Я заглядываю в телефон — Макс не звонил. Он не сковывает мою свободу, не пишет по сто раз в день, не тревожит без особой нужды. Но я всё равно жду подвоха. Вторую неделю переживаю, что наша сказка превратится в ночной кошмар. Когда я стала параноиком?

— Маш, чего ты хочешь: вернуть декана на прежнюю должность или доказать виновность преподавателей и ректора?

— Странный вопрос. Я хочу, чтобы справедливость восторжествовала.

— Тогда забудь о шпионаже. Перестань собирать подписи, они бесполезны. Ты ничем не сможешь помочь. Чтобы свергнуть ректора, нужно подключить тяжёлую артиллерию. У меня есть влиятельные знакомые. Начнётся расследование, вскроются все махинации, в которых участвовал ректор и его подчинённые. Уверен, они не только взятки берут, в таких крупных учреждениях часто и деньги отмывают, и служебным положением злоупотребляют. Машунь, ты уверена, что эта грязь должна просочиться в прессу?

— Да, конечно! Если они виноваты — пусть все об этом узнают.

— А если окажется, что твой декан тоже не чист на руку? Ты готова к такому повороту?

— Но он ни в чём не виноват!

— Ты уверена? — тихо спрашивает Деня. 152e1bc

— Да. Подключай своих людей, запускай расследование. Пусть с ректором разбирается антикоррупционное бюро и полиция. Так будет правильно.

— Хорошо, — после небольшой паузы кивает Денис. — Назад дороги не будет.

После ужина с братом я сажусь в такси и называю адрес съёмного жилья. Захожу в квартиру, падаю на диван, смотрю в потолок, пытаясь осознать всю серьёзность своего поступка. Возможно, ректор попадёт в тюрьму, если он и правда занимался махинациями. Да и не только он. Неужели я обрекла людей на несколько лет лишения свободы?

Мне страшно. Холодно и неуютно. Знаю, что сделала правильный выбор, но от этого не легче. Словно я несу какую-то ответственность за прегрешения других людей. Как же глупо! Мечтала о справедливости, а теперь почему-то боюсь. Моё имя даже не всплывёт нигде, но я ведь знаю, что заварила эту кашу.

Достаю телефон и набираю Макса. Он мне нужен. Не хочу снова доказывать свою самостоятельность. Я и так отдалилась в последнее время. Всю неделю ночевала у себя, а Макс даже не возмутился ни разу. Надо переступить через этот страх.

— Привет. Как ты? — он мгновенно отвечает на звонок.

— Соскучилась… Могу я к тебе приехать? Нам нужно поговорить.

— Да, конечно, — с тревогой произносит Макс. — Жду.