Глава 29. Искушение

– Что значит «святой»? – ледяным голосом поинтересовалась мадам.

– Ээээ… – я растерянно взглянула на эльфа, но он только пожал плечами. – Думаю, это значит, наделенный особыми полномочиями. Близкий к Богу и все такое.

– Какими полномочиями?

– Он… эээ… отпускает грехи, – ляпнула я. – Посмертно…

– Это невозможно, милочка! – возмущенно ответила эльфийка. – Грехи посмертно не прощаются!

– Смотря кому, – задумчиво ответил эльф. – Смотря кому… Ну в общем, последнее покаяние я тоже принимаю. У любой твари. Я ж целитель, а не чудотворец. Кто-то и умирает… Но, признаться, таких мало. Разве что от моей руки.

И Аарон нехорошо улыбнулся.

– А еще он словом нечисть прогоняет… – пробормотал Павел. – Ну в смысле, молитвой. Не всегда, правда, получается…

– Это правда? – сухо спросила мадам у зардевшегося эльфа.

Он кивнул.

– Замечательно! – потерла виски бабуля. – Святой! И Водящая Души. И раскаявшаяся ведьма. И человек-философ. И первозданный пес. Замечательная компания.

– А еще есть буйная сумасшедшая, дальний родственник странников во времени, пластический хирург, и бывший бандит, а нынче честный бизнесмен… – продолжил Павел.

– И это не считая детей, – хихикнула я.

Бабуля расхаживала по комнате широким шагом, отчего её юбки развевались как паруса.

– А у Олы открылся дар пророчества, кажется, – неожиданно сказал Аарон.

Мадам резко остановилась.

– Вы меня решили убить, да? – спросила она. – Я старая женщина, меня нельзя так нервировать!

– Ничего, – прищурился Аарон. – Я целитель, я справлюсь…

– Вы меня убедили, – царственно кивнула, наконец, мадам. – Ола, я не буду настаивать… Я приглашаю тебя, твоего мужа и дочку погостить у меня в доме. Сколько ты пожелаешь. А Вы, господин философ, кажется, интересуетесь искусством? Как насчет курса архитектуры в одной из наших школ?

– Учиться или преподавать? – с хитрой усмешкой спросил Павел. – Вообще-то у меня диплом Тулузского университета по архитектуре и проектированию зданий и сооружений плюс с десяток курсов повышения квалификации… Еще курс по строительным материалам, несколько дипломов победителя в различных номинациях, ну и художественная школа…

– Все ваши бумажки для эльфов – тьфу, – пожала плечами мадам. – Однако эльфы любят учиться, очень любят. Они будут рады новым знаниям… Так вы согласны?

– Как решит Ола, – ответил Павел. – Если она согласится, я поеду с ней.

– Не слишком по-мужски, господин философ, – усмехнулась старая эльфийка. – А как же глава семьи, стукнуть кулаком по столу и все такое?

– Для чего? – хладнокровно спросил Паша. – Самоутвердиться за счет жены? Благодарю, есть другие сферы, где я смогу самоутвердиться… Командовать нужно войсками или рабочими, а женщин холить и лелеять…

Я посмотрела на Павла с искренним уважением, Аарон покачал головой, у Олы сияли глаза, а бабуля поджала губы.

– Я с удовольствием принимаю ваше предложение, бабуля, – церемонно склонила голову девушка. – Я с радостью погощу дома.

Зашибись. А я? Мне-то куда деваться? Эх, Пашка, Пашка, променял меня на ведьму!

Надо быть мужественней, Галка. Пора уже становиться самостоятельной. Что, тяжело? Страшно? И какого черта ты не осталась с Оскаром, скажи на милость? Там все спокойно, там бы тебя оберегали, там не нужно каждый день принимать решений, куда свернуть… Там можно было носить красивые платья, а не мужские обноски, спать в мягкой постели, прижимаясь к горячему мужскому боку, а не скакать по ночам на демонических лошадях, напившись наркотических отваров…

Кстати, о наркотических отварах и демонических лошадях. От отвара я до сих пор не могу нормально спать – просыпаюсь с криками. Мне снятся кони, огонь, война… Хотя когда я в лесу свалилась, почти сутки провалялась без сознания. А кони вызвали среди эльфов настоящую бурю. Кони как бы и не наши, нам их одолжили, и мы с Пашей решили вернуть их судье. Но эльфы буквально вымаливали их, ходили за нами и ныли, что им они очень-очень нужны. Породу своих лошадей улучшать. В конце концов, Павел не выдержал, плюнул и обменял их на белоснежных эльфийских. Были черные, стали белые. И почти было отправил белых лошадей с извинениями судье, но потом решил повременить. Все-таки, человек рисковал своей карьерой, а ну как удалось скрыть свое причастие, а мы тут коней с благодарностью возвращаем! В общем, мы пока при конях. Ну и Павел был бы не Павел, если б не поимел с этой сделки выгоды. Весь (весь!) приплод – второй или третий – от черно-белых коников он мог забирать себе. Причем специально не стал оговаривать, какой по счету – чтобы не обманули. Конезаводчик, блин! Бизнесмен!

А потом, когда наш статус изменили с «военнопленных» на «почетных гостей», нас позвали на бал. Признаться, после последних сумасшедших дней вынужденное бездействие сводило меня с ума. Да еще эти кошмары по ночам… Утром ходишь как зомби, зато к вечеру буйная жажда деятельности. Лишь бы не спать… Так что приглашение на бал пришлось как нельзя кстати. Тем более, что платьев мне притащили дюжину и еще одно.

Правда, все платья какие-то блеклые – бледно-голубое, нежно-розовое, бежевое, цвета шампань… И все в эльфийком стиле – аля-мешок с поясом.

Что и говорить – на нас все смотрели. Павел добыл себе костюм горожанина – с жилеткой, бриджами и рубашкой, Аарон и многие молодые эльфы тоже были одеты весьма демократично – так же, как и Павел, собственно. Разве что предпочитали зеленые и рыжие цвета. Те, кто постарше, были непонятных размахайках наподобие древнеримских туник, а сверху – китайских халатов… В общем-то на высоких и худощавых мужчинах это смотрелось вполне прилично. На самом деле, бриджи и башмаки выглядели бы довольно глупо на тощих старческих ногах. Ничего-ничего, я на вас Мариэллу натравлю. Она вам нарисует…

Мои уши и Олины глаза хоть и вызывали настороженность, но число поклонников не уменьшили. Женщин действительно было немного, и все они были замужем, а те, что не замужем – в смысле, те две девочки на вид двенадцати лет – кажется, помолвлены еще с рождения. И поверьте, родители не спускали с них глаз.

Через пару часов я поняла, как крупно повезло Оле – у неё был Павел. Я же под конец вцепилась в рукав Аарона, напряженно улыбаясь – танцевать не было сил. Хоть танцы у эльфов и не слишком сложные – все больше вальс или хороводы, или еще какая дребедень типа «делай как я» – но мое физическое здоровье не выдерживало такого насилия. А уши сворачивались в трубочку от комплиментов. Даже Аарон подло смылся – по его словам, мамочка уже планировала имена для наших детей, видя, что я пылаю к нему нежными чувствами. Поэтому, воспользовавшись толчеёй, спонтанно возникшей при внесенных закусках, я позорно сбежала на террасу и спряталась за занавесками.

Ненавижу эльфов!

– Что, тяжко? – раздался ехидный голос сзади.

Я с визгом подскочила на месте, схватившись за грудь.

Сзади стоял упитанный и невоспитанный и нахально меня разглядывал.

– Что, нравлюсь? – резко спросила я.

Не по себе мне от этого взгляда, горячо и тревожно.

– Очень, – усмехнулся упитанный и невоспитанный. – Хочешь, спрячу на несколько минуток? Отдохнешь.

– Хочу, – согласилась я. – На полчасика. Потом придется вернуться – не поймут.

Он шагнул куда-то в темноту, схватил какую-то плеть и полез по ней вверх. Ага, умник! Прямо-таки я и залезу в бальном платье по лиане! Однако он неожиданно свесился сверху и, протянув мне руку, затащил на козырек крыши. Немного ловкости, еще один прыжок – и мы оказались сидящими на большой ветви дерева, скрытые листвой. Отличное место. Мы видели все, что происходит в бальной зале, благо она была скорее не залой, а беседкой, укутанной прозрачными занавесками, а нас не видел никто. Сидеть, правда, было тесновато, мы оказались довольно плотно прижатыми друг к другу. Гм, что могут делать два эльфа, сидящие на дереве? Нет, мы не поцеловались! Очень надо! Хотя, надо признаться, такие мысли все настойчивее крутились в голове спустя пять минут молчания. Все-таки красивые они, эти эльфы! А этот еще и на Аарона похож, только потолще. А к Аарону я уже привыкла… И потом, Аарон такой мягкий, ранимый, светлый, ну прямо как котенок, а этот его брат скорее более крупный хищник. Жестче, грубее, опаснее.

– Иаир, а ты ведь не целитель? – нарушила молчание я.

– Нет, – коротко ответил он.

– Дара такого нет?

– Да.

Какой бука! А зачем меня тогда звал?

– А какой у тебя дар?

– Воевать, – буркнул он.

– Нет такого дара, – блеснула эрудицией я. – Это ж скорее проклятье…

– Какой есть.

– Слушай, – не удержалась я. – А чего ты меня сюда позвал-то? Если даже поговорить не хочешь?

Ну напросилась, ага.

Горячие руки, горячие губы… Вот как эльфы целуются! Крепкие мужские плечи под дрожащими пальцами – как давно это было? Мне неожиданно стало так спокойно с ним, словно все мои страхи сдернули с меня как покрывало, все мои заботы развеялись как дым. Я спрятала горящий лоб на его плече, изо всех сил пытаясь впитать это ощущение безопасности. Руки его гладили мои волосы, спину. Не так, как с Оскаром. С Оскаром было безумие, смерч, торнадо, пожар. С Иаиром было тепло и тихо, как у очага.

– Ты красивая, – прошептал он. – Очень…

– Глупости, – шепотом ответила я. – Такая же, как все. Все эльфийки на одно лицо.

Он хмыкнул и положил мою голову поудобней.

Пожалуй, Оскару бы это не понравилось… Совершенно точно не понравилось бы.