Глава 39. Коллекционер

Галатея быстро шла по подземному ходу, срываясь порой на бег. Губы шептали молитвы, глаза порой застилали слезы, но у неё была цель, которая гнала её вперёд. Оскар будет жить, это даже не обсуждается. Он ей нужен.

Эльфийка была уверена, что если он уйдёт — она уйдёт за ним. Он был смыслом и сутью ее жизни. Они были созданы друг для друга, как две части одного целого. И если его земной путь окончен, то и ее тоже. Не живёт цветок без воды.

Галла прекрасно понимала, что то, что она делает, иначе как безумием, а то и предательством, не назовешь. Но она всего лишь слабая женщина, поэтому делает то, что умеет.

Подземный ход вывел ее в небольшую рощицу. Она огляделась. Лагерь орков был в паре километров отсюда. Галатея вытерла мокрые от пота ладони об юбку и ещё раз попросила у Всевышнего благословения и защиты.

Она не боялась. За себя не боялась. Отчего-то внутри была уверенность, что хозяйку Цитадели не тронут.

В руках у нее был меч, который она позаимствовала у какого-то эльфийского мальчика. Именно этим мечом она потыкала в плечо орку, якобы сидящему на страже.

— Я пришла с миром, — сурово заявила женщина. — Мне нужен Кхан.

— Госпожа Галатея? — растерянно спросил орк со шрамом на пол-лица. — Но как?

— Драх? — узнала орка, который частенько приезжал в Цитадель с Орром, Галла. — У меня проблемы.

— У нас тоже, — вздохнул Драх. — Больше, чем ты можешь представить. Пойдем.

— Куда?

— В лагерь.

— А что, так можно?

— Тебя никто не тронет. А поглядеть полезно будет.

Галатея вытаращила глаза, но не поверить именно этому орку она не могла. Душа его была чиста и полна света.

Она послушно пошла за орком, который подстроился под её шаг и теперь обеспокоенно косил на нее глаза.

— Это правда, что Аарон жив? — не выдержала женщина.

— Да, он здесь.

— Но почему?

— Увидишь.

Орки, увидев, что рядом с Драхом идёт эльфийка, сначала вскакивали с рычанием, но тут же отступали, услышав негромкое "жена Князя Времени".

— Твоего мужа уважают, — тихо пояснил орк. — Как глава Трибунала, он всегда был справедлив. Его зовут среди наших Судьёй.

— Уважают… а Цитадель атаковали.

— Не все согласны с этим. Но против вождя орки пойти не могут.

— А вождь — Кхан? Кто он такой?

— Вождь — Орр-Вооз. Пришли.

Орк откинул полог большой палатки, похожей на шатёр, и сам зашёл внутрь. Галатея шагнула за ним. Глаза привыкали к полумраку, но тоненькую фигурку с копной тёмных волос она узнала почти интуитивно:

— Сола?

— Галла! — ее маленькая воспитанница бросилась ей в объятья, всхлипывая. — Галла! Ты должна помочь, должна! Ты сможешь!

— Сола, ты как здесь оказалась? Ты же должна быть с Ахиором!

— Я должна быть с Орром, — твердо и даже с каким-то удивлением ответила Соломея. — Вот, погляди.

Галла опустилась на колени рядом с чернокожим гигантом, который на первый взгляд казался спящим. Она понимала, что смотреть нужно внутренним зрением, и то, что она видела, ей не нравилось. Он был словно весь опутан черными лентами. Галла попыталась их убрать, но не смогла даже потревожить.

— Я не знаю, что с ним, Сола, — тихо сказала Галла, осторожно касаясь татуировки рода Синиц на лбу и виске орка. — Это тьма, подобно которой я не встречала.

— Но он не мертв?

— Пока нет.

— У тебя есть идеи, как ему помочь?

— Да. В храм или место силы. Тьма не сможет его держать вечно.

— Ты поможешь?

— Как? В Цитадель? — в голосе Галатеи язвительная горечь. — Цитадель обречена.

— Но ее не взяли!

— И не возьмут, — раздался ещё один знакомый голос. — С такой-то охраной!

Аарон был худ, бледен, с черными кругами под глазами, но сиял изнутри так, что на него смотреть было больно. Галатея внезапно поняла, что ошиблась. Вот оно — место силы. Вот он, храм, перед ней. И тьма, захватившая Орра, даже не шевелится в присутствии Великого Святого.

Плевать! Что ей сейчас до Орра! Она вдруг вскрикнула и упала на колени перед Аароном, хватая его за одежду:

— Аарон, Оскар умирает. Он очень плох. Умоляю, спаси его!

— Я не Бог, — мягко ответил эльф, отцепляя ее пальцы от полы своей длинной рубахи. — Что случилось, девочка?

Он заглянул в глаза Галлы, понимая, что так просто она не пришла бы к нему, не разыскала его среди вражеского стана. Он присел рядом с ней на корточки, осторожно убирая волосы от лица. Она смотрела с каким-то безумием.

— Сердце у него. Антон говорит, инфаркт.

— Ну он же не умер.

— Ему всё хуже. Дышит тяжело, почти не ест.

— Галла, зачем ты пришла? Я не уйду в Цитадель. Моё место здесь.

Галатея смотрела на него пораженно, и он попытался объяснить.

— Здесь несколько тысяч тех, кто нуждается в свете. Галла, я люблю Оскара, но он — Паладин. С точки зрения людей да, он болен. Но душа его здорова. Он пойдёт к Всевышнему. А здесь больные, Галл. Они умрут и пойдут во тьму. Я должен их спасти. Сколько могу. Не тела, души.

— Я тебя ненавижу, — прошептала женщина, глотая слезы. — И никогда не пойму твой выбор. Там, в крепости, твои братья. А ты выбрал врагов.

— Я врач, Галатея, — ровно ответил уязвленный Аарон. — Я лечу больных. Я не могу иначе. А Цитадели теперь ничего не будет, не волнуйся. Орки уже проиграли.

— Почему?

— А ты не видишь? Врата крепости охраняют ангелы.

— О чем ты?

— Значит, не видишь. А я вижу. Они стоят возле стены. Понимаешь, уже всё решено.

Галле показалось, что земля уходит из-под ее ног. Голова закружилась.

— Что это? — с ужасом спросила Соломея. — Землетрясение?

Аарон выскочил из палатки и выругался на эльфийском.

Со стороны Пустошей в небе двигалась огромная чёрная туча, и горизонт был затянут тьмой.

— Что это за хрень? — вырвалось у Галлы.

— Тьма. Я это уже видел однажды. Тьма идёт.

Он вдруг осел на землю, взвыв.

— Я должен сражаться! Надо вставать и умирать! Но нога проклятая!

Со стороны Цитадели раздался еле слышный трубный зов.

— Врата открыли, — прошептал Драх. — Цитадель зовет всех укрыться за ее стенами. Тьма никогда не одолеет святую крепость.

— Укрыться? — заревел Га-Кхан, появляясь ниоткуда. — В Пустошах моя жена и дети!

— Были, — тихо сказал бледный Аарон. — Где прошла тьма, не останется ничего живого.

— Аааа! Все в строй! А вы… хватайте эту падаль, — он пнул палатку злобно. — И в Цитадель. Кто не в состоянии держать оружие — в Цитадель! Остальные — за наши дома! За нашу жизнь! Вперёд!

Галла и Соломея переглянулись. Утащить громадного Орра они могли с трудом, но выбора у них не было. Подняли вдвоем, закинули его руки себе на плечи и поковыляли.

Аарон поймал за руку примчавшуюся к нему жену, крепко поцеловал и кивнул в сторону женщин:

— Идёшь с ними. И Галлу смени. Она в положении.

— Я с тобой.

— Нет. Это не твоя война. Иди. Найдёшь мою мать, расскажешь, что я был героем, хоть и идиотом. Я люблю тебя. Прости, что не сказал раньше.

Ноэминь кивнула. Она потеряла двух мужей и теперь рисковала потерять третьего. За что, Господи? Взглянула на него, бросилась на шею:

— Я буду молиться за тебя!

А потом быстро побежала вслед Галле и Соломее. Оттолкнула блондинку, закидывая руку орка на свое плечо, буркнула:

— Вперед, не тормозим.

Из Цитадели выходило (выезжало на лошадях, разумеется) ровным строем не самое большое войско эльфов. Армия людей шла вперёд.

А три женщины тащили на себе крупного чёрного мужчину, задыхаясь от усталости.

— Я сейчас сдохну, — простонала Ноэминь, сбрасывая свою ношу на землю. — Надо же было этому быку так отожраться!

Соломея была с ней согласна, но роптать не решилась, понимая, что по сути орк нужен одной ей. Тем не менее, она тоже охотно опустилась на землю, тяжело дыша. Тело орка кулём упало, а голова ударилась о камень с каким-то противным гулким звуком. Женщины замерли, боясь даже проверить, все ли с ним в порядке.

— Надеюсь, его башке хуже не будет, — прошептала Номи нервно. — У орков череп чугунный, точно говорю. И сотрясаться там нечему.

— Три арбалетных болта в голову, мозг не задет, — шепнул Орр-Вооз, приоткрывая правый глаз.

Женщины дружно взвизгнули и подскочили так резво, словно это не они только что сидели на земле без сил.

— Боже, что ж так громко-то, — буркнул орк недовольно. — Добить меня решили? А темно — это потому, что я в мире теней, или потому, что ночь?

Галатея взглянула на небо, затянутое тучами. Действительно, было очень темно для белого дня, по земле струился ветер, взметавший пыль и песок, и ощущение было такое, словно с минуты на минуту должен хлынуть дождь, да не просто дождь, а потоп.

— Соль, ты что на меня смотришь, как на призрака? — Орр-Вооз протянул ладонь к девушке и ласково обхватил ее дрожащую руку. — Всё будет хорошо. Или не будет. Но я всё равно счастливый дурак. Пойдемте.

— Куда? — поинтересовалась Галла.

— Вы в Цитадель, я воевать. Но мне нужен конь, я на ногах не стою. А кони в Цитадели.

— Два коня, — бросила Номи. — Аарон хочет драться. Ему тоже нужен конь.

— Два так два, — согласился орк. — Дамы, пойдёмте.

Теперь идти было значительно легче. Орк, хоть и шатался, но шёл сам. Соломея обхватила его руками за торс и больше мешала, чем поддерживала его, но Орр не возражал.

— Надо было сразу ему по башке дать, жаль, не догадались, — шептала Номи Галатее.

— Сразу мозги на место встали, — соглашалась Галла.

Далеко идти им не пришлось. Кавалерия эльфов передвигалась значительно быстрее и встретилась им уже на полпути.

— Орр-Вооз! — воскликнула чернокожая женщина, возглавляющая его, но чего-то ещё спросить не решилась, закусывая губу.

— Отдай коня брату, — потребовал орк. — Мне нужнее.

-

Га-Кхан недовольно смотрел на противника, кривя толстые губы.

Войско тьмы было страшным. Оборотни, туча грызней, нервно кричащих в небе, ломкие погонщики на ящерах и ряды наёмников с лицами, закрытыми черными тряпками. Где-то сзади них пылала земля. Демоны. Из всех эльфов с демонами встречался лишь Аарон и ещё несколько бывалых эльфийских воинов. Они знали, насколько это опасно.

Орки не знали.

От войска тьмы отделилась тёмная фигура на призрачном коне. Узнать в ней бывшего эльфа было сложно, но пока возможно. Алые глаза, закрученные рога и черно-синяя кожа делали его пугающе непохожим ни на одну расу этого мира.

— Я тот, кого вы называете Коллекционер, — громовым голосом заявило существо. — Мне нравится это имя. Я предлагаю вам сделку, вам всем, даже этим жалким предвечным, которые утратили былое превосходство. Переходите на сторону победителя — ибо нет в этом мире никого сильнее меня. Переходите и тогда не умрете.

По войску орков пробежала рябь.

Га-Кхан кивнул:

— Я никого не буду удерживать! — крикнул он. — Но ответь прежде на один вопрос: вы шли через Пустоши. Что с нашими жёнами и детьми?

— У настоящих воинов нет жен и детей. Они верны лишь битве.

Кхан опустил голову, а потом снял с шеи ожерелье вождя и пошёл вглубь войска. Нашёл там Аарона, все же добывшего себе коня, и повесил ожерелье ему на шею.

— Веди моё войско вперёд, Великий Святой! — сказал он. — Ты опытный воин. Я выбираю Свет.

Аарон замер, хлопая глазами, а потом вдруг покраснел как девчонка и сделался хорошеньким, как и все эльфы. Кивнул и спокойно выехал вперёд. Войско орков забурлило, словно болото. Добрая треть от него отделилась и направилась в ряды тьмы.

И Коллекционер, и Аарон, и подъехавшие эльфы, уже не опасавшиеся бывших противников, молча наблюдали за рокировкой. Пожалуй, это было самое странное разделение войск за всю историю мира. Эльфийской кавалерией командовал орк. Оркской армией — эльф с двумя короткими мечами, тоже верхом на коне. Люди стояли чуть поодаль, хотя бы они казались нормальными.

Аарон коротко кивнул Орр-Воозу. Орр-Вооз кивнул целителю.

Вдалеке слышался звук эльфийского горна: Аарон узнавал сигнал отряда Иаира и хмурился. Снова оба сына его матери идут в смертельную битву.

В чёрном небе громыхнул раскат грома. Хлынул ливень. Битва начиналась. Чёрное небо было неожиданным союзником Света. Грызни не могли летать под дождём. Демоны не могли воевать в боевых огненных ипостасях.

Но и эльфам с орками пришлось нелегко: мгновенно раскисшая земля скользила под ногами, видно было едва ли не на расстояние вытянутой руки, промокшие доспехи тянули к низу, но едва ли воины это замечали.

Пустоши наполнились звоном мечей, криками боли и острым запахом крови и страха.