Глава 17. Многое проясняется

Когда впереди меня оказался забор с еле заметной паутиной проводов, натянутых на небольшом расстоянии от него, я обреченно остановилась. Это тупик, осталось только броситься на систему «контроллера» и проститься с жизнью. Дыша, как загнанный зверек, оглянулась через плечо и тотчас увидела Джелло. Он медленно шел ко мне, руки пусты — похоже, нож был убран в чехол у пояса.

— Ари, остановись! Что тебя напугало? Я должен знать.

— А я уже все знаю!!! Я не такая уж дурочка, чтобы не понимать… Стой там! Не подходи ближе, слышишь?!

Кричала на всю ограду, окончательно уверившись, что при его приближении кинусь к забору со смертельной ловушкой. Джелло замер где-то в восьми метрах от меня, кивнул, немного разводя руками.

— Я хочу, чтобы ты успокоилась. Видишь, стою на месте. Теперь говори!

От такого неприкрытого лицемерия меня затрясло. Он еще собирается притворяться? «Сладкая, вкусная, мягкая…». Как еще я должна была трактовать эти слова? У меня нет других вариантов, кроме жаркого или десерта для истинных маньяков.

— Ты просто чудовище! Ты все мог со мной сделать в любой момент, но… зачем надо было убеждать, что я в безопасности. Я поверила… я думала, у тебя сердце есть, а ты… вы, нелюди, задумали сотворить такое. Это бесчеловечно, хуже, чем у зверей. Они хоть никого не обманывают, а нападают сразу. А ты… кормил, комната… ванна… вы просто изверги!

Он вдруг издал жуткий свистящий звук, лицо его потемнело, а я опустила голову, чувствуя, как деревенеют ноги. Теперь, кажется, не смогу даже шага сделать к забору.

— Аа-рин! — взревел Джелло, — скажи прямо, в чем ты меня винишь!

— Ты… собираешься меня съесть, — тихо проговорила я, рухнув на песок, поскольку тело уже не слушалось.

— Что-о-о?

— Съесть, — уже не особо уверенно повторила, посматривая на него снизу вверх. В висках бились крохотные задорные молоточки. Тук-тук-тук…

"А песок здесь светлее, чем возле моей бочки, в нем даже белые округлые камешки попадаются…"

Я зачем-то зачерпнула полную горсть и высыпала себе на голые колени, а когда снова перевела взгляд на Джелло, то окончательно остолбенела.

Он сидел на одном уровне со мной и беззвучно смеялся, раскачиваясь всем телом. И тогда я заплакала, спрятав лицо в ладони. Мои недавние подозрения развеялись, как песочная горка у ног. Даже не заметила, как он оказался рядом, только ощутила легкое прикосновение к плечу и еще этот странно знакомый древесный запах. Хвоя после дождя. Откуда…

— Не нужно меня бояться. Я не причиню тебе вред. Зачем выдумывать чепуху? Яссы не едят людей.

Его голос вдруг стал грубее:

— Может, Пойто над тобой подшутил? Он тебе сказал эту глупость? Я с ним разберусь.

— Нет, я сама. Пойто не причем.

Несмотря на то, что была зла на «цыпленка», не хотела ему неприятностей. А они, кажется, назревали.

— Похоже, Пойто много лишнего тебе говорит! А потом ты бежишь к забору!

Отчаянно замотала головой, вытирая слезы.

— Не надо его ругать. У него тоже судьба не сахар.

— Да-а? Во-от как! А у меня, сахар, по-твоему?

— Я мало о тебе знаю.

— Это можно исправить.

Он держал меня за плечи и пытался заглянуть в глаза — я, как могла, уворачивалась, было не по себе от его неожиданной близости. Еще пару минут назад Джелло вызывал у меня ужас и отвращение, а сейчас почти обнимает. И я не знаю, как правильно реагировать.

— Ари, я желаю тебе добра. Разве не заметно? Разве тебе плохо со мной? Чего тебе не хватает?

Он так странно это проговорил, и я даже не успела ответить, потому что была поражена его дальнейшими действиями. Джелло перетащил меня с песка себе на колени и прижал к груди. Наверно, так пытался успокоить и убедить, что нет никакой угрозы. И тогда я поняла, что хвойный запах исходит от его тела. Может, какое-то моющее средство или одеколон…

Джелло водил носом по моим волосам, будто тоже принюхивался, и я сразу припомнила одну стыдную ситуацию с Даром. Сами слетели с языка слова ненужного оправдания:

— Они чистые, я мыла только вчера.

— Хорошшшо…

Он гладил мои плечи и руки, убрал в сторону волосы и провел носом по шее, а потом… лизнул меня чуть ниже мочки уха. Я дернулась прочь от него, упала обратно на песок и попыталась отползти, но Джелло схватил меня за лодыжку и одним движением притянул к себе, развернул на спину. А потом, опираясь коленом о землю, накрыл собой, оставив между нашими телами совсем крохотное расстояние.

Одной рукой он удерживал равновесие, а пальцами другой взял мое лицо:

— Никогда больше не убегай, ящерка! Не надо меня дразнить.

И как только хватило дерзости ему отвечать:

— Съешь в сыром виде?

Его холодный взгляд смягчился:

— Только покусаю. Примерно так.

Началось что-то невообразимое. Джелло склонился ко мне и стал целовать — подбородок, щеку, нос, спустился к шее и прикусил кожу, водил по ней языком, засасывал. Я смотрела вверх на съежившиеся в комочки серые облака с багряными краями от спрятавшегося за ними светила и чувствовала острый запах соснового бора. Он всегда меня успокаивал. Даже теперь, когда я понимаю, что это всего лишь аромат разгоряченного тела ясса.

Наши расы физически не совместимы. Если он попытается меня изнасиловать, я умру от… от…

— Тшшш, тише, не плачь, я не сделаю тебе больно. Ари, я ничего тебе не сделаю.

Когда он коснулся моего рта своим, я вздрогнула и запрокинула голову насколько можно назад. Джелло лизнул мою нижнюю губу и дотронулся языком до стиснутых зубов. Я зажмурилась и замотала головой из стороны в сторону — она была совершенно пустая, кажется, в ней что-то даже позвякивало, как в детской погремушке.

А потом вдруг стало совсем легко. Джелло поднялся, то есть сел на песок, взял меня на руки и стал тихонечко покачивать, будто усыпляя. Он дышал тяжело, неровно, я слышала, как воздух шумно выходил из его приоткрытого рта, звериный клык на шнурке то впечатывался в мою щеку, то чуть отдалялся.

— Испугалась, глупая девочка. Маленькая… Тише-тише.

Я хотела сказать, что в таком случае он настоящий монстр, но не получилось и слова из себя выдавить. Теперь запах хвои ощущался не так резко, и я будто успела им пропитаться, запах напоминал о далеком доме, дарил умиротворение. Нашла в себе силы, чтобы спросить Джелло:

— Зачем я тебе нужна? Я не похожа на ваших женщин.

Он не сразу ответил глухим шелестящим шепотом:

— Я плохо помню близость с ясской. Это было очень давно. И очень далеко отсюда.

— На твоей родине?

Сама не понимаю, зачем мне надо знать о его прошлом, зачем я вообще начала с ним говорить…

— Яшнисс — самая красивая планета в системе. Когда-нибудь я увижу ее снова.

Ну, еще бы! Понятно, что каждому хочется во что-то верить. У любого разумного существа есть мечта, какой бы расе он не принадлежал. Иногда вера в свою мечту помогает двигаться вперед и даже крушить все препятствия на пути, даже идти по головам. А мне можно ли на что-то надеяться? Джелло словно угадал мои потаенные мысли и резко произнес:

— Тарсианин за тобой не вернется, но даже если вдруг и случится чудо — я тебя не отдам. Пока я жив, никто тебя не отнимет. А ясса очень трудно убить. Ты должна хорошенько это запомнить, Аарин. Нет смысла чего-то ждать. Все мы пленники Цоты. И теперь ты со мной до конца.

— В смысле, предлагаешь жить в одном доме? Ты ведь не можешь быть со мной, как мужчина с женщиной?

— Это тебя убьет. Значит, не могу.

— Почему я? Что во мне тебя привлекает, неужели все из-за длинных волос? Пойто ехидно зовет меня косматым страшилищем, Шакко вообще не замечает, а ты…

Казалось, я иду по тонкому льду и вот-вот должна провалиться. Мы вели очень странный разговор — в первый раз после знакомства, спустя неделю моего появления на их базе. Но я честно хотела понять мотивы поведения Джелло. Мне всегда нужно докопаться до подноготной, до первопричины. Наивное упрямство, даже вопреки щекотливым обстоятельствам.

Он усмехнулся:

— Ты теплая. Живая.

«Да-да… вкусная, сладкая, мягкая…»

— … ты говоришь, двигаешься, смеешься. Правда, с этим полумерком смеешься, но я рад слышать твой голос. Ты — мое сбывшееся желание, Ари. После того, как я оказался здесь, даже не мог представить, что подобное существо будет в моих руках.

«Бред какой-то!»

— Думаю, ты меня с кем-то спутал, я могу напоминать знакомую тебе женщину, но разве это причина, чтобы…

Я немного застряла в выводах, и Джелло решил помочь:

— Ты помнишь, что в долгу у меня?

Он наклонился, одновременно поднимая меня ближе к себе, наши лица оказались почти на одном уровне:

— Да-а. И что ты хочешь теперь?

Раз он не может использовать меня, как наложницу, не причинив вред здоровью, в таком случае… словно игла уколола, так все стало просто и ясно — он собирается сделать из меня домашнего питомца наподобие кошечки или собачки, ну-у… черепашки или птички. Видимо, моя внешность вызывает у Джелло какую-то нездоровую ностальгию.

— Ты позволишь мне делать все, что я сочту нужным. Притворюсь, что мне нужно твое разрешение.

— Как это? — в смятении выдохнула я.

«Домашних питомцев кормят, купают, выгуливают — это нормально, это я переживу… зачем они еще-то нужны…».

— Мне нравится прикасаться к тебе.

«Господи! Их же еще и тискают… гладят по шерстке, чешут животик, целуют в нос, а может, Джелло рассчитывает, что я буду в ответ его облизывать и вилять хвостом?!»

— У меня нет хвоста, — жалобно прошептала я.

— У меня тоже, — на полном серьезе ответил Джелло, и мне захотелось заплакать и засмеяться одновременно.