Глава 23. Вечер в тесном кругу

Джелло встретил нас очень прохладно. Бросил мимолетный взгляд в мою сторону и сразу переключился на разговор с Шакко. Видимо, яссам следовало обсудить последние новости. Мы с Пойто сами перетаскали в кладовую большую часть «добычи» и только самый тяжелый ящик доставил Шакко вместе с приказанием короля.

— Через час собираемся на ужин в большой комнате. Это касается всех.

Я сразу же предложила Пойто свою помощь на кухне, но тот пренебрежительно заявил, что не потерпит конкуренции в личных владениях. Похоже, мой шоколадный триумф немного задел его кондитерские амбиции. Следовало успокоить приятеля.

— Не покушаюсь на твой авторитет, просто скажи, что мыть и резать.

— Лучше продезинфицируй свои новые вещи!

— Конечно, я все перестираю, как же иначе.

Уловив нотки обиды в моем голосе, Пойто смягчился:

— Потом отнесешь еду в их комнату, чтобы мне не торопиться с тележкой.

— Будет сделано!

Я быстренько разобрала свои приобретения, загрузила стиральную машинку — легко научилась с ней обращаться. Сейчас немного освежусь под душем и можно вернуться в кухню. Теперь у меня появился и другой повод, жаловаться придется:

— Нога болит, синячок-то не маленький. Может, у тебя есть в аптечке охлаждающий крем или другое полезное средство?

— А еще вызвалась помогать! Поешь и ложись в постельку. Я скажу Джелло, что ты нездорова. Хм… он станет ворчать, что мы не досмотрели, и «малышка» поранилась. Покажи ногу!

Без особого стеснения я потянула вверх длинную мужскую рубашку, почти прикрывавшую колени. С поясом, найденным на складе, смотрится как модное платье. Пойто мгновенно оценил степень ущерба, нанесенного моему нежному организму, и вынес вердикт:

— Ну-у, жить будешь, я боялся, что там плохо совсем! Отнеси блюдо в залу, я пока поищу, чем тебя подлечить.

— Можно, я этот хрустящий ломтик стащу?

— Жуй быстрее, яссы тоже голодны. К тому же Джелло не в духе сегодня. Иди и поговори с ним.

— По-моему, он всегда такой… сколько его знаю.

Я только фыркнула в ответ на попытку Пойто командовать. Сама разберусь, когда мне следует открывать рот. Но сердечко немного ускорило ритм. Идти в большую комнату не очень-то и хотелось. Дальше порога я там еще ни разу не была.

Едва вошла к яссам, как тотчас почувствовала себя скромной секретаршей, подающей кофе суровому начальнику. Джелло сидел в огромном кресле с потертой спинкой, перебирал на доске перед собой какие-то фигурки. Похоже на шахматы, было бы интересно рассмотреть мелкие детали вблизи.

Шакко располагался в соседнем кресле, габаритами меньше, но тоже очень внушительном. Кажется, дремал. Я осторожно поставила на стол блюдо с восстановленными овощами и сианским беконом. Планировала незаметно исчезнуть, но Джелло остановил повелительным возгласом:

— Подойди сюда! Рассскажешь, как прошла поездка.

— Хорошо. Я на кухню, там Пойто много всего готовит…

— Посиди со мной. Он сам принесет.

Я растерянно замерла на месте, оглядываясь в поисках стула или табурета. Может, придвинуть к столу тот полосатый пуфик в восточном стиле…

— Иди ко мне!

В голосе Джелло звучало нетерпение, пришлось приблизиться. Он протянул руку и дернул меня за край рубашки, притягивая к себе на колени, при этом ощутимо задел ладонью ушибленное бедро. Я поморщилась от болезненных ощущений, и заметив, как перекосило мое лицо, Джелло вспыхнул:

— Чего кривишься? Так уж противен?

— Больно немного… я упала… Это не страшно, Пойто обещал дать мазь.

— Где больно? Откуда ты могла упасть? — сердито допытывался ясс.

Тут Шакко проснулся и раздраженно зашипел, хорошенько вытягивая свое длинное гибкое тело.

— Да ерунда! Ей вздумалось залезть на потолок, понравилась безделушка у Кихо.

— А ты где был?

— Я ей не сторож.

— Тебе было поручено смотреть!

Я была крайне обеспокоена их стычкой. О, нет! Только не ссора, иначе Шакко будет на меня зол, нельзя потерять его доброе расположение. Значит, нужно скорее успокоить Джелло — тоже мне, нашел причину для скандала.

— Прошу вас, не надо ругаться, у меня скоро пройдет, я в детстве часто лазила по заборам. А зимой любила прыгать в сугроб с крыши бабушкиного сарая. Такой экстрим. Папа мне запрещал, а я пробиралась тайком и снова…

— Ари всегда была непослушной, — снисходительно усмехнулся Шакко, — ее не переделать.

— Не всем же нужны покорные куклы, — ляпнула я и тут же начала выкручиваться, — считаю, нужно соблюдать баланс… разумно подходить…

Подняв мою рубашку чуть не до трусиков, Джелло внимательно изучал темное пятно на коже. Немало покоробила его бесцеремонность. Разглядывает, как лошадь на торгу.

— Почему холод не приложила? По-о-ой-то! Сын бесхвостого зябла, живо сюда!

Сначала я испугалась его крика, а потом стало смешно, даже сдерживаться невозможно. Да сколько можно трястись… Джелло отвел волосы с моего лица и уже тихо спросил:

— Больше нигде не ранена?

— Ссадина на локте, быстро заживет.

— С базы больше не выпущу!

— Так не честно.

Я улыбалась. Смотрела ему прямо в глаза и улыбалась. Он вдруг тяжело вздохнул и погладил меня по щеке кончиками пальцев.

— Не могу рисковать.

«Еще бы, жаль потерять такой замечательный механизм!» Почему-то стало легко и немного грустно. Джелло мигом уловил перемену моего настроения.

— Устала? Голодна?

Шакко не дал мне ответить, прямо с набитым ртом пробурчал:

— Ящерка расстроилась из-за скелета. Ну, тот доходяга, что привел ее на прошлую раздачу. Ему недолго осталось. Мутанты обречены.

— Гиданец?

Я кивнула, закусив губу, и строго посмотрела на Шакко:

— А мы разве не обречены? Фрайм хотя бы добросовестно выполняет свою миссию, он кости сеет, представляя, что когда-нибудь из пепла возродятся новые люди.

— Любишь ты страшные сказочки! Да-да, мне понравилось про циклопа и воинственных женщин. С тобой не соскучишься.

Пойто вкатил тележку с новыми кушаньями, и даже бровью в мою сторону не повел, а вот Джелло сразу приказал принести для меня лекарство — ну, что там может быть, крем какой-то…

Я так и сидела у него на коленях во время ужина. И сперва не могла есть, чувствуя на своем бедре холодную руку короля. И сделала робкую попытку встать, указав на пуфик, мол, так удобнее для обоих, но ясс, молча, прижал меня к себе. Тогда я попыталась расслабиться и уже покорно принимала из его рук самые вкусные кусочки. И даже сердце почти вернулось к обычному ритму.

Пойто тоже устроился за столом, только со стороны двери. Мне понравилось такое сплочение. И впрямь, как одна семья во главе с грозным, но заботливым хозяином.

Было даже что-то вроде короткого ритуала, на пару мгновений все прекратили жевать и застыли в молчании, а потом Джелло глухо проговорил:

— Благодарю землю, давшую нам приют и пищу. Пусть так будет и впредь.

— Аминь, — прошептала я, но, кажется, никто не расслышал. И к лучшему, пришлось бы объяснять значение слова.

Я начала кое-что понимать про эту странную компанию. Они не только держались вместе, но и пытались вести себя так, будто вполне довольны своим вынужденным заточением на Цоте. Впрочем, имели все основания быть благодарными. У яссов отличное жилище с рабочими коммуникациями, вдоволь еды и одежды, есть летмобиль и возможность быстрого перемещения по территории планеты, правда, не очень далеко, стопливом тут сложно. Но даже развлечения предусмотрены: кальян, выпивка и всякие приспособления для интимной жизни.

Так у Джелло еще и хобби имеется, он вырезает из костей древних животных всякие симпатичные штучки: рукоятки ножей, статуэтки, бусины четок и шахматные фигурки. Насчет шахмат я переборщила, здесь эта игра, наверняка, иначе называется. На время ужина Пойто сложил все детали в деревянную резную коробку, убрал под стол. Видимо, уже не раз так поступал, каждое движение четко выверено.

В комнате ненадолго стало тихо, потом услышала, как усиливаются порывы ветра за окном. Внезапно возникло ощущение, что я нахожусь в безопасности, среди друзей и не страшны больше никакие трудности на Цоте. Греет душу иллюзия, что теперь я тоже вхожу в состав «семьи» яссов. А самое надежное убежище на всей планете — это объятия Джелло.

Сейчас они именно дружеские, успокаивающие, без малейшего намека на похоть. Как быстро поменялась моя жизнь… И даже отношение к королю. Но, в то же время, понимаю — фундамент моего покоя очень шаток, любое грубое слово или еще хуже — жестокий поступок, могут нарушить хрупкое доверие с моей стороны.

Из раздумий вывел вопрос Пойто, я даже не сразу сообразила, о чем он:

— Эгей! Ты уже посмотрела карту?

Отвечала рассеянно:

— Ммм… нет, не успела. Теперь уже завтра, пожалуй.

Джелло насторожился и обратился почему-то сразу к Шакко:

— Что за карта? Почему я об этом не знаю?

Тот пожал плечами и прищурился на меня, пришлось поспешно рассказать о своей находке. В результате Пойто велели доставить футляр пред ясные очи короля. Я, конечно, сама бы могла его принести, но Джелло не позволил подняться с его колен. Может, думал, что мне надо ногу беречь, так она больше и не ныла после растираний с легким кремом. Эту почти интимную процедуру я стойко выдержала — ведь Джелло все проделал сам: быстро и бережно. И на месте ушиба сейчас лежит его большая ладонь, стараюсь обращать внимание не больше, чем на лечебный компресс.

Посуду сложили обратно на тележку — вот это сервис! — стол был освобожден для изучения моей находки. Как обычно, эмоции Шакко оказались более выраженными:

— Оушшш! «Система Антарси и прилегающие области межзвездного пространства». Редкий образец! Думаю, еще период царского правления на Сиане. Ручная работа, скорее всего индивидуальный заказ. Кожа особенной выделки. Старая, но сохранилась неплохо.

— Кожа?! — ахнула я.

— Да-да, — усмехнулся Шакко, — молочный ягненок пошел почти целиком.

— Скорее тот, что еще не покинул утробу матери, — мрачно постановил Джелло, расправляя загнувшиеся уголки карты. — Умельцы вынули его, распоров брюхо овцы.

"Ужас какой!" Мне уже не очень хотелось прикасаться к находке, я-то думала, имею дело с особой тканью или бумагой. А тут — древний пергамент с другой планеты. Яссы склонились над картой, Шакко комментировал вслух, видимо, специально для меня:

— Вот этот бурый шарик в золотом ободке — Сиана, рядом наша маленькая Цота, смотри — серо-желтая с вкраплением черного. А здесь Чантас — один большой притон…

— Притон — это Хуба, а на Чантасе прекрасные пляжи и водные парки, — вступился Пойто, — пока я на лайнере служил, мне много рассказывали о прелестях местного отдыха.

Шакко продолжал водить пальцем по тонкому куску пергамента:

— Видишь, вот Петри — ее ученые работают на Сиану, и недалеко Гида — испытательный полигон. Удивляюсь, зачем надо было тащить оттуда твоего скелета, мутантов и на Гиде есть где закопать.

— А вот и славный Тарсин, — иронично заметил Пойто.

На миг я задержала дыхание, пока рука Джелло не начала движение вверх по бедру, задирая край рубашки.

— Неужели ты о нем еще вспоминаешь?

— Очень редко, не стоило даже спрашивать, — почти огрызнулась, даже не оглянувшись на сурового ясса.

Между тем Шакко продолжал восторженно перечислять планеты, словно смакуя их чудные имена:

— Кардария… Мариона… Астенас…

— Могущественный Нийлас, — уважительно протянул Пойто, указав мне на крупную планету, окруженную сиреневой дымкой облаков.

Шакко важно кивнул:

— Ее населяет столь же благородный и гордый народ как яссы.

— А где ваша родина? — тихо спросила я.

Только тогда к обсуждению присоединился Джелло. Он взял мой палец и установил его на зеленоватом с голубыми разводами «шарике».

— Это Яшнисс. У нас много рек и озер, множество лесов с деревьями, которые подпирают небесный купол.

— У нас также… все также…

Разволновавшись, я старалась особо внимательно все рассмотреть.

— А наша система здесь как-нибудь обозначена?

— Дейкос?

— Так мы же вроде соседи с вами.

В три пары глаз плюс единственный у Шакко мы нависли над картой. Теперь Пойто по слогам читал более заковыристый мелкий шрифт, повествующий о соседних областях с Антарес, вплетая в речь собственные рассуждения:

— Хархан-галактос система ЮП90… Говорят, аномальная зона… была большая война, вряд ли кто-то выжил… Тут что у нас? Э-хейбз! Территория Лоред — контакты исключены, перебои временного поля… искусственный разум…

— А Солнечная система? — допытывалась я, чувствуя, как ладонь Джелло уверенно перемещается с моего правого бедра на живот.

Пойто развел руками, изобразив на узком лице искреннее сожаление:

— Прости, Ари, на карте она не указана.

— В таком случае ваша редкая карта не слишком достоверна!

Шакко, похоже, здорово позабавило мое разочарование, он снова откинулся в кресло и погрузился в воспоминания, явно желая привлечь к ним и Джелло:

— Помнишь, нам рассказывали об исследовательском бюро Танхара. Я считаю, карта относится к периоду его полетов в Дейкос. Из доклада было очевидно, что единственная обитаемая планета под их звездой населена примитивными племенами. Они даже не умели подняться в воздух. Танхар помогал им завершить строительство огромных гробниц, вроде, за это его почитали как божество. К большой гордости всей экспедиции. Ха-хах! Представляю… за букашками так интересно наблюдать с высоты, особенно, когда они на тебя молятся…

— Но мы не примитивные букашки! — возмутилась я. — Да кто бы говорил?! При всем вашем хваленом прогрессе в Антарес также голодают люди, существует каторга и смертная казнь. Такие вот резервации как Цота — позор! Кругом проституция и наркомания. Что толку с ваших полетов, если вы сами не можете вернуться на родную планету? Разве вы преступники, чтобы до конца дней здесь страдать?

Некоторое время Пойто и Шакко смотрели на меня молча, а потом Джелло заговорил с оттенком раздражения в голосе:

— С чего ж ты решила, что мы страдаем?

— Разве выросший среди лесов и рек может быть счастлив на Цоте?

— Хм…

Мне было неудобно слушать его реплики за спиной, сейчас почему-то хотелось ловить скупую мимику лица ясса, вообще неудобно прижиматься к его голой груди.

— Я хочу сидеть на стуле, как все!

Он немного помедлил, а потом отвел руки, позволяя подняться. Пойто живо подвинул мне пуфик, я вернулась к столу. «Ну, вот… теперь смотри на Джелло сколько угодно, а нет сил даже глаза поднять…»

Шакко вдруг издал длинное, зловещее шипение, завершившееся грозным рыком.

— Бедняжка Ари! Как и все изгои, я хочу выбраться отсюда при любой удобной возможности. Но пока ее нет — не вижу смысла лбом биться об стену. Через пару лет здесь ты это поймешь.

Я не задержалась с ответом, но голос мой предательски дрогнул.:

— Ты хотя бы знаешь, куда тебе лететь и ведь ты не один! А моя Солнечная система даже на ваших картах не указана!

— Это легко можно поправить, — спокойно заявил Джелло. — Пойто, принеси маркеры.

Спустя несколько минут в нижнем правом углу древней карты появилась новая надпись — «система Дейкос». Ярко-желтым по темно-синему. Мой далекий огромный дом с невыносимо горячей печью Солнца.

— Теперь ты довольна? Вселенская справедливость восстановлена? — как будто даже серьезным тоном спросил Джелло.

Как назло я не могла и слова проговорить, таращилась на закорючки надписи в углу и с трудом сдерживала слезы. Досадливо кряхтя, Шакко придвинул ко мне свой бокал с крепким напитком. Едва понимая, что делаю, я схватила его и жадно отхлебнула, не чувствуя вкуса, потом еще и еще…

— Хватит!

Джелло отнял у меня бокал и напустился на Шакко:

— Ей же столько нельзя, сианскую лидуру только твоя глотка может выдержать без помех.

— Я хотел поддержать!

Шакко открыто веселился, видимо, на себе ощущая результат действия этой самой лидуры. Впрочем, все происходящее помнится смазано — я равнодушно смотрела, как злополучную карту убрали со стола, а на ее месте опять оказалась резная шкатулка с «шахматами». Джелло показывал мне фигурки и объяснял:

— Сианский солдат — беспрекословно подчиняется приказам, только смерть заставит его остановиться, что бы не встретилось на пути…

— Кардарианский бродяга — идет напролом, не слишком умен, но силен и вынослив…

— Петрианский хитрец — прыгает по особой разметке, разит в сторону…

— Нийласский воин — самая надежная охрана короля, двигается по диагонали… а вот и сам король яссов…

— А эта изящная фигурка рядом кого обозначает?

Джелло выдержал странную паузу и будто нехотя произнес:

— Его королеву.

— Тогда, правда, похоже на нашу игру. Я немного знаю правила. И стишок помню с детства:

Жизнь моя — шахматная доска -

Черный, белый квадратик,

Ах, какая же это тоска —

Знать, что ты жалкий солдатик.

Хватит ныть! Иду прямиком на коня,

Грозя направо-налево

Может, удача найдет меня —

Ведь дремлет во мне королева.

— Начинаю в это верить! Почему бы и нет? — ни с того ни с сего брякнул Шакко, а я все вертела в руках маленькую костяную статуэтку с округлыми женскими формами, и пыталась понять, что было на душе Джелло, когда он ее вытачивал. Вероятно, король тоскует по своей королеве. Так откуда ж ей взяться на мусорной планете…

Потом у меня закружилась голова, и комната нелепо закачалась перед глазами. Хотелось ухватиться за что-то крепкое и это оказалось плечо Джелло. Он устало ворчал на Шакко:

— Не нужно было подсовывать ей свое зелье! Я даже не успел остановить.

— Грашш…. Ящерке нужно немного расслабиться, сам видишь. И тебе тоже. Уже отнеси ее наверх.

— Нне хочу! — пролепетала я непослушными губами, пытаясь взмахнуть рукой в знак протеста, но тело не слушалось. Джелло поднял меня с пуфика как тряпичную куклу и направился к двери.

Моя голова каталась по его груди, которая сейчас казалась непривычно теплой и гулкой — там внутри билось горячее сердце — горячее, как солнце моего далекого дома. И этот знакомый хвойный запах… Как хорошо…