Глава 30. Птичка в клетке

Хурт появился спустя пару часов, когда Катарина и Джордан уже ерзали и морщились – туалета в камере не было, а намочить штаны казалось уже не таким уж и ужасным. Землянин отключил оковы женщины, рывком ее поднял и наотмашь ударил по лицу – так сильно, что у нее голова мотнулась и рот наполнился кровью.

- Сучка течная, – прошипел он. – Я ее пожалел, а она здесь трахается!

Джордана он хотел пнуть в бок, но тот ловко закрылся рукой и даже попытался ответить, но, разумеется, у него ничего не вышло.

- Этого – в нижний отсек, – скомандовал он двум мужчинам, стоящим в коридоре. – Я сам им займусь. Но сначала с женщиной закончу.

Он схватил полуоглушенную Кэт за локоть и потащил куда-то, она еле успевала перебирать ногами. Затолкал ее в комнату, крепко сжал шею прямо под челюстью – она едва могла дышать – а сам внимательно рассматривал ее лицо при безжалостно-ярком свете лампы.

- Извини, – наконец, выдавил он. – Я слишком сильно ударил. Не сдержался. Но ты сама виновата, птичка моя, довела меня до ярости. Я отрублю этому уродцу хвост, точно отрублю!

Он усадил Катарину на стул, принес медицинские салфетки и принялся бережно обтирать ее лицо, и потом нанес на еще пылающую щеку регенерационную мазь. Женщину от его бережных движений заколотило еще больше, она боли не так испугалась, как этой странной и неуместной нежности. Хотя, если честно, боль ей тоже на этот раз не понравилась.

Хурт стер избытки мази со скулы, а потом зарылся руками в ее светлые короткие волосы, пропуская пряди между пальцами. Он прижал ее голову к своей груди и гладил ее, а потом сжал кулаки, и, ухватив ее за волосы так, что на глазах слезы выступили словно сами по себе, резко отшвырнул на пол.

- Сучка! Как вспомню, что ты с ним! Ненавижу! Вымойся, пока меня не будет!

Он хотел выйти из каюты, но Кэт, понимая, что землянин сейчас пойдет к Джордану и его-то жалеть не будет, бросилась за ним и, упав на колени, обхватила его ноги.

- Пожалуйста, хозяин! (кажется, он так просил себя называть?) Не уходите!

Он замер на миг, прикрыл глаза, меняясь в лице, а потом сквозь зубы прошипел:

- Он нужен мне живым и относительно здоровым. Можешь не унижаться, птичка.

- Пожалуйста, – повторила женщина, поднимая к Вагнеру тонкое лицо с огромными золотыми глазами. – Я всё сделаю.

- Сделаешь, – согласился землянин. – По доброй воле. А я его не буду калечить. Кажется, это хорошая сделка. Готовься к долгой ночи. У меня женщины не было давным-давно.

Он ушел, а Катарина поднялась на трясущиеся ноги и пошла в душ, не понимая, как ей удалось не обмочиться. Потому что такого ужаса как сегодня, она не испытывала никогда в жизни. Холодная вода кое-как привела ее в чувство и заставила мыслить рационально. «Это всё гормоны, – сказала она самой себе. – Это не ты. Ты другая. Ты смелая и сильная. Прекрати ныть и защищай себя». Она внимательно осмотрела ванную, а затем и каюту, но не нашла ничего похожего на оружие, даже ничего тяжелого или острого. Похоже, что единственным оружием здесь была она сама.

Красивым тренированным оружием.

Если уж она могла в спарринге одолеть Джордана, то с землянином, который ниже и существенно уже в плечах, должна справиться. Тем более, если он будет раздет. А заставить его раздеться для Кэт – вообще раз плюнуть.

Катарина осталась в одной футболке: шорты и белье она прополоснула в раковине и повесила сушиться. В ванной отдельной сушилки было не предусмотрено. Прошлась по каюте, разглядывая стены и встроенный сейф. Такой и думать нечего взломать, он настроен индивидуально под хозяина. Жаль. Смятый клочок бумаги на столе привлек ее внимание, она развернула его и застыла: написанные в ряд цифры и буквы были ей знакомы. Это был тот самый состав, подбирать который она помогала Верене. Не самый оптимальный, скорее, приблизительный. Оптимальный они нашли всего пару дней назад.

Наркотики? Ее не интересовало, что они на самом деле производят в лабораториях Дра-Бора. Каким образом это оказалось здесь? Кэт точно знала, что никто не покидал заповедника – ни Аэрон, ни Верена, ни кто-то еще. Только Джордан привез их с Вереной и уехал обратно.

То есть, все-таки, Верена? Она единственная, судя по данным службы безопасности, была «выездная». Она летала к жениху, она была на концерте Марии Скармозэ, она занималась поиском работников. И теперь абсолютно ясно, почему именно Катарина! А кто ж еще? Планетница! Ее ведь можно послать куда угодно. Она вправе покидать Квантр-14 без ограничений. Ученые – не могли. И Джордан – вот что обозначают все танцы Верены вокруг него. Бросила-то она его потому, что не любит, ведь у нее роман с Аэроном  Ди-Эрнаном. Она в него влюблена – это было нетрудно заметить. А Джордан, он ведь посол и политик. Он часто покидает пределы планеты. Быть его супругой, сопровождать его везде, вывозить информацию и секретные разработки – вот что на самом деле нужно Верене. Нет, не Верене, а Аэрону! 

Ди-Эрнан играет с женщинами как кот с мышами. Верена ему нужна для связи с наркоторговцами. А если она примется артачиться, есть еще Еса, ревнивая и безнадежно больная доком, Еса, которая, не задумываясь, устранит или выведет из строя конкурентку – только дай ей знак. Остается только вопрос, как эта информация попала к Вагнеру? Хотя… кто угодно мог быть посредником. Любой пилот, пожалуй.

И что ей теперь делать? Кому об это сообщать? Оставить всё, как есть? Ее ведь это не касается совершенно. Рассказывать Джордану – будет выглядеть странно. Доказательств у нее, кроме этого клочка бумаги, нет никаких, только домыслы. Уж не будет ли это выглядеть так, словно она пытается из ревности оговорить его невесту, с которой он, между прочим, пока окончательно не порвал? Нет, с подобными откровениями она подождет. Понять бы, куда идут дальше эти наркотики.

Вагнер умен, у него явно много связей. Недаром он сумел ускользнуть от спецслужб. Единственный сумел. И если ему верить – при этом умудрился прикончить силуанца, которого полиция разыскивала несколько лет. Именно Спин Кобар много лет считался главным наркодиллером если не всей галактики, то той ее области, в которую входила и Амадея, и Гаммаяра, и Квантр-14, и еще пара десятков солнечных систем. Получается, устранив конкурента, это место занял Хурт Вагнер!

Кэт нервно кусала ногти, расхаживая по небольшой каюте, а потом, плюнув, открыла панель настроек настенного комма и принялась методично взламывать систему. Ей было просто необходимо найти, куда запихнули Джордана. Система была совершенно непонятная, незнакомая – видимо, всё на «Троянском коне» было индивидуальным. Катарине оставалось только хлопать глазами, ругаться сквозь зубы и искренне восхищаться создателем этого корабля.

Громкий «бамммм» заставил корабль содрогнуться. Что, опять? Так быстро? Неужели их уже нашли? Но ведь их еще даже не потеряли!

Дверь распахнулась, Катарина быстро захлопнула панель управления и спрятала руки за спиной. В коридоре стоял землянин – кажется, тот самый, который отводил ее в камеру, а, может быть, и другой – кто их знает. В этой форме они все похожи.

- Ты и правда внучка Марии Скармозэ? – мрачно спрашивает он.

- Да.

- Тогда на выход.

- Зачем?

- Затем, что твою бабулю прилетели спасать. Или ты идешь с ней, или остаешься. Думай побыстрее.

Катарина растеряно брасается в ванную, натягивая мокрые трусы и шорты – не рассекать же ей по коридорам с голым задом. Верить или нет этому человеку, она не знает, но в кои-то веки решает положиться на интуицию, которая буквально вопит, что Хурт Вагнер – самое опасное существо на данный момент.

- А Джордан?

 – И Джордан. Помолчи, сделай милость.

Человек замирает, прислушиваясь, а потом отодвигает одну из панелей обшивки коридора и ныряет в черную тесноту, жестом веля девушке следовать за ним. Здесь душно и довольно пыльно. Хорошо еще, что ее провожатый активирует на руке комм-браслет, который слабо освещает узкий проход. Где-то сбоку слышатся крики и топот ног, Кэт замирает, старается идти бесшумно, хотя вряд ли их кто-то может услышать.

- А я говорил Вагнеру, что силовое поле дефективное, что выстрелы оно легко отразит, а вот если к нему подберут резонансное поле – заклинит его нахрен, – злорадно бормочет мужчина. – А он заладил «ты инженер, а не военный, вот и занимайся двигателем». Вот теперь попробуй отцепиться от крючка, умник.

Он снова простукивает какую-то панель, ныряет в образовавшееся отверстие буквально на мгновение, а потом втолкивает в проход знакомую невысокую фигурку.

- Бабушка, – выдыхает Кэт, не веря.

- Катя!

- Молчите, – шипит землянин. – И шевелите ногами, пока не прочухали, что система видеонаблюдения висит.

Все, что сейчас могут женщины в этой тесноте – только взяться за руки и следовать за провожатым. Неважно, куда он их заведет. Они вдвоем – а это много стоит.

- Да Эдра крупный, – бормочет землянин. – Не везде протиснется. Придется стрелять. Не хотелось, но придется. Ты ведь умеешь?

Он сует Катарине в руки бластер, а сам заряжает что-то совсем небольшое, похожее на серебряную трубочку – Кэт такого оружия никогда не видела.

- Умею, – уверено отвечает женщина, проверяя заряд. Хорошо, почти полный. – Веди.

- Помечтала? Я тебя тут оставлю. Идите вперед, там шлюзовая камера. Панель можешь выломать, все равно ход найдут. Надеюсь, эвакуационной капсулой пользоваться ты умеешь. Она там подготовлена. Если я в течение пятнадцати минут не явлюсь, катапультируйся. Просто катапультируйся, вас подберут.

Катарина кивает. Если бы она была одна – нипочем бы не улетела, но бабушка… Бабушку надо спасать. Они теперь в полной тьме, на ощупь, движутся вперед и наконец упираются в тупик. Катарина чуть отступает и изо всех сил, вкладывая все отчаяние и страх, лупит по стене ногой. Не с первого удара, но панель поддается. Они вываливаются в шлюзовую камеру, жмурясь от вспыхнувшего света, а потом залезают в спасательную капсулу.

Капсула похожа на прозрачный шар с низкими сиденьями. Панель управления настолько проста, что разберется даже ребенок, впрочем, ему и разбираться не придется. Она просто проанализирует пассажира и схлопнется сама. Сейчас же Кэт быстро уселась перед пультом, зажимая пальцем кнопку задержки отправки. Впрочем, зажимай – не зажимай, все равно автоматика сработает через четверть часа и их выкинет в космос. Запаса воздуха тут на сутки. Это если на одного человека. На четверых – вчетверо меньше.

К счастью, Катарина даже не успевает себя накрутить до истерики, да что там – она даже никаких вопросов бледной и осунувшейся бабушке не успевает задать. Неподалеку раздаются выстрелы и крики; в камеру буквально влетают двое мужчин, один из который хвостатый и вваливаются в капсулу. Кэт изо всех сил стучит по большой красной кнопке, и по оболочке капсулы идет рябь. Всё, вскрыть ее теперь снаружи очень сложно. Рывок – Кэт и Мария пристегнуты, а мужчинам пришлось вцепиться в сиденье, чтобы удержаться на месте – и капсула, вращаясь, вываливается к открытый космос. Силовой поле корабля на нее не действует, да это и понятно. Эти устройства для того и существуют, чтобы как можно дальше улететь от места крушения или нападения.

Наконец, все выравнивается. Капсула перестает вертеться, Катарину перестает подташнивать, мужчины плотно усаживаются в кресла и пристегиваются.

- И что дальше? – спокойно спрашивает Да-Эдра.

- Нас подберут, – несколько неуверенно отвечает землянин. – Кстати, я Алэн.

Катарина оглядывается. «Троянский конь», видимо, снятый с крючка, неровной рысью удаляется в звездную глубину, а к капсуле уже тянет силовые щупальца нечто не менее странное.

- Что это за хрень? – вырывается у нее. – Я даже не представляла, что в мире существует столько нетипичных кораблей!

- Это типичный, – вздыхает Джордан. – Одна из экспериментальных разработок нилунгов. Украденный прямо с завода «Спрут-01». Шикарная штука. Ох и скандал же был в узких кругах! Наконец-то я узнаю, кто же это был такой шустрый…