Глава 13. Незваные попутчики

– Проклятье! – как можно тише прошипела я, стараясь сдержать все то негодование, которое успело накопиться за три дня пути.

Зак посмотрел на мое угрюмое выражение лица, подвел своего жеребца поближе и прошептал:

– Что? Душегубки снова пытаются вылезти из сапог? – и его взгляд сместился к моим голенищам. Никто оттуда не появился, и теру продолжил.

– Грязевик шалит в походном мешке? – после этого парень посмотрел мне за спину. Она вся была в грязных разводах, как и мешок.

– Он и не переставал! – рыкнула, но тут же отвела глаза, когда столкнулась взглядом с мастером Шуараном. Кажется, его привлек наш разговор.

– Двигаемся строем и не отстаем. Если какая-нибудь тварь утащит вас в дебри из-за невнимательности, я и пальцем не пошевелю, чтобы спасти вас. Поэтому не теряем бдительности! – гаркнул учитель и отвернулся. Мы с Заком ехали третьими от мастера, что лучше, чем первыми, но хотелось бы подальше.

– Знал бы он, что эти твари у него под носом и даже не планируют кого-то куда-то утаскивать, – пробурчала сама себе под нос, усаживаясь поудобнее в седле.

– Тише ты! Вдруг услышит, – предостерег теру, почти спихивая меня с дороги, так близко прижался к моему коню.

– Если бы. У меня в сапогах выводок душегубок, за спиной грязевик, в нагрудном кармане огневик, а этим горе магам невдомек, что их лапошат, – кажется, терпение подходило к концу.

– А-а-а, так это огневик буянит, – сообразил Закария, после чего потянулся к моей куртке, расстегнул и совершенно бесстыже запустил руку под нее, прямо в районе груди.

Я уже хотела вырвать этому извращенцу руку с корнем, но меня отвлекло чавканье, что исходило от моей куртки. Оказывается, этот отчаянный идиот подсунул огневеку косточку, которую припас после обеда. Уродливая ящерица с удовольствием струщила "лакомство" и, наконец, перестала оставлять ожоги на моем теле.

– Он просто был голодный, а ты и не поняла.

– Я не собираюсь их понимать. Хватит и того, что мы едем на практику со всем зверинцем. Как я вообще на это согласилась? – самое время хлопнуть себя по лбу от досады, но я не могла. Душегубки только перестали копошиться и заснули, а лишние движения и тряска могла их разбудить. Сама мысль об этом меня ужасала.

Зимняя практика подкралась незаметно. Казалось, зверинец уже готов был покинуть наш туалет, и время как раз подходящее, чтобы избавиться от обузы, и, по совместительству, улик, но наше общежитие внезапно взяли под усиленную охрану. Сканировали рунами на входах и выходах, что даже еду не пронести. Именно это и стало причиной моего печального будущего.

Как-то вечером, в преддверии выходных, когда все студенты готовились к вечеринкам, вылазкам в город и свободному времени, я спокойно точила свои ножи и не чуяла беды. Спокойствие, тишина, мягкий свет и вот это:

– Нам придется взять животных с собой, – огорошил меня Закария, кинув эту фразу в стиле: "Вечер на дворе". Будто это было само собой разумеющимся и неизбежным.

– Ты сейчас пытался пошутить? Учти, я остро реагирую на подобные вещи, – и я подкинула один из своих ножей, демонстрируя полное отсутствие чувства юмора.

– А как ты теперь планируешь вывезти в лес их всех? – создавалось ощущение, что это я занималась коллекционированием нечисти, а не мой теру. – Это невозможно.

– Нет ничего невозможного. Есть простое решение. Полоснуть по шее, смыть в унитаз и дело с концом, – мое предложение было куда разумнее.

– Только через мой труп!

– Это я могу обеспечить! – ножи привычно легли в ладони.

Закария тут же пожалел о сказанном, быстро сполз за кровать и прикрылся подушкой. Я подумала, что на этом все и закончится, но сосед оказался смелее, чем я ожидала.

– Я твой теру! – это, конечно, аргумент, но несущественный.

– Покалечу нежно, – и я улыбнулась, наблюдая за одним глазом, который смотрел на меня из-за подушки.

Парень продолжал молчать, но взгляд его говорил, что он еще не сдался. Стоило мне вернутся к прерванному делу, как Закарию прорвало.

– Если ты их убьешь, я нас сдам! – наверняка очень хотел это сказать, но ждал, когда я отложу холодное оружие подальше.

Я хотела рассмеяться, сделать вид, что мне все равно, но только одна мысль о том, что меня начнут проверять дознаватели, заставила похолодеть. И он заметил это. Всего лишь проблеск, секундная слабость, но Зак за нее ухватился. С этого и началась наша недельная война с криками, угрозами, ножевыми ранениями и попытками утопить в унитазе волколака живьем. Не пролез, собака! Пришлось тащить с собой.

А самое ужасное, что оставить нечисть нельзя было. Месяц голодовки они бы не выдержали, вырвались бы на свободу. Единственной возможностью вывести тварей из общежития был день отъезда, когда наши пожитки не проверяли, но вот за нами следили жестко. Руны помогли частично скрыть присутствие живности, поэтому нас не рассекретили. По крайней мере пока.

– Не куксись. Нам еще повезло. Волкалаку и мавке вообще приходится в ящиках в обозе ехать. Вот кому тяжело, – сочувствующе вздохнул теру.

– Им повезло, что живы, – процедила сквозь зубы, ощущая щиколоткой копошение душегубок.

Проснулись, сопливые исчадья Жижи!