Глава 8. Старые связи

Прошла всего неделя с начала полугодия, а я уже была под угрозой исключения. Если это все же произойдет, то я стану первой студенткой, вылетевшей на заре обучения. Обычно никого не вышвыривают сразу, дают шанс проявить себя. Однако в моем случае все было гораздо серьезнее. Я не просто могла потерять это место, меня могли отправить под суд старейшин. Ведь только моему клану пришла в голову гениальная мысль отправить шпиона в качестве ученицы. Другие были более дальновидными и заслали представителей своих ковенов в роли преподавателей. Конечно, никто и предположить не мог, что я пройду посвящение и получу теру, ведь это в принципе было невозможно, однако ответственности не умаляет.

Уверена, мое становление студенткой академии было идеей Феликса. Таким образом он хотел, чтобы я провалилась и вернулась в клан. Старейшины отстали бы от меня, ведь их вера в мою способность повлиять на князя была бы опровергнута. Наверняка старичье насело на главу ковена, требуя, чтобы именно я занялась вербовкой возрожденного проклятого. У Феликса не было выбора, поэтому я не винила его в произошедшем. Однако присутствие в академии соперников, которые также претендовали на душу Николаса, делало мою задачу еще опаснее.

То, чего я опасалась с первого дня прибытия в академию, произошло.

– Милостивый Арх, а кудряшки тебе идут! – дружеское подтрунивание, но никто не знал, что за ним могло крыться.

Бледные пальцы вплелись в мои рыжие волосы и слегка сжали их на концах. Она играла с упругими спиральками, будто девочка с локонами куклы. Наверняка ее это забавляло.

– Какая проработка деталей, – восхитилась женщина, отпуская очередную порядку из своей ладони. – Как по мне, то это лишняя работа. Мало кто из наших узнает тебя. Ты слишком изменилась.

– И я рада тебя видеть, Алая, – я постаралась выровнять свой голос и пустить в него побольше равнодушия, но вряд ли это обмануло супругу главы Стренг. Мы слишком много времени провели вместе в прошлом.

Оставалось только радоваться, что больше никого из моих товарищей не принесло в преподавательский состав. Все остальные потенциальные вербовщики были мало со мной знакомы. Однако и одной Алаи было достаточно, чтобы весь мой план, а за ним и жизнь, провалились в пропасть.

Признаю, я далека от идеального мага и совершила много плохих вещей, но этого явно недостаточно, чтобы гнить в одной из пещер Безмолвия до конца своих дней. А именно это мне и светит, если узнают, что я попрала все законы магического мира и заполучила теру, будучи с клеймом братоубийцы. Конечно, мы с Ником не были родственниками, однако связь партнеров всегда приравнивалась к семейной. Вот и продолжай после этого спокойно спать по ночам и притворяться студенткой.

– Ты все такая же холодная, как и раньше, – она улыбнулась одними губами. – Нет, ты стала еще хуже.

Это была простая констатация факта. Подруга видела меня насквозь, такова ее способность. Она одна во всем мире могла узнать меня в маскировке, и судьба закинула ее сюда в самое неподходящее время.

– Благодарю за комплимент. А ты поднабрала вес. Небось тяжело махать мечом с такими-то бедрами, – не осталось в долгу я.

– Родишь пятерых, тогда и расскажешь. Мне, как матери клана, меч больше ни к чему, – парировала женщина, присаживаясь за преподавательский стол.

Укол ниже пояса. Она хорошо знала, что выйти за Феликса я не могу, значит и матерью клана Гласс не стану, как и матерью в прямом смысле. Однако подобные удары я всегда хорошо сносила благодаря своей безэмоциональности.

– Поэтому ты примеряешь к руке мягкое перо вместо рукоятки клинка? – и я с ухмылкой указала взглядом на обычное материальное перо.

В отличие от большинства магов, которые используют магические перья, Алая вынуждена прибегать к помощи гусиного. Ее бытовая магия практически на нуле с самого рождения из-за особой способности, что перекрывает ей доступ к привычному комфорту магов. Еще одна слабость некогда подруги.

Помнится, мы хорошо ладили, даже когда Ник жаловался на меня своей названной сестренке, однако после того, как я вонзила нож в спину своего теру, Алая сделала меня заклятым врагом навечно. Не стоило ожидать внезапного проявления дружеской заботы от этой женщины, скорее, она будет первой, кто меня потопит.

Кто же мог предположить, что сама жена Доминика решит заняться поисками возрожденного темного. Руны сами по себе были довольно сложным предметом, но в компании с врагиней этот предмет стал просто невыносимым. Конечно, я надеялась, что спокойное существование, полная изоляция от сражений и пятеро сыновей притупили выдающиеся способности мага, однако мало верила в это. Занятие прошло ужасно.

– Джек, кажется, магистр Стренг тебя невзлюбила, – прошептал мне на ухо Зак, когда женщина отвернулась к доске и начала чертить руны старым добрым способом – мелом. До этого он боялся даже пошевелиться.

– С чего такие выводы?

Все было очевидно, но мне хотелось понять, насколько наблюдательный мой теру. В кои-то веки он молчал на занятии, когда обычно не затыкался и пропускал половину информации мимо ушей. Если он сдаст экзамены с первого раза, это будет несомненным чудом.

– Она с такой ненавистью смотрит на тебя, что даже у меня мурашки по телу. А еще самые сложные вопросы всегда задаются тебе. Будто она специально хочет завалить нас, – быстро пролепетал парень и замолчал, так как магистр Стренг закончила писать и обернулась.

– Не будто, а точно. Она хочет меня завалить, – после вопроса о рунах накопления энергии, в которых я мало что понимала еще со времен обучения, все сомнения отпали – Алая узнала меня.

Девочка из дворянской ветви клана Стренг родилась со способностью видеть ауры людей и безошибочно отличать их друг от друга. Она вошла в круг приближенных наследника и стала его теру. Успешная карьера дознавателя сделала из нее известную личность среди магов шпионов. Она была единственной, кто мог увидеть сквозь мою маскировку, и именно она сейчас сидела напротив меня. Алая не просила меня остаться после занятия, я сама это сделала. Нам необходимо было поговорить.

– Будем считать, что обмен любезностями состоялся, – женщина открыла ящик стола и достала оттуда бутылку вина.

Фруктовое. Именно эту марку больше всего любил Ник. Разговор предстоял не из легких.

– Признаться, я удивлена, что ты лично явилась по душу своего брата. Прониклась проповедями Дома и решилась сама отправить темного князя на тот свет? – с места в карьер начала я.

Ходить вокруг да около может быть занимательным, да и потыкать в больные места есть больше возможностей, но в этот раз тема была действительно серьезной. Не стоило распыляться на оскорбления и испортить разговор в угоду своих низменных чувств. Уж эмоции и порывы я умела лучше всех контролировать.

– Мы по-прежнему расходимся во мнении с мужем. Я здесь не от имени клана, а по личным причинам, – спокойно призналась женщина и протянула мне бутылку.

Кажется, штопора у преподавателя не нашлось, а магии и подавно, поэтому за открывашку поработала я. Появилось неприятное чувство от этого акта услужения, но я так и не разобралась в его истоках, поэтому просто списала это на дружеский жест. Две подруги решили распить бутылочку красного, что в этом странного. Алая же легко признала свою неспособность справиться с обычным сосудом, так к чему видеть подвох даже в горячительных напитках.

– Значит ли это, что мне стоит ожидать засланца от Стренгов? – неприятная новость.

– Определенно, – она разлила вино по двум пузатым бокалам на длинных ножках, которые предварительно выудила все из того же ящика. – И самого способного.

На последних словах рот Алаи странным образом искривился, делая более заметными носогубные складки. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять – женщина улыбалась и негодовала одновременно, поэтому губы сложились в нечто пугающее. Но кто мог вызвать такие противоречивые эмоции у матери клана? Я догадывалась.

– Ты пытаешься меня запугать? – я взяла в руку бокал, ожидая пояснений, пусть и знала ответ.

– Не трогай его, Джек, – тон стал угрожающим, а пальцы сжались на бутылке. – Николаса я стерпела, ибо была беременна в тот момент, и весь магический мир ополчился против него, но больше на это не рассчитывай. Одно движение в его сторону, и ты труп. Понимаешь?

Ее фиалковые глаза горели предупреждением, которое невозможно было проигнорировать. И я верила ее словам. Действительно убьет, достанет из-под земли и вытрясет душу. Не потому что она настолько сильна или могущественна, я сильнее. Просто потому что она мать.

– Сильван поступил в этом году? – как я могла упустить появление в академии наследника клана Стренг. Совсем растеряла хватку в своих горах.

– Да. Ты не видела его с пяти лет, поэтому не узнала, – тепло заговорила Алая, явно мыслями пребывая в воспоминаниях о детстве первенца. – Он сильно изменился, и больше похож на мать Доминика, чем на нас. Способный мальчик.

– Он на стороне отца? – произнесла это, но подумала о другом: "Вы с Домом все еще не примирились"?

Этот вопрос когда-то разделил семейную пару, почти привел их к разводу. Даже будучи беременной, Алая защищала названного брата, вставая на пути у мужа. Они были супругами и теру, но это не помешало им разойтись во мнениях. Она хотела спрятать Ника, оставить его в живых, он – уничтожить. Кажется, их старший сын заразился ненавистью отца, что приносило боль Алае.

– Он сомневается, – снова мягкость чувствовалась в голосе. – Однако приказы не обсуждают. Мальчик вырос слишком дисциплинированным.

– Ты будто расстроена этим? – я усмехнулась, но быстро подавила все ехидство.

Это было некрасиво с моей стороны, учитывая, что Алая могла стать мне союзником. Я почти не сомневалась в причинах, по которым она явилась в академию. Тут даже провидцем не нужно быть, все яснее-ясного.

– Ты хочешь оставить новому Нику жизнь, – сказала за нее, облегчая задачу.

– Ты, как я слышала, тоже, – не осталась в долгу магистр.

– Я по уши завязла во всем этом и только это до сих пор лежит меня здесь. Если провалюсь, даже страшно представить, какое будущее меня ждет, – я пыталась дать ей гарантии, но она и сама все видела. Безвыходность моего положения играла ей на руку.

– Забавно. Именно ты стала его погибелью, а теперь станешь его спасением. Ник всегда любил подобную иронию жизни. Ему понравился, – она растянула пухлые губы, удовлетворенно отпивая добрую половину бокала. Ее устроил мой ответ.

Не суйся к сыну, спаси князя, и я не раскрою твою личность – ее условия были просты и сложны одновременно. Однако выбора не было. Как не прискорбно это признавать, но мы оказались по одну сторону баррикад.