Глава 2 а я и не знала, что меня тут ждут

Если вас встречают с салютом и кострами,

не спешите радоваться, вдруг это не к добру.

Я открыла глаза. В небе что-то громыхало, но дождя не было. Вообще все вокруг было сухим, кроме меня. А самое интересное, что рядом не было ни автобуса, ни машины, ни даже дороги. Неужели водитель, сбив меня, решил запрятать тело в лес? А начерта тогда вместе с пакетами?

– Кто вы? – сердитый мужской голос вытащил меня из размышлений и созерцания незнакомого пейзажа. Место скорее походило на парк, чем на лес или дачный массив.

– Я? Камилла. Агроном, – я подняла голову наверх. Рядом со мной стоял мужчина, одетый в брюки, рубашку и пиджак, странной удлиненной формы. О, это не пиджак, это фрак. Что перец во фраке делает ночью в лесу. В парке. Впрочем, не важно. Стоп, уже ночь? Сколько же я на земле без сознания провалялась?

– Агроном? – кажется, это слово он слышит впервые. Хотя, если он не имеет отношения к земле, то может и не знать, что такая профессия до сих пор существует и здравствует. Кушать-то все любят. При этом он как-то странно повел головой из стороны в сторону и на секунду смешно сморщил нос, словно собирался чихнуть.

– Ну да. Знаете, это такие люди, которые учатся в университете, изучают биологию, химию, ботанику, земледелие, растениеводство, генетику и много других дисциплин, чтобы потом…

– То есть вы дипломированный травовед? – в его глазах блеснул странный фанатичный блеск.

– Ну, можно и так сказать, конечно.

– Вас мне послали сами стихии! – завопил мужик, и схватил меня за руку, пытаясь, кажется поднять. А я беспомощно оглянулась по сторонам, в надежде найти палку поувесистей, чтобы отбиваться от этого маньяка.

Вдруг ближайшее дерево дернуло веткой и опустило ее на голову этого сумасшедшего во фраке. Но тот как-то ловко пригнулся, да с такой скоростью, что я даже не различила движение. Вот он тут, и хоп, его нет. А потом резкая вспышка, раз и ветка валяется на траве.

– Что это было? – я отступила на шаг назад, и чуть не споткнулась о собственные сумки.

– Это, видимо, вы продемонстрировали свой талант. Вы мне подходите, беру. Это ваши вещи? – он кивнул на мешки, и стоило мне пискнуть: «Да», как они перекочевали к нему. – Вы не представляете, как вовремя! Только сегодня, буквально десять минут назад магистр Дифенбай решил покинуть должность, на которой он находился еще, когда я сам был адептом! Да еще и в середине учебного года! – я все же поднялась, решила не делать резких движений и быть предельно вежливой. Вроде так нужно вести себя с сумасшедшими? – Почему вы мокрая?

– Вы понимаете, я ехала домой, пошел дождь, у меня заглохла машина. И я решила ехать на автобусе и, кажется, он меня сбил, – вот теперь, наверное, сумасшедшей кажусь я.

– Ничего не понял… Впрочем, это не важно, – он щелкнул пальцами, меня обдало волной теплого воздуха и моя одежда мгновенно просохла. – У меня только один вопрос. Вы замуж в ближайшее время не собираетесь?

– Нет, что вы, я еще с прошлым мужем не развелась, – он обернулся и с подозрением на меня посмотрел. – В ближайшее время разведусь и буду абсолютно свободна. И хочу, чтобы так и оставалось!

– Прекрасно! Я могу даже прописать такой пункт в наш договор. Допустим, что вы не обзаведетесь женихом в ближайшие полгода, а лучше полтора! – нет, я знаю, конечно, что осенью у всех двинутых обострение, но с таким откровенным шизофреником встречаюсь впервые. – Идемте… Кстати, это точно все ваши вещи?

– К сожалению, да, – тут я поняла, что нахожусь неизвестно с кем, непонятно где, и до сих пор не позвонила… А куда я должна была бы позвонить? Раньше, ясное дело, Алешу бы вызвала, но после того, что он учудил… Нет уж. О, могу в полицию позвонить!

Я аккуратно вытащила телефон из внутреннего кармана ветровки. Повезло, что не намок. Вот только он упорно показывал полностью отсутствующую сеть. Но я-то помню, что сто двенадцать можно набрать даже в самом глухом лесу. Тыкнув заветные цифры, я продолжала идти за своим провожатым и прислушиваться. Ответом мне была тишина. А потом я поняла, что стало намного светлее, и мы уже шли не по тропинке среди деревьев, а по ровной, похожей на бетонную, дорожке, на которой через каждые несколько метров стояли фонари. И вообще, тут было зелено, но прохладно. Впрочем, в это время года заморозки могут грянуть ночью, даже если днем было плюс двадцать. Единственное, что меня смущало, это здание на другом конце аллеи. Я точно знаю, что вокруг моего города на пару десятков, а то и сотен километров, такого замка нет. Вернее, вообще никаких замков.

– Вот мы и пришли… Давайте, наверное, сразу ко мне в кабинет? Ох, кстати, простите мне мою невежливость, не представился. Ректор Академии Магических Наук Декелита, Роберт Гроссет, – при этом он уставился на меня, словно чего-то выжидая. Я же пыталась соотнести бред, который он говорил с картинкой, которую видела, и выводы мне совсем не нравились. – Как я могу к вам обращаться?

– Камилла Лавр, – в очередной раз я порадовалась, что не взяла фамилию мужа, хотя Елизавета Андреевна пару раз даже пыталась в обморок перед свадьбой приложиться, но «Лавр» мне нравилась больше, чем «Фадеева», и выбор был очевиден.

– Как оригинально! – воскликнул тот, кто назвал себя ректором магической академии. А может это дурдом?

– Роберт! Ох, прости, не знал, что ты не один! – на нас выскочил улыбчивый симпатичный мужчина. Такой, за которым, наверное, девушки бегают толпами. – Ректор Гроссет, вы вернетесь на праздник?

– Нет! И я тебя прошу, магистр Люстих, разгони всех через час. Во-первых, адепты завтра уезжают на каникулы, и чем раньше они это сделают, чем спокойней я буду. Во-вторых, хотели новобрачные в отпуск? Вот пусть и выметаются! Только скажи чете Дизраэли, что потом пусть сами студентам объясняют, почему те всю программу должны будут в два раза быстрее пройти!

– Как скажете, ректор Гроссет, – мужчина продолжал бросать взгляды на меня, но ректор не спешил нас знакомить. Он вообще постарался загородить меня собой, что выглядело крайне странно.

– Хорошо повеселиться, магистр, – прорычал первый сумасшедший, и второй, счастливо ухмыляясь, исчез в коридоре, откуда слышалась музыка и гул голосов. – Не обращайте внимания. У нас тут просто академию в превратили в дом народных гуляний. Нет, не подумайте, я очень рад за своих преподавателей, но как работать не понятно. Пойдемте, – он кивнул куда-то в сторону и пошел, доставая на ходу странное маленькое зеркальце с рукоятью. – Сира Бовил, будьте добры, сделайте чего-нибудь горячего попить и перекусить. На двоих.

– Как скажете, ректор Гроссет, – заговорило зеркало женским голосом. Все, у меня галлюцинации. Наверное, автобус хорошо по мне проехался, раз я жива, но вижу и слышу такие вещи. А может я в коме и мне все это снится?

Вскоре мужчина открыл передо мной тяжелую дверь из красного дерева, за которой пряталась приемная, где суетилась женщина средних лет.

Она споро собирала на поднос бутерброды и чайник с чашками, а при виде нас широко улыбнулась. И чего они тут все такие доброжелательные? Это не кома, а точно дурдом. Сейчас поулыбаются, накачают меня седативными, упакуют в смирительную рубашку и отправят лечиться.

– Знаете, я так подумала, мне, наверное, не подходит это место… Вернее я вам не подхожу, – забормотала я и попятилась. – У вас, наверное, требования высокие, а у меня только диплом провинциального университета, да и то не с собой…

– Нет-нет, что вы! – воскликнул мужчина, покрепче ухватил меня за руку и потащил ко второй двери, за которой скрывался его кабинет. – Вы уже продемонстрировали мне свои возможности. Этого достаточно. Сира Бовил, подготовьте документы о приеме на работу.

– Вместо магистра Дифенбая? – отозвалась секретарь. – Так вы подпишите его увольнительную?

– А он ее уже написал? – в голосе ректора мелькнуло уважение. – Вроде старик, а какой быстрый! Подпишу! У нас уже есть новый преподаватель. Знакомьтесь, мистрес Лавр, это моя правая рука, сира Луиза Бовил.

– Камилла Лавр, – протянула я свободную ладонь женщине, та неловко ее пожала, словно никогда не делала подобного. – Очень приятно.

– Мне тоже, надеюсь, вам у нас понравится, – проявила она вежливость и подхватила поднос.

А через минуту я ела сэндвич с мясом, запивала его невероятно вкусным чаем и понимала, что мне уже без разницы, кома или дурдом. Главное, что мне тут рады.

– Итак, – наконец, когда мы оба утолили голод и жажду, мужчина начал говорить. – Приношу свои извинения, очень насыщенный на эмоции день. И, кажется, я утратил контроль на некоторое время. Не проявил нужный интерес и был не предупредителен, а вижу что вы с дороги… И вам бы, наверное, отдохнуть?

– Было бы прекрасно, но я считаю, что лучше договориться сразу, на берегу. Решить все вопросы, а потом уже отдыхать, – не хочу я в палату, и смирительная рубашка мне не нужна, лучше объясните, что происходит…

– Вы что-нибудь знаете о нашей академии? – задал он вопрос, на который я совсем не знала, как ответить. И вместо того, чтобы что-то придумать, я, разглядывая сидящего напротив мужчину, сказала правду.

– Ничего. Я даже не знала об ее существовании… Я даже не знаю, где я нахожусь, – а этот ректор симпатичный мужчина, достаточно молодой. Интересно, он чей-то родственник? Иначе как его взяли на такую должность? Обычно ректорами-проректорами становятся уже в зрелом возрасте.

– А как же вы оказались на территории академии. Кстати! Хороший вопрос, – он, прищурившись, посмотрел на меня и внове поводил головой из стороны в сторону. Может у него тик какой-то? – Ну так, что можете мне ответить?

– Ничего, кроме того, что уже говорила. Я ехала на машине, начался ливень, она заглохла. У Алисы я узнала, что должен подойти автобус, выпрыгнула на дорогу и, вероятнее всего, он меня сбил. А пришла в себя я уже там, где вы меня нашли.

– Кто такая машина, почему она оглохла, куда делась Алиса и что такое автобус? – в глазах ректора возникло все больше сомнений.

– Да вы издеваетесь что ли? – не выдержала я. – А может, я без сознания валяюсь на дороге и вы мне привиделись? – вырвалось у меня жалобно.

– Нет, я, несомненно, вполне реален, как и вы. И мы находимся с вами, сира Лавр, как я уже говорил, в Академии Магических Наук в Декелите, столице Миссении.

То, что мне только что сказал ректор, не хотело укладываться в голове. На тело накатило какое-то оцепенение, в котором я чувствовала себя словно муха в застывающей смоле. А потом я посмотрела на бумаги, которые вместе с подносом сира Бовил положила на стол. Я могла их прочитать. Там какой-то магистр просил уволить его по собственному желанию, так как он больше не в силах выполнять работу, возложенную на него. Я могла читать, вот только буквы не были русскими.

– Я не знаю ни такой страны, ни такого города, и даже бы, если бы на Земле они существовали, то я вряд ли бы знала их язык. Я владею только своим родным – русским, и двумя иностранными английским и латынью, так как учила их в университете и они мне нужны для работы.

– Но говорите вы на всеобщем равнинном, том, на котором говорят в Миссении, Денехи и еще ряде королевств, так, словно живете тут с детства. Но вы не врете. По крайней мере, сами верите в то, что говорите. И обстоятельства сложились так, что вы мне нужны… Да и выбора у вас особо нет, если вы не примите мое предложение, то окажетесь на улице, в городе, который не знаете, в королевстве, о котором никогда не слышали…

– А вы умеете уговаривать, – я пыталась улыбаться, но мне хотелось кричать и плакать. Вот только, чем бы мне это помогло. – Но я бы была рада, если бы вы рассказали мне о вашем городе, стране, и, кажется, мире.

– Сначала договор, – хитро прищурился мужчина, а у меня почему-то возникла ассоциация, что я в каком-то второсортном банке и мне отчаянно впаривают кредит с ломовыми процентами.

– Хорошо… Но составим его вместе.

– Договорились. Вот стандартный, – он отодвинул заявление на увольнение магистра, и вытащил несколько листов. – По условиям: вам полагается заработная плата в размере десяти золотых, проживание в отдельном преподавательском домике, питание в столовой, лечение за счет академии, если понадобиться, отпуск во время каникул...

– Мне нужны подъемные, – я тут подумала, что в моих сумках в основном всякая всячина для огорода, одна смена одежды и немного косметики. К жизни в новом мире, даже, если все это мой бред, я была совершенно не готова. – То есть какой-то аванс, чтобы я могла купить необходимые на первое время вещи для жизни. И все же не понимаю, зачем я вам…

– Вы способны рационально мыслить, я рад, – он облегченно выдохнул. – Знаете, буквально полгода назад я примерно так же взял на работу бывшую нашу адептку… С неожиданно выросшим даром. И, как не удивительно, не прогадал. Она подучилась и стала чуть ли не самым любимым преподавателем у адептов. Вы сказали, что вы – травовед, а для меня сейчас это самое важное. Специалист данного профиля редкость. А с даром вы управитесь. Смогли же направить на меня ветку дерева, значит, худо-бедно что-то можете.

– Да, кстати, мне нужен учитель… И о каком дар идет речь? – спросила я, а он тяжело вздохнул и над его ладонью загорелся небольшой огненный цветок. – О, какой крутой фокус! Как вы это сделали? Голограмма? Никогда такого не видела.

– Там, откуда вы родом, нет магии?

– Я сейчас повторюсь, но кажется, вы надо мной издеваетесь! Стоп! – тут до меня окончательно дошло. – Академия Магических Наук? Магических? Но это же все сказки? Выдумки?

– Я бы сказал суровая реальность, и да, вам нужен учитель. Им стану я. Думаю, не стоит нам разглашать, что вы не из этих мест, – я смотрела на лист с договором и видела, как в нем меняются пункты, вписываются дополнения про подъемные, обучение и уже хотела было подписать, как он меня остановил. – Мы обсудили условия, но не обязанности. А в них входит обслуживание оранжереи, присмотр за территорией академии и уроки травоведенья. Я понимаю, что пласт работ невероятно огромен, поэтому пары будут не такими частыми, и многое вы дадите детям на самообучение. Это нормально. Магистр Дифенбай чаще видел цветущий папоротник, чем присутствовал в лекционной аудитории. Да, кстати, пункт про отношения и замужество. Вы не можете вступать в брак в ближайшие полтора года. И заводить отношения…

– Я, конечно, и не собиралась, но меня пугает такой контроль моей личной жизни. А как же встречи для здоровья? – нет, ну мало ли произойдет за эти полтора года, а он тут таких жестких условий наставил. Я же не железная. Взрослая женщина, вдруг какая потребность возникнет? – Они же тоже, своего рода отношения. Просто горизонтальные, – я пожала плечами, а ректор поперхнулся.

– Я услышал вас… Потерпите полгода без всякого рода отношений? – мне кажется, или он покраснел? – Или… оставим этот пункт открытым, чтобы иметь возможность к нему вернуться.

– Благодарю, – мысленно я расхохоталась, потому что никогда не думала, что какой-то из знакомых мне мужчин засмущается от разговора про «это». И поставила свою подпись. По-моему, с этого момента начинается моя новая жизнь.