В пути

От Проклятого леса до Юхани было три дня пути, которые, я думала, превратятся в сущую пытку из-за попыток Горана переубедить меня касательно Рэйеса и Матэма. Однако мой спутник оказался достаточно умён, чтобы больше не возвращаться к неприятной для меня теме – или просто опасался, что в ответ я начну задавать встречные вопросы, которые будут неприятны уже ему. Так что, заботясь о нашем общем душевном спокойствии, Гор ограничивался ничего незначащей болтовнёй: рассказывал о своём детстве, вспоминал забавные случаи из совместных с Рэйесом путешествий.

– Я думала, Рэйес всегда был подле отца, – высказала я своё удивление. – Наследник и приемник так сказать.

– Большую часть своего жизни Рэйес провёл вдали от отца, – возразил Горан. –  Матэм отдал его в возрасте восьми лет в академию боевой магии на острове Мирихт. Там Рэйес провёл семь лет, а потом не захотел сразу возвращаться к отцу и отправился в путешествие.

– Хотел посмотреть мир?

– Да, – кивнул Горан. – Рэйес любит открывать для себя новые места и общаться с интересными людьми. Уверен, будь его воля, он охотно бы променял титул принца на жизнь какого-нибудь бродячего менестреля или торговца.

– Если бы это было правдой, он бы не жаждал так сильно отомстить отцу, – заметила я отстранённо. – Впрочем, меня это не касается.

– Вы супруга Рэйеса, – напомнил Горан, пристально глядя мне в лицо. – Вас касается всё, что с ним связано. Так же как и его волнует всё, что связано с вами.

– Если бы это было так, он остался бы со мной в долине цветов. А так он выбрал месть отцу и возможность заполучить трон. Так что не нужно приписывать ему качеств и стремлений, которых нет.

– А вы предлагали ему остаться? Или просто сказали решительное «нет» на предложение пойти с ним, при этом не предложив никакой альтернативы?

Тут Горан был прав. И всё же…

– Даже если бы я предложила, он бы не остался.

Гор недовольно скривился и заметил:

– Вы не можете знать наверняка. Вы и Рэйеса не знаете. Он для вас лишь Чёрный принц, один из генералов армии Матэма. Но какой он человек? Что чувствует? Какими принципами руководствуется и какие цели преследует? Это вас не волнует.

– Вы меня сейчас пытаетесь пристыдить? – возмущённо воскликнула я. – Пытаетесь заставить испытывать симпатию к убийце моей семьи?

– Эвелина, – Горан тяжело вздохнул и посмотрел на меня с какой-то непонятной печалью. – Вы сами затеяли этот разговор, хоть я и пытался избегать скользкой темы. Я лишь рассказывал вам истории из своей жизни. Но именно вас интересует всё, что связано с Рэйесом, и вы даже охотно задаёте вопросы. Не скажете, почему? – он выдержал небольшую паузу, давая мне возможность ответить, а когда я промолчала, продолжил: – Уж не потому ли, что Рэйес вам понравился, и вы тщетно пытаетесь убедить саму себя, что он недостоин ваших чувств?

Это был вопрос, как говорится, не в бровь, а в глаз. Но признавать правоту Горана я не стала бы даже под страхом смертной казни. Потому что понимала: стоит мне хоть на миг забыть о том, что сделал Рэйес четыре года назад и поддаться его бесспорному обаянию, это закончится катастрофой. И ладно если только фигуральной.