В храме Праотца

Ожидание тянулось невыносимо долго. Я устроилась в уютном кресле и безучастно наблюдала за движением иллюзорных облаков за окном.

Асэлэт время от времени исчезала, чтобы проверить, как там поживает её драгоценный сынок и что вообще происходит в реальном мире.

– Рэйес уже на подходе к храму, – сообщила она мне после своей третьей отлучки. – Однако ритуал уже начат. У вас остались считанные минуты.

Я судорожно сжала пальцы на подлокотнике и прикрыла глаза. Было страшно. Умирать, да ещё и столь глупо, мне совершенно не хотелось.

– Вы не можете вмешаться? – спросила я у Асэлэт.

– Нет, – с сожалением ответила она. – Да даже если бы и смогла… Разве под силу обычному призраку противостоять жрецам самого Праотца? – она покачала головой. – Это в любом случае был бы проигранный бой.

Я обречённо вздохнула – Асэлэт права. А значит вся надежда только на Рэйеса.

Внезапно стены комнаты, в которой мы находились, дрогнули и подёрнулись лёгкой дымкой, а затем и вовсе исчезли.

Спустя мгновение я оказалась посреди сияющей белоснежной пустоты. Где-то вдалеке, словно через толщу воды, раздался лязг мечей и какие-то непонятные крики.

А затем всё моё тело прошил мощный разряд магии… и я открыла глаза.

Первое, что я увидела – сосредоточенное лицо Рэйеса с кровавой полосой, пересекающей правую щёку. Взгляд принца, направленный на меня, был полон беспокойства, но само лицо имело совершенно непроницаемое выражение.

– С возвращением, – тихо проговорил он, и какая-то непонятная эмоции на миг промелькнула на дне тёмных глаз.

– Ты всё-таки успел, – с облегчением выдохнула я и слабо улыбнулась.

– Не мог же я позволить каким-то жалким жрецам под предводительством идиота Эйтора лишить меня жены, – насмешливо заявил он. А затем спросил озабоченно: – Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо.

– Ничего не болит?

– Нет.

– Отлично.

Рэйес нагнулся и осторожно одну руку просунул мне под спину, а другую под колени, после чего решительно и без каких-либо видимых усилий поднял меня.

Я тут же обхватила его руками за шею, только сейчас обратив внимание, что принц успел облачиться в зловещие чёрные доспехи – те самые, в которых он участвовал в осаде моего замка.

Судорожно сглотнув, я повернула голову и огляделась по сторонам.

Просторный, некогда светлый зал храма напоминал настоящее поле боя. Огромные цветные витражи были разбиты, и их осколки усыпали пол. То тут, то там виднелись лужи крови, но раненных или убитых людей не было.

Очевидно, Рэйес позаботился о том, чтобы самое неприглядное зрелище не достигло моих глаз.

– Что ты сделал с жрецами? – дрогнувшим голосом спросила я, опасливо покосившись на супруга.

– Доходчиво объяснил, что бывает с теми, кто пытается отобрать у меня то, что принадлежит мне по праву.

Голос Рэйеса был наполнен стальными нотками, а лицо приобрело совсем уж жёсткое выражение, которое меня по-настоящему напугало.

– Они живы? – тихо спросила я, одновременно и желая, и страшась услышать ответ.

– Живы, – успокоил меня Рэйес. – Правда, не вполне целы.

Я не стала уточнять, что именно он имеет в виду, вместо этого задав другой вопрос:

– А Эйтор?

– Тоже жив. И даже сохранил при себе обе руки, – голосом Рэйеса можно было заморозить всю округу. – Я позже решу, что с ним делать.

«Ну, здравствуй, Чёрный принц, – с грустью подумала я, разглядывая лицо мужа. – Давно не виделись».

Только сейчас до меня дошло, что всё это время, начиная со своего пробуждения во владениях Атэнэйс, Рэйес вёл себя пусть и несколько нагловато, но вполне себе адекватно. Как нормальный человек.

Сейчас же передо мной предстал настоящий монстр, жестокий и беспощадный. И именно с ним я связана нерасторжимыми узами.

«Цветочная дева, дай мне сил, – тоскливо подумала я. – Потому что я понятия не имею, что теперь со всем этим делать».