Глава 26

Ночь я провела беспокойно, ворочаясь и прислушиваясь к завыванию ветра, которое к утру стихло, оставив после себя неестественную, звенящую тишину и город, по колено утопающий в белом, пушистом снегу. Мысли мои метались между назойливым Лианом и отстраненным Каем, создавая идеальный вихрь тревоги. К одиннадцати утра нервы мои были натянуты до предела. Я намеренно надела самое простое и невзрачное свое платье, собрала волосы в тугой, строгий пучок и принялась с невероятным усердием перебирать засохшие листья у фикуса, хотя прекрасно знала, что он в полном порядке.

Ровно в двенадцать, как по часам, раздался четкий стук в дверь. Не дожидаясь ответа, внутрь вошел Лиан. Он выглядел свежим и веселым, будто не буря была за окном, а солнечный летний день. На нем был элегантный зимний костюм, от которого пахло морозом и дорогим мылом.

- Прекрасная Вайда! – возгласил он, окидывая меня восхищенным взглядом, который, однако, не смог скрыть легкой насмешки при виде моего нарочито скромного вида. – Я вижу, вы готовы! Не будем терять времени, мой экипаж ждет.

- Лиан, – начала я, стараясь вложить в голос всю твердость, на какую была способна. – Я вчера вежливо отказалась. Я не пойду с вами на обед. У меня много работы.

- О, работа! – он махнул рукой, словно отмахиваясь от надоедливой мушки. – Она подождет. Всего на час. Я не принимаю отказа. Я уже заказал столик в «Серебряном Фениксе». Вы не представляете, как сложно туда попасть.

Он сделал шаг ко мне, и его улыбка стала натянутой, почти угрожающей. В его глазах читалось непоколебимое намерение добиться своего. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Этот человек не привык, чтобы ему перечили.

- Я сказала нет, – повторила я, отступая за прилавок, чтобы создать хоть какую-то преграду между нами.

- А я говорю – да, – мягко, но не допуская возражений, парировал он. – Не заставляйте меня прибегать к… скучным формальностям. Поверьте, скандал в вашей уютной лавке вам совсем не нужен.

В его словах прозвучала такая откровенная угроза, что у меня перехватило дыхание. Он знал. Он знал, кто я, и был готов использовать это против меня. Паника, острая и слепая, застучала в висках. Я оглянулась, ища спасения, но лавка была пуста. Лора сегодня не приходила, Кай… Кай был далеко, за стеной собственных обид и подозрений.

Лиан, видя мое замешательство, улыбнулся еще шире и жестом пригласил меня к выходу.

- Не бойтесь, я не укушу. Всего лишь обед.

Я понимала, что сопротивляться бесполезно. Он был сильнее, влиятельнее, и у него были козыри, которые я не могла позволить ему разыграть. Сжав зубы и чувствуя, как от унижения и бессилия на глаза наворачиваются слезы, я медленно вышла из-за прилавка.

В этот момент дверь лавки распахнулась с такой силой, что стекла в окнах задребезжали. На пороге, засыпанный снегом и с лицом, темным от ярости, стоял Кай. Его глаза, обычно спокойные и проницательные, метали молнии. Он был похож на грозового демона, явившегося из самой адской бури.

- Кажется, леди Вайда не испытывает желания составлять тебе компанию, Джулиан, – прозвучал его голос, низкий и вибрирующий от гнева. Он даже не посмотрел на меня, его взгляд был прикован к моему «поклоннику».

Лиан, ничуть не смутившись, обернулся с той же светской улыбкой.

- Брат! Какая неожиданная встреча! Я как раз уговаривал леди Вайду составить мне компанию. Она, кажется, немного стесняется.

- Уговорил, – резко парировал Кай, делая шаг внутрь. Воздух в лавке сгустился, зарядившись напряжением. – Она сказала «нет». И я советую тебе это услышать.

- Ты что, ее официальный защитник? – Лиан поднял бровь с преувеличенным удивлением. – Я слышал, ты получил отцовское благословение на ухаживания. Но, насколько мне известно, сама леди еще не дала своего согласия на брак с тобой. Так что, прошу прощения, но ты не имеешь права говорить от ее имени.

Я стояла, зажатая между ними, чувствуя себя вещью, за которую идет торг. Гнев, наконец, пересилил страх.

- Я имею право говорить за себя сама! – выпалила я, и мой голос прозвучал громко и четко. – И я говорю Джулиану Рейнольдсу, что не пойду с ним ни на какой обед! Ни сегодня, ни завтра! Никогда! И прошу его покинуть мою лавку!

Наступила мертвая тишина. Лиан смотрел на меня с искренним изумлением, словно кухарка вдруг начала читать ему лекцию по высшей математике. Кай же, наоборот, повернул ко мне голову, и в его глазах я впервые за долгие дни увидел не холодность, а одобрение и… гордость.

- Вы слышали леди, – сказал Кай, и в его голосе снова зазвучали привычные стальные нотки. – Полагаю, тебе здесь больше нечего делать.

Лиан медленно перевел взгляд с меня на брата. Его улыбка окончательно исчезла, лицо стало холодным и надменным.

- Как знаешь, – процедил он. – Но учти, братец, отец будет недоволен. Очень недоволен. Ты не только связался с какой-то простушкой с сомнительной репутацией, но и позволяешь ей оскорблять членов нашей семьи.

- Репутация Вайды чище, чем у иных, кто кичится своим титулом, – парировал Кай. – А что касается отца… я с ним уже разговаривал. И, как видишь, это не возымело на меня никакого действия. Теперь уходи.

Лиан задержался еще на секунду, его взгляд, полный ненависти и обиды, скользнул по нам обоим, а затем он резко развернулся и вышел, хлопнув дверью.

В лавке воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском поленьев в камине и моим прерывистым дыханием. Я стояла, дрожа от перенесенного унижения и выплеска адреналина.

Кай первым нарушил молчание. Он подошел ко мне.

- Прости, – тихо сказал он. – Я должен был быть рядом. Я чувствовал, что что-то не так, но… моя собственная глупая гордость мешала мне прийти.

- И все же, ты пришел, – выдохнула я, и слезы, наконец, покатились по моим щекам. – Ты пришел, когда это было нужно.

Он не стал ничего говорить. Он просто обнял меня, прижал к своей груди, и я почувствовала, как дрожь постепенно уходит, сменяясь долгожданным чувством безопасности. Его пальцы вновь обрели прежнюю нежность, вновь гладили мои волосы.

- Он твой брат, – прошептала я, уткнувшись лицом в его плечо. – Он что, специально…?

- Да, – коротко ответил Кай. – Это классический ход моего отца. Подослать Джулиана, чтобы проверить тебя на «профпригодность». Убедиться, что ты – охотница за состоянием, которая сбежит при первой же возможности с кем-то более молодым, богатым и не обремененным моим «бунтарским» прошлым.

- Но почему он был так настойчив? – спросила я, отстраняясь и смотря ему в лицо. – Это же было… пугающе.

Кай вздохнул, его лицо снова стало серьезным.

- Потому что ты ему понравилась. По-настоящему. И это делает ситуацию еще хуже. Теперь для отца ты не просто угроза моей «независимости», ты – желанный приз, который ускользает из рук его любимого сына. Он не оставит это просто так.

Мы стояли в центре лавки, среди цветов, и снаружи, сквозь окно, на нас падал холодный зимний свет. Буря миновала, но я знала – это была лишь передышка. Настоящая буря, буря интриг, предрассудков и старой вражды, только начиналась. Но сейчас, в его объятиях, я была готова встретить ее. Потому что наконец-то мы снова были вместе. И никакой Лиан, никакой герцог-отец не могли отнять у меня это чувство – чувство дома, который я, наконец, обрела.