Глава 5

Кассиан закрылся в своём кабинете. Тяжёлая дубовая дверь глухо стукнула, отсекая его от остального замка и от чужих глаз. Некромант медленно опустился в массивное кожаное кресло и устало потёр виски. Тёмная магия, бурлящая в его крови, привычно тянула жилы, но сегодня застарелая боль почему-то притупилась.

Маг закрыл глаза и начал тщательно анализировать свои недавние ощущения. Аура, которую он уловил от девчонки, когда нёс её на руках через лес, не давала ему покоя.

Он отчётливо вспомнил, как едва уловимо поблёскивали её рыжие волосы и яркие голубые глаза, когда на них падал тусклый лунный свет. Это было не простое отражение. Кассиан слишком долго жил на свете, чтобы спутать это свечение с чем-то другим. Такое специфическое, тёплое излучение имели только маги Жизни.

Их извели очень давно. Маги Жизни сильно мешали властям, так как самой своей природой контролировали распространение тёмной магии, не давая ей поглотить мир. А тёмная магия у королей, баронов и прочих правителей этого мира пользовалась куда большей популярностью. С её помощью местные властители правили безжалостнее и куда эффективнее реализовывали свои жадные хотелки. Наслать порчу на соседа или поднять мертвецов для войны было проще, чем растить урожай.

Поэтому носителей Дара Жизни в их мире почти не осталось. Их безжалостно истребляли или заставляли прятаться. А Кассиан искал такого мага очень упорно и долго. Ему жизненно необходима была эта светлая сила, чтобы исцелить свою болезнь от тёмной отдачи. И главное – чтобы спокойно и без тяжёлой кармы покинуть этот мир, уйти за грань без боли и разрушений.

Некроманта внезапно поглотило лёгкое волнение. Его длинные пальцы с силой сжали подлокотники кресла. Неужели он наконец-то нашёл мага? Нашёл ту самую силу, скрытую в теле взбалмошной и язвительной попаданки? Хотя, маги жизни всегда отличались яркими эмоциями и буйным нравом. Они будто бы всем своим существованием показывали, с какой силой бьёт в них энергия жизни. Что же, посмотрим.

Но Кассиан привык не делать поспешных выводов. Ошибка стоила бы ему слишком дорого. Нужно время, чтобы проверить девчонку, проследить за её способностями и всё выяснить наверняка. А пока она останется в замке, под его личным контролем.

Спустя пару дней после моего прибытия в этот готический «сказке», за мной наконец-то пришли.

Все эти два дня я безвылазно сидела в своей комнате. Старая Лин трижды в день приносила мне еду. Я спала, ела пресный картонный хлеб и подолгу смотрела, ждала, когда за мной придут с топором или отправят на корм зубастым клумбам. Морально я уже приготовилась ко всему, даже попыталась снова оживить тот засохший цветок в вазе, но он больше не реагировал. Видимо, лимит чудес на этой неделе был исчерпан. Мои мысли постоянно возвращались к прошлой жизни, к родителям и дурацкому самокату, но слёз больше не было.

Дверь тихо скрипнула. На пороге стояла Лин.

– Господин Кассиан желает вас видеть, – сухо сообщила она, сложив руки на животе. – Пойдёмте, я провожу.

Я тяжело вздохнула, поправила простое голубое платье и решительно шагнула в коридор. Мои колени больше не дрожали. Животный страх перегорел, осталась только тупая усталость, апатия и стойкое желание поскорее со всем разобраться.

Мы шли по длинным, запутанным коридорам. Внезапно из тёмного бокового прохода совершенно бесшумно вынырнула высокая фигура в чёрном плаще. К нам вышел Кассиан. Он кивнул Лин, и старушка тут же растворилась во мраке, оставив нас наедине.

– Идём, – бросил некромант своим привычным ледяным тоном, даже не обернувшись.

Я послушно поплелась следом за ним. Мы шли по замку, и я с огромным удивлением смотрела по сторонам. Я искренне ожидала увидеть банальный сырой склеп. Плесень на стенах, ржавые цепи по углам, подозрительные бурые пятна на полу и пыльные черепа на полках. Но замок оказался пугающе прекрасным.

Высокие сводчатые потолки терялись в лёгкой полутьме. Огромные окна украшали потрясающие витражи из цветного стекла. На них были изображены какие-то мифические твари, но сделано это было с невероятным мастерством. Каменные арки были вырезаны так тонко, словно это было кружево. Везде царила строгая, но очень величественная готическая красота. Замок Смерти поражал воображение.

– А тут у вас миленько, – громко нарушила я тишину. Терпеть давящее молчание я физически не могла. – Я думала, у вас везде кости валяются и зомби по углам стоят. А тут настоящий музей готического искусства. А что вы сделали с мастером, по окончанию работы, если не секрет?

Кассиан слегка замедлил шаг и поравнялся со мной. Он заметил мою реакцию и посмотрел на меня сверху вниз своим пронзительным взглядом.

– Весь этот мрачный антураж во дворе и жуткие слухи снаружи созданы намеренно, – вскользь упомянул он. В его ровном голосе прозвучала нотка вековой усталости. – Люди не знают меры в своих желаниях. Дай им волю, и они будут лезть сюда днём и ночью. Жуткая репутация цитадели надёжно отваживает местных от визитов ко мне с глупыми просьбами вроде приворота на соседа или поиска потерянной коровы в мире ином.

– То есть вы просто жуткий интроверт, который отпугивает соседей? – усмехнулась я, приподняв бровь. Чёрный юмор снова включился на полную мощность. – В моём мире для этого строят высокий глухой забор и заводят злую собаку. А вы завели плотоядные клумбы и распустили слухи о своей кровожадности. Масштабно мыслите, господин Кассиан.

Некромант ничего не ответил. Мы подошли к высокой дубовой двери. Маг толкнул её рукой, и мы оказались в просторном, но сумрачном кабинете.

Вдоль стен до самого потолка стояли массивные стеллажи, забитые старинными книгами и свитками. В центре располагался огромный стол из тёмного дерева.

Некромант прошёл к столу, но садиться в кресло не стал. Он медленно повернулся ко мне и скрестил руки на груди.

– Я принял решение насчёт тебя, – хладнокровно заявил он. – Ты останешься здесь. Будешь следить за моим бытом. Пока я во всём не разберусь.

Я захлопала глазами, пытаясь осмыслить услышанное. Следить за бытом?

– Вы сейчас серьёзно шутите? – возмутилась я. Внутри моментально начала закипать злость. – Вы меня нагло украли с моей собственной свадьбы, притащили в свой жуткий замок на край долины, чтобы я тут полы мыла и пыль с книжек протирала? Я вам что, домработница?

Кассиан даже бровью не повёл на мои крики.

– Ты часть законного долга твоего города, – совершенно спокойно напомнил он. – Ты принадлежишь мне.

– Я никому не принадлежу! – вспыхнула я, делая агрессивный шаг к нему. – Я не собираюсь снова становиться чьей-то покорной прислугой! И вообще, в чём именно вы там собираетесь разобраться? Это связано со мной?

Я упёрла руки в бока, всем своим видом показывая, что не сдамся без боя. Мой бывший муж тоже наивно думал, что я буду вечно молчать, стирать его носки и мыть посуду. Очень сильно ошибся. И этого ледяного красавчика в плаще ждёт та же участь.

Кассиан чуть сузил глаза. Его явно забавляла моя дерзость и полное отсутствие инстинкта самосохранения.

– То, что я выясняю, тебя пока не касается, – жёстко отрезал некромант. – Это мои дела. А что касается твоей скромной роли в этом замке… Я ставлю ультиматум.

Он сделал один плавный шаг ко мне. От него снова повеяло могильным холодом, но я из принципа не отступила ни на миллиметр.

– У тебя весьма невелик выбор, девочка, – произнёс он, слегка понизив свой бархатный голос. В его светлых глазах внезапно мелькнул опасный, почти хищный огонёк. – Либо ты тихо метёшь полы в этом замке и следишь за уютом. Либо…

Он сделал нарочитую паузу, окинув меня медленным, оценивающим взглядом с головы до ног. Уголок его бледных губ дрогнул в лёгкой, издевательской усмешке.

– Либо ты будешь греть мою постель, – закончил он. – Но предупреждаю сразу, вкусы у меня весьма специфические.

В кабинете повисла звенящая тишина. Я стояла, как вкопанная, и переваривала его наглые слова.

Он откровенно издевался. Я чётко видела это в его глазах. Некромант прекрасно знал, что перспектива стать любовницей жуткого монстра мне совершенно не по нраву. Он специально предложил мне эту роль в шутку, чтобы осадить меня, сбить спесь и заставить добровольно выбрать первый вариант со шваброй. Провокатор чёртов.

Но реакция моего организма оказалась куда быстрее голоса разума. Мои щёки мгновенно вспыхнули. Я густо залилась краской от шеи до самых корней волос. Однако причиной тому стало вовсе не девичье смущение, робость или страх перед его пугающими специфическими вкусами. Это была банальная кипящая злость.

Меня, взрослую женщину с тяжёлым жизненным опытом, пытаются нагло запугать постелью!

Я гневно сверкнула глазами на повелителя тьмы и окрестных склепов. Сжала кулаки так сильно, что ногти больно впились в ладони.

– Где тут у вас метла? – с открытым вызовом и призрением процедила я сквозь крепко стиснутые зубы.

Кассиан удовлетворённо усмехнулся. Мой предсказуемый выбор его явно устроил. Так для меня, свободолюбивой попаданки, мечтавшей о сказочных переменах, начались суровые трудовые будни в замке Некроманта.

– Правильный выбор, девочка, – с лёгкой ухмылкой произнёс маг. – Тело должно уставать, чтобы голова не отягощалась от дум.

«Ну хорошо! Пока что, будь по-твоему», – мстительно подумала я.

На следующее утро моя сказочная жизнь заиграла невиданными красками. Я стояла посреди огромного, пугающего своими сводами коридора и хмуро разглядывала выданный мне инвентарь. Деревянное ведро с водой, грубая тряпка, подозрительно напоминающая кусок мешковины, и метла. Самая настоящая метла из жёстких прутьев, на которой впору было улететь обратно в свой мир, а не полы мести.

– Золушка в склепе, – мрачно пробормотала я, закатывая рукава простого голубого платья. – Интересно, а тыкву мне местный повелитель выделит, или придётся на летучих мышах на бал добираться?

Я со злостью окунула тряпку в ледяную воду и принялась тереть покрытые вековой пылью камни. Замок Кассиана оказался настоящим кошмаром для любой уважающей себя хозяйки. Парадная была чистой, но вот дальние части были грязными, сюда не заходили очень давно. Да и пыль здесь была не простая, а магическая. Она цеплялась за поверхность с упорством клеща, и стоило мне отвернуться, как серая взвесь снова оседала на только что вымытый пол.

Это очень раздражало. Я яростно тёрла камни, вкладывая в каждое движение всю свою накопившуюся злость на некроманта. Каждое движение шваброй давалось с трудом, спина быстро начала ныть. В моём старом мире я бы уже плюнула на всё это и вызвала клининг, но тут приходилось рассчитывать только на свои две руки.

Сначала я отвоевала у вековой грязи кухню. Огромное, гулкое помещение встретило меня холодными очагами и рядами пустых железных крюков под потолком. Старая Лин оставила мне на деревянном столе скромный перекус в виде краюхи хлеба, сыр и кусок копчёного мяса. Я с остервенением тёрла холодные камни очага, закопчённые столы, и я вдруг поймала себя на странной мысли. Хлеб, который я не доела ещё вчера вечером, почему-то не зачерствел. Он лежал на тарелке такой же мягкий, словно его только что достали из печи. Да и сыр не покрылся засохшей корочкой.

– Чудеса местной консервации, – хмыкнула я, не придавая этому особого значения. – Наверное, в этом склепе даже бактерии дохнут от страха перед хозяином. Или это магия некроманта так работает – бальзамирует всё подряд, включая мой завтрак. Главное, чтобы меня заодно не забальзамировали.

Я перевела дух, вытерла пот со лба и решительно направилась в следующее помещение, волоча за собой тяжёлое ведро.

Библиотека поражала воображение. Высоченные стеллажи из тёмного дерева уходили под самый потолок, теряясь в полумраке. В воздухе витал стойкий запах вековой пыль, переплетённой густой магической паутиной.

Я решительно взмахнула метлой. На одной из полок, прямо между толстыми фолиантами в кожаных переплётах, я наткнулась на человеческий череп. Он стоял там, видимо, в качестве декорации, тараща на меня пустые глазницы.

Я остановилась, оперлась на древко метлы и посмотрела на свою находку.

– Привет, красавчик, – поздоровалась я с черепом. В тишине огромной библиотеки мой голос прозвучал слишком громко. – Тоже не сошлись характерами с хозяином? Или плохо полы мыл?

Череп предсказуемо промолчал. Но мне внезапно стало так одиноко и тоскливо, что я решила назначить его своим личным психотерапевтом. В конце концов, в моём прошлом мире люди платили огромные деньги, чтобы просто выговориться кому-то молчаливому.

– Знаешь, – я яростно смахнула пыль с соседней полки, – мой бывший муж тоже был тем ещё тираном. Всё ему было не так. То суп недосолен, то рубашка не так поглажена. А этот ваш некромант… Да он же вылитый мой бывший, только в чёрном плаще и с магией! Смотрит так же высокомерно, словно я ему денег должна и не отдаю.

Я передвинула череп на более чистую полку, чтобы он лучше меня видел, тяжело вздохнула и продолжила тереть полки.

– Ты бы видел, как он мне условия ставил! – возмущалась я, яростно орудуя влажной тряпкой. – Швабра или постель! Нет, ты представляешь какой уровень наглости? В моём мире за такое можно смело в суд подавать за домогательства. А тут дремучее средневековье, прав никаких, профсоюзов нет. Вот скажи мне, уважаемый, как тут убрать эту проклятую грязь без моющих средств?

Череп продолжал хранить гробовое молчание.

– Молчишь? Вот и я не знаю, – вздохнула я. – Мне бы сейчас сюда мой любимый пылесос с аквафильтром. Я бы этому ледяному самодуру весь замок за час отмыла так, что он бы ослеп от чистоты. А теперь приходится руками пахать. Женская доля во всех мирах одинаковая – мужики разводят сырость и мрак, а мы потом за ними с тряпкой бегаем.

Пока я жаловалась на свою тяжёлую судьбу безмолвному собеседнику, увлеклась уборкой так, что не замечала ничего вокруг. А зря.

Сама того не ведая, я запустила странный процесс. Стоило мне смахнуть пыль и вымыть пол, как давящая, могильная атмосфера в библиотеке начинала неуловимо меняться. Воздух вокруг меня наполнялся едва уловимым ароматом полевых цветов и свежескошенной травы, он становился свежее, словно кто-то незаметно приоткрыл окно после долгой зимы. Промозглый холод отступал, уступая место лёгкому теплу. Даже старые деревянные панели на стенах, казалось, приобрели более глубокий, насыщенный цвет, словно в них снова забурлили жизненные соки.

Конечно, я приписала всё это исключительно своему таланту идеальной хозяйки.

– Вот видишь, – гордо заявила я черепу, вытирая руки о передник. – Стоит только хорошенько помыть полы, и даже в замке Смерти становится уютно. Никакая тёмная магия не устоит перед бабой с мокрой тряпкой!

Я окинула взглядом плоды своих трудов. Библиотека действительно преобразилась. Дерево заблестело, паутина исчезла, а дышать стало на удивление легко.

Но силы были на исходе. Спина ныла, руки отваливались, а стёртые ноги гудели, требуя пощады. Я тяжело вздохнула и подошла к огромному креслу, которое стояло в углу между стеллажами.

– Я только на минуточку присяду, – пообещала я себе и черепу. – Просто глаза закрою.

Я свернулась калачиком в глубоком кресле, подтянув под себя ноги. Мягкая кожа приятно холодила щёку. Усталость навалилась тяжёлым одеялом, и я провалилась в глубокий сон прямо посреди очищенной библиотеки.

Кассиан шёл по коридорам своего замка, погружённый в мрачные мысли. Застарелая болезнь, тёмная отдача от некромантии, сегодня снова мучила его. Она тянула жилы, отдаваясь тупой, пульсирующей болью в висках и сковывая грудь ледяным панцирем. Он привык жить с этой болью, она стала частью его самого, но сегодня ему было особенно тяжело.

Маг бесшумно свернул в коридор, ведущий к библиотеке, и внезапно замер на пороге.

Он не поверил своим ощущениям.

Привычный ледяной мрак, который столетиями пропитывал эти стены, исчез. Воздух в огромном помещении был чистым, свежим и живым. Он пах не старой пылью и тленом, а весенним ветром и утренней росой.

Кассиан сделал осторожный шаг внутрь. Его взгляд скользнул по вымытым полам, по чистым стеллажам и остановился на глубоком кожаном кресле в углу.

Там спала девчонка. Рыжие волосы разметались по тёмной коже кресла, грубая тряпка валялась на полу рядом с деревянным ведром. Она дышала ровно и спокойно, забавно морща нос во сне.

Некромант медленно подошёл ближе. Стоило ему оказаться в нескольких шагах от спящей Лики, как мучительная тёмная отдача вдруг начала отступать. Ледяной панцирь на груди треснул и растаял, пульсирующая боль в висках стихла, уступив место долгожданному, почти забытому покою. От девчонки исходила тёплая волна, которая, словно невидимый щит, отгоняла прочь тёмную магию, пожирающую его изнутри.

Кассиан стоял над ней, жадно вдыхая свежий воздух, и не мог отвести взгляд. Его догадки подтверждались с пугающей точностью. Перед ним была не просто язвительная и дерзкая девчонка. Это был Дар Жизни в своём самом чистом, первозданном виде.

Взгляд мага упал на полку рядом с креслом. Там стоял декоративный череп, заботливо протёртый от пыли и развёрнутый «лицом» к креслу, словно безмолвный слушатель. Кассиан вспомнил её слова про выбор между шваброй и постелью, и на его бледных губах появилась лёгкая усмешка.

– Ты даже не представляешь, какая сила скрыта в твоих руках, глупая девочка, – тихо произнёс некромант, глядя на спящую Лику. – И я не позволю этой силе исчезнуть.