Глава 1

– Лоу Келао, вы не чувствуете себя в Кергаре заложницей? Ведь ещё полгода назад наши государства враждовали.

Противная журналистка гаденько улыбалась.

– Его Величество делает всё возможное, чтобы империя стала моим вторым домом, – я тоже улыбнулась, причём у меня это вышло намного искреннее. – В истории немало примеров того, как бывшие противники становились союзниками и друзьями.

– И вы не скучаете по Айлу?

Глаза моей мучительницы оставались хищно-алчущими, а её вопросы – провокационно-безжалостными. В любом моём ответе она пыталась найти подвох. Скажу «скучаю» – вновь поднимет тему вражды и чужбины. Отвечу «не скучаю» – завуалированно обвинит меня в бессердечии.

– Для дочерей лоу расставаться с семьёй естественно. Таковы наши традиции. Княжна с детства знает, что отправится к мужу на другой остров. Поэтому она заранее учится любить свою новую родину.

– Разве можно научиться любить? – с наигранным ужасом спросила журналистка.

Будь моя воля – я дала бы ей пощёчину. И за её скользкие взгляды, и за высказанные ранее предположения о холодности императора. Но это Кергар, не Айлу. Здесь даже будущая императрица не могла распускать руки.

– Судя по моей матери – вполне. Она дочь князя Мáйу, но любит наш остров всем сердцем.

– Брак ваших родителей тоже договорной? – попалась на крючок злыдня.

– Других среди лоу не бывает.

– И горькая участь ваших отца и матери вас не остановила?

– Мои родители по сей день влюблены друг в друга, словно молодожёны, – внутренне я злорадно усмехнулась. – Мне всегда хотелось таких же отношений.

Но я о них могу только мечтать. Берган опять начал меня избегать. Второй день о нём не было ни слуху ни духу. «Берг испугался, – сказал мне Бриш. – Простите его малодушие. Трудно, когда реальность рушит вбитые с детства установки».

– Лоу Илайя… – журналистка вновь открыла рот, но вперёд выступила Сина.

– Интервью закончено, льена Пáлер. Вам выделили четверть часа, прошло уже тридцать семь минут. Лоу Илайя и так проявила неслыханное великодушие.

Я благодарно посмотрела на компаньонку. Намёков настырная журналистка не понимала, а быть грубой, помня просьбы Бриша, я остерегалась. Помощник злыдни молча собрал визоаппаратуру и вышел из комнаты. Журналистка с кислой миной последовала за ним.

– Какое счастье! – от избытка чувств Сина всплеснула руками. – В который раз, Илайя, я жалею, что у нас не в ходу методы вашего уважаемого отца!

– В Кергаре нет акул, – я наконец-таки расслабилась.

– Увы, – вздохнула Мира. – Надо попросить князя – пусть пришлёт парочку. Устроим аквариум с подогревом и будем проводить интервью исключительно на его фоне. Лоу Илайя, может, примете ванну? После общения с газетчиками каждый раз чувствуешь себя словно облитым грязью.

– Льена Палер мнит себя свободным обозревателем, а не обычной газетчицей, – скривилась Сина. – Ещё посмотрим, какой репортаж она сделает. Такая способна все факты вывернуть наизнанку.

– С записью это гораздо сложнее, чем со статьёй, – заметила Мира. – Хотя и здесь при желании можно подгадить. Обрезать фразу, переставить реплики.

– Понимаю, почему Берган ненавидит журналистов, – я устало прикрыла глаза. – Сина, будьте добры, распорядитесь, чтобы обед нам подали пораньше.

– Правильно, – закивала она. – Неприятности нужно заедать чем-нибудь вкусным.

Вифон в кармане тихо пискнул. Я прочитала сообщение и повернулась к компаньонкам:

– Обед отменяется. К двум часам меня ждут в Парадной столовой. Одетую «как на лучшее в мире свидание», – процитировала я Бриша.

– Что-то случилось, – стала серьёзной Сина. – Больше этот хитрый жук ничего не написал?

– Нет.

– Ладно, – Мира поднялась. – За полчаса мы всё успеем.

Она оказалась права. Когда в дверях образовался глава Третьей службы, я напоминала фарфоровую статуэтку из маминой коллекции, на которую боязно даже дыхнуть. Бриш тоже выглядел словно визоактёр: строгий чёрный костюм, белоснежная рубашка, бриллиантовые запонки и крупный камень в зажиме для галстука. Лишь знак государственного служащего неизменно красовался на лацкане пиджака.

– Илайя, вы восхитительны, – он галантно согнул руку. – Кергарская мода вам к лицу.

– А вы ужасны, – проворчала я. – Неужели нельзя было добавить пару фраз, чтобы я не сгорала от любопытства?

– Я всё объясню по дороге.

Он кивнул моим дамам, и мы вышли. Каждый раз покидая тишину своих покоев я поражалась контрасту личных комнат императора и всего остального дворца. Сегодня коридоры показались мне особенно людными, к тому же теперь каждый считал своим долгом поклониться будущей императрице.

– Что происходит? – спросила я Бриша.

– Два месяца назад по распоряжению Его Величества я лично разослал приглашения тем князьям, у которых имелись незамужние дочери. Получил пять вежливых отписок, одну девушку аж срочно просватали, – Бриш поморщился. – Дальше вы знаете: ваш отец сам предложил своих дочерей в качестве залога мира. А сегодня в Скироне пришвартовались яхты сразу двух князей, надумавших воспользоваться потерявшим актуальность приглашением.

– Иными словами, они привезли Его Величеству невест?

– Мне по душе ваша прямота, Илайя. Как и манеры вашего отца, чётко и без обиняков излагающего свои намерения. К величайшему моему сожалению, эти наши гости свои настоящие цели не озвучили. Якобы их визит в Кергар чисто дружеский. При этом каждый из них прихватил свою незамужнюю дочурку.

– И вы ведёте меня на обед, чтобы помешать Бергану поменять одну невесту на другую? – замерла я на месте. – Вдруг другая не окажется такой сговорчивой?

– Умерьте своё негодование, – Бриш мягко потянул меня вперёд. – Это Берг попросил привести вас и продемонстрировать, что он практически женат. Помилуйте, Илайя, ваш свадебный наряд уже готов!

– Все островитянки примерно одинаковые, – дёрнула я плечом. – Подумаешь, быстренько подогнать платье по фигуре!

Какая-то грузная дама, чьё одутловатое лицо показалось мне смутно знакомым, низко поклонилась нам. Я с тоской подумала, что выгляжу хорошенькой только на фоне таких вот кергарок. Любая соотечественница задвинет меня в угол. Воспоминание о том, как быстро из нас с сестрой Берган выбрал красавицу-Лиару, окончательно повергли в уныние. Бришу я не верила. Глава Третьей службы просто нашёл удобную императрицу – послушную и зависимую. Другая девушка могла бы влюбить в себя Бергана и начать влиять на императора. Это я не вызывала у жениха никаких тёплых чувств.

– Илайя, – Бриш накрыл мои пальцы второй рукой. – Пожалуйста, не накручивайте себя. Вы же умница.

Угрюмо кивнула. Перед дверьми в Парадную столовую я набрала побольше воздуха, словно собралась нырять. Ощущения были похожими.

– Помните: вы будущая императрица, – шепнул мне на ухо Бриш. – Никаких подметаний пола косами, как при нашей первой встрече.

«Улыбайся, Ия, улыбайся», – сказала я себе и гордо подняла голову.