Глава 21

Я сидел с Мирой на диване, смотря по телевизору телешоу, от которого у меня начал дергаться глаз. Голубка иногда посмеивалась, привлекая к себе мой взгляд. Она сидела на другом конце дивана, завернувшись в плед.

— Хорошо устроился? — зашел к нам Рамир, тыча в мою сторону ножом.

— Прекрасно, — я пальцем отодвинул лезвие от своего лица, смотря на брата исподлобья, всем видом показывая, что я не рад его присутствию.

— Идем. Поможешь мне приготовить поесть.

Я вопросительно изогнул бровь. Брат лучше всех знал, что на кухне мне делать нечего. Его взгляд был многозначным, поэтому я лениво поднялся с дивана и поплелся за ним. Мира помахала мне рукой, и вернулась к домашнему кинотеатру.

— Выкладывай, — облокотившись об кухонную тумбу, я скрестил руки на груди. Я сразу понял, что Рамир позвал меня не для готовки.

— Я встретился с Харольдом. Странный тип, — начал он, перемешивая на сковороде какую-та хрень. — Вежлив до тошноты, но скользкий, что слизняк.

— Ты один был? Яров мне мозги трепал. Я его к тебе отправил.

— Я тебя умоляю, — усмехнулся Рамир, подняв на меня брови. — Хер он из кровати вылезет. Он от своей куколки сейчас ни на шаг не отойдет. Опасается, что и на этот раз ему не его ребенка родят.

— Иностранные выродоки-это его забота, а не моя, — выплюнул я, раздраженный тем, что махаюсь этим дерьмом, пока Яров греется в постели с женой.

— Вот только мы больше этих тварей завалили, чем Яров. Нам и пришла ответочка, — Рамир кивнул в сторону комнаты, где находилась Мира.

— Если бы не мы, то американцы давно бы нас подмяли под себя. Яров так занят своей новоиспеченной женушкой, что не замечает всей чертовщины, творившийся вокруг. Сегодня эти ублюдки добрались до Миры, а завтра придут за его женой. Посмотрим, как он тогда запляшет.

Брат закончил со сковородкой, закрыв её крышкой. Повернувшись ко мне, он окинул меня странным взглядом.

— Ты рассказал ей? — тихо спросил он.

— Про отца, — понял я, — да, рассказал.

Рамир нахмурился, заметно напрягся.

— Значит всё же ты не намерен отступать, — выдохнул он. — Как намерен бороться с табором? Наши не одобрят твоего решения. Они не примут Миру.

— У них нет выбора.

— Возможно тебе они не скажут в лицо ничего, но стоит тебе будет только отвернуться от Миры, они накинуться на неё, как стая гиен. Ты не сможешь всё время быть с ней рядом, как сторожевой пёс.

— Для этого у меня есть ты, — хлопнул я его по плечу.

Рамир усмехнулся, покачав голой.

— Избавь меня от такого счастья. Пусть Ян нянчится, а я предпочитаю взрослые игры.

Я закатил глаза. Этот парень был неисправим. Рамир-блудный сын, с замашками маньяка. Хотел бы я посмотреть на ту бедняжку, которой придется терпеть свободолюбивый нрав брата. Его частые похождения на лево будут неотъемлемой частью их брака.

— Так, когда ты выйдешь из своего укрытия и отправишься прямиком в логово льва?

Я вопросительно изогнул бровь.

— Я про нашу мать, — пояснил он и вновь занялся едой.

— Когда Мира поправится.

— Вы собрались здесь торчать всё это время? — воскликнул удивленно брат, взглянув на меня, как на идиота. — Чем собрался с ней здесь заниматься? Или ты решил по полной гулять и нарушить традицию кровавых простыней? Ты погубишь Миру с концами. Да и себя тоже.

— Тебя это не должно волновать, — рявкнул я, ставя запрет на этой теме. — Давай еще в кровать мне залезь.

Рамир посмотрел на меня через плечо.

— Многие мужики, что работают с нами ценят традиции, Тагар. Они ожидают от тебя брак с чистокровной цыганкой. Женившись на чужой, ты можешь потерять их доверие.

Мне до глубины души насрать на их мнение по поводу Миры, но терять хороших бойцов всё же не хотелось. Моя власть может ослабнуть.

Чёрт!

Раньше я и не представлял, что от брака так много зависит.

Раньше я вообще о браке не задумывался!

— Буду думать об этом потом. Мне главное с матерью решить вопрос.

— О, — протянул насмешливо брат, — этот вопрос ты будешь решать долго.

Я толкнул его в плечо, а сам направился обратно к Мире, слушая за спиной раздражающий смех Рамира.

Мира всё также сидела на диване. Услышав мои шаги, она приподняла голову, уставившись на меня вопросительным взглядом.

— О чём вы говорили?

Я сел рядом с ней. Если бы не тревожила её сломанная рука, то я бы с радостью пересадил свою голубки к себе на колени.

— О нашем браке.

Мира распахнула свои глаза, уставившись на меня.

— Я всё еще не дала своё согласие.

— Но ты и не отказалась, — напомнил я ей, приподняв бровь. — Я женюсь на тебе. Нужно только решить, когда будем играть свадьбу.

— Постой, Гырцони. Мне нужно закончить университет. Потом найти работу. Правда с этим не должно возникнуть проблем. Учителя везде сейчас нужны.

— Мира, — простонал я, закатив глаза, — ты серьезно считаешь, что я позволю тебе работать? Я достаточно зарабатываю, чтобы содержать нашу семью. Да и скоро, думаю, что ты приобретенные навыки в своем университете, сможешь применить на практике.

Моя ехидная улыбка заставила Миру напрячься.

— На какой практике? Какие навыки?

— В воспитание детишек.

Её лицо вспыхнуло. Голубка медленно встала с дивана, развернувшись, потопала на кухню.

Из меня вырвался нервный смешок. Не такой реакции я ожидал.

Поднявшись, я заковылял за ней. До меня начал доносится голос Рамира.

— Пташка, твоё лицо краснее этого помидора, — брат держал в руке овощ, демонстрируя его Мире, пока та наливала себе в стакан воду из-под крана, умело игнорируя его. — Мой брат сделал что-то непристойное? Ты скажи мне, и мы ему наваляем.

Я прочистил горло, привлекая к себе внимание Рамира.

— Что ты ей сделал, что она вся раскраснелась?

— Ничего! — воскликнула Мира, сжимая в руке стакан с водой, и затыкающим взглядом смотрела на меня.

Брат усмехнулся.

— Я затронул тему про наших детей, — произнес я, любуясь, как голубка пыталась прожечь во мне дыру.

— Да ты шумахер, братец. Я пока еще не готов становится дядей. Мира, ты придержи пока этого бегуна, а то он разогнался.

Рамир увернулся от подзатыльника, который я хотел ему прописать.

— Вы оба невыносимы, Гырцони, — тяжело вздохнула моя птичка, присаживаясь за стол.

— Стараемся держать планку.

Брат наложил в тарелку плов и поставил её перед Мирой. Она немного удивилась.

— Спасибо. Пахнет просто замечательно. Думаю, что мне нужно будет взять у тебя пару уроков.

— Из меня ужасный учитель, пташка, — рассмеялся Рамир, а затем посмотрел на меня. — Ты себе сам наложишь.

Я хотел ему врезать, но сдержался из-за присутствии Миры. Брат всегда вел себя перед девушками, как придурок.

Наложив себе ужин, я занял место за круглым столом рядом с Мирой. Рамир сел напротив меня.

— Приятного аппетита, — произнесла голубка.

— Приятного, — ответили мы в один голос с братом.

За едой Мира спросила про тачку Рамира, которую он уже сдал в металлолом и сейчас уже искал себе новую малышку. Обсуждая, какой автомобиль ему лучше приобрести, мы покончили с едой. На столе стояли одни пустые тарелки, которые кому-то нужно было мыть.

— Я готовил еду. Мира у нас инвалид, поэтому это твоя работа.

Окинув взглядом стол, я собрал тарелки и направился к раковине. Из-за шума воды я не слышал, о чем разговаривали Рамир и моя голубка, но её звонкий смех грел мои уши. Выключив воду, я вернулся к ним.

— Не знаю, как вы, а я пошёл спать, — встал брат из-за стола, и подмигнул мне.

Я покачал головой на его пошлую ухмылку. Мира в это время смотрела в окно, за которым начался небольшой дождь.

— Идем ложится? — положив руку её на плечо, спросил я. Она резко выпрямилась и напряглась.

— Я не хочу спать.

— Тогда чем займемся? Рамир занял единственную комнату с телевизором.

Глаза Миры забегали по кухне в поисках какого-либо спасения. Я улыбнулся её жалким попыткам оттянуть момент нашего совместного сна.

Наклонившись к ней, я коснулся губами её ушка.

— Ты все равно от меня теперь никуда не денешься, пташка. Я тебя никуда не отпущу.

Она поднялась со стула, заставив меня отойди на шаг назад. Её золотистые локоны переливались при малейшем движение.

Не повернувшись ко мне, Мира пошла в комнату. Я смиренно поплелся за ней, выключив на кухне свет.

Зайдя в наш укромной уголок, я наблюдал за очень интересной картиной. Голубка выстраивала стену на кровати из подушек.

— Я сплю возле стенки, — заявила она.

Мои глаза прищурились, рассматривая преграду на нашей постели. Я не хотел припираться с Мирой. Если бы не её рука, то я давно бы уже завалил её на кровать, разрушив стену к чертям.

Девушка уже залезла под одеяло, отвернувшись к стене. Я только коснулся матраса, как Мира повернулась ко мне.

— И держи свои руки при себе.

— Ты уверена, что хочешь этого? Я ими могу принести тебе дикое удовольствие. Тебе точно понравится, птичка моя.

В комнате стоял полумрак, но даже сквозь него я заметил, как её лицо покраснело.

— Спокойно ночи! — рыкнула она, отвернувшись от меня.

Я лег на спину, запрокинув руки за голову. Слушая дыхание Миры, я ждал пока она заснёт, чтобы убрать подушку, что разделяла нас. Девушка явно не собиралась быстро погружаться в мир сновидений. Я пролежал около часа, уткнувшись в потолок, пока не уловил спокойное дыхание голубки. Она заснула. Я пролежал еще несколько минут, чтобы Мирой полностью завладел сон. После привстал, убрал лишнею подушку, кинув её на пол. Придвинувшись к моей пташке, я прижался к её спине, ощущая её тепло. Уткнувшись носом в шелковистые волосы, вдыхал женский аромат, который вскружил мою голову.

Нет никаких сомнений. Она моя. От кончиков ногтей, до кончиков волос.

Вся ночь прошла спокойно, но вот утро дало о себе знать, а точнее Мира. К её счастью, я сразу понял, что это именно она пихнула меня в бок, поэтому придержал свой выработанный рефлекс самозащиты. Упав с кровати, я поднял недовольный взгляд на девушку, которая смотрела на меня свысока. Она часто дышала и явно была зла. Вот только я не мог не улыбнуться её растрепанному и сонному виду.

— Тебе весело? Я убью тебя, Гырцони, — прошипела она. — Говорила же тебе, держать свои руки при себе.

Дверь комнаты открылась и забежал Рамир, держа в руках пистолет. Его холодные глаза пробежались по нам, оценивая ситуацию.

— Я думал, что в дом кто-то завалился, — он быстро спрятал оружие за пояс, чтобы не пугать девушку.

— Хуже, — выпалила Мира и слезла с кровати, переступая через меня.

Она вышла из комнаты, оставив нас с братом одних. Подойдя ко мне, он подал мне руку, помогая подняться с пола.

— Не могу дождаться, когда она станет твоей женой.

— Ты вроде был против? — приподнял я вопросительно бровь.

— Я передумал. Если иметь невестку, то только такую. Я всегда мечтал, чтобы тебе кто-то надрал задницу. Мечты сбываются.