ГЛАВА 15

Поцелуй Неллы словно обрушил какую-то стену. Захотелось почувствовать вкус ее губ, резко, невыносимо, до боли где-то внутри, Федерико повернулся к жене и с трудом удержался от ответного поцелуя, но уже не дружеского, а настоящего, такого, чтобы забыть обо всем и всех. Чтобы между ними не осталось никаких преград. Это было неожиданно и очень странно. Он обнимал жену и молчал, она замерла со странным выражением на лице и не отрывала от него глаз, словно увидела впервые и не могла решить чего-то очень важного, Федерико зажмурился, чтобы прийти в себя, но от этого лишь острее почувствовал стоящую рядом с ним девушку.

— Нелла, как ты можешь?

Страдальческий вопль Кристиано прозвучал столь отрезвляюще, что Федерико пришел в себя сразу же. Нелла задергалась, пытаясь освободиться. Но капитан не отпустил. Девушка, которая стояла рядом, покраснела, почему то выглядела растрепанной и ужасно недовольной, но тем притягательнее она была. Захотелось немедленно выставить всех из квартиры и…

Со стороны инора Виллани донеслось покашливание. Странное такое покашливание, скорее одобрительное.

— Нелла, это просто-таки неприлично с твоей стороны так себя вести, — продолжал разливаться соловьем Кристиано. — После всего, что между нами было, ты на моих глазах целуешься с другим. Это отвратительно.

В голосе Кристиано звучало такое истинное страдание, что пробу некуда было ставить, а так бы штамп «Эталон» не помешал. К страданию примешивалось немного укоризны, но она даже не портила, делала показываемые чувства глубже. Да, подумал Федерико, некоторым лучше проявлять свои таланты только на театральных подмостках. На расстоянии они наверняка не выглядят столь фальшиво.

— Ты тоже на моих глазах был с другой, — огрызнулась девушка.

— Я так и подумал, что это месть. Нелла, но я же с ней не целовался.

— Да, да. Вы просто так лежали в одной кровати, половину которой ты уступил деловому партнеру, поскольку ей негде было переночевать, — едко заметила Нелла. — Впрочем, это меня не касается: где, с кем и почему. А вот схема, которую ты у меня украл, очень даже касается.

— Я взял свое, — поторопился возразить Кристиано. — Я должен был заказать артефакт другому мастеру, если уж ты так гадко со мной поступила.

— По поводу артефакта… — Федерико пристально на него посмотрел. — В процессе расследования у нас возникли серьезные вопросы. Давайте-ка, инор, пройдем в Сыск и запишем ваши показания.

— Какие еще показания? — Кристиано старательно пытался казаться спокойным, но его глазки так забегали, что скрыть испуг было невозможно. — В чем вы меня обвиняете? Ни в какой Сыск не пойду без адвоката и официально предъявленного обвинения. На официальном бланке и с магической печатью. Простую и подделать можно. На что только не идут некоторые из ревности.

Он наконец справился с собой и посмотрел столь укоризненно, что Федерико аж устыдился. Потому что за столь артистичными жуликами нужен особый присмотр, тюремный, который Сыск, к сожалению, обеспечить не может, если нет неопровержимых доказательств. А без присмотра такие иноры столько пакостей наворотить могут… Одна радость — на убийство они не способны, только на обман и вымогательство.

— Официально предъявленного? — Федерико сделал вид, что задумался. Жену он не отпускал, хотя она была столь напряжена, словно только и ждала возможности отойти подальше. Как кошка, которую удерживают против ее воли. — Нелла, ты хотела написать заявление? В связи с кражей?

Кристиано испуганно шарахнулся к двери и уже оттуда сказал:

— Чемодан в квартире, которую инорита Виллани оплачивала. Так что никакая это не кража. А остальное, простите, не ее.

— Что, правда, оплачивала? — Федерико сделал вид, что не поверил.

Нелла смущенно кивнула. Но бывший жених не стал дожидаться ее ответа, а покинул квартиру со сноровкой, выработанной явно не за один год. Федерико лишь усмехнулся вслед: нет, этот теперь близко к ним не подойдет. Но оставался еще один инор, куда более важный, чем удравший мелкий жулик. И чего от него ждать, неясно.

— Кхм, — прокашлялся «важный инор», — пожалуй, теперь понятно, почему вы столь поспешно поженились. Но непонятно, почему не сообщили мне. Почему я получаю такое известие из третьих рук, да еще в искаженном виде?

Нелла вздрогнула, и Федерико понял, что она собирается ляпнуть про близящийся развод, после чего успокоившийся было тесть опять разозлится и пойдет к полковнику Вольпе сообщать про фиктивный брак. Полковнику это точно не понравится и отнюдь не из-за того, что замечательный свадебный подарок уже обрел хозяина. Начальник потом будет вспоминать при каждом удобном случае про обман в личных целях. О том, что в отпуск отправил сам, несмотря ни на какие отказы и объяснения, полковник ни за что не вспомнит. Но хуже всего, что в этом случае инор Виллани непременно увезет дочь, чего Федерико допустить никак не мог. Подарками Богини не разбрасываются.

— У нас не было на это времени, — торопливо сказал он тестю. — Видите ли, инор Виллани, этот жулик втравил вашу дочь в весьма неприятную историю, из которой сейчас мы пытаемся выбраться без потерь для семьи. Мы хотели написать, но так получилось, что не успели дойти до почты.

Нелла удивленно на него воззрилась, но Федерико было не остановить.

— А поконкретнее? — Инору Виллани слова зятя не слишком понравились. — Куда Гросси втравил Неллу?

— Пока это тайна следствия, — как можно обтекаемее ответил капитан. — Сейчас ему нужно, чтобы ваша дочь уехала из Унарры. Ради этого он готов на все. Видели, даже согласился заплатить за работу.

— Нелла, теперь-то ты убедилась, что я говорил правду? — Инор Виллани укоризненно взглянул на дочь. — Признаться, я не уверен, что ты опять не ошиблась в выборе…

— Не ошиблась, — отрезал Федерико, которому этот намек очень не понравился. — Падре Маттео сказал, что нас привела друг к другу рука Богини, а он просто так болтать не будет.

На расширившиеся глаза Неллы он старательно не обращал внимания. Наверное, поэтому она решила взять инициативу в свои руки.

— Папа, все не так, как ты думаешь, — начала она.

— А намного, намного лучше, — продолжил Федерико. — Инор Виллани, вы можете у нас остановиться. Правда, я могу вам предложить лишь этот диван в гостиной, а он не слишком удобен и довольно короток.

Нелла издала возмущенный возглас и ткнула мужа кулачком в бок. Но как-то неуверенно ткнула.

— Я собирался сразу вернуться домой, — тесть задумчиво переводил взгляд с Неллы на Федерико. — С дочерью. Все же мне кажется, что ей находиться здесь опасно.

— Инор Виллани, я не собираюсь выслеживать маньяка в паре с вашей дочерью, она мне нужна совсем для другого.

Правда, задай ему сейчас вопрос, для чего именно, с ответом Федерико бы затруднился. Но охотиться на маньяка он собирался без помощи жены. Пусть вон лучше… за Рокко ухаживает. Тем более что тот опять проснулся и вылез из корзинки.

Котенок совершенно нагло подошел к Нелле и жалобно замяукал. Так жалобно, словно Гвидо только и занимался тем, что морил его голодом, попутно шлепая полотенцем.

— Бедненький, — охнула она, — все о тебе забыли. Тебе, наверное, страшно?

Она подняла котенка с пола и погладила.

— Вы еще скажите, инора, что голодно, — проворчал Гвидо. — А также холодно и больно.

— Он же плачет.

— Он не плачет, он орет, чтобы на него обратили внимание. Намучаетесь вы с ним. Может, скажете инору полковнику, что у вас неожиданно аллергия на шерсть появилась?

Слуга с надеждой посмотрел на девушку, но та прижимала к себе котенка так, что было понятно: ни о какой аллергии и речи быть не может. Рокко стал уже членом семьи: маленький, беззащитный, с таким трогательно торчащим хвостиком-морковкой. Он тыкался носиком в шею Неллы и громко, выразительно урчал, переступая лапками где-то на уровне ее воротничка.

— Котенка мы тоже заберем, — предложил инор Виллани уже не столь уверенно.

— Забирайте, — расщедрился Гвидо, — но только одного Рокко, без иноры Каталано. Инора Каталано нам здесь нужна.

— Действительно, — оживился Федерико, — можете забрать Рокко, если уж вам так хочется кого-нибудь увезти.

— Такого малыша вредно перевозить с места на место, — запротестовала Нелла.

— Что ж про это инору полковнику не сказали? — укорил Гвидо. — Пусть бы подержал малыша у себя еще пару десятков лет до совершеннолетия.

Нелла осуждающе посмотрела на слугу и погладила Рокко, приговаривая: «Какой ты славный, никому тебя не отдадим. Особенно этому вредному инору полковнику».

— И все же ваш маньяк меня очень беспокоит, — сказал инор Виллани.

— Думаете, у вас своих маньяков нет? — проворчал капитан. — Просто вы о них не знаете. Здесь хотя бы я от местных маньяков защищаю, а там кто будет?

— Позвольте, с чего вы взяли, что там на Неллу кто-то собирается нападать?

— А с чего вы взяли, что на нее кто-то собирается нападать здесь? Со слов инора Гросси? Только найдете ли вы теперь его, чтобы он это повторил?

Инор Виллани смутился.

— Простите, но он был так убедителен.

— То есть познакомься он с вами раньше, чем с вашей дочерью, частного сыщика вы бы не стали нанимать? — ехидно спросил Федерико. — Это у него, знаете ли, натура такая — быть убедительным. Жулику без этого никак.

— Но он же в данном случае не получает материальной выгоды.

— Надеется, что до суда не дойдет и он не сядет. Это ли не выгода?

Инор Виллани препирался еще долго, но все же уехал один, без дочери. Чета Каталано проводила его до телепорта, Нелла поцеловала отца на прощанье, тот еще раз безнадежно предложил поехать с ним, потом махнул рукой и отбыл, Федерико довольно посмотрел на жену.

— И как это понимать? — внезапно спросила девушка. — Инор капитан, вы же не только не дали мне сказать отцу про близящийся развод, но и всячески подчеркивали, что брак у нас самый что ни на есть настоящий. А это не так. И если уж на то пошло, о разводе первым заговорили вы.

— Да какой может быть развод, когда вокруг такое? — заюлил Федерико. — Вон Кристиано кружит, как акула вокруг лодки в море.

— Сильно мелкая из него акула.

— С этим не могу не согласиться, — галантно сказал капитан. — Да и мы не в лодке, а в прекраснейшем дорийском городе. О центральном городском парке столько стихов написано…

— Местными же поэтами?

— Нелла… — укоризненно протянул Федерико, — у тебя есть шанс увидеть все собственными глазами. Унарра очень красивый город.

И девушка рядом с ним тоже очень красивая и удивительно подходит этому городу. Нет, никак нельзя допустить, чтобы она уехала. Это будет преступлением по отношению к Унарре. И к нему, Федерико, тоже.

— И все же, инор капитан, что там с нашим разводом?

Федерико набрал воздуха, чтобы произнести прочувствованную речь о том, что нельзя оскорблять Богиню и отмахиваться от ее решения, как от чего-то ненужного и вредного. Но сказать ничего не успел.

Откуда-то на него налетел маленький искрящийся вихрь. Налетел и задергал, увлекая за собой. Как же они всегда не вовремя появляются!

— Ой, это же филлар! — удивилась Нелла. — Это Паолы или в городе они еще у кого-то есть?

Филлар жалобно запищал и потянул капитана за штанину. Отбежал немного, вернулся и опять потянул. На месте он не стоял. Что-то властно тянуло его в определенном направлении. Что-то очень важное и не терпящее отлагательства.

— Только у нее.

Филлар опять метнулся к Федерико и запищал. В его голосе были страдание и ужас. Неужели с Паолой что-то случилось? Или это розыгрыш? Не слишком вменяемой была Паола, когда он видел ее в последний раз. С нее станется разыграть эффектную сцену «страдалица и ее спаситель».

— Инор капитан, так значит, у нее что-то случилось, — Нелла затеребила его рукав. — Пойдемте. Она же такая пьяная была. Мало ли что.

Филлар только этого и ждал. Он запищал, словно призывая поторопиться, отбежал, оглянулся, убедился, что эти непонятливые люди за ним идут. Опять вернулся, потянул теперь уже Неллу за платье. Изо всех сил потянул. В его движениях было отчаянье, теперь уже Федерико не сомневался: с бывшей любовницей действительно что-то случилось. Ему пришло в голову, что неразумно идти с Неллой, но и бросать ее одну тоже нельзя. Капитан активировал артефакт таким образом, чтобы защищал еще и жену, и потянул ее за собой.

До дома Паолы они практически бежали. А вот перед ним Федерико затормозил. Защита магички была вскрыта. И вскрыта явно непрофессионалом: пролом грубый, обрывки плетений только начинали рассеиваться, и даже не было попытки скрыть проникновение. Но кто бы это ни сделал, поблизости его не было. Аура в доме была одна и принадлежала она Паоле. Очень слабая, едва теплящаяся, готовая погаснуть в любой миг.