Глава 22

Этох замер, удивлённо посмотрел на них:

— Вы… видите мою магию?

Старики переглянулись, и заговорил, видимо, за обоих, сухонький:

— Я стал видеть дымку разных цветов у людей после комы, а у Петровича была клиническая смерть! — пробормотал он. — Мы случайно выяснили, что оба видим ауру, но работать с ней не можем…

— А хотите в мой Нижний мир? — не растерялся тёмный маг.

Старики переглянулись, и в их глазах мелькнуло что‑то тревожное. Сухонький медленно произнёс:

— В ваш мир… Значит, вы не из Элмиргарда, как нам рассказали, а из тёмного изменения?

Коренастый кивнул, не отрывая взгляда от Этоха:

— Мы читали о нём в книга-фэнтези: Тяжёлая магия, нестабильность её течения, искажение потоков… Говорят, что это все отражается на характере одаренных…

Этох помрачнел:

— Это не совсем так. Но проблема у мира есть. И она растёт.

Сухонький, глядя на него, рассмеялся и, хлопнув по спине своего товарища, уточнил:

— Ну что, Петрович? Готов стать тёмным властелином?

Коренастый, усмехнувшись, кивнул, а я быстро вручила и старикам, и старушке амулеты, кратко дав инструкции по эксплуатации…

Как только отзвучали последние заверения, что всё всем понятно, мы все вместе, даже Аня, перешли на Элмиргард.

Эта Дюймовочка подошла к Наташе и, краснея, спросила, мол, нельзя ли ей одним глазом посмотреть на мир дворфов. Она только посмотрит, как разместили старушку, и обратно, так как понимает, что на Земле пока ей замены нет…

И что‑то мне подсказывает, что очень скоро Грун будет рассказывать ей обещанные стихи… Не успела я на эту тему молча позубоскалить, как внучка рассмеялась и кивнула…

— Ладно, — улыбнулась Наташа, протягивая Ане амулет. — Но с условием: ты ни на шаг не отходишь от Груна. Пусть покажет тебе всё как следует.

— И расскажет баллады, — рассмеялся Этох и по этому смеху было не заметно, что он расстроен из-за того, что девушка выбрала его соперника.

— Какие ещё баллады? — нахмурился дворф.

— Самые лучшие, — твёрдо сказала Аня и вдруг покраснела. — Ты обещал.

— А, точно, но… — кивнул Грун, и его суровое лицо смягчилось. — Понимаешь, это так только говорят… А так я ещё никогда и ни для кого баллады не слагал… Но для тебя научусь. Ты только держись рядом, ладно? Мир дворфов большой, а ты у меня одна такая… особенная.

Аннушка потупилась, но увидела, как дворф подал руку и ей, и старушке… Они шагнули в портал вместе. А за их спинами Эльдарион тихо произнёс:

— Может, это и к лучшему. Возможно, именно такие, как она, помогут нам всем понять друг друга. Ты, юноша, правильно сделал, что отпустил… Она не твоя, но через неё твоя половинка переступит порог…

Эльф посмотрел на тёмного мага, который после выпада в сторону Анны опять всё своё внимание переключил на своих будущих Хранителей, о чём‑то дискутируя с ними, и махнул рукой своим сопровождающим, которые в ожидании начальства стояли словно статуи.

Наталья, действуя по каким‑то только ей понятным причинам и не обращая внимания на перемещение остроухих, перешла к активатору Нижнего мира и быстро открыла в него проход. Этох, не прекращая разговора, кивнул нам и шагнул в чернеющий провал, увлекая за собой обоих собеседников…

Дракона с супружеской парой в храме уже не было — видимо, их моя красавица отправила, пока мы на Земле над старушкой хлопотали… И теперь в портальном зале остались только мы — я, Наташа и Рина, — и эльфы, которые взяли в коробочку своего Хранителя и теперь с ожиданием смотрели на нас…

— Тебя как зовут, парень? — окликнула я зеленоглазого, который о чём‑то задумался.

— Грин! Теперь меня зовут Грин, — улыбнулся землянин.

— Это от английского green* (*зелёный)? — фыркнула Рина, но была удивлена, увидев, как парнишка сжал губы и качнул головой…

А я вдруг увидела: Грин в длинной камзоле стоит у штурвала старинного коробля. Ветер раздувает алые паруса, а он уверенно держит курс, отдавая команды. На его лице — та же улыбка, что была у негона Земле, когда он обернулся посмотреть на спор за руку Анны.

— Нет, — усмехнулась я, — это, видимо, в честь Гриневского… Да?

Так и шагнул в переход — теперь уже Грин — с широко раскрытыми от удивления глазами… Портал к эльфам погас, и я уже хотела сказать девочкам, что мы хорошо поработали, теперь нужно плотно пообедать, как услышала за спиной шёпот:

— Я же говорил, что она ведающая, а ты не верил… Ей и на Земле до раскрытия Дара оставалось чуть‑чуть, а с активным источником моя Хозяйка быстро станет Ведающей Матерью, а за ней и все земляне — и девчонки, и парни — подадутся в ведьмы и в ведьмаки. Вот для остроухих будет сюрприз (остальные‑то на это не сильно обратят внимание)! Они‑то думали, что простой Хранитель с ними пошёл, а там — Грин… Что там те маги смогут сделать, когда сам Мир выбрал себе ведьму или ведьмака в Хранители, да ещё и не одного…

Я обернулась, ожидая увидеть кого‑то зловещего, но увидела домового. Радмир — невысокий, рыжий, с озорными зелёными глазами — очень напоминал лепрекона: в клетчатом жилете, с крошечной тросточкой и пушистой бородой.

— Ой, — смутился он, поправляя шляпу-котелок, — я не хотел пугать. Просто не удержался, подсмотрел, ну-и, чутка подслушал. Очень уж интересно стало!

— Ты и есть тот, кто шептал? — Рина не смогла сдержать улыбку. Из‑за колонны выглянул Тимофей и гордо выпятил грудь: — Это я! Я же говорил, что на Земле Хозяйка чуть‑чуть не успела стать Ведающей Матерью, — заявил он и, увидев недоумение на лицах землянок, пояснил, — сокращено ВедьМа! А теперь с активным источником вы все быстро силу обретёте. И Наталья, как наследница, поэтому быстрее всех дар приручила!

Рядом с Тимофеем появились Феофан — старший домовой Рины — и Злата, старшая домовушка Ильи. Феофан, хекнув в кулак, важно кивнул:

— Верно, верно. Дар пробуждается, когда Мир выбирает. А он выбрал вашу Хозяйку.

Злата, миниатюрная и энергичная, подскочила ближе:

— И мы поможем! У нас, домовых, свои секреты обучения. Никаких скучных книг и сложных заклинаний!

Радмир важно поднял палец:

— Учиться будем весело! С песнями, танцами и волшебными отварами. Они усиливают Дар, но иногда заставляют кончик носа в розоветь, как от мороза — это временно, не пугайтесь.

— Отвары? — я невольно рассмеялась.

Тимофей хлопнул в ладоши:

— А ещё с играми! У меня есть волшебный клубок — он подскажет, где спрятаны первые пороги Дара.

Радмир достал старинную шкатулку, которая по сравнению с ним смотрелась как сундук:

— Тут записи наших предков. В них — простые, но действенные упражнения для пробуждения силы. Никаких заумных формул, только гармония с Миром.

Злата подмигнула Рине:

— А я научу вас чувствовать энергию дома. Ведьма без связи с очагом — как птица без крыльев!

Рина хлопнула в ладоши:

— Кажется, что все перевозбудились и забыли, что мы люди. Поэтому: сначала обед — очень кушать хочется, — а потом игры с клубком, упражнения из шкатулки и спасение мира?

— Идеально! — подмигнул Радмир. — Пойдёмте, у меня в кладовке как раз завалялась книга «Магия для начинающих: без слёз и заклинаний».

— Тебе сказано, что после обеда? — упёрла руки в бока Злата, и мне показалось, что если прозвучит хотя бы одно возражение, то она возьмётся за скалку. — Быстро все за стол!

Мы переглянулись и, не сдержавшись, расхохотались. Похоже, обучение будет нескучным. А за нашими спинами домовые переглядывались с довольными улыбками — они явно давно ждали этого момента.

— А что дальше? — тихо спросила я, направляясь к выходу из храма. Рина, догнав, взяла меня под руку и пожала плечами. Елена, которая шла чуть впереди, оглянулась, с удивлением изогнув бровь, а Наталья, приноровившись к моему шагу, обняла меня за талию и улыбнулась:

— Дальше? Обучение, путешествия между мирами, помощь тем, кто в ней нуждается. Может, даже откроем школу для волшебников — настоящую, где будут учить не «попытайтесь и почувствуйте», а «поймите и сделайте»…

— Правильно! Пора переиначить флотскую мудрость: пусть нас мало, но мы земляне, — рассмеялась Елена, а мы подхватили ее настрой, вскинув руки и закричав новому миру хором: «Да!»…