Глава 25 · Оливия

Мы вернулись в пещеру.

Я даже не заметила, как быстро Кайсо принесла нас туда.

Зорг вновь разогрел стену и удалился в свой прежний угол, скрываясь под покровом тьмы. Барт спрыгнул с драконицы, стащил меня следом. Прижал к себе одной рукой, и принялся что-то доставать из прикрепленной к седлу сумки. Я не смотрела, все так же вжималась щекой в мягкую ткань его пиджака, вцепившись в нее, как в спасательный круг. Не придерживай Барт меня, наверняка рухнула бы на пол. Глаза уже болели, но щеки все еще были влажными, а слезы продолжали тихо щекотать кожу.

– Жди, – обрывистый приказ сдавленным голосом и шорох драконьих крыльев в знак согласия.

Разве мы полетим еще куда-то? Только не сегодня… Я не готова к длительному полету домой. Черт возьми, мне даже стоять трудно. И дышать. И вообще, шевелиться. Хочется сжаться в клубочек в каком-нибудь темном уголке и заснуть на долгие годы. Только вот остаться одна я не была готова. Никак не могла заставить себя выпустить безжалостно смятую в пальцах черную ткань.

Барт прошел глубже в пещеру, поближе к свету раскаленной стены. Повернул меня к себе, сжал плечи и легонько встряхнул. Я продолжала цепляться за его пиджак.

– Оливия, посмотри на меня.

Послушалась.

На его лице играют тени, пытаясь скрыть целый букет эмоций. Он тяжело дышит. Он хмур, огорчен и даже слегка растерян. И еще что-то, совсем новое для меня, на дне темной синевы его глаз прячется.

А во мне, кажется, всё в один момент перегорело. Исчезло, оставляя лишь тянущую пустоту, незнакомым спазмом оседающую в животе. Только в груди продолжало тихонько тлеть, причиняя почти физическую боль.

С трудом отведя взгляд, посмотрела на Кайсо. Она переминалась с ноги на ногу и возбужденно встряхивала крыльями.

Вновь взглянула на Барта.

Он собирается вернуться туда. Эта мысль громким звоном пронеслась в сознании, поднимая панику. Я крепче сжала пальцы, замотала головой, чувствуя, как поток слез усилился, а губы задрожали.

– Нет! Не оставляй меня здесь одну. Не возвращайся туда! Там опасно! Там Старейшины и Кристоф, и эти монстры. Господи, кем же он стал… Мой Крис, мой добрый, храбрый братик…. В кого они его превратили? Ты же видел…

Мысли смешались в единую кучу, слова сумбурно срывались с губ громким шепотом, но я практически себя не слышала. Лишь шум в ушах от бешеного стука сердца.

Барт обнял меня, прижал к себе крепко-крепко, словно хотел выдавить эту боль, забрать себе, уничтожить, пустить по ветру. Поглаживал по волосам и спине, тихонько раскачивая, словно ребенка.

Когда рыдания сошли на нет, и я вновь утихла, он заговорил:

– Нужно узнать, что предприняли Старейшины. Это важно. Участники сражений наверняка под чарами подчинения или того хуже. А еще, Портал. Нужно узнать, где он и куда переносит. Нам нужно скорее попасть на материк, а лететь ты нескоро будешь готова.

Он был прав, я это понимала. Но все равно отказывалась его отпускать. Ведь сегодня я потеряла последнюю надежду. Мама, оставившая меня один на один с общим горем, отец, бросивший всё и предавший семью, брат, погибший в моем сердце уже во второй раз. В один миг на голову обрушилось такое непосильное одиночество! Я не справлялась с этой ношей, она давила на меня и разрушала изнутри. И потому, я упрямо шептала, вцепившись в многострадальный пиджак Барта:

– Не уходи. Пожалуйста, не оставляй меня одну. Там опасно. Там столько монстров…. Их слишком много. Останься.

Он чуть отстранился и вдруг поцеловал.

Время остановилось, а сердце мое притихло.

Мягко, почти невесомо Барт собирал соленую воду с одной щеки, потом с другой. Покрывал пылающую кожу нежными касаниями, пока не замер в уголке моих губ.

Мы оба замерли.

И не было сейчас ничего и никого важнее этого внезапного откровения. Я тихо выдохнула, зажмурившись. По телу разлилось тепло, окутывая спокойствием и странным умиротворением.

Голова стала тяжелой, ноги подкосились. Неужели он снова усыпил меня магией? Испугался своей минутной слабости или заранее спланировал, когда приказал Кайсо ждать? Наверняка ведь знал, что так просто оставить меня наедине с пережитым на Арене кошмаром не сможет.

Умно…

Я ткнулась лбом в плечо Барта, позволяя темноте окончательно взять надо мной верх.

Проснулась от того, что было жарко. Меня придавливало теплое одеяло, натянутое до самого подбородка. Хотелось сбросить его, но я продолжала лежать на боку, медленно скользя взглядом по пещере. С улицы проникал тусклый свет, солнца скорее всего не было видно из-за тумана, но уже явно был день.

В трех шагах от себя увидела Барта. Он присел, опираясь на одно колено, и сосредоточенно читал разложенный прямо на полу свиток. Придерживал пальцами одной руки норовивший закрутиться обратно край и хмурился, потирая подбородок.

Я рассматривала его лицо. Прядь светлых волос, упавшую на глаза, прямой нос, напряженно сжатый рот. Вытащив руку из-под одеяла, тронула щеку. Он поцеловал меня вчера. И не раз. Покрыл поцелуями каждый сантиметр кожи, но не коснулся губ. А мне бы хотелось. После расставания с Лео, я словно с ума сошла, заглядываясь на нашего общего друга и чувствуя, как плавится все внутри от одного его присутствия.

Неужели Софи права? Дурочка я… Разве время сейчас для влюбленности? У нас столько проблем и очередное горе, рухнувшее на меня вчера на Арене. А я пялюсь на губы Барта, размышляя, каков был бы их поцелуй на вкус. Словила бы я те самые «звезды», о которых хвастались девчонки, сплетничая о свиданиях? Когда меня целовал Лео, было приятно и тепло на душе, но не более. Возможно, я просто не слишком чувствительна, и сумасшедший взрыв эмоций от одних лишь касаний парня – это не обо мне.

Барт бросил на меня беглый взгляд и задержал его, удивленно дернув бровью. Пару секунд мы просто смотрели друг на друга, а потом он улыбнулся.

– Как ты себя чувствуешь?

Лежать и притворяться спящей дальше было бессмысленно, потому я наконец скинула одеяло и села.

– Нормально. Немного побаливает голова, а в целом я в порядке.

– Ну, еще бы она не болела. У тебя вчера эмоциональный срыв приключился.

Я смутилась, вновь припомнив недавние события. Столько всего смешалось в один короткий вечер, что разобраться в творившемся хаосе мыслей и чувств было практически невозможно. Опустив глаза на свои сцепленные на коленях пальцы, украдкой вздохнула. Потом снова посмотрела на Барта.

Он не сводил с меня глаз, будто ждал, что я в любой момент вновь разрыдаюсь и залью эту пещеру реками слёз. К счастью, ничего подобного мне не хотелось. В душе зияла тягучая пустота, я чувствовала себя выжатой и разбитой, но уже абсолютно трезво мыслящей.

– Спасибо тебе за всё, – тихо пробормотала, – если б не ты, не представляю, что со мной стало бы. Глупо было лететь сюда в одиночку. О чем я только думала…

– Перестань. Не нужно корить себя, всё обошлось и это главное. Но если еще раз выкинешь нечто подобное, я буду чертовски зол!

Усмехнувшись, покачала головой. Помолчала немного, наслаждаясь тишиной и вдруг ляпнула:

– Ты поцеловал меня…

Боже! Мало напряжения в воздухе, нужно же вовсе накалить его до предела!

В лице Барта ничего не переменилось, разве что в глазах запрыгали чертенята. А я поторопилась исправить положение, быстро добавив:

– Хотя, быть может пощечина оказалась бы действенней… Чем там еще урезонивают женскую истерику?

Он усмехнулся. Поднялся и неторопливо подошел ко мне, останавливаясь совсем рядом. Я моментально вспыхнула. Смотрела на него снизу-вверх, затаив дыхание и пытаясь справиться с учащенным биением сердца. Он склонился надо мной, легко касаясь кончиками пальцев подбородка и слегка приподнимая.

– Думаю, нет смысла скрывать, что ты мне нравишься, Лив. Я не пытался ошарашить тебя, дабы свести истерику на нет. Просто сделал то, чего мне на тот момент захотелось.

Я уставилась на него, словно кролик на удава, широко распахнув глаза. Чего-чего, а прямолинейности Барту не отнять.

– Н-нравлюсь? – прошептала слегка охрипшим голосом.

– Безумно.

Его дыхание щекотало кожу, а запах свежего летнего утра дурманил голову. Сейчас я могла бы сама потянуться за поцелуем, но в планы ворвался резкий сердитый рык и лязг зубов. Я дернулась, Барт тут же выпрямился, оборачиваясь. В пещеру входили Зорг и Кайсо, вырывая друг у друга чьи-то останки. Судя по пропитанной кровью некогда белой шерсти, их добыча при жизни была овцой или горной козой.

– Кайсо! Не могла позавтракать где-нибудь в другом месте? – он прикрыл глаза ладонью и нервно рассмеялся.

Обстановка разрядилась, и пока не случилось еще чего-нибудь этакого, я быстро встала на ноги и осмотрела себя. Иллюзия растаяла, вместо вчерашнего платья снова были штаны с кофтой. Куртка висела в воздухе, ожидая, когда ее наденут. Что я и сделала, застегнувшись на все замки. Затем прибегла к магии, освежаясь и приводя растрепанные волосы в божеский вид. И все это за считанные минуты, пока Барт тихонько посмеивался, потирая глаза. Бедный… За своими переживаниями я совсем забыла, что рядом со мной такой же живой человек, и все наши приключения сумели здорово поиграть на его нервах. Только он не мог позволить себе слабости, таскаясь со мной, как с писаной торбой.

Виновато выдохнув, сделала шаг в его сторону. Пожевала нижнюю губу, неуверенно топчась на месте. Да что я, собственно? После таких признаний играть в недотрогу. Это же Барт Герарди, он уже давно понял, что я неровно к нему дышу. Смысл тянуть кота за хвост и тратить время на игры?

Сжав и разжав кулачки, кивнула себе в поддержку и быстро приблизилась к нему со спины. Обняла, сцепив руки на его груди и прижалась щекой к плечу. Облегченно выдохнув, зажмурилась, крепче стискивая объятия.

На секунду он замер. А потом накрыл мои руки ладонями, поглаживая кожу запястий. Я улыбнулась.

– Что в свитке? – спросила, как ни в чем не бывало.

– О, много чего… – он мягко высвободился из моих объятий и подобрал свиток с пола. – Во-первых, здесь координаты портала и заклинание активации. Как и говорил Ларс, поблизости с Саронсо прохода нет, самый ближайший – в Риздейне, моем родном районе. Мы выйдем как раз неподалеку от родового поместья Герарди. Оттуда переместимся привычным способом к воротам Академии.

– Отлично. Лететь еще неделю обратно – выше моих сил… Ты связывался с ребятами?

Он слегка помрачнел, сунул руку в карман брюк и вытащил плоский камень с инициалами наших друзей. Задумчиво пригладив большим пальцем вырезанные символы, отрицательно качнул головой.

– За пределами материка артефакт связи не действует. Как только окажемся у меня дома, я отправлю Рэндалу сообщение.

В груди неприятно заскребло. Я закусила щеку, глядя в пустоту перед собой.

– У меня плохое предчувствие, Барт… Старейшины сказали что-нибудь о Саронсо? Что стало с моим… отцом?

– Он сбежал, Лив.

Его тихий ответ вызвал у меня усмешку. Сокрушенно качнув головой, прикрыла глаза.

– Ну конечно. Теперь он спасает собственную шкуру, – глубокий вздох отразился ноющей болью в сердце. – И кто же теперь ректор? Его уже успели назначить?

– Тут они ничего конкретного не сказали. Вроде как Саронсо под властью попечительского совета, даже твоего отца посадили в кресло через них.

– Да, припоминаю… Вроде как Седрик говорил что-то о своем отце.

– Локвуд?

– Ага. Я не знала, кем является его папа, но видела несколько раз, как он заявлялся в ректорскую по «важным делам». Неприятный тип… У него такой холодный пронизывающий взгляд!

– Должно быть, в этот раз так же через него все решилось. Да, еще… – Барт тяжело вздохнул, делая паузу, – они твердо заявили, что Турниру быть. Мало того, его перенесли на более ранний срок. Дали участникам на тренировки ровно три недели, прежде чем объявят старт первого тура.

– Как?! Они с ума сошли?

– Арена закрыта, все, кто был с ней связан – задержаны, участники отправлены на лечение. Теперь это просто Турнир. К тому же, трое из четырех Старейшин выказали желание присутствовать на заключительном этапе. Ради контроля или еще с какой целью – пока неясно. Но факт остается фактом, впервые за историю Турнира будут присутствовать Король и практически полный состав Отдела Правосудия. А они, сама понимаешь, без своей личной маленькой армии не ходят.

Я в неверии качала головой, нарезая круги по пещере.

– Мы что-то упускаем, Барт. Ты сам вчера говорил. И Ларс упоминал о новой поставке чудовищ. Пещеры Саронсо – не единственная их база. Видел, во что превратили вчерашних драконов? Такого я у нас в Академии не встречала. Это совсем другой… уровень. А еще, упоминание Хозяина. Ларс так сказал о нем, словно…

– Словно это был его Хозяин, – договорил за меня Барт. Он хмуро смотрел себе под ноги, усиленно соображая, – да, я тоже заметил эту странность.

– Кто такой этот Ларс? Ты его давно знаешь? Может, он мог бы поведать чуть больше.

Он качнул головой.

– Расспрашивать опасно, мы не такие уж и друзья. Наши отцы ведут общий бизнес, а мы одно время вместе развлекались в его… клубе, – он поморщился, – неважно, это в прошлом. И вчера я понял, что наши с Ларсом дорожки разошлись окончательно. Что за выбор мне в скором времени предстоит сделать? И при чем тут мои отношения с отцом? Я словно смотрю на ответы в упор, но не вижу их, и это до жути раздражает!

Он пнул мелкий камушек из-под ног и досадливо взъерошил пальцами волосы.

– Нам нужно попытаться докопаться до истины, – пробормотала себе под нос, нервно заломив руки, – как – не знаю, но мы обязаны. Вернемся в Саронсо, расскажем обо всем ребятам. Софи обязательно найдет нечто, что мы упустили из вида.

Какое-то время стояли в тишине, думая каждый о своем.

– Ладно, что там еще в свитке? – бросила заинтересованный взгляд на Барта, – он просто огромен.

– Сопроводительная информация на твоего брата.

– Что?

– Он и другие участники Игр были подвергнуты сильнейшему долговременному проклятию. Им стерли память об их прошлой жизни, подменили оставшиеся воспоминания ложными, вылепили можно сказать других людей. Тех, кто был более удобен. Не ведающих жалости, жестоких, физически сильных убийц, – Барт замолчал на время, давая возможность мне усвоить сказанное. – Одного понять не могу, зачем, ради чего столько сложностей? Ведь похищали только победителей Турнира. На протяжении многих лет, словно собирали армию из лучших всадников….

Он осекся, потерев переносицу.

– Армию? – мой голос сел, я едва себя услышала.

– Нет, это я переборщил конечно… Но явно все делалось не только ради Арены. Какой смысл ежегодно ждать появления одного сильнейшего, чтобы потом зомбировать его и отпускать развлекать толпу? Для этой цели можно было взять любого физически крепкого парня.

– Так… И что теперь с ними будет? – сглотнула вставший в горле ком, – конкретно с Кристофом.

– Я убедил их направить его в больницу Риздейна, – тихо ответил Барт, подняв на меня глаза. Дернул плечами, словно говорил о чем-то ничего не значащем и сосредоточился на скручивании свитка в плотную трубку. – Чтобы ты могла… навещать своего брата. Когда будешь готова.

– Он же преступник теперь. Его так просто отпустили в обычную клинику? – я смотрела на Барта во все глаза, не веря в то, что еще не все с моей семьей потеряно.

– Да, это было непросто, – он хмыкнул своим мыслям и вновь посмотрел на меня. – Но мы же внесли свой вклад, без нашей информации они бы никогда не узнали о Призрачных островах и прочем. Можно сказать, это их… благодарность нам за помощь.

Я часто заморгала, пытаясь избавиться от пелены перед глазами. Горло сдавило. Сжав губы, сдерживая их дрожь, отвела взгляд.

– Есть все шансы, что Кристоф излечится, – тихо продолжал Барт, – это будет долгий и нелегкий путь, ведь вмешательство в воспоминания никогда не проходят бесследно. А он прожил не один год в роли другого человека. Но все же, когда-нибудь, его лечение принесет результат. И твой брат вернется к тебе, Оливия.

Не выдержав, все же спрятала лицо в ладонях и тихо расплакалась.

Я не могла поверить, что не все потеряно. Вряд ли мы с Крисом сможем когда-нибудь безболезненно смотреть друг другу в глаза, но он будет жив, однажды он вспомнит меня. Быть может, даже быстрее, чем спрогнозируют целители, ведь не просто так он носит медальон с моей фотографией. Не просто так он вчера задержал на мне взгляд.

– Спасибо тебе, – выдохнув, стерла слезы с лица и не глядя на Барта, бросилась к нему.

Вжалась в его грудь, впервые за долгое время чувствуя легкость на сердце. Будто в один миг раскрошился в пыль тяжеленный камень, давивший на меня много лет.

Барт моча ответил на объятия и поцеловал меня в макушку.

– А теперь давай поторопимся к порталу. Хотелось бы как можно скорее убраться отсюда.

Я кивнула, окончательно успокаиваясь, и даже коротко улыбнулась в ткань его футболки.

Что бы ни ждало нас в будущем, большая часть кошмаров – позади. Мы сделали огромное дело. Раскрыли тайну Призрачных островов, пресекли жуткие игры на Арене, избавили от страданий измененных опытами драконов. По крайней мере, очистили Саронсо и вывели из этого темного дела моего отца. А главное, вытащили Кристофа. И пусть его ждет долгий путь исцеления, он будет жить, я смогу видеть его, когда захочу, смогу помочь ему вспомнить, кем он когда-то был.

– Идем, – Барт прижался губами к моему виску и отстранился, заглянув в глаза.

– Да, идем.

Улыбнулась уже шире, чувствуя приятное тепло, растекающееся в груди от одного только взгляда любимых синих глаз.

Да, любимых…

Повторив мысленно эти слова, приподнялась на цыпочки и чмокнула Барта в щеку. Он рассмеялся, задумчиво скользнул взглядом по лицу и заправил выбившуюся прядь мне за ухо.

Затем повернулся к драконам.

– Кайсо! Вылетаем.

Я поторопилась к Зоргу. К счастью, они уже покончили с трапезой и готовы были лететь.