Глава 26 · Барт

Оливия хмурилась, сосредоточенно глядя в пространство перед собой. Минуту назад наших драконов не стало видно за вновь сгущающимся над островом туманом, и я знал – она боится. Остаться на целых пять дней без «крылатого черного ужаса», коим в глазах многих являлся Зорг. Реакция Лив на то, что через портал мы должны пройти одни, а драконы полетят на материк привычным им путем, неприятно удивила. Ее взволнованность тем, что может ждать в Саронсо, была понятна, и присутствие рядом Черного Шипастого значительно прибавило бы ей смелости. Но она словно забыла, что является волшебницей, во власти которой самая опасная из четырех стихий, и уж точно сможет дать отпор в случае чего. А еще, рядом с ней я. И смогу защитить ее. Даже голыми руками, без магии или драконов.

Скорее всего, Оливия это знала. Но все равно боялась. Словно проводив Зорга за горизонт, осталась одна перед армией монстров.

– За неделю ничего не случится, Лив. Ты даже не заметишь, как пробежит время, – я взял ее за руку и потянул за собой. – Пора вернуться к нормальной студенческой жизни.

Она фыркнула. Словно носом меня ткнула в фантастичность сказанного. Да уж, мы оба знали – как прежде уже точно не будет. Лишь бы еще хуже не стало. Но сейчас мне до смешного хотелось побыть оптимистом, потому я продолжил гнуть намеченную линию.

– А чего ты смеешься? Будем ходить на занятия, а после обжиматься в темных коридорах. Уж теперь я ни на одну лишнюю минуту не выпущу тебя из рук.

Краем глаза отметив, как она покраснела, усмехнулся.

Эти два дня на Призрачных островах сделали больше, чем все годы знакомства: сблизили нас, помогли раскрыть друг перед другом чувства. И я безумно рад, что теперь могу не только смотреть на нее, но и касаться, обнимать, целовать, прижимать к себе без риска испугать своими действиями до чертиков. Хотя… такая возможность всегда имела место быть. Но доверие, с которым она смотрит на меня, не позволяет даже мысленно обратиться к темным закоулкам души. Оливия Ферас всегда вызывала во мне нечто до неправильности светлое, поначалу чуждое и странное, постепенно становившееся частью меня самого.

– Знаю, глупо, – пробормотала она, сильнее сжимая мою ладонь тонкими пальчиками, – ведь там ждут друзья и Риса, драконица, с которой мы связаны. Но все равно, что-то тревожит. Барт, – она взглянула на меня и остановилась, не дойдя до голубоватого свечения портала трех шагов, – я чувствую неладное! Словно мы гоним себя в ловушку.

Вздохнув, внимательно посмотрел в зеленые глаза. Признаться, все это путешествие изрядно вымотало. Хотелось покончить уже с приключениями, тайнами, переживаниями. Хотелось просто жить, строить планы на светлое будущее и как прежде наслаждаться моментами с лучшими друзьями. А интуиция Оливии намекала, что из одной передряги очень скоро окажемся в другой.

– Хорошо, давай поступим так. Появляться в академии, не зная, что там сейчас творится, не будем. Сейчас мы пройдем через портал, доберемся до поместья моей семьи, и ты останешься там. Я свяжусь с ребятами, а затем в одиночку вернусь в Саронсо. Дабы убедиться, что все в порядке. И только после этого заберу тебя.

– Но…

– А ты в это время успокоишься, придешь в себя и, возможно, навестишь Кристофа в больнице. Его отправили в Риздейн. Быть может уже завтра позволят увидеть, хотя вряд ли пустят в палату.

– Ты обещаешь быть острожным?

– Обещаю.

Портал спокойно мерцал голубыми всполохами, бросая блики на ее лицо. Зелень глаз потемнела, морщинка меж бровей разгладилась. Оливия слегка успокоилась, но в ее голове наверняка продолжался мысленный бой.

– Ладно, – наконец кивнула, переводя взгляд на призрачную дверь в каменной арке посреди голого холма.

Совсем рядом шумели волны, разбивая о скалистые берега свои рассерженные раскаты. Пахло солью и мокрыми камнями. Я шагнул вперед, крепко сжимая руку Оливии, и первым перешел через голубую завесу.

Мы вышли через такую же арку.

Только теперь она не возвышалась на омываемой океаном скале, а скромно ютилась посреди парка. Я сразу же узнал местность. Чуть поодаль играл разноцветными брызгами фонтан, бегали дети, сидели на лавочках влюбленные пары и просто друзья, сплетничая о последних новостях. Здесь не было и намека на ту безнадежную напряженность, что нависала над нами в академии, а затем на Призрачных островах. Столь резкий контраст между серостью и яркими красками осени, между израненными драконами и непринужденными беседами прохожих. Будто мы явились из другого мира. Искалеченного, стоявшего на пороге неминуемой катастрофы.

– Неожиданно… – пробормотала Оливия, возвращая меня из мыслей. – Далеко отсюда поместье? А больница?

– Ты ни разу не была в Риздейне?

– Нет.

Конечно же, если б она появлялась здесь хотя бы периодически или жила неподалеку, разве я не обратил бы на нее внимание до поступления в Саронсо?

– Пойдем, – я все еще держал ее за руку, потому потянул за собой по мощеной дорожке сквера. – Тут рядом. В клинику у отца есть портал, я сделаю тебе копию.

Она молча шла рядом, заинтересованно осматриваясь по сторонам.

Оставив позади оживленный парк и широкую улицу с аккуратными, похожими друг на друга коттеджами, свернули в проулок. Он выводил к лесу, рядом с которым располагалось родовое поместье. У отца был пунктик, он любил обособленность, тишину и роскошь. Собственно, его владения под эти пункты попадали неукоснительно. Даже соседнее имение располагалось как минимум в часе езды, а приемы гостей приходились на определенные числа месяца, строго по расписанию. Наверное, поэтому меня затянуло в развязные вечеринки, устраиваемые Ларсом. После смерти мамы, в поместье стало особенно невыносимо жить.

– Твой отец дома? – тихо поинтересовалась Оливия, кода мы ступили на белокаменную дорожку, ведущую прямиком к высоким кованым воротам.

Справа, через просторный, поросший травой луг, возвышался лес. Слева – живой лабиринт, уводящий к небольшому озеру. Даже не верилось, что мы просто свернули с улицы, и где-то там, за спиной, оживленный район города.

– Надеюсь, нет.

Остановившись у ворот, отпустил Лив и ощупал карманы куртки. В одном из них обнаружился массивный перстень из черного металла. Вместо камня серебрилась буква «Г», овитая алмазными узорами. Надев его на палец, приложил к замочной скважине. Послышался тихий щелчок, и ворота медленно двинулись, открывая нам проход.

– Пойдем.

Я поторопился внутрь, Оливия вошла следом. По обе стороны дорожки, словно рыжие лисьи хвосты, тянулись к небу пожелтевшие тополя. Впереди белел фонтан, а за ним вырастало красивое здание из серого камня. Четыре этажа меж двух круглых башен, остроконечные пики крыши и устрашающего вида каменные горгульи, восседающие на черных колоннах.

Мрачно и угнетающе. Как в день моего отъезда.

Порыв ветра зашелестел листьями, поднимая их с земли и швыряя нам под ноги. Солнце то появлялось из-за густых облаков, то снова пряталось. Размеренный звук льющейся в фонтане воды бил по напряженным нервам.

– Как красиво! – послышалось сзади.

Я обернулся, хмуро взглянув на Оливию. Судя по всему, ей действительно нравилось то, что она видела. Жаль, я утратил способность восхищаться этим местом.

– Да, не поспоришь.

– Барт? – она приблизилась, ловя мою ладонь и сжимая обеими руками, – что случилось между тобой и господином Герарди? Ты совсем не рад быть здесь.

Я вздохнул, поднимая глаза над ее головой и медленно оглядывая крылатых чудовищ на крыше, овитую плющом башню, высокие ступени лестницы, ведущей к дверям. Массивные створы отворились, выпуская дворецкого – худощавого седого мужчину во всем черном. Он заулыбался и поторопился к нам.

– Мы просто слишком разные. А смерть мамы еще острее обличила эти различия.

Погружаться в плохие воспоминания совсем не хотелось. И я был рад, когда Малкинс наконец до нас доковылял, добродушно скаля два ряда белых вставных зубов.

– Молодой господин! Как же я рад вас видеть! – он чуть ли не бросился в объятья, но вовремя осекся, замерев в шаге от нас и переминаясь с ноги на ногу.

– Здравствуй, Малкинс, – улыбнувшись старику, сам коротко его обнял.

Он работал на отца уже больше двадцати лет, его жена нянчила меня с самого рождения. Своих детей у них не было, так что я оказался той отдушиной, что заменила им собственного сына.

– Ох, Лила будет в восторге! Мы так давно не видели вас…

– Отец дома? – как бы ни хотел спросить непринужденно, в голосе все равно мелькнуло напряжение.

– Нет, уехал еще вчера утром.

– Надолго?

– Последнее время мы совсем не разговариваем, – дворецкий помрачнел, сведя кустистые бровь к переносице. Болотного цвета глаза погрустнели, – он появляется не надолго, а затем вновь куда-то уезжает. Если раньше с удовольствием делился со мной новостями, сейчас совсем одичал…

Я стиснул зубы, опустив глаза к носкам ботинок. Слова Ларса о желательном примирении не выходили из головы. Что-то явно назревает, быть может, и правда стоит перешагнуть обиды, наступить на гордость, и поговорить с ним при первой возможности.

– Понятно. Познакомься, это Оливия Ферас, – аккуратно приобняв за плечи, чуть развернул девушку к старику, – моя гостья. Я бы хотел, чтобы она ни в чем здесь не нуждалась. Никаких слуг, за ее удобство и безопасность отвечаешь лично ты.

– Очень приятно, мисс! – он слегка склонил голову и улыбнулся.

– Лив, это Малкинс, наш дворецкий и очень хороший человек. Ему одному в этом доме я полностью доверяю. Пока меня не будет, смело обращайся к нему по любому вопросу.

– Здравствуйте, – Оливия сжала костлявую морщинистую ладонь и с тревогой заглянула мне в глаза, – ты прям сейчас будешь связываться с ребятами? А потом сразу в Саронсо?

– Посмотрим. Сначала душ и нормальный завтрак. Или уже обед? Я жутко устал от всех этих перелетов, – отпустив ее, постучал по карманам в поисках артефакта связи. – Малкинс, вверяю Оливию тебе, отведи в комнату, позови Лилу, пусть поможет осмотреться. И прикажи накрыть нам стол.

– Конечно, господин Бартоломью! Пойдемте, мисс.

Лив еще раз посмотрела на меня, а затем отправилась вместе с дворецким. Я проводил ее взглядом, пока яркие рыжие волосы не исчезли в темноте дверного проема. Затем достал плоский гладкий камень и приложил большой палец к инициалам Софи.

«Соф, мы с Оливией только что вернулись. Как у вас дела? Что я должен знать об академии?»

Тишина. Я терпеливо ожидал ответа около пяти минут. Нахмурился.

«Софи, ты слышишь меня?»

Снова ничего. Грудь опалило неприятное чувство тревоги. Переместив палец к имени Рэндала, послал сообщение ему.

«Рэнд, мы с Лив дома, не могу связаться с Софи. Отзовись. У вас все в порядке?»

Пройдя до фонтана, уселся на каменный бортик, не сводя глаз с черной гладкости артефакта. И наконец в голову ворвался знакомый голос:

«Барт! Черт тебя раздери, наконец-то! Мы все живы и относительно здоровы».

От сердца отлегло, я выдохнул.

«Почему не отвечает Софи?»

«Она в больничном крыле, но вроде бы ничего страшного – просто головные боли. Наверное, перенервничала, все ж на нее много чего свалилось».

«Что в Саронсо?»

«Все изменилось, друг. Тут новый ректор, папаня Седрика Локвуда. Тот еще жук. Расписание поменялось, коридоры патрулируют, территория оцеплена. Мы будто в заключении, но никто этого конечно же не объявлял. Нас троих по очереди допросил сам ректор. Интересовался, куда делась дочка Фераса»

Я напрягся.

«И, что в итоге?»

«Естественно, мы ничего о вашем исчезновении не знаем. Но, похоже Локвуд и без нас о чем-то пронюхал. Вы как? Что с Олив? Тут Лео рвет и мечет. Их с Софи отца не пускают за оцепление».

«С ней все хорошо… Почему Ловчих не пускают?»

«Кто ж знает? Мы сначала думали, именно их в патруль поставили, но нет. Это другие. Здоровенные лбы в черной форме с золотой семиконечной звездой на мантиях. Я раньше таких не видел, Лео хотел у отца узнать, но не может с ним связаться».

«Интересно…»

«Судя по явлению в ректорскую одного из Старейшин, тебе удалось-таки передать им жучок?»

«Да, все получилось. Говоришь, имеется оцепление? А портальная сеть работает?»

«Не знаю… Но проверю. Через час смогу выйти из замка на тренировку. Ты же в курсе, что Турниру быть?»

«В курсе. А просто так ты выйти не можешь?»

«Нет. Говорю же, режим!»

«Хм-м… Значит, как проверишь портальную сеть, дай знать. С нами все хорошо. Новостей много, но обсудим при личной встрече».

«До связи!»

После наступления в мыслях полной тишины, я какое-то время сидел, не двигаясь, и сжимал камень в кулаке. Что-то подсказывало, не все так чисто с попаданием Софи в больничное крыло. Артефакт связи всегда при ней, что мешает ей ответить?

А то, о чем поведал Рэндал, и вовсе пускало по спине холодную дрожь. Сам Локвуд взял на себя бразды управления Саронсо, да не просто, а притащив с собой отряд неизвестных агентов. Если пещеры проверены, драконы вывезены, а бывший ректор сбежал, к чему этот режим и оцепление? Для безопасности тех, кто внутри или чтобы никто не смог покинуть территорию?

Снова череда вопросов.

Интуиция Оливии оказалась права.