Глава 26

Дом Морозовых все еще полностью не восстановили после нападения ратников Никонских. Но, как сообщила хозяйка, самые грязные и шумные строительные работы на данный момент закончили. Быстро, Форкх меня дери… Сколько же сюда народу нагнала Катя?

Часть комнат и вовсе уже полностью отремонтировали и привели в порядок. Так что уставшая от «гостевой» жизни боярыня вместе с сыном и слугами вернулась в родные пенаты.

Одной из таких комнат была гостиная, которая теперь радовала глаз новой мебелью и обновленным интерьером.

– Аскольд, это Марат Маратович Левашов, – указала боярыня на высокого темноволосого мужчину с аккуратной бородкой, который, едва госпожа вошла в гостиную, тут же поднялся с кресла. – Глава дворянского рода Левашовых и наш Мастер. Марат, это Аскольд Игоревич Сидоров, наш спаситель и друг.

– Очень приятно, господин Левашов.

– Взаимно. И давай менее официально.

– Как скажете, Марат Маратович.

Напрасно тетя Мари мне не поверила. Все-таки мы с Катей действительно сначала займемся насущными делами – не просто же так она решила познакомить меня со своим вассалом.

Боярыня Морозова села в кресло, мне предложила занять место на софе. Дождавшись, пока дворецкий разольет чай и удалится, Катерина взяла чашку и сделала маленький глоток. Мы с Маратом последовали примеру хозяйки дома и тоже взяли свои чашки.

– Для начала я хочу напомнить главное, – проговорила боярыня, когда мы поставили чашки обратно на столик. – Марат, Аскольда в самом деле стоит воспринимать как моего друга. Не нужно обращать внимание на его происхождение. Я доверяю ему так же, как и себе.

– Я понял, госпожа, – сухо ответил Левашов.

– Аскольд, – повернулась боярыня ко мне, – Марат командует всеми нашими ратниками. Так что ему я тоже доверяю, так же как и себе.

– Я понял вас, Екатерина Алексеевна, – кивнул я.

– Я уже обсудила с Маратом то, что хочу рассказать тебе, – продолжила она. – Я говорила тебе раньше, что хоть мой отец не может открыто помочь нам в возможной войне с Никонскими, однако мы все равно можем рассчитывать на его помощь в нашем тайном противостоянии. И я не ошиблась. И все это благодаря тому, что ты рассказал мне, что «медведи», возможно, ждут какой-то груз и, возможно, этот груз связан с Никонскими. Так вот, мой отец – министр путей сообщения. Все, что связано с дорогами в нашей стране, находится в его ведомстве. В том числе и случаи провоза контрабанды, а если конкретнее, первичный «отлов» контрабандистов. Дальше их дела обычно передаются в другие ведомства. Так вот, благодаря расследованию отца мы можем предположить, что поезд с товаром, который ждут «медведи», придет ориентировочно в полночь с четверга на пятницу.

– А приезжает он на торгово-складскую базу, принадлежащую дворянам Синицыным? – уточнил я.

– Верно, – одобрительно кивнула Катя и улыбнулась.

Точку прибытия груза я с ней раньше не обсуждал, только с Вадимом и Тамиром. Вычислить это место не составило труда, достаточно знать место базирования «медведей» и предположить, что это один из ближайших к ним складских комплексов. Всего таких комплексов в округе было три – один без железнодорожного тупика, второй – слишком уж «крутой», чтобы пускать туда бандитов, вот и оставался третий.

– Со складом понятно, – кивнул я. – Откуда уверенность, что именно этот поезд будет везти контрабанду?

– С возможностями моего отца собрать информацию о бандитах-простолюдинах не проблема, – пожала плечами Катя. – Занимаясь контрабандой, не все операции «медведи» вели незаконно, так что главное было найти след, проанализировав все маршруты прибывающих поездов.

– То есть по этому маршруту они уже получали товар, – подытожил я. – Логично, но не железобетонно.

– И тем не менее это зацепка. Но наше дело осложняется тем, что группе захвата отца нужно не только перехватить контрабандный груз и его получателей. И не только собрать доказательства того, что владельцы складской базы ко всему этому причастны. Главный приоритет в этой операции для моего отца – собрать доказательства, что Никонские напали на наш дом, а до этого… – Она сжала кулаки, но, выдохнув, продолжила: – Нанимали «медведей», чтобы убить Никиту.

Она замолчала, я же, взяв чашку с чаем, задумался над ее словами. Через минуту предположил:

– Полагаю, бойцы министерства еще и не могут просто так вторгнуться во владения аристократов?

Катя скривилась и неопределенно покачала головой.

– С этим все сложно… Скажем так, если они ввалятся на территорию базы, но ничего не найдут – будет скандал. Если же они инициируют проверку, то в лучшем случае найдут только товар, а «медведи» просто не явятся его забирать. Не говоря уже о Никонских.

– Стало быть, «вваливаться» придется не им? – хмыкнул я.

Когда мы с Вадимом и Тамиром только обсуждали возможность отвесить «медведям» леща и наложить лапы на их неведомый груз, думали, что сделаем это, когда «медведи» покинут складскую базу дворян. Теперь ясно, что действовать придется иначе.

– Да, – проговорила боярыня, со всей серьезностью глядя мне в глаза. – Я обсудила это с отцом, нам нужны те, кто не связан с министерством, чтобы напасть на складскую базу в момент получения груза. Вот как только подтвердится наличие чего-то нелегального… Отец полагает, что это будут наркотики… наш отряд свяжется с отрядом отца, и тогда уже они вступят в бой на законных основаниях.

Боярыня замолчала. Я тоже молчал, ожидая, когда же она озвучит главное, для чего меня позвала.

– В идеале нам нужны бандиты. Ну или те, кто будут выглядеть со стороны как бандиты, – наконец-то выпалила Катя, а затем зачастила: – Ты не думай, что это что-то из ряда вон выходящее. Разные ведомства время от времени пользуются услугами маргинальных слоев и дают им прикрытие. Я бы послала только своих ратников, но у них не получится убедительно изобразить бандитов, конкурирующих с «медведями». Но ты не переживай, для ударной мощи я своих ратников тоже пошлю. Даже Марата. Все будут в масках, и… – Она замолчала и выдохнула. – Прости, что обсуждаю это с тобой последним. – От ее слов глаза Левашова округлились. – Получилось, будто бы я привлекла к этому делу тебя и твоих людей без твоего ведома. Но… ты можешь отказаться.

– Госпожа! – удивленно воскликнул Марат. Однако боярыне хватило одного взгляда, чтобы осадить своего вассала.

А затем она снова посмотрела на меня жалобно. И ведь это не попытки манипуляции. Катя была искренне уверена, что я поддержу этот чудесный план и не оставлю ее без поддержки.

Усмехнувшись, я покачал головой.

– Извинения приняты. Я в деле. А теперь давайте обсудим детали. Уверен, защита там будет что надо, а я не хочу, чтобы кто-то из моих ребят погиб или сильно покалечился. Кроме того, меня несколько напрягает, что придется столкнуться не только с «медведями» и Никонскими, но и с людьми дворян Синицыных.

– Как же здорово вот так посидеть за столом втроем! – улыбаясь, произнес Никита и с шумом втянул в себя молочный коктейль из стакана. Мальчик уже поужинал, так что довольствовался одним лишь напитком. А вот мы с его матерью после деловых переговоров были крайне голодны и набросились на запеченного фазана. Точнее, набросился на сказочно вкусную птицу я, а вот дама церемонно клевала, будто она сама птичка.

– Согласна с тобой, сынок. Кажется, прошлый раз мы вместе ужинали целую вечность назад, – улыбнулась Катя.

Форкх меня дери, ну прям семейная идиллия.

– Жаль только, опять поиграть с тобой, Аскольд, не удалось, – напоказ вздохнул глава рода Морозовых.

– Извини, сейчас у меня очень много дел, – добродушно ответил я.

– Да я все понимаю. Не настаиваю. Часть твоих дел ведь и из-за нас. – Мальчишка взгрустнул.

– Не такая уж и большая, – поспешил я его успокоить. – На самом деле я сейчас много тренируюсь из-за школьного турнира.

– Ах, ну да, турнир! – У мальчишки вновь загорелись глаза. – Я очень хочу посмотреть твои бои. Сейчас и у мамы много дел, и… ну сам понимаешь. Но мама сказала, – покосился он на боярыню, – что, если все будет в порядке, мы сможем прийти посмотреть на последний соревновательный день. Или хотя бы только на финал.

– Вообще-то я хотела сделать Аскольду сюрприз, – возмущенно глядя на сына, проговорила Катя и покачала головой.

– Ой… прости, я не должен был говорить? – смутился мальчик.

– Ха-ха, – развеселилась Катя. – Ничего страшного. Но я никому ничего не обещаю, – проговорила она серьезно, поочередно глядя на каждого из нас. – Все зависит от… дел. Ну и от последствий.

Ну да, последний соревновательный день, а вместе с ним и три финальных тура школьного этапа приходятся на пятницу девятого октября. То есть как раз на следующий день после планируемой жаркой ночи на складах.

– Вы нашли способ покончить с войной? – заметив наши переглядывания, предположил Никита. Форкхово дерьмо, когда мы наедине с ним или втроем, как сейчас, юный Морозов настолько становится похож на обычного мальчишку, что я и забываю о его не по годам развитом уме. Все-таки он глава боярского рода – хоть и несовершеннолетний.

– Да, сынок, – поколебавшись, проговорила Катя. – Но не будем об этом, чтоб не сглазить.

– Глупые суеверия, – выдал очередную мудрую мысль ребенок. Затем перевел взгляд на меня. – Аскольд, ты тоже в этом участвуешь?

– Немножко, – улыбнулся я.

– Эх, – вздохнул он. – Наш род в огромном долгу перед тобой, Аскольд. Я никогда этого не забуду.

Его слова прозвучали серьезно. С такой же серьезностью я молча кивнул, глядя ему в глаза.

А затем спросил:

– Ладно, скажи лучше, сам-то по школе не соскучился?

– Хм… – протянул мальчик задумчиво. – Знаешь, на самом деле – соскучился. По сравнению с моими домашними занятиями с Игорем Игоревичем, занятия в школе можно считать курортом.

– Эй-эй, ты при маме такое побоялся бы говорить, – заговорщически прошептал я.

– Ой! – Никита прикрыл рот рукой, покосившись на мать.

– Мальчишки, – вздохнула боярыня, закатив глаза.

Вскоре Никита отправился спать, на прощанье обняв меня и пожелав спокойной ночи. Ну а мать отправилась читать сыну сказку на ночь, попросив меня подождать в гостиной.

– Аскольд Игоревич, – через десять минут в гостиную вошла одна из служанок – та самая, которая после моего боя с Мастером предлагала мне помочь помыться. – Госпожа приготовила для вас костюм. Будет ли вам угодно примерить его?

– Костюм? – удивленно переспросил я. Ну да, Катя упоминала, что у нее для меня сюрприз. – Пойдемте примерим.

Удлиненный пиджак антрацитового цвета, окантованный светлыми полосами, сероватый жилет на пяти пуговицах, брюки в редкую полоску и белая рубашка с темным галстуком – именно такой набор одежды ждал меня в гостевой комнате. А еще классические лакированные туфли к этому комплекту. Стоит этот наряд явно дороже того, в котором я блистал на балу в честь открытия турнира.

Служанка предложила помочь мне переодеться, но я отказался.

Сел костюм на меня хорошо, но для идеальной картинки можно и подогнать немного.

– Изволите ли пройти обратно в гостиную? – уточнила служанка, явно имея в виду, что вновь переодеваться мне не надо.

Я изволил. И просидел еще пятьдесят четыре минуты, ожидая боярыню.

Когда я уже совсем заскучал, двери распахнулись.

Она грациозно впорхнула в гостиную, шелестя юбками пышного желтого платья. Ее каштановые волнистые волосы были собраны в простенькую, но эффектную прическу.

Я встал, подошел к даме, молча склонился в поклоне и протянул ей руку. В этот момент из колонок музыкального центра полились очень знакомые мне звуки вальса.

Положив руку партнерше меж лопаток, я закружил ее в танце.

В отличие от племянницы, Катя не старалась держать нужную дистанцию. Это и понятно, на нас ведь никто не смотрит. Боярыня Морозова прижималась ко мне всем телом и в один момент, проигнорировав фигуру танца, впилась в мои губы жарким поцелуем.

Мы целовались, пока музыка не доиграла до конца. Катя через силу оторвалась от меня и лукаво улыбнулась.

– Я хочу станцевать еще раз, – заявила она и гордой походкой направилась к закрытой двери гостиной. Отворив ее, она громко произнесла:

– Заноси, Антон.

Дворецкий внес поднос, на котором стояли два фужера, бутылка игристого вина в ведре со льдом, трехъярусная тарелка с закусками и пульт от музыкального центра.

Разлив вино по фужерам, старик с поклоном удалился, прикрыв за собой дверь.

– За наш первый танец! – подняла свой фужер боярыня Морозова, когда мы сели друг против друга в кресла.

– И за мою очаровательную партнершу, – поддержал тост я.

Бокалы со звоном соприкоснулись, и мы сделали по глотку. Катя игриво улыбнулась и сладко потянулась. Лиф платья плотно облегал ее красивую грудь и тонкую талию. Хороша! К Форкху бы эти танцы, но… желание дамы сейчас закон.

– Как тебе мой маленький подарок? – Она стрельнула глазками на мой новый костюм.

– Нравится, спасибо, – улыбнулся я. – Но мне кажется, ты говорила, что хочешь потанцевать со мной именно на балу?

– Никто ведь не запрещает практиковаться? – изобразила она удивление. – К тому же с Юлькой ты практиковался, насколько мне известно.

– Было дело, – не стал спорить я.

– А про костюм… – задумчиво протянула Морозова. – Если ты не против, я вызову свою портниху, чтобы снять мерки и подогнать его под тебя.

– Сейчас? – удивился я.

– Чуть позже, – улыбнулась Морозова. – Ну что? – Она стрельнула глазками на бутылку. – Не желает ли кавалер наполнить даме бокал?

Мне кажется или она хочет повторить со мной все, что я делал с ее племянницей до бала и на балу? Надеюсь, мне сейчас не придется отбивать свою даму от настойчивого поклонника, с которым позже придется драться на турнире?

Усмехнувшись этой глупой мысли, я наполнил наши фужеры.

– Я рада, что мы наконец-то можем побыть вдвоем. Я скучала.

– Я тоже рад, что ты вновь вернулась в свой дом, – отозвался я.

Катя покачала головой и усмехнулась.

– Наглый ты, Аскольд.

– Иначе это был бы не я. Ну, за нашу встречу.

– За встречу.

Мы снова выпили, а затем, взяв в руки пульт, я включил музыку. Около получаса мы танцевали, целовались и обнимались, однако стоило мне пойти дальше, Катя игриво убегала, до безумия разжигая во мне огонь, который приходилось тушить глотками игристого. Наконец-то бутылка закончилась, а дама натанцевалась. Приблизившись губами к моему уху, она томно прошептала:

– Я буду ждать в спальне… А с тебя нужно снять мерки.

И упорхнула прочь. За мной же явилась служанка, которая снова отвела меня в гостевую комнату.

Симпатичная портниха обмеряла меня томительных пятнадцать минут. Когда же она ушла, я переоделся в «свой» золотой халат, который красноречиво лежал на кровати.

Выйдя в коридор, я никого не обнаружил, но где находится Катина спальня, я помнил.

Боярыня ждала меня, расположившись на кровати. Она облачилась в коротенький шелковый золотой халатик и сейчас лежала на животе, сгибала в колене длинную гладкую ножку и элегантно тянула носочек.

Обернувшись, она одарила меня томным взглядом и поманила пальчиком.

Я тут же бросился к ней, она вскочила на колени – ее халатик был развязан, демонстрируя кружевное желтое белье. Потянувшись к завязкам моего халата, Катя проворно развязала их и распахнула полы в разные стороны.

– Это что? – выпалила она, глядя на мои обтягивающие трусы.

– Трусы, – отметил очевидное я.

– Но они синие! Я же просила желтые!

– Извини, те в стирке, – повинился я.

– Тьфу… всю задумку запорол! Теперь мы похожи на флаг Шведского королевства.

– Это легко исправить. – Я рывком стянул с себя белье неугодного цвета.

– Хм… ну так даже лучше, – плотоядно улыбнулась Катя и набросилась на меня, как голодная львица.