Глава 6

В субботу, когда я с братьями возвращался с утренней пробежки, заметил, что «свет» в глазке одной из дверей на нашей лестничной площадке потух. Задумчиво почесав голову, я вошел в квартиру. Пока братья переодевались, взял в руки смартфон.

– Господин? Доброе утро, – довольно бодро прозвучал в трубке голос Вадима.

– Ага, привет. Слушай, там в сто сорок третью квартиру люди заехали… Не в курсе?

– Хм… – задумчиво протянул Наставник. – Я попробую посмотреть записи.

– Будь добр, – кивнул я.

Нажав отбой, я прошелся до гостиной и вышел на балкон.

Странно, Форкх меня дери, когда в квартиру, которая три дня назад была пустой, кто-то въезжает. Да-да, на одном этаже с Вадимом до недавнего момента пустовали две квартиры. И обе я смотрел позавчера. В одну экстренно заехали мы. Стало быть, и в другую тоже кто-то заехал? Экстренно?

Хорошо, что в глазок Вадимовой двери встроена камера. В общем-то это редкость для квартир простолюдинов, насколько я понимаю. Но и мой Наставник далеко не самый обычный простолюдин.

– Господин, еще раз приветствую, – перезвонил мне Вадим спустя десять минут. – Вчера днем заехала обычная пара. Из вещей лишь две сумки. Ничего особо подозрительного я не видел. Но у меня всего лишь сутки запись хранится.

– Понял тебя. Ты можешь кого-нибудь из ребят посадить у себя, когда сегодня в «Белку» поедем?

– Сделаю, господин.

– Но кого-нибудь посильнее. А лучше троих, – добавил я. Жизнь научила меня верить в лучшее, но готовиться к худшему. Тетя Мари собиралась сегодня остаться дома, а вышибить нашу входную дверь осветленному ничего не стоит.

Позавтракав и дождавшись, пока к Вадиму приедут наши ребята, мы с братьями вышли во двор и принялись ждать Наставника. Я то и дело невзначай бросал взгляды на окна сто сорок третьей квартиры. Один раз заметил фигуру за тюлем.

Спустя две минуты, после того как наша машина выехала с дворовой парковки, Вадиму позвонили.

– Понял, – сухо ответил он и нажал «отбой». – Господин, пара покинула квартиру и погрузились в машину. Грязный серый «Невак». Номера ребята не рассмотрели – тоже грязные.

– Ясно, – вздохнул я. – Ну что ж, давайте глядеть по сторонам и выискивать этот «Невак».

Но машину этой марки мы так и не увидели.

– Может, совпадение? – настороженно предположил Борис.

– Ты сам-то в это веришь? – хмыкнул Глеб.

С братьями я был чуть более откровенен, чем с тетей. Так что они знали, что у меня появились недоброжелатели среди аристократов. Знали и стоически мирились с этим знанием. Нельзя сказать, что ребята совсем уж не боялись. Иногда, как сейчас, я отчетливо чувствовал их напряжение.

– Не переживайте, – тепло произнес я. – Думаю, в скором времени мы разберемся, кто там за нами следит.

Когда мы приехали в «Белку» и Борис с Глебом пошли разминаться, Вадим подошел ко мне:

– Если кто-то правда приглядывает за вами, есть шанс, что у них две машины. Вот и пересели.

– Тоже об этом подумал, – признался я.

Когда вечером мы вернулись домой, я припал к окну, выходящему во двор. И не особо удивился, увидев через шесть минут грязный серенький седан, заезжающий на парковку. Из него вышли совсем непримечательные парень с девушкой. Молодые, нет и тридцати, оба с русыми волосами и в повседневной одежде темных тонов. Правда, походка самую малость выдавала в них бойцов. А острые взгляды, бросаемые по сторонам, не могли принадлежать паре обывателей.

Усевшись на стул, я уставился в потолок, размышляя, что же дальше делать. Есть несколько вариантов, но мне по душе один довольно прямолинейный. Пусть меня и обучали быть правителем, обучали тонкостям переговоров, психологическому давлению на оппонентов… но совсем уж хитрые планы я не люблю. Император в Александрии – это прежде всего харизматичный лидер и честный воин. И наша родовая аура тому подтверждение. Ты не должен делать все сам. Но ты должен уметь найти и собрать вокруг себя людей с различными специфическими умениями.

– О чем задумался, Аскольд? – тепло поинтересовалась тетя, выйдя из своей спальни.

– Как обычно, о будущем, – улыбнулся я. – Выйду на минутку, – сообщил я, поднявшись на ноги.

– Ты к Вадиму?

– Почти.

Оказавшись на лестничной клетке, я подошел к квартире наблюдателей и уверенно постучал в дверь.

– Открывайте, соседи, я знаю, вы дома.

Открывать не спешили, однако я слышал какие-то шорохи за дверью, а через шесть секунд «свет» в глазке погас. Улыбнувшись, я помахал рукой.

– В общем, у меня есть кое-какая информация для вашего начальства. Пусть позвонят, – спокойным тоном произнес я. – Иначе наши отношения могут усложниться. Бывайте.

Махнув рукой, я вернулся в свою квартиру и быстро написал Вадиму, чтобы поглядывал в видеоглазок.

Ну-с? Что будет дальше? Надеюсь на лучшее, но готов к худшему.

Через три минуты зазвонил телефон. «Катя М.», – гласила подпись на экране.

– Приветствую, – ровным голосом поздоровался я, улегшись на кровать в своей комнате.

– Злишься? – быстро спросила она. – У тебя ведь нет никакой информации, правда?

– Правда, – вздохнул я. – Ну-с, объясняйся.

– А чего тут объяснять? – быстро заговорила боярыня Морозова. – Хотела узнать о тебе побольше. А заодно и охрану на всякий случай предоставить. Мне очень не хотелось, чтобы ты или члены твоей семьи пострадали из-за того, что ты помог Никите.

– А чего сразу не сказала? – хмыкнул я.

– Ну-у-у… – протянула она. – Понимаешь…

– Понимаю, – снова вздохнул я. – А понимаешь ли ты, что, если бы я был обычным школьником, мог бы и обидеться на такое?

– Хах! – усмехнулась Катя, мгновенно взбодрившись. – Если бы ты был обычным школьником, мы бы не познакомились. Ну? Ты в самом деле не злишься? – проникновенно спросила она.

– Не злюсь, – ответил я, прекрасно понимая ее мотивы. Как бы мы ни сблизились за вторник, ночь и утро среды, было бы странно, если боярыня совсем бы ничего не сделала, чтобы проверить меня со стороны.

– Но больше так не поступай, – строго сказал я.

– Не буду! – заявила Катя. – Кстати, благодаря присмотру за тобой я узнала, чем тебя наградить.

– И чем же?

– Секрет! Но, думаю, во вторник все будет готово. Так что ориентировочно во вторник вечером я тебя жду в гости.

– Понял. Что нового по нашим делам?

– Ничего. – Голос Кати стал серьезным. – Все глухо.

– А с Федоровыми как?

– Так же. Отчим их с концами пропал, а к Мише и его матери никто так и не явился. Я велела привести их в усадьбу. Мы вчетвером поговорили по душам.

– Все живы?

– Все. Мать только чуть лоб не разбила, пока извинялась. Но Никита простил их обоих. Я возражать не стала. Я же добрая.

– Очень. Зато разведчики у тебя дырявые.

– Э? К чему это ты?

– К тому, что очень уж легко я твоих наблюдателей вычислил.

– Эх, вот ты о чем, – хмыкнула боярыня. – Витя и Лара не разведчики, они бойцы. Все же я их больше для защиты к тебе приставила. Он – Наставник. У нее – первый ранг.

– Ясно. Спасибо. Скажи им, чтобы с моим Вадимом познакомились и действия на случай форс-мажора согласовали. Они ведь знают, кто такой Вадим?

– Знают, – усмехнулась Катя. – Но…

– Им необязательно говорить, от кого они. Просто доброжелатели.

– Спасибо, – с теплотой в голосе произнесла женщина.

– Не стоит. Как там Никита?

– Очень даже неплохо, – оживилась она. – Правда, в среду расстроился, что уснул у тебя на руках и не проводил.

– Он не знает, что я ушел утром?

– Я не стала его в это посвящать, – кокетливо ответила боярыня.

– Пусть так. Передавай ему привет.

– Обязательно. Он будет рад. Очень хочет с тобой встретиться…

– А ты?

– И я тоже.

– Вот и увидимся все вместе во вторник.

– Жду не дождусь. Надеюсь, с подарком проволочек не возникнет. А вообще, я бы и раньше тебя пригласила. Но явно будешь отвлекать меня от дел.

– А как же без этого. Кстати, у меня к тебе весьма важный вопрос.

– Внимательно слушаю. – Она вновь стала серьезной.

– Какого цвета на тебе сейчас белье?

– А? Ну ты… – вздохнула Катя и ответила: – Белое, обычное. Я никого не жду.

– А мне нравится фиолетовое. И красное. И желтое тоже неплохо на тебе должно смотреться. И синее…

– Поняла-поняла. Но я сама выберу, что надеть.

– Не сомневаюсь.

Мы поболтали еще немного ни о чем, а затем боярыня неожиданно спросила:

– Скажи, Аскольд, а что бы ты делал, если бы я не перезвонила?

Ее вопрос имел двойной смысл. Ведь не перезвонить она могла бы по двум причинам.

– Понял бы, что ситуация пошла по худшему варианту, и исходил бы из этого.

– Эх. Хорошо, что это именно я приставила к тебе людей.

– Итак, вот и настал тот день, который многие лицеисты с нетерпением ждали, – заявил наш классрук Арефьев в понедельник на классном часе. – С сегодняшнего дня начинается прием заявок на участие в школьном отборочном этапе турнира. Заявки можете подать в течение десяти дней, прием заявок будет закрыт на осеннем бале тридцатого сентября. Первые бои турнира начнутся на следующий день. Есть ли те, кто уже твердо решил участвовать в турнире?

Семь поднятых рук были ему ответом.

– Хорошо. Я раздам бланки, заполните их, пожалуйста. А мы подождем. Если кто-то надумает принять участие позже, просто подойдите ко мне.

Учитель прошел между рядами, разложив перед будущими участниками листочки, на которых уже были напечатаны название школы, ответственные лица и прочие организационные мелочи. Оставалось только от руки написать ФИО, класс, поставить дату и подпись.

Арефьев вернулся на свое место. Когда я все заполнил, мне пришлось встать из-за парты, чтобы сдать листок.

Одновременно с моим стулом отодвинулся еще один. Яна обернулась на звук и улыбнулась. Мы пообещали друг другу не проигрывать на турнире другим противникам. А теперь одновременно отправились сдавать заявление на участие. Забавное совпадение.

Кроме нас двоих, решили поучаствовать Влад, Инна, которая сначала вроде бы не собиралась, приснопамятный Гавриил Миронов, видимо возжелавший поднять из руин свою репутацию бойца, упавшую довольно низко из-за меня. А также Игнат Лукин, который на нашей дуэли был секундантом Миронова, и боярин Касьян Рыков – единственный парень, представляющий высшее сословие в нашем классе. Кроме него, только Оболенская и Ромодановская относились к боярам (хоть и имели титулы великих княжон).

Больше ничего примечательного в понедельник в школе не произошло. Зато после школы меня ждали сюрпризы.

– Господин, с вашими братьями случился неприятный инцидент, – подобрав меня возле станции метро, Вадим тут же начал краткий отчет, как только я сел в машину.

– Судя по твоему тону, никто особо не пострадал? – повернулся я к нему.

– Верно. Я… разобрался. Хорошо, что приехал за ними чуть раньше, чем закончились уроки. Увидел, как они уходят с десятком подростков за гаражи.

– Оу… И что, ты их там с сигаретой засек? – усмехнулся я.

– Если бы, – хмыкнул Вадим, оценив шутку. – Борис и Глеб пока не могут активировать покров, а без него против десятерых не выстояли бы. Но я проследовал за ними и все уладил. Сообщил ребятишкам, что не стоит толпой нападать на братьев уважаемых людей. А заодно решил уточнить причины конфликта.

– Полагаю, повздорили они явно не из-за какой-нибудь одноклассницы.

– Вы, как всегда, правы, господин. Обидчикам заплатили. Кто – неизвестно, не представились.

– Условия сделки? – быстро спросил я.

– Избить, напугать.

– То есть без умышленных травм, – задумчиво проговорил я, глядя в окно. Там как раз какой-то умник, читавший на ходу книгу, едва не врезался в светофорный столб.

– Именно, господин. Не поймите неправильно, но это мелочно.

– Согласен. Так что вряд ли это происшествие связано с нашими большими делами.

– Большими? – переспросил Наставник. – А есть маленькие?

– Ага. Скорее всего, мои одношкольники развлекаются. Хотя вроде бы последнее время проблем в «Алой Мудрости» у меня не было.

– Дети аристократов? Хм, ну эти в принципе могут. Не удивлюсь, если вы там как бельмо в глазу некоторым.

– Эй, это было грубо, – хмыкнул я. – Но ты прав. Даже в лицее, пропагандирующем внутреннее равенство, есть те, кому не дает покоя мое происхождение.

Приехав в «Белку», я первым делом отправился проведать своего программиста Игоря. Постучал в дверь, услышал отклик и вошел в кабинет.

Удивился.

Сюда притащили кровать, на которую с ногами залезла девица с пышной черной прической и розовой челкой, закрывающей один глаз. Одета она был под стать Игорю – в черную кофту с розовым черепом и длинную клетчатую юбку. Подняв на меня глаза, девушка кивнула и продолжила свое занятие – на простом карандаше она крутила аудиокассету, а перед ней лежал раскрытый кассетный плеер.

– Приветствую, глава! – подскочил программист. – Это Зельга, моя помощница, – указал он на девушку. Она еще раз кивнула.

– А по паспорту ее как звать? – улыбнулся я.

– Ну… – замялся Игорь.

– Вспомнил, Зинаида Гаврииловна. – Я пришел ему на выручку.

– Вы в курсе? – оживился программист. – Не против?

Разумеется, я в курсе, кто находится в моем здании. Тамир даже копию паспорта новой сотрудницы показывал.

– Нет, не против, – отрицательно покачал я головой, переведя взгляд на второй стол со вторым компьютером. – Главное, чтобы с работой справлялись.

– О, не переживайте, не стоим на месте, – заулыбался Игорь.

И следующие двадцать пять минут программист вдохновенно демонстрировал мне свои успехи. За это время Зельга, нацепив наушники, с ногами залезла на стул и продолжила работать за компьютером. Интересно, зачем ей кассетный плеер, когда можно слушать музыку с компьютера?

Попрощавшись с парочкой, я переоделся в кабинете командиров и спустился вниз, во двор. Застал привычную картину – братья сидели на вынесенных из здания стульях, Вадим «раскачивал» энергоканалы Бориса, а Глеб, похоже, ждал своей очереди.

Я размялся, пробежал несколько кругов и, когда энергетические упражнения братьев были закончены, подошел к ним.

– Привет, Аскольд, – немного виновато поздоровался Боря.

– Что, опять опростоволосились? – хмыкнул я.

– Ты ведь уже знаешь, да? – поднял на меня глаза Глеб.

– Знаю, можете не рассказывать. Единственное, что хочу услышать: выводы какие-нибудь сделали?

Братья переглянулись. По взгляду Бориса стало ясно, что ответить он предлагает нашему кузену.

– Кое-какие, – спустя девять секунд проговорил Глеб. – Я думал, как бы ты поступил на нашем месте. И пришел к выводу, что раз уж у нас самая обычная школа, в которой нет ни аристократов, ни их Слуг, а значит, нет и никаких… ограничений в этом плане, то ты бы подчинил ее себе.

– О как, – хмыкнул я. – Интересно.

– Я думаю, для начала стоит объяснить ребятам словами, что если им даже кто-то и заплатил, чтобы нас избить, лично вступаться за них серьезные люди вряд ли будут. Мне так кажется. А… – Он покосился на нашего Наставника. – А Вадима они видели. И видели, что он заступился за нас. Это немного бесчестно, Аскольд, прикрываться сильным взрослым…

Он замялся и отвел взгляд.

Усмехнувшись, я подошел к двоюродному брату ближе и потрепал его по волосам.

– Хорошо, что ты думаешь о чести, но на мой взгляд, в вашей ситуации это неуместно. Все-таки они первые хотели избить вас двоих толпой. А то, что ты хочешь сделать, называется использованием всех доступных ресурсов. Вы же не прикрывались Вадимом сразу, не просили помощи у ребят из «Белки». Так что если ты сейчас в разговоре с этими хулиганами намекнешь на то, что за тобой стоят сильные люди, – на них это произведет нужный эффект.

«К тому же Вадим и сам этим школьным бандюганам уже все объяснил», – мелькнуло у меня в голове, но вслух я сказал другое:

– Однако раз уж вы собрались идти по этому пути, раз хотите обзавестись верными последователями, будет мало ссылаться на Вадима. Вам самим необходимо чем-то впечатлить их.

– Верно, – кивнул Глеб и хлопнул Борю по плечу. – Хватит рассиживаться. Давай тренироваться.

Братья приступили к физическим упражнениям, а мы с Вадимом поднялись в кабинет. Мне ведь тоже нужно «раскачивать» энергоканалы.

После тренировок все загрузились в машину Наставника и поехали забирать тетю с работы. Остановились недалеко от КПП.

Ждем.

Не выходит.

– Чего-то задерживается, – покачал головой Глеб. В его голосе отчетливо слышалось плохо скрываемое волнение. – Позвоню я ей.

Я молча кивнул, наблюдая за ним. Глеб выбрал нужный контакт, нажал зеленую кнопку, приложил трубку к уху…

Его лицо побледнело.

– Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети, – прошептал кузен. – Аск… Неужели с мамой тоже что-то случилось?