Глава 37. Глеб

Глеб был в офисе, когда получил оповещение о том, что с карты, которую он отдал Диане, был осуществлён съём денежных средств. Никогда раньше девушка не тратила деньги в таком количестве и всегда предупреждала о предполагаемых покупках.

Он напрягся, это показалось ему странным. Глеб зашёл в приложение, где красной точкой мелькало местоположение Дианы. Он давно связал их телефоны, чтобы всегда быть в курсе её передвижений.

Глеб немного расслабился, увидев, что девушка находилась рядом с Благотворительным Фондом сестры. Возможно, кому-то понадобилась срочная помощь и, конечно же, его маленькая глупая девочка не смогла отказать.

Сегодня у Глеба намечался весёлый вечер и бурная ночь. У его друга был день рождения, и он пообещал парням приехать после работы в сауну. Диане же сказал, что уедет в командировку. Глеб часто прикрывал свои гулянки работой. Он не хотел, чтобы Диана знала о "втором дне".

Глеб продолжил работать, но смутное чувство тревоги не покидало его. Спустя некоторое время он снова открыл приложение, чтобы ещё раз проверить местоположение Дианы. Его мышцы напряглись, челюсти сжались, так что заиграли желваки. Он увеличил красную точку, чтобы убедиться, что ему не показалось.

Диана была на вокзале. Глеб отшвырнул телефон и сжал руки в кулаки. Он вскочил и со всей силы пнул стул.

Глеб не мог поверить в то, что Диана решила от него сбежать. Его злило то, как она всё просчитала. Дождалась отъезда в другой город. Притаилась, вела себя как мышка и со всем соглашалась, чтобы усыпить его бдительность. Он порадовался, что был сейчас на работе, а не в командировке.

Глеб давно устал от этих отношений, но боялся себе в этом признаться. Диана больше не вызывала в нём такого сильного влечения, как в первые два года совместной жизни. У них закончились темы для разговоров. Временами, ему казалось, что её интересовал только комфорт и деньги. Попытки общения скатывались к недопониманию или её истерикам. Он начал замечать, что они были слишком разными и чужими. Жизнь рядом с Дианой стала пресной и серой. Глеб по инерции оставался с ней и боялся её потерять. Он видел какими пожирающими взглядами её окидывали мужчины и ревновал. В то же время ему льстило, что она принадлежала только ему. Глебу нравилось возвращаться в квартиру, где Диана ждала его с горячим ужином. Да и никого лучше он всё равно пока не нашёл.

На самом деле в глубине души он боялся одиночества. Глеб не знал, что рану в сердце, причинённую ему родителями, нельзя было залатать другим человеком. Он не понимал, что рядом с Дианой по-прежнему оставался одиноким. Его сестра была единственной, кто мог стать ему поддержкой, но он намеренно отгораживался от неё высокими стенами. Одиночество разрушало.

Глеб не ожидал, что Диана сможет от него сбежать. Этот поступок стал плевком в лицо. Он разжёг в нём злость и обиду. Неужели нельзя было расстаться по-хорошему? Он бы отпустил.

Отпустил бы?

Парень схватил телефон и рванул на выход. В машине у него находилась коробка с виски приготовленная для праздника. Он мечтал открыть одну из бутылок и заглушить злость и горечь разочарования. Его глаза горели, а зубы сводило от нетерпения. Он вёл себя, как гончая, которая напала на след дичи.

Единственным желанием было:

Догнать. Вернуть. Стереть в порошок.

Глеб проснулся с сильной головной болью и горечью во рту. Видимо вчера, он уснул прямо на диване, так и не добравшись до комнаты наверху. В ногах у него спала какая-то девчонка. Хорошо отпраздновали. Вот только он практически ничего не помнил.

Воспоминания возвращались отрывками. И чем больше он вспоминал, тем хуже ему становилось.

Он приковал её к батарее. Оставил одну. Без света.

От этой мысли его замутило, Глеб свесился с дивана, и содержимое желудка вышло наружу. На белоснежном ковре остались мерзкие оранжевые разводы.

— Ты чё творишь? — возмутилась проснувшаяся подружка.

Он небрежно стряхнул её со своих ног и встал с дивана. Тело слушалось с трудом, голова гудела.

Глеб, шатаясь, покинул арендованный домик и отсыпающихся после бурного торжества друзей. Он направился к машине. Там должна была лежать бутылка с газированной водой. Глеб с нетерпением открутил крышку и припал губами к горлышку, с жадностью поглощая содержимое.

По дороге домой, пересиливая дурноту, он заехал в торговый центр и купил кольцо с бриллиантом и огромный букет белых роз.

Он чувствовал, что в их отношениях нужно что-то менять.

Наверное, позвать её замуж было тупой идеей, но он не знал, как можно загладить вину такого масштаба.

Конечно, было бы лучше её отпустить, но он не мог или не хотел этого.

Глеб был озадачен тем, что ключ не подходил к замку.

— Что за хрень? — он недовольно бурчал, пока случайно не заметил торчащую из двери белую бумажку.

Позвони мне. Азалия. — было написано в ней.

Он набрал сестре и узнал, что ключи от замка находят в почтовом ящике. Глеб потребовал объяснений, но Азалия лишь сказала, чтобы он забрал у неё деньги, и сбросила звонок.

Ключи действительно оказались в почтовом ящике.

Глеб в дурном предчувствии пересёк порог квартиры и кинулся к ванной.

Там было пусто.

В спешке обошёл каждую из комнат. Он надеялся, что сейчас Диана выйдет ему навстречу, и он будет вымаливать прощение, если потребуется, будет валяться у неё в ногах. Даже головная боль и дурнота на время утихли.

Её нигде не было.

Глеб отшвырнул коробку с кольцом и букет. Опустился на пол, прижал ладони к лицу и зашёлся в надрывном хохоте. Он сам до конца не понимал, что чувствовал.

Разочарование собой, боль, утрату или облегчение...