17. Эксперимент

Я любил ее безостановочно, уже не считая ее оргазмы, они кажется были бесконечны, а меня это только сильнее заводило. Походу, когда любовь смешивается с яростью… стоп! Любовь? Я действительно подумал именно о ней? Пофиг, неважно, главное, что я хочу ее, а она готова принимать меня.

Уложил ее на бок, снова вошел, начал двигаться, а она почти скулила, потом вскрикнула, и я вовремя зажал ей рот рукой. Я конечно хотел, чтобы она орала, это безмерно заводит, но привлекать внимание соседей все же не хотелось.

Понял, что несмотря на кол внутри члена все же могу в нее кончить, потому что, блин… моя же! Поцеловал, сжимая в кулак ее косу, а она кричала прямо в нашем поцелуе, поджимала ножки и сжимала меня внутри, будто заглатывала сперму. Да, именно так ты и должна делать. Бери ее всю и роди мне ребенка, Малая, нашего ребенка. Тогда нас уже никто и никогда не разлучит.

Когда волна удовольствия схлынула от головы, я вдруг подумал, что хочу сделать ее своей всю. Я кругом у нее первый, осталась только одна не опробованная дырочка, а главное, туда я никого еще не любил, хотя, черт побери, мне всегда было интересно каково это.

— Ты разрешишь мне эксперимент? — спрашиваю, а сам понимаю, что буду очень огорчен, если она откажет.

Она краснеет, милая такая. Облизываю губы и осторожно касаюсь ее попки. Глажу сжатый, пульсирующий от оргазма анус, наверно раз отсюда сюда так отдает, то ей понравится, было бы круто, если бы понравилось.

Только она испуганно сглатывает, явно сомневается.

— Вот только не надо бояться, — почти возмущенно говорю я, но, тут же опомнившись, добавляю. — Я остановлюсь, как только ты скажешь, если вообще согласишься.

Уже идея мне не нравится. Что угодно, только бы она вот так испуганно на меня не смотрела, но она все же кивнула, и взгляд у нее потеплел. Поцеловал ее, а она сразу прижалась ко мне, расслабилась, еще и попку отставила почти приглашающе, кажется неосознанно о руки мои потерлась. От этого даже голова закружилась. Ввел в нее палец. Она не сопротивлялась, но была такой тугой, что пришлось собрать вытекающий из нее сок и хорошенько приласкать.

Пока я ее готовил, она сжимала мои пальцы так, что член затвердел мгновенно, господи, если она так хороша, то как же мне с ней повезло!4f7b7c

Когда я понял, что она готова, усмехнулся.

— Ты делал это раньше? — зачем-то спросила она, а я не стал врать. Это будет наш общий первый раз, разве девушки не любят эту хрень?

Потерся о ее мокрые губки и осторожно толкнулся в нее, а она неожиданно меня приняла, сжалась на миг, обхватив туго головку члена и расслабилась. От одного этого я чуть не зарычал, а потом медленно стал входить, а она принимала меня всего, постанывая и выгибаясь.

На всякий случай спросил у нее, не хочет ли она остановиться, хотя мне казалось, что она сама млеет от удовольствия, а потом я снова ее трахал, пару медленных движений и член легко двигался в ее попе, словно она была рождена для него, а потом кончал, чувствуя, как она вся пульсирует внутри и вскрикивает.

— Я люблю тебя, — сказала она мне, тяжело дыша.

Я лег рядом и хотел сказать ей то же самое, только от глубокого вдоха ребра снова заболели, я с ней обо всем забыл.

— Я люблю… тебя.

Сказал, но последние слова и сам не услышал от воя сирены во дворе.

Кажется, это была пожарная, пришлось вскакивать и выглядывать, а там… что ж, кто говорил, что у меня ничего нет? Вот теперь точно ничего. Горела родительская квартира.