Глава 55.

Перестав сминать мои губы, Богдан смотрит мне в глаза, нежно касаясь правой ладонью моей щеки.

— Ты сама была нечестной. Обещала, что сообщишь, когда надумаешь вернуться, но не сообщила.

Да, верно. Я схитрила. Но он меня перехитрил.

— А может я сюрприз хотела тебе сделать...

— Ты его сделала. И я, наверное, тоже.

— Да уж… — кладу свою руку поверх его руки, собираясь убрать ее со своего лица, но замираю, когда кое-что нащупываю. Точнее, не нащупываю. Обручального кольца.

Богдан сразу убирает руку с моей щеки, и я убеждаюсь в этом. Но ничего не говорю. Не хочу акцентировать на этом внимание, ведь это его решение, и мне не стоит показательно этому радоваться. Хотя да, я очень рада. Эта деталь меня смущала даже тогда, когда он не собирался с ней разводиться. Служила напоминанием, что он не свободен. Неприятно было. А сейчас я прямо облегчение испытываю.

— Позволишь мне тебя отвезти домой?

— Будто ты поймешь слово «нет»…

— Нет.

С моих губ срывается усмешка, я качаю головой.

— Ладно… Отвези. Я добровольно соглашаюсь, — а сама осматриваюсь по сторонам. Не удивлюсь, если Ангелина где-то здесь. Хотя, будь она здесь, она бы уже выскочила к нам.

Сажусь в машину первая, жду, когда он уложит мой чемодан в багажник. Жутко нервничаю, сомневаясь сейчас во всем на свете. Но теперь, кажется, дороги назад нет. Я уже дала ему понять, что принимаю его, несмотря на то, что его бывшая ждет от него ребенка. Да и не чувствовала я с самого начала, что у меня есть выбор. В голове у меня мигает яркая красная кнопка, которая дает сигнал, что нужно попытаться стать счастливой несмотря ни на что, и что время не станет меня ждать, пока я осторожничаю. Мне уже ближе к тридцати. Я не юная. Богдан, не смотря на свой возраст, может любую себе женщину позволить. Это очевидно. Но он смотрит на меня.

— Сильно устала? — садясь в машину, спрашивает Богдан.

— Если для того, чтобы говорить о чем-то важном, то да, я очень устала, — отвечаю, смотря на его руку на руле, на которой больше ничего не блестит.

— Да не о чем говорить уже, Яна, — выруливает на дорогу. — В смысле насчет того, о чем ты ждешь мы будем говорить. Все уже решено. Бумаги будут готовы со дня на день.

Да, он правильно меня чувствует. Меня очень волнует факт их официального развода.

— Ты будто спешишь…

— Я не привык откладывать. А ты хотела бы, чтобы это затянулось?

— Как повлияет на твою репутацию то, что ты разводишься с беременной женой?

— Может, тебя все-таки интересует то, как это повлияет на твою репутацию?

Ох, нет... Вовсе нет.

— Да какая у меня репутация… Я не публичный человек.

— За меня не волнуйся. Таких сюжетов полно. Ангелина и не будет болтать. Будет — пожалеет.

— Что ты сделаешь?

— Она очень любит деньги и комфорт. Как ты думаешь?

Ну, это подействует безотказно. Может, она и правда не решится следить за мужем.

— Ах да… Ангелина такая. Всегда была такой. С детства. Но в нее все влюблялись. Кстати, — ухмыляюсь, — я видела в своем родном городе своего бывшего. Того самого.

— Да?..

— Ага. Я думала, что если снова его встречу, то сильно разозлюсь, но... этого не случилось. Абсолютное безразличие.

Я даже рада, что его встретила. И не раз, кстати. Вчера я выходила за продуктами, и снова встретила его. На его предложение посидеть вечером в баре ответила вполне однозначно.

— Рад это слышать, — произносит Богдан и лезет во внутренний карман своего пиджака за вибрирующим телефоном. — Сейчас я быстро отвечу. Да… И что? Меня это не волнует. Сегодня же, чтобы вывезли ее барахло из дома. К вечеру должно быть все готово, — сбрасывает.

Мне не нужно объяснений на этот счет. Я и так все поняла. Богдан выселяет Ангелину из своего дома. Думаю, он оставляет ей квартиру, которую, он говорил, она очень любит. Очень мило с его стороны. Его ребенку нужно где-то жить.

Стоп. Хватит думать об этом. Мне нужно абстрагироваться. Поубавить свою совесть и прочие мешающие чувства, принципы. Иначе я все испорчу.

— Так у тебя сегодня выходной?

— Да, я весь твой.

Приезжаем мы быстро, но у меня теперь дилемма: позволить Богдану подняться со мной, чтобы помочь с чемоданом, или нет. С одной стороны, проблемы самой с ним справиться у меня нет, а с другой, не хочется отшивать его с порывом мне помочь. Я так долго была лишена этого. Все сама, да сама…

— Ладно, идем.

— Можно подумать, у тебя был выбор.

— Угу, — цокаю. — Мог бы притвориться, что он был… — открываю нам дверь подъезда.

Поднявшись и открыв дверь, я радуюсь почти родным стенам. Да, это съемное жилье, но мне здесь очень нравится. Только я теперь не представляю, что дальше. Мы будем встречаться, а жить каждый у себя? Или будем жить вместе? Не знаю... Но той или иной идее я не хочу быть инициатором. Я уже была в отношениях, в которых мужиком была я. Но с Богданом такого и не получится.

— Спасибо… — толкаю чемодан ногой к стене и, сняв жакет, подхожу к нему. — Моя усталость быстро пройдет. Я приму душ, передохну, а потом тебе позвоню, и ты... сможешь сводить меня на ужин.

Богдан преодолевает остаток расстояния между нами, берет мои руки, пристально смотрит мне в глаза, заставляя мое сердце участить ритм.

Меня подкупает уверенность, что он источает. Для мужчины, который возможно хочет продолжить интрижку и просто какой-то причине захотел развестись с женой, а вовсе не из-за меня — он слишком серьезен.

— Я знаю, ты сомневаешься во мне, — произносит он хрипло. — Я и сам себя такого плохо знаю. Но зато я точно знаю, что никогда еще себя лучше не чувствовал в своей жизни.

У меня дыхание перехватывает от восторга, вибрация по всему телу, кончики пальцев покалывает...

— Я, наверное, тоже.

И это… пугающе.

Мы вообще могли не встретиться. Но встретились. Наверное, мое желание отомстить бывшей подруге где-то там наверху услышали, и потому столкнули нас. Или Богдана с Ангелиной свели, заведомо зная, что нам суждено быть вместе.

Бред. О чем я только размышляю… Просто так случилось. Никто не планировал нашу встречу. Мы сами творим свою судьбу.

— Ладно, все, иди… — кладу ладони ему на грудь и давлю, но он как скала, его не сдвинуть.

— Как только поцелуешь. Сама, — берет мои запястья, тянет на себя.

Потянувшись к нему, я легко касаюсь его губ своими, и на этом все. Я не хочу угодить в его ловушку. Не сейчас. А вот вечером… Очень даже хочу.

***

Следующие несколько часов я провожу в настроении. У меня музыка на ноуте играет. Я толком и не отдыхаю, по квартире кручусь, приводя себя в порядок и прибирая тот бардак, что навела со психу перед полетом к маме.

За час до того, как я смогу считать себя готовой, я пишу ему сообщение, чтобы через час подъезжал, если его день все еще свободен.

Сижу крашусь, и вдруг звонок в дверь. Всего двадцать минут прошло. Ох… Ему ждать придется. А может он это специально.

Посмотрев в глазок, я понимаю, что это другой мужчина, и у него что-то в руках.

Оказалось, что он доставщик. Не спросив толком ничего, я расписываюсь и забираю темную коробку, красиво перевязанную светлой атласной лентой.

Это еще что?.. Нет, я догадываюсь от кого это, но что он мог туда положить? Спешу в свою комнату, кладу коробку на кровать и спешу развязать ленту. Осторожно снимаю крышку.

— А…

Тянусь руками к вещи, подцепляю ее пальцами и тяну наверх. Рассматриваю красоту, которую, вероятнее всего, он хочет, чтобы я надела сегодня. Аккуратно кладу нежно бежевое платье на постель и беру записку из коробки, торопливо ее разворачиваю.

«Хочу видеть тебя сегодня в нем. И не хмурься, читая это. Я не пытаюсь тебя купить. Ведь ты уже моя».

Глава 56.

Закончив делать макияж, я тороплюсь закончить сборы. Платье надеваю в последний момент, боялась помять, и теперь любуюсь своим отражением. Не солгу, если скажу, что никогда не надевала что-то красивее. Село идеально.

Шикарное, но не такое, чтобы только на светский прием годилось. Вечернее, но не простое. У Богдана определенно есть вкус. Сомневаюсь, что он отправлял кого-то из своих помощников за ним. Чувствую, что он сам к выбору руку приложил.

Уже через пять минут он звонит мне, и я, не отвечая, спешу спуститься.

Припарковался он прямо напротив.

Богдан не видит, что я вышла. Вижу через окно, что он делает попытки до меня дозвониться, а я беру неожиданно открываю дверь машины и сажусь к нему.

— Я уже здесь. Хватит мне звонить, — усмехаюсь и сажусь чуть боком.

Богдан торопливо рассматривает меня и расплывается в улыбке.

— А уже подумал, что ты разозлилась из-за моего подарка и решила меня наказать.

— Не разозлилась. Ты мне даже очень помог. Я бы долго мучилась, что надеть… А куда мы, кстати, едем?

— Все тебе сразу расскажи, — хмыкает он дразняще, заводя машину. — Ты не нервничай…

— Я и не нервничаю.

— Нет, ты нервничаешь. Будто мы с тобой любовники какие-то...

— Разве нет? — срывается с моих губ, и я трусливо отвожу взгляд в сторону.

— Не нервничай, говорю, — игнорируя мой вопрос, произносит он. — Меня не заботит, что кто-то, даже сама Ангелина, может нас увидеть вместе. И тебя не должно заботить.

— Почему не должно? Меня очень даже заботит… Если ты думаешь, что я до сих пор направлена на месть ей, то ты ошибаешься. Все это довольно неприятно.

— Да мне тоже, Яна, — звучит из его уст искренне. — Но я все уже решил. Ты можешь считать меня жестоким, но…

— Я не считаю тебя жестоким, — перебиваю его. — Скорее порывистым…

— Не понял сейчас.

— Может… может ты поспешил разводиться с матерью своего ребенка, — запускаю небольшую проверочку, во время которой не свожу с него взгляда.

Но он вообще не дернулся, будто ничего такого и не прозвучало.

— Не ставь под сомнение мои решения, Янина, — говорит он очень серьезно, не отрывая сосредоточенного взгляда с дороги. — Я думал, что ты из тех, кто стоит на стороне решения проблем, а не создания их на пустом месте.

— Ты… правильно думаешь.

— Так не придумывай нам лишних проблем. Хотя бы сейчас, когда мы решили вместе приятно провести время. Я тебя очень прошу. Один вечер, ночь… До утра отложим их, хорошо? — бросает на меня полный надежды взгляд.

— Да… Прости.

Он совершенно прав. Я придумываю проблемы, когда можно о них не думать. Нет смысла все это перемывать, когда ничего уже не изменить.

Спустя пару часов…

Мы на двадцатом этаже элитного здания, в неделю назад открытом заведении, в которое на данный момент почти невозможно попасть. Ни единого свободного столика, но все они на достаточном расстоянии друг от друга, есть чувство уединенности.

Меню мне тоже очень понравилось, хотя аппетита особого нет. Должна признаться, что сильно нервничаю, находясь сейчас в каком-то непонятном качестве рядом с ним. Он говорит, что я его, но я будто на распутье. Наверное, мне страшно посмотреть в завтрашний день, а тем более в месяц спустя. Будет ли он таким же рядом со мной, или уже нет...

— Задумалась?

— Просто видом любуюсь… — часто моргаю, улыбаясь. — Потрясающее место… У тебя получилось меня удивить.

— Чуть позже я удивлю тебя еще больше.

— Я заинтригована, — прикусываю нижнюю губу. — Что ты задумал?

— Я хочу, чтобы сегодня ты ночевала у меня.

— У… у тебя? То есть…

— Ты же знаешь, что я теперь живу за городом. Тебе у меня понравится.

Вспоминает его разговор с кем-то по телефону сегодня днем. Очень уж он торопил с тем, чтобы вышвырнули шмотки Ангелины. Очевидно, он все это задумал заранее, отсюда и спешка.

— Я… я не знаю…

— Не «не знаю», а я говорю, как будет, Янина. Даже не думай возражать. Ты обещала, что будешь послушной сегодня.

Бегаю глазами, не переставая улыбаться, и не знаю, как себя повести. Честно говоря, я понимала, что будет продолжение, но то, что он потащит меня в место, в котором жил с ней — не ожидала.

Впрочем, он говорил, что Ангелина всегда предпочитала центр города, а не загородный дом, и брак их весьма недолгий... Можно сделать вывод, что ее там толком и не было.

А еще мне совсем не хочется препираться в такой волшебный вечер и отказываться. В его доме в Питере я ведь уже была. Что мне мешает взглянуть на этот? Ангелина на моем месте не колебалась бы и вовсе.

— Я буду послушной, — выдыхаю без сомнений.

— Тогда попросим счет.

— Давай… — дарю Богдану еще одну улыбку, после чего зацепляюсь взглядом за знакомую фигуру слева.

Ох, неожиданность...

Мой будущий босс здесь, еще формально не действующий. Он в компании женщины, которую я видела на той вечеринке. Они здоровались, и она что-то прошептала ему на ушко, прежде чем уйти. Я это запомнила.

Он тоже меня замечает, удивляется, а после едва заметно кивает мне, а я ему. Богдан это замечает и слегка оборачивается.

— Как неловко… — произношу я.

— Что неловкого? Почему?

— Потому что Саблин явно хотел, чтобы я сразу начинала работу, когда кинула Виноградова, но я попросила две недели, чтобы я смогла слетать к маме в родной город. И он согласился. А теперь он видит меня здесь спустя несколько дней…

— Ну и что? Какая ему разница, на что ты тратишь эти две недели, — хмыкает Богдан. — Если будут какие-то проблемы, то я поговорю с ним.

— Поверь, я способна сама все уладить, — заявляю серьезно, глядя в глаза мужчины.

Богдан кивает, но явно недоволен моей реакцией, однако ничего не говорит. Но я рискну предположить, что у него есть в планах меня перевоспитать.

Нас быстро рассчитывают, и мы отправляемся на выход, проходим мимо столика Саблина и его спутницы.

Наверное, Богдан прав, и мне не стоит беспокоиться по поводу того, что мой будущий босс меня увидел.

Глава 57.

Спустя немного времени…

— Почти уже приехали…

Уже успело стемнеть.

— Ты далеко живешь. Прямо... в каком-то лесу.

В красивом лесу.

— Не волнуйся, у меня есть охрана. Я этот дом строил в то же время, когда брат строил свой. Он тоже не так далеко. Вон если туда свернуть, то можно через пятнадцать минут быть у них. Правда, сейчас там пусто. Мирон съехал. Сказал, что больше не хочет там жить.

— Из-за Лили?

— Наверняка… Он умеет все сделать сложным. Я уже и не уверен....

— В чем?

— В том, что Лилия была лишь заменой его первой любви.

— Вот как… А Лиля-то об этом догадывается?

— Сомневаюсь. Мирон умеет прятать свои чувства. Я в их драму не лезу. Без меня есть кому лезть. Наша сестра… Ну, как сестра, она неродная, но с восьми лет ее воспитывали наши с Мироном родители. Ей все покоя нет из-за их развода.

— А ей-то что до этого?

— Черт ее знает. Она сама по себе странная. С Мироном они, мягко говоря, не ладят. Да не забивай себе голову…

— А у тебя та еще семейка…

— Это да...

— Кстати, все уже в курсе, что ты разводишься?

— В курсе.

Не удивлюсь, что многие расстроены. Ангелина умеет очаровать.

— И как все отреагировали?

— Знаешь, у нас все живут, как хотят, и никто никого не осуждает. Никто к Ангелине и не успел привязаться за это время. Она и не хотела ни с кем общаться. Мне так даже было проще.

А вот это глупо с ее стороны. Раз уж она так вцепилась в такого мужчину, то ей стоило сделать все, чтобы завоевать любовь его близких. Она могла хотя бы притвориться.

— Ясно… — выдыхаю, расслабив спину, но тут же ее напрягаю, когда понимаю, что мы приехали.

Большие железные ворота открываются и сразу закрываются за нами, затем еще полкилометра, и мы у дома. У огромного современного двухэтажного дома, в котором есть свет лишь на нижнем этаже. Двор хорошо освещен, но все равно трудно сейчас оценить красоту этого места. Вот утром, при свете солнца...

— Ну вот мы и дома, — произносит будничным голосом Богдан, отстегивая ремень безопасности.

Сомневаюсь, конечно, что буду чувствовать себя как дома, но…

Войдя в освещенный холл, я сразу снимаю туфли. У меня были единственные светлые туфли к этому платью, и они самые неудобные. Да и топтать ковры я не хочу.

— Если захочешь экскурсии, то я проведу тебе ее завтра утром. Чувствую, что твои ножки устали…

— Не представляешь насколько.

— Надо сделать им массаж. Но сначала… — берет меня за руку и тянет куда-то.

Ух ты, какая необычная гостиная. В смысле, она как с обложки журнала, но здесь очень уютно. Диван мне этот огромный очень нравится, с видом на вечерний сад, а искусственный камин создает теплую атмосферу.

Садит меня на диван, обходит его со спинки и кладет свое горячие ладони мне на плечи. Я не пугаюсь, но все же меня охватывает приятная дрожь. Склоняется, чтобы кое-что сказать рядом с моим левым ухом:

— Сиди отдыхай, а я принесу нам выпить, — шумно вдыхает и, еще чуть сильнее напоследок сжав мои плечи, отправляется в сторону.

Что ж, буду делать, как он говорит. Буду сидеть и отдыхать. Наслаждаться и предвкушать.

Богдан возвращается вскоре, я не успеваю соскучиться. С темной бутылкой и двумя бокалами.

— Надеюсь, ты не против.

— Не откажусь, — слегка меняю положение, сажусь немного боком и поджимаю ноги.

— Тебе, наверное, неудобно в платье, — разливая красный напиток, из заранее открытой бутылки по бокалам, произносит Богдан.

— Предлагаешь мне его снять прямо сейчас?..

Богдан бросает на меня короткий, но цепкий взгляд, чтобы считать мои эмоции с лица. У него самого их через край.

— Ты прекрасно знаешь, что я этого хочу, но... не хотел спешить. Всего лишь хотел предложить, чтобы ты пошла в ванную и надела халат. Так тебе будет удобнее.

Он милый сегодня. Нет, правда. Я только за не спешить. Да их дух перевести надо. Посмотреть, как я выгляжу. Я не смотрелась в зеркало с самого выхода из квартиры.

— Знаешь… Я не откажусь, — грациозно поднимаюсь с дивана. — А где ванная?

— Иди вон туда, — показывает рукой, — и направо.

— Ага. Я скоро, — на носочках обхожу диван.

— Если что, то кричи.

— Ладно, — усмехаюсь и ускоряюсь.

Вхожу в ванную комнату и сразу бросаюсь к зеркалу, верчу головой, рассматривая себя, после чего распутываю свою замысловатую прическу. Все равно она вскоре бы распалась. Снимаю платье, аккуратно складываю его и оставляю рядом с раковиной, надеваю белый халат и спешу к нему вернуться. Незачем задерживаться больше, чем необходимо. Наедине с собой я начинаю много думать.

— Так и правда удобнее… — вхожу в гостиную с этими словами, быстренько обхожу диван и сажусь рядом с ним.

— Я же говорил, — берет бокалы со столика, один подает мне.

— Спасибо…

Стукнувшись бокалами, я подношу бокал к своим губам, вдыхаю его содержимое и делаю глоток.

— М-м… — искренне восторгаюсь. — Это очень вкусно… Наверное, старая бутылка.

— Да, весьма.

Делаю еще глоток и заставляю себя отвести от него взгляд.

— Красивый у тебя дом…

— Тебе нравится?

— Да. Очень. Для меня он как дворец. Он, наверное, даже больше того в Питере.

— Немного, — отвечает Богдан, и точно не сводит с меня взгляда, в то время как я смотрю на камин. — Я не просто так тебя сюда привез... Хочу, чтобы ты переехала ко мне.

Это заставляет меня снова взглянуть на него и, спустя несколько секунд тишины и лихорадочных размышлений, сделать еще один глоток.

— Ты только сегодня избавился от ее вещей, а теперь зовешь меня? Да, я поняла, что ты человек прямой и долго не думаешь, но…

— Значит, ты хочешь только встреч?

— Я этого не говорила...

— А чего ты хочешь?

Глава 58.

Богдан может и умеет заставить человека почувствовать себя загнанным в угол… Со мной это не впервые. Но сейчас он это сделал, задав мне лишь один простой вопрос.

Чего я хочу… Мне следует искренне высказаться? Если да, то это прозвучит до безумия наивно. А я не хочу выглядеть в его глазах наивной.

Он видит сейчас, как я не нахожу слов, метаюсь, но продолжает молчать, делая наше общение еще более неловким.

Я не так все представляла. То, что произойдет сегодня. Думала, что мы поужинаем, коротко поговорим о какой-нибудь ерунде, потом секс… Но, похоже, мы не можем больше просто переспать друг с другом. Нам обоим нужна какая-то определенность. Не только мне, как оказалось.

И если честно, то мне приятно, что он давит, хочет жить вместе... И я уже знаю, что соглашусь на все, что он скажет, а там гори все огнем.

Богдан приходит в движение, ставит свой бокал на прозрачный столик и придвигается ко мне, не спрашивая забирает мои ноги к себе на колени и начинает умопомрачительно массировать мои лодыжки. Я «плыву» настолько, что не могу этого скрыть. Едва не выпускаю бокал из руки, откидываясь чуть назад.

— Мы хотим одного и того же, — делает умозаключение Богдан, смотря на мои ноги. — Я не лгал, когда говорил, что для меня ты самая сексуальная женщина… — проводит пальцами выше, но быстро возвращается вниз.

Мои пальцы покалывает. Как на руках, так и на ногах. Волнение льется через край, но в то же время я испытываю какой-то внутренний покой.

— Я и не думаю, что ты лгал. Почему ты сейчас об этом вспомнил?

— Потому что ты в себе сомневаешься, Янина, — смотрит мне в глаза. — В себе еще больше, чем во мне.

— Отчасти… Отчасти ты прав.

— Не отчасти. Ты все еще считаешь себя чем-то временным в моей жизни. Но это не так. И я в этом уверен. Не прояви ты характер и сразу сдайся мне, исход был бы тот же. В этом я тоже уверен. Не важно, как бы ты себя вела со мной… я бы чувствовал то же самое.

Своим взглядом он за душу берет, словами обволакивает… Хочется просто ощущать его руки на моих ногах и слушать, слушать...

— Про Ангелину я тебе правду сказал, — нехотя продолжает Богдан. Видно, что он не хочет говорить об этом, но так как считает нужным поставить точку, делает это несмотря на то, что это может испортить вечер. Я рада, что он этого не боится. Это всего лишь вечер. — К ней были чувства на уровне, как ко всем моим проходным женщинам. А что касательно нашего брака… — он не прекращает работать над моими ногами, делая это крайне нежно и осторожно. — Она просто попала в нужное место и нужное время. И да, Янина, я бы не стал с ней разводиться пока что, если бы не встретил тебя. Как бы грубо ни звучало это… но все из-за тебя, — акцентирует на последних словах. — Это не я прозрел, благодаря какому-то внутреннему росту. Это ты...

— Ты ей изменял? — спрашиваю и делаю глоток из бокала, чтобы смочить пересохшее горло.

— Было пару раз.

— Не считая меня?

— Не считая тебя.

— Ты так легко об этом говоришь… Об измене. Для меня это…

— Да, знаю, для тебя это слишком. Не думай, что я не понимаю, какая ты. Понимаю. Но, отвечая на твое непонимание — я просто не чувствовал и не чувствую вины. Ангелина сама не святая.

— Да?.. Помню ты говорил, что исключено, что она может тебе изменять.

— Я ее прошлое имею в виду.

А вот это интересно…

— И что же с ее прошлым не так?

— Она работала в эскорте. С богатыми мужиками по мероприятиям ходила, продавала свое общество и не только. Но не в этом городе. В Питере. Там мы и познакомились. Совершенно случайно. Я ее не нанимал. Обычно, я находил себе бесплатную компанию.

Стараясь оставить выражение лица нормальным, я бегаю взглядом, но внутри меня все напряглось донельзя.

— Так… она в Питере до встречи с тобой жила? Я думала, что она здесь была все эти годы.

— Она влипла в историю почти три года назад. В такую, что ей пришлось бежать, сверкая пятками, едва она приехала в столицу. Ангелина выбрала второй большой город и, вроде как, стала выживать. Она уверяла меня, что мало с кем спала из тех, с кем дела имела, но мне было все равно. Главным моментом для меня было, что она не из моего круга и в случае расставания у меня не будет с ней проблем. Но она, конечно, напридумывала себе…

— Что ты влюбился в нее и поэтому сделал своей женой?

— Да. И это несмотря на брачный контракт и жесткие условия. Она быстро освоилась в моем мире. И теперь она не хочет из него выходить, но знает, что я ее не пожалею, если она будет мешать мне делать, что мне нужно, — судя по его тону, не стоит сомневаться в его угрозах. — Что такое? Тебе вдруг грустно стало от моих рассказов?

— Нет, просто… Она все-таки беременна. Не будь с ней жесток. В любом случае. Пускай родит спокойно.

На что Богдан шумно выдыхает и перестает мять мои ноги, но оставляет руки на них.

— Если честно, Яна… я не чувствую никакой радости поэтому поводу, — больше не смотрит мне в глаза. — Совсем, — хрипло, обреченно. — Хреновый у меня отцовский инстинкт, но я правда ни черта не чувствую… Понимаю свой долг, но не чувствую. И мне паршиво от того, что у этого ребенка не будет нормальных родителей.

— Не говори так…

— Это правда, Яна. Я облажался... Ты права была, когда сказала, что быть отцом — не значит отсылать бабки. Это далеко не только это. Но я точно знаю, что на большее не способен. Не лежит у меня душа.

Глава 59.

Его последние слова звенят у меня в ушах, я пытаюсь переварить его откровенность, которой не ожидала от такого человека... как он.

Не знала, что он так может… Обычно, сильные мужчины о таком не признаются. По крайней мере, я не верила, что такое может быть в реальности. Такое скрывают глубоко в себе, даже стыдятся. А он явно сейчас не жалеет о сказанном.

Медленно убираю свои ноги с его колен, приподнимаюсь всем корпусом, ставлю бокал рядом с его на столик и подсаживаюсь к нему ближе.

То, что я сейчас собираюсь сказать — будет правдой. И смягчать я ничего не собираюсь. Моя поддержка будет совершенно искренней.

— Если ты ждешь, что я начну тебя осуждать… ты этого не дождешься. Я все понимаю. Так бывает… И не только с тобой. Но я верю, что все может измениться. Ребенок родится и… я думаю, что все изменится. Тебе не будет так на него наплевать, как тебе кажется сейчас. Просто его еще нет. Ты не видел, не держал его на руках...

— Ты как будто хочешь этого… Тебя правда больше все это не задевает? — кидает на меня свой острый взгляд. — Знаю, что ты добрая, не такая, какие меня обычно окружали… Но все же...

— Задевает, — опускаю глаза немного ниже. — Конечно это так… Но я не хочу, чтобы ты лепил из себя какого-то злодея. Просто все это очень некстати…

— Еще как некстати, — со злостью произносит Богдан, шумно втягивая в себя воздух. — Для меня было бы лучшей новостью в моей жизни, если бы все это оказалось неправдой.

Хм… А я вот об этом даже как-то не подумала. Ангелина могла придумать беременность. Хотя, она же сообщила ему о ней до того, как он заявил о желании развестись. Так что это вполне может быть правдой. Да и врать о таком глупо… Такая ложь уж точно вскроется, притом очень скоро.

— Думаю, Ангелина понимает, что в таком случае ее ничего хорошего не ждет.

За облегчением последует его злость, и тогда он точно ее не пожалеет.

— В любом случае я буду делать тест на отцовство. Незаметно для нее. Сразу после рождения ребенка.

Это умно. Не стоит ее пугать, нервировать подозрениями. Пускай спокойно выносит и родит, а там видно будет.

— Ну, если ты считаешь, что так нужно сделать…

— Я должен быть уверен, — вижу, что он тверд в своем решении. — Прости… — произносит следом, смотря на меня с грустью. — Знаю, ты ждала другого сегодня…

— Я ждала, что мы поговорим об этом. Ты даже не представляешь, насколько я переживала…

— А теперь не переживаешь?

— Теперь нет, — качаю головой, выдыхая облегченно. — Правда... Теперь я спокойна.

Богдан впивается в меня пристальным взглядом, напрягаясь, после чего делает рывок ко мне.

Я вся мгновенно слабею, когда оказываюсь в его руках, а его губы на моих.

Оказывается, я так ждала этого, что сейчас не могу себя контролировать и веду так, будто мне это необходимо как воздух. Может, даже больше. Думаю дело в том, что между нами стало все прозрачно, понятно, а то, что происходит сейчас, кажется уже правильным.

Чувствуя мою отдачу, Богдан тянет меня на себя, еще ближе, а после ловко усаживает к себе на колени, не прерывая наш сумасшедший поцелуй ни на секунду.

Мне так хорошо. Я млею от его рук, которыми он забрался мне под халат и теперь сжимает талию, бедра. Стоны срываются с моих уст, от которых он позволяет себе зайти дальше. А я и не против. Мы все еще можем закончить этот день, как того оба хотим, и забыть обо всем хотя бы до утра.

— Пошли наверх, — отрываясь от моих губ, встает с дивана вместе со мной Богдан. — Быстро.

Возражать не стану…

***

Просыпаюсь от ноющего чувства ниже пояса и легкой головной боли. Но все равно, приподняв голову и осмотревшись, я улыбаюсь и опускаюсь обратно.

Он еще спит.

Я боялась проснуться одна. Что у него возникнут какие-нибудь дела, и он сорвется их решать, оставив меня одну.

Так приятно проснуться вместе. Так было и тогда, у меня, но вместе с тем мне было грустно, я умирала от того, что мне придется его отпустить, хоть он этого и не хотел. Но теперь, понимая, что нам не придется расставаться, у меня нет поводов для печали.

Только я приподнимаюсь всем корпусом, я слышу, как он переворачивается.

— Куда ты сбегаешь? — хрипит он.

Повернув голову, я мягко улыбаюсь ему. Будет здорово каждое утро видеть его таким… настоящим. Неидеальным.

— Думаешь я сбегаю от тебя?

— Я угадал?

— Нет, ты не угадал, — произношу немного обиженно, но по-прежнему с улыбкой. — Всего лишь в ванную собралась. Хочу принять душ. Можно?

— Да… Только если со мной.

Издаю едва слышный протяжный стон, чуть запрокинув голову, понимая, что не могу ему отказать. Да и не хочу.

Проходит пятнадцать минут в раю, и мы спускаемся вниз. Богдан приводит меня на кухню.

— Не знал, что ты любишь по утрам, поэтому заказал сразу всего.

Да уж… Чего тут только нет. Жирное, не жирное… Мясное, диетическое…

— Когда ты успел заказать еду? Мы же с тобой ни на минуту не расставались.

— Я еще вчера все заказал.

— Вот оно как… — подхожу к кофемашине. — Все предусмотрел…

— Не назову себя внимательным человеком, но по отношению к тебе я хочу быть именно таким. Цветы, кстати, тоже тебе, — указывает взглядом на большой обеденный стол, который чуть вдалеке. Здесь кухня совмещена со столовой. Красота.

Вижу огромный букет из белых роз и расплываюсь в улыбке, после чего перевожу взгляд на кофемашину и начинаю наливать себе латте.

— Ты подумала о моем предложении? — спрашивает Богдан, когда мы уже за столом в процессе поглощения нереально вкусной еды. Аппетит зашкаливает, а тело больше не саднит. Я давно себя так хорошо не чувствовала.

Я знаю, о чем он. И этот вопрос совсем ничего не испортит.

— Подумала…

— И? — он аж замирает, даже моргает.

Мне нравится то, насколько он зависим от меня... Это не может не нравиться.

— Я согласна. Но…

— Есть условие?

— Да это не условие, а скорее желание расставить все по своим местам, — отпускаю вилку в тарелку и начинаю настукивать ритм пальцами по белому столу. — Ангелина должна узнать про меня.

— Хорошо, — Богдан реагирует сразу и совершенно спокойно, чему удивляться не стоит. — Я скажу ей. Завтра мы будем подписывать документы. Я ей сразу после этого скажу.

Да, лучше так.

После Богдан проводит мне обещанную экскурсию по дому, затем мы прогуливаемся в саду, а еще немного позже он просит меня остаться и при этом использует совсем нечестный ход, вжимая меня своим телом в диван и обессиливая поцелуями.

— Богдан… Мне нужно домой… Так нечестно…

— Все честно. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты осталась. Я готов освобождать день за днем, лишь бы быть рядом с тобой… Вечно я так делать, конечно, не смогу, но…

— Погоди… — прикасаюсь пальцами к его губам. — Ты сам-то слышал, что сказал? — округляю глаза.

— А что я сказал? — хмурится.

— Ты сказал… — сглатываю, — что…

— Что люблю тебя? Для тебя это новость, что ли? — звучит искренняя усмешка.

— Просто ты еще никогда…

— Я хотел сказать раньше… Специально. Акцентировать на этом. Но… вот оно вышло спонтанно.

— Так даже лучше… — глажу его пальцами по щеке. — Я тоже тебя люблю…

Глава 60.

— Может, ты передумаешь? — почти подъезжая к моему дому, Богдан делает еще одну попытку. Он сделал их уже множество. И один раз, в порыве страсти на его удобном диване, я чуть было не согласилась.

— Богдан… — стону.

— Ладно, все, молчу, — недовольно хмыкает Богдан и коротко косится на меня. — Но завтра ты никуда не денешься.

— Я и так уже никуда от тебя не денусь.

Завтра состоится их развод, Ангелина узнает обо мне, и я смогу наконец-то свободно выдохнуть.

— Хорошо, что ты это понимаешь.

Через несколько минут мы подъезжаем к моему дому, но я не спешу выходить из машины. Хочется еще немного побыть с ним рядом. Все-таки только завтра встретимся. А это звучит как вечность. Я снова чувствую себя шестнадцатилетней влюбленной девчонкой. Но я корчу из себя взрослую, терпеливую, в силу своего возраста. Наверное, Богдан чувствует мое истинное состояние и его слегка веселит мое поведение.

— Скажи честно, у тебя есть причины сейчас сбегать от меня? Есть какие-то срочные дела?

— Срочные дела… Нет, но я слегка забыла о своих друзьях, не звонила маме... Хотя знаешь... Я как всегда хочу отгородиться, держать дистанцию…

— Это из-за того, что я еще не разведен?

— Нет…

— Все еще не веришь мне, — злится.

— Богдан, нет…

— Посмотри на меня, Яна. Мне в глаза, — и я смотрю в его светлые глаза, сосредотачиваюсь на них. — Я люблю тебя. По-настоящему я еще никогда не хотел быть ни с кем. Лишь с тобой. Я завтрашнего дня больше тебя жду. Хочу освободиться, чтобы ты больше не смотрела на меня такими глазами.

— Я… я ни в чем тебя не подозреваю, — теряюсь. — Я тоже люблю и… наверное, просто психую из-за завтрашнего. Еще немного времени назад я предвкушала момент, когда Ангелина узнает, что у нас с тобой что-то есть, а сейчас я переживаю. Для меня это больше не месть и…

— Да хватит уже о ней… Хватит думать о том, что будет, когда она узнает. Пора нам перестать об этом говорить. Хотя бы до завтра.

— Да… — судорожно выдыхаю. — Ладно, я пойду. Вчера, сегодня утром… все было прекрасно. Мне правда было очень хорошо, — улыбаюсь ему, касаясь его плеча. — Позвони мне завтра, когда все будет… ясно.

Богдан подается ко мне, и я, не сдержавшись, делаю то же самое. Мы целуемся, и я расклеиваюсь окончательно спустя какие-то секунды. Ну не могу я так...

— Твой день по-прежнему свободен? — спрашиваю его, оторвавшись от его губ. Он отвечает мне взглядом и с нетерпением ждет, что я скажу дальше. — Проводишь меня?

— Ну конечно.

Выходим из машины, я беру букет с заднего сиденья, и мы отправляемся ко мне. Поднимаемся.

— Проходи пока… — как я рада, что вчера навела порядок. — Я букет поставлю.

— Ага… — снимает обувь и отправляется в сторону гостиной.

Наполняю вазу водой, ставлю букет на кухонный стол и иду к нему. В гостиной я его не обнаруживаю, иду дальше — в спальню. Богдан стоит у окна, со своим телефоном. У меня возникает нехорошее предчувствие.

— Нарисовались важные дела? — бросаю сумочку рядом со шкафом.

— Даже не мечтай… — оставляет свой смартфон на подоконнике.

— Ладно, — подхожу к нему почти вплотную и разворачиваюсь спиной. — Поможешь?

— С радостью, — тянет за язычок молнии вниз, а затем и бретельки платья. Запрокидываю голову назад, прижимаюсь к нему и прикрываю глаза, но уже в следующую секунду Богдан резко разворачивает меня к себе лицом, зарывается руками мне в волосы и головокружительно впивается в губы, глубоко проникает языком мне в рот. — Обожаю, как ты пахнешь, как пахнут твои волосы…

— А их цвет?..

Не раз мне говорили, что это как-то экстремально. Да и сама уже не раз замечала, как он их рассматривает.

— Все в тебе обожаю, — поднимает мое лицо выше, горячо целует шею. — Хотя с темно русыми тебе тоже хорошо… — руками перемещается ниже, торопливо тянет ткань платья вниз, а я тянусь пальцами к его ремню.

Однако спустя двадцать минут приходит осознание того, о чем я прежде даже не задумывалась. А ведь стоило… Чувствую себя какой-то безответственной малолеткой.

— Что, жалеешь? — прижимаясь ко мне сзади, спрашивает Богдан. — Мне уйти?

— Нет… И я не жалею.

— Тогда в чем дело? Отстраненная ты какая-то.

Уверена, что с другими девушками он был именно таким.

— Мы с тобой такие безответственные…

— В плане?

— За все это время мы даже не подумали о… «защите».

Он молчит, а я цепенею.

— Я ничем не болен. Не сомневаюсь, что и ты тоже не больна.

Переворачиваюсь на другой бок, смотрю ему в глаза.

— Думаешь, нет других причин переживать? С Ангелиной ты тоже об этом не думал? А потом удивился, что она забеременела?

— Ты за кого меня принимаешь? С ней как раз я об этом и думал. Всегда. Поэтому я и хочу сделать тест на отцовство, — я теряю дар речи, не зная, что ответить. — Мне тридцать пять лет. Если бы я об этом не думал, знаешь, сколько бы у меня уже было детей?..

— И знать не хочу, — шиплю.

— Ну не злись… — нежно касается моего плеча. — Это тебе комплимент. Все сказанное мною вчера… Это к тебе не относилось. Тебе нечего бояться рядом со мной. Я ко всему готов.

Богдан кладет ладонь мне на затылок, но едва он касается моих губ, я спрашиваю:

— А что значило... "Хотя с темно русыми тебе тоже хорошо..."? Можно подумать, что ты видел меня с темно русыми.

— Ну, я видел твои фото в гостиной, да и...

— Что?

— Я не уверен, но, кажется, я видел тебя раньше.

— Что? — белозубо улыбаюсь. — Это вряд ли...

— Я об этом подумал еще в нашу первую встречу в отеле...

— И когда ты, думаешь, меня видел?

Богдан задумчиво щурится.

— Это было где-то три года назад. В аэропорту. Как раз вскоре после похорон Таисии, девушки Мирона... Я тогда встречал одного человека из аэропорта и случайно увидел девушку, похожую на тебя, у которой ну вот никак не вытаскивалась ручка чемодана. Правда она была далеко от меня...

О. Боже. Мой!

— Это была я, — на пару секунд прикрываю глаза и поджимаю губы.

— Правда? Все-таки ты? — впервые вижу, чтобы он вот так искренне удивлялся.

— Я тогда впервые приехала в столицу. Мама отдала мне свой старый чемодан в дорогу, с которым я слегка опозорилась, — смеюсь, но мой смех прерывает мой звонящий телефон, который валяется в сумке у шкафа. — Я сейчас, — вылезаю из постели и голышом бегу к сумке.

Ой... Это Саблин.

Глава 61.

— Кому ты там понадобилась? — монотонным голосом интересуется Богдан, пока я кусая губы, не знаю как поступить.

Так и знала, что что-то будет после того, как Саблин увидел меня. Он же мне говорил, как важно скорее начать, но вошел в мое положение. Чувствую себя какой-то лгуньей...

— А, это мой босс…

— Не отвечай.

— Но…

— Ты просила две недели — он согласился. Все. Кроме того, он еще не официально твой босс.

— А вдруг это что-то важное…

Еще психанет. Отменит все договоренности. Весело мне тогда не будет. Я останусь без работы.

— Например что? — хмыкает Богдан. — Ты еще даже в курс дела не введена.

— Может, он хочет сказать, что я ему уже не нужна, ну или…

— Не будет такого. Я не позволю ему тебя кинуть, — заявляет Богдан. — Я серьезно… И не хмурься. Иди лучше ко мне. Пожалуйста…

Его «пожалуйста» творит чудеса... Сдаюсь. А разве я могу иначе? Не только он зависим от меня. Я — не меньше. Бросаю телефон на сумку и иду к нему. Только захожу с его стороны кровати, но он не двигается, и тогда я, проскользнув под одеяло, сажусь на него сверху. Его правая рука сию секунду ложится мне сзади на шею и тянет на себя для поцелуя.

Подумать только... Он уже видел меня. В голове не укладывается. Бывает же так...

Спустя час я его наконец-то «выгоняю». Не сделай я этого, он бы остался. Пообещал, что завтра, как только все будет кончено, он мне позвонит. До тех пор я не хочу слышать его. Так ему и сказала, хоть и в доброй манере. Но все же это серьезно.

На диких нервах. Дурное у меня предчувствие… И в таком состоянии мне совсем не хочется перезванивать Саблину. Завтра. Когда все будет позади. А сейчас лучше Еве брякну.

— Вот позвонила бы мне перед прилетом, я бы тебя встретила!

— Да меня встречали…

— Богдан Барсов, да?

— Мм... А ты откуда знаешь?

— Ну, очевидно же. Виноградов всем уже растрепал, что ты профессию сменила. Что тебе стало интереснее за деньги с ним в кровати лежать, нежели продвигаться по карьерной лестнице.

Вот мразь. Престарелый ублюдок. Могу представить, как его порвет из-за Саблина…

— Да... пошел он.

— Вот и я так думаю. Твои недоброжелательницы, конечно, поддерживают его теорию, но большинство крутят у виска. Он себя идиотом выставляет, показывая, насколько он расстроен из-за твоего ухода. С его стороны глупо.

Тоже так считаю. Весьма глупо для главы компании.

— Даже говорить о нем больше не хочу... Слушай, обычно ты предлагаешь, но давай нарушим традицию, — усмехаюсь. — Может, сходим куда-нибудь? Ну только чтобы без шума…

Мне нужно отвлечься.

— Да я за, давай. Только через пару часиков, окей? Надо кое-какие дела закончить…

— Договорились. Где встретимся?

— Подъезжай к нашей любимой кафешке.

— Отлично. Я, может, подъеду пораньше, но торопить тебя не буду. Пока. Увидимся.

Потом иду принимать ванну. Лежу в ней, расслабляясь и прокручивая в своей голове множество вариантов того, что может произойти завтра.

Лишь бы она после этих новостей ребенка не потеряла. Если честно, то я только по этой причине и переживаю.

Но она должна знать. Чем раньше, тем лучше. Это она так может: крутить роман с мужчиной подруги и улыбаться ей в лицо. Я так не могу даже с учетом того, что она мне больше не подруга.

Привожу себя в порядок, одеваюсь и, как и планировала, выхожу из квартиры пораньше, предварительно вызвав такси.

Двери лифта как кстати открываются, и я вхожу в кабину, здороваясь со своей соседкой сверху Лидией.

— Здравствуй, Яна. Ой, что там творится наверху… — смотрит вверх женщина.

— А что там творится? — интересуюсь.

— Ты не слышала, как громыхает там все?!

— Эм… Нет.

— Ну да, шумоизоляция у нас неплохая. Да к Лиле пришла какая-то девица и, похоже, убить ее хочет. Дверь настежь… Крики… Вопли…

— К Лиле… Это которая недавно заехала сюда?

— Да. Она раньше здесь с отцом своим жила, потом ее долго не было... И вот сейчас вернулась.

— А… а что вы слышали?

— Да там та еще история, похоже. Такие страсти. Эта, кажется, ммм… Ангелина... Да-да, так ее Лиля называла! В общем она кричит, что Лилия развелась со своим мужем, чтобы крутить роман с ее… Говорит, что знает, что тот ездит к ней и все в этом духе… Такие вот дела.

Лифт останавливается. Лидия спешит выйти, а я стою как вкопанная несколько секунд, после чего судорожно тыкаю пальцем на кнопку.

Поднявшись на нужный этаж и выйдя из лифта, я вижу, что она из дверей и правда распахнута. И крики есть… Я их слышу. Голосов не разбираю, но, быстро переставляя ноги, захожу в квартиру.

— Я тебя сейчас грохну, поняла?! — кричит Ангелина, полная решимости.

— Убери нож от меня! Совсем сдурела?! У меня нет ничего с Богданом!!! Это бред какой-то! Я не разводилась с Мироном из-за него! Это Мирон со мной развелся! — кричит ей в ответ Лилия.

Держась ближе к стене, я остаюсь бесшумной, после чего аккуратно заглядываю в кухню.

Картина заставляет меня сглотнуть.

В правой руке Ангелины огромный по размерам нож, который она крепко и удобно держит в своей руке, готовая всадить его в Лилю, вжавшуюся спиной в холодильник.

— Ты врешь! Его видели здесь! И не раз! Даже сегодня! Думаешь, я поверю в совпадение?! — она поднимает руку выше, словно правда готова вонзить лезвие в девушку. — То-то ты меня терпеть не могла… А я ведь пыталась с тобой подружиться. Тварь! Ты мне заплатишь!

Мне больше ничего не остается...

— Ангелина! — появляюсь в дверном проеме. — Не надо… Убери нож.

Глава 62.

Ангелина дергается, резко повернув голову в мою сторону, а Лиля шумно выдыхает и прижимает ладонь к своей груди. Она явно рада, что я тут появилась.

Однако это не конец. Выдыхать рано.

И что теперь? Мне ей все сказать, как есть? Да, наверное, так я и должна сделать. Хотя сейчас хуже момента для этого не придумаешь.

— А ты что здесь делаешь? — рявкает на меня Ангелина. — Мимо проходила?

— Я живу в этом доме. Этажом ниже. Вас было слышно…

— Пошла вон отсюда. Тебя не касается. Я разбираюсь с сучкой, которая раздвигает ноги перед чужими мужьями, — бросает злобный взгляд на Лилю. — Лучше, мать твою, не шевелись. Я все еще жду, что ты признаешься.

— Ты правда собралась ее убить? — делаю шаг вперед. — Не глупи, Лина… Ты себе жизнь испортишь.

— Да мне плевать! Она заплатит! Если признается, то я еще подумаю, резать ее на кусочки или нет.

— Ей не за что платить, — медленно качаю головой из стороны в сторону. — Она ничего не сделала.

— Ты-то что знаешь об этом? — злобно усмехается растрепанная Ангелина. Она прямо как ведьма вся взлохмаченная. — Ах да, ты же у нас святая… Точно, я совсем забыла. Как же тошнит от тебя... Всегда тошнило! Так что вали отсюда, спасительница хренова.

— Ты хочешь, чтобы я в полицию позвонила? Я свидетель.

— Ахаха… Да-да. Очень страшно мне. Колени даже, видишь, трясутся. Я — жена Богдана Барсова. Он не позволит, чтобы его жену посадили. Ни черта мне не будет.

Ох уж эти ее козыри… Теперь я понимаю, почему она так за него цепляется. За возможности рядом с ним она цепляется. Сам Богдан это понимает.

Как бы ни было, я не допущу, чтобы Лиля пострадала. Она вообще ни при чем.

— А она бывшая жена Мирона Барсова. Твой зять тебе этого не простит, — давлю на нее очевидным. Но у нее сейчас слишком глаза кровью залиты, чтобы думать ясно. — Опусти нож и уходи.

— Я не позволю этой твари жить, после того как она…

— Это не она! Услышь ты наконец! — повышаю тон. — А ты беременна. Как ты можешь такое творить, будучи беременной? О ребенке совсем не думаешь?

А вот это заставляет ее отпустить руку вниз, но не выпустить нож из руки.

— А ты откуда знаешь о беременности? Я никому не говорила. Кроме… Богдана.

Ангелина чуть пошатывается в сторону, после чего начинает бегать по мне взглядом.

— Богдан тебе сказал? — спрашивает утробным голосом, начиная медленно двигаться в мою сторону. — Почему… почему ты вообще говоришь с моим мужем? — рычит, а я смотрю лишь на нож в ее руке, который она с силой сжимает. — Отвечай!!

— Потому что это я, — поднимаю взгляд, напрягаясь всем телом.

Вспоминаю, что в сумочке у меня есть перцовый баллончик. Но мне не хотелось бы распылять его в лицо беременной. Это будет больно и жестоко.

— Что, ты?..

Она задает этот вопрос, потому что, наверное, не может поверить.

Это она все забирала у меня. Я — никогда. К такому она не привыкла.

— Я и Богдан… Между нами…

— Ч-что.. — она выпускает нож из руки, а Лиля сразу отстраняется от холодильника. — что между вами? — часто моргает.

— Ты понимаешь, — киваю. — Он хочет развестись с тобой, потому что...

Ничего не могу с собой поделать. Я чувствую боль. Чувствую боль других людей. И ее тоже. Она мою не чувствовала. Но я не могу иначе.

Я так сильно хотела ей отомстить, как только тогда все случилось, что вспоминая об этом сейчас — меня дрожь берет. На самом деле я не упиваюсь сейчас. Просто хочется, чтобы это уже поскорее закончилось.

Ангелина фокусируется на мне и замирает всем телом. Как статуя. Жутко — нет слов.

— И как давно? — выдавливает она из себя и сглатывает.

— Вскоре после того как мы с тобой снова увиделись. В том ресторане.

— Так времени-то прошло…

— Да, совсем мало.

— И он разводится со мной из-за той, которую толком не знает? — звучит смешок.

— Он и тебя толком не знает. Сколько вы женаты?

— Я не верю! — вскрикивает. — Он разводится со мной точно не из-за тебя, — снова пробегается по мне взглядом, кривя губы. — Ты… ты не лучше меня. Я красивее и интереснее тебя. Будь ты хотя бы моложе… Но ты моего возраста. Я даже младше на полгода!

— В этом, по-твоему, все измеряется?

— Богдан не идиот, чтобы так поступать. Это явно ты себе что-то придумала. Я знаю, кто такой Богдан и сколько у него было женщин. Ты просто одна из них… Однако поздравляю тебя, сучка, ты мне типа отомстила, — истерично усмехается. — Ради этого же все, да?

— Изначально да, — я буду честной с ней. — Я хотела, чтобы ты пожалела о том, что сделала. Чтобы ты прочувствовала это на собственной шкуре.

Лиля продолжает стоять в стороне и слушать нас, словно она невидимка.

— А что я сделала?! Пару раз осчастливила твоего парня?! Я тебе еще тогда сказала, что не претендую на него. Он же приходил потом к тебе! Почему ты не позволила ему вернуться?! Обязательно было разыгрывать драму?!

Она никогда ничего не поймет. Я не собираюсь сотрясать воздух.

— Что посеешь, то и пожнешь, Ангелина. Но нет, это не месть. Завтра Богдан тебе все скажет.

Глава 63.

Услышав последнее, Ангелина делает рывок вниз, хочет схватить нож, но Лиля бросается на нее, толкает в бок, а я спешу пнуть нож, который со скрежетом улетает под холодильник.

— Тварь! — кричит она, поднимаясь на ноги. — Я тебя прикончу! — кидается на меня и пытается схватить двумя руками за шею, но я отталкиваю ее от себя.

— Отвали, психованная! — толкаю еще, когда она бросается снова. Но не сильно. Покалечить я ее не хочу. — Ты сама в своих бедах виновата! Сама! Тебе аукнулось, а ты все как дура считаешь, что заслуживаешь всего самого лучшего! Прикинь не заслуживаешь!

— Ты, что ли, заслуживаешь?! Ты никто! Ни кожи, ни рожи! Все это камуфляж! — взмахивает рукой. — Ты всегда была дурнушкой! Притом ужасно скучной! Богдан совершенно растерял свой вкус!

— Да-да! Ладно! — раскидываю руки в стороны. — Пускай так! Я страшная и скучная! Все, я тебя услышала! Теперь выметайся отсюда, — цежу сквозь зубы.

Ангелина зло усмехается и приближается ко мне, но уже без угрозы.

— Ты себе даже не представляешь с кем связалась. Я уже не та Лина, которую ты помнишь… Я через такое прошла, что тебе и не снилось.

— Через что ты прошла? Через множество постелей? Уж в этом я не сомневаюсь...

— Что ты сказала? — щурится бывшая подруга.

— Я знаю, чем ты занималась до Богдана. Этим ты гордишься? Это твой опыт?

Ее так потряхивать начинает, так глаза из орбит лезут, что кажется, она не выдержит и что-то выкинет снова. Но теперь у нее голые руки. А вдвоем мы с ней точно справимся.

Но больше ни слова не говоря, Лина двигается из кухни. А когда выходит, Лиля сразу двигается за ней, чтобы закрыть дверь.

А я стою как вкопанная, хоть и понимаю, что должна тоже уйти.

— Извини, — произношу, как только Лиля возвращается в кухню. — Ну и погром она тут устроила тебе… Я помогу тебе прибраться.

— Не надо, я сама. Просто уходи, — просит она меня, отходя к окну.

— Правда прости…

— Не извиняйся. Мне она никогда не нравилась. Все это из-за нее и ее недалекого ума. Придумала же такое…

Такое чувство, что ей нехорошо.

— Точно, — вздыхаю. Она ведь точно не знала, что это Лиля. Просто видно кто-то ей сказал, что он приезжает к этому дому. — Уверена, что тебе не нужно помочь с уборкой?

— Нет. Уходи… — Лиля прижимает ладонь ко рту и бегом мчится из кухни. Что это с ней? Иду за ней. Но в ванную к ней не захожу. Подслушиваю. Ее рвет. — Я же сказала тебе уходить, — произносит возмущенно Лиля, когда открывает дверь и видит меня в коридоре.

— Тебе просто плохо стало, и я… Что с тобой?

— Почему ты просто не ушла, как я просила?

— Беспокоюсь за тебя…

— С чего бы вдруг? Потому что я бывшая жена брата твоего парня? Поэтому?

— Не заводись ты так. Веришь или нет, но я не безразличный человек…

— Я просто беременна, — выдыхает и прикрывает веки Лиля. — Черт…

— Что?

— Ты не должна была знать, — чуть опускает голову. — Только не ты…

— Почему только не я?

— Потому что ты точно расскажешь об этом Богдану. Ведь так?

— Ты… ты не хочешь, чтобы знал Мирон?

— Да. Не хочу. Для меня это очень важно.

— Понимаю…

Нет, я правда понимаю. Этот мужчина бросил ее. А она, возможно, хочет порвать со своим прошлым и не хочет, чтобы ее бывший вмешивался в их жизнь с ребенком. Ведь это он захотел развода. Она имеет право этого хотеть. Хоть я и не думаю, что у нее получится долго скрывать.

— Твое «понимаю» означает, что ты будешь молчать? Или так, просто?...

— Я не скажу. Ни Богдану, ни Мирону. Обещаю.

— Мне правда это важно, Янина, — девушка смотрит на меня теперь иначе, более открыто. — Мирон не должен знать. Если узнает, то… — у нее слезы на глаза наворачиваются, — возможно потащит меня обратно в брак. А я не хочу этого. Не хочу, чтобы меня возвращали из-за положения, в котором я оказалась. Я хочу забыть и начать все сначала.

— Ты совсем не обязана мне что-то объяснять, Лиля. Я уже тебе пообещала, что никто от меня ничего не узнает. Будь спокойна, — киваю.

***

Спустившись вниз, я набираю Богдана. Я должна ему сказать, что произошло, если, конечно, все еще действующая жена ему не позвонила.

— А я думал, ты была серьезна, когда говорила, что хочешь тишины до завтра. Однако я счастлив, что ты позвонила.

— Богдан... — выдыхаю его имя, чувствуя легкое головокружение. — Тебе Ангелина не звонила?

— А должна была? — спрашивает он уже совершенно другим голосом, наполненным серьезностью.

— Я думала, что она опередит меня. В общем… — рассказываю ему вкратце, что случилось, где и почему. — Потом эта ненормальная выскочила из квартиры и черт знает куда помчалась.

— Она тебе не навредила? Не поранила?

— Нет, Богдан, нет… Тебе надо найти ее. Эта идиотка все-таки беременна. Тебе стоит с ней поговорить.

— Я найду ее, а потом приеду к тебе.

— Хорошо, Богдан.

Отключаюсь и набираю Еву, извиняюсь перед ней за то, что не смогу встретиться с ней. К счастью, она еще толком не начала собираться.

Может, я и успела бы с ней посидеть в нашем любимом кафе, но настроение совсем не то. Все это жутко неприятно и гложет. Чувствую себя разбитой.

Возвращаюсь в квартиру, стягиваю с себя одежду, надеваю шелковый халат и падаю на кровать передохнуть до его приезда.

Просыпаюсь от звонка в дверь и сразу понимаю, что прошло много времени. Уже почти темно за окнами. Поднимаюсь и мчусь к двери.

Смотрю в глазок, быстро отпираю дверь и впускаю его без лишних слов.

— Вы поговорили? — закрываю дверь.

— Поговорили, Ян. Прости, что долго. Кое-как ее нашел, — подходит ко мне.

Тут же оказываюсь в его крепких объятиях и уже ничего не хочу слышать, но понимаю, что должна расспросить его о их разговоре.

— Где нашел? — утыкаюсь лбом в его плечо.

— В баре.

— Где? — резко отстраняюсь, чтобы посмотреть в его глаза. — Она пила?

— Да. Много. Пришлось выносить ее.

— О Господи… Она же…

— А ей плевать. Я ожидал, что она что-то подобное выкинет.

— Где она сейчас?

— В больницу ее отвез.

— И не остался с ней?

— Зачем я там, скажи? Я ей ничем не помогу. Она уже все сделала. Завтра к ней поеду, а потом отвезу, чтобы официально оформить наш развод.

Глава 64.

Богдан

Я не был жесток с ней. Никогда. Строг — да. Строг во всем, что касалось моей личной свободы и ее правды мне.

Она мне солгала. Солгала в том, о чем я рано или поздно узнал бы. На что она только надеялась... Хотя уверенности в себе ей не занимать. Она лгала бы до последнего.

Иду сейчас по коридору больницы, готовый разорвать ее за ложь, которая хоть и ненадолго, но ввергла мою жизнь в ад. Из-за этой лжи я чуть не лишился ее. Знаю, что Янина близка к тому, чтобы отказаться от меня. Она даже сейчас колеблется.

А я ведь чувствовал… Чувствовал что-то не то. Но не мог поверить, что эта женщина решится врать в таком. В чем она еще мне лгала? Да и знать не хочу. Мне уже все равно.

Поворачиваю ручку двери палаты и вхожу. Ангелина, сидящая на больничной койке и наводящая марафет, вздрагивает всем телом. Косметичка со всем ее барахлом летит вниз, но она не лезет за ней. Когда и где она вообще успела ее достать? Видимо, кто-то из подружек навестил.

Замирает, уставившись на меня побитой ланью.

Честно, не знаю, что с ней делать. Правда не знаю. Хотя и не могу отрицать, что счастлив такому раскладу. Я не буду связан с ней. Никак. А главное, что Янина успокоится. Перестанет смотреть так, будто у меня на стороне вторая семья, а она меня увела. Она чувствует себя злодейкой, и из-за этого страдает. Слишком она у меня совестливая. Но это ничуть не раздражает. Скорее, восхищает. Она моя идеальная половинка.

Сейчас я все и решу.

— Как самочувствие? — прячу руки в карманы брюк, отходя к окну.

— Нормально… — слышу, как она спускается с кровати, подбирает вещи. — Мне уже лучше. А ты почему так поздно приехал? Где ты был? Богдан, ответь. Слышишь? — повышает голос.

— Я не должен ничего тебе отвечать, — поворачиваюсь к ней и смотрю сквозь нее, не фокусируюсь. — Если тебе лучше, то собирайся. Поедем разводиться.

Всем телом дернувшись, Ангелина медленно качает головой из стороны в сторону.

— Правда хочешь позлить меня?

— Это ты меня вчера разозлил, — вспыхивает, брызгая слезами. — Я узнала, что ты с этой… Господи, почему с ней?! — вскрикивает и взмахивает руками. — Что ты в ней нашел?! Ты ее совсем не знаешь… Она занудная душнила! Она… Да по сравнению со мной...

— Хватит.

— А что хватит?! Что она тебе такого дала, чего не давала тебе я?! Скажи!!

— Не ори. Мы в больнице.

— Да мне плевать!

— Рядом со мной ты на многое плевать стала. Привилегии всякого рода всегда тебе были по вкусу. Но пора тебе начать отвыкать. Начинай прямо сейчас.

— Ах вот оно что! Ты считаешь, что я с тобой из-за привилегий?! — бросает косметичку на пол и кошкой ползет к концу кровати, чтобы стать ближе ко мне. — Это не так! Клянусь, что… — кусает губы. — Я… я никогда не думала, что со мной может такое произойти. Но я влюбилась в тебя, как только увидела. Ты спас меня! Зачем ты это сделал?! Чтобы так поступить потом?! Почему ты такой жестокий?!

Актриса она гениальная. Я сразу это понял, потому и выбрал ее.

— У нас был уговор. Ты кивала болванчиком, когда я тебе все объяснял. Так что не разыгрывай из себя жертву. И я знаю, что ты не беременна, — цежу сквозь зубы, и она тут же медленно отползает к спинке кровати. — Потому и говорю, что злить меня лучше не надо. Отправлю туда же, откуда и взял, поняла? Попробуй мне еще хоть только слово против сказать.

Ангелина в ужасе кривит лицо.

— Не поступай так со мной, Богдан… Пожалуйста… Прости меня… Я хотела… — скулит, обхватив голову руками.

— Я знаю, что ты хотела. Теперь сделай, что я хочу, и тогда я может быть пожалею тебя. Чтобы через десять минут была в машине, — отправляюсь на выход.

Янина

Богдан уехал, едва девять утра наступило. У него появились срочные дела по работе, а после них он должен поехать к Ангелине.

Теперь я одна и места себе не нахожу. Самое сложное время в жизни для меня. Не по себе мне как-то… Нет, я не сомневаюсь, что все пройдет так, как сказал Богдан, я в нем не сомневаюсь ни на секунду. Но я все равно переживаю.

Вчера она напилась, когда узнала обо мне и Богдане, сегодня состоится развод, а завтра она может из-за переживаний потерять ребенка. Это на нас будет висеть. На мне и Богдане. Какой бы ни была Ангелина… Ребенок заслуживает жизни и счастья. Он должен родиться несмотря ни на что.

Знаю, что уже поздно отказываться от Богдана. Да и не хочу я. Это была бы величайшая глупость. Нам просто нужно это пережить. И я готова быть сильной.

Проходит несколько часов. Время уже почти обед. Но я не звоню ему. Терплю. Ноги уже болят от ходьбы по квартире, но я не сорвусь. Буду ждать.

Когда телефон наконец-то оживает, я нахожусь на кухне, заваривая себе чай. Бросаюсь в комнату, но меня ожидает жестокое разочарование. Это Саблин звонит, о котором я и думать забыла.

Черт. Нельзя его опять игнорить. А если серьезно, то ответить стоило еще вчера.

Делаю несколько вдохов и выдохов, и отвечаю.

— Да, Алло… Андрей Борисович, здравствуйте. Простите, я ваш пропущенный только вчера поздно вечером увидела. Подумала, что звонить в такое время неуместно, а сегодня как-то замоталась, — произношу убедительно.

— Здравствуй, Янина. А я думал, ты отдыхаешь. Где успела замотаться?

— Да у меня всегда какие-нибудь занятия найдутся. А что вы хотели? Я собиралась вам звонить в конце следующей недели только.

— Не переживай. Просто хотел узнать, сможешь ли ты пораньше включиться в работу. Просто я заметил, что ты вернулась в город, вот и решил с тобой связаться.

Как же, черт подери, это некстати.

Понятно, что он не настаивает, но посылать его тоже не вариант. Однако броситься прямо сейчас и вникать во что-то, я просто морально не способна.

— Пораньше, говорите… Да, пожалуй, смогу. Через пару дней я смогу приехать, если это так нужно.

— Отлично. Тогда приезжай в рабочее время. Без записи. Полина тебя пропустит. Там все обсудим. Все детали.

— Да, хорошо. Договорились. До свидания, — спешу отключиться и уткнуться лицом в ладони.

Час от часу не легче.

Глава 65.

Еще около часа после неожиданного и нежелательного звонка Саблина я провожу в неведении. Телефон держу при себе, стараясь не нервничать.

Да что мои нервы… Я постоянно нервничаю. Уже привыкла. Лишь бы там все нормально было.

Когда-то наконец-то я вижу на экране смартфона его имя, то не спешу отвечать. Пару секунд подготавливаю себя к любому исходу. Надеюсь, на этот раз предчувствие меня подводит.

— Да, Богдан.

— Что с голосом, милая? — мягким голосом произносит Богдан.

— Н-ничего. Ты где? — спрашиваю и прикусываю нижнюю губу.

— Выгляни в окно.

Подрываюсь с дивана и бегу к окну, которое открывает обзор на двор.

— А потом спускайся, — добавляет, словно знает, что я уже смотрю на него. — Я подожду.

— Х-хорошо. Пять минут, — спешу отключиться и броситься к шкафу, из которого достаю дежурные голубые джинсы и легкую бежевую кофточку. Тороплюсь одеться и выбежать к нему.

Приближаясь к нему, я уже по его лицу вижу, что приехал он с хорошими новостями, а потому тороплюсь к нему как девчонка, желая броситься в его объятия. Он ловит меня и крепко всю стискивает.

— Теперь я только твой, — продолжая обнимать меня, произносит то, что я больше всего хотела услышать. — Хотя я и так был твоим. Но теперь официально.

— Как все прошло? — тоже не тороплюсь размыкать руки на его шее.

— Как по маслу.

— Да?..

— Ангелина поняла, насколько я серьезен в своем решении, — ведет носом мне по виску, размерено дыша. — Она не беременна.

Сразу размыкаю руки и опускаюсь с носочек вниз, чтобы взглянуть в его глаза.

— Не беременна?..

— Что ты так смотришь? Не потеряла она ребенка. Его в принципе не было.

— Н-не было?..

— Да, она все наврала. Не знаю, на что она надеялась. Наверное, хотела выторговать больше денег, недвижимости… — вскидывает правую бровь. — Я оставил ей квартиру. Она повела себя правильно при разводе, так что я закрыл глаза на ее вранье и не стал выкидывать на улицу.

Благородно. И я правда понимаю его. Мы в ответе за тех, кого приручили. А ее он приручил, впустив в свою жизнь.

— Ты знаешь как правильно поступить, Богдан, — улыбаюсь, не желая больше вдаваться в подробности. — А ты почему сам не поднялся ко мне?

— Я завтра поднимусь, когда мы будем заниматься твоим переездом ко мне. А сейчас, — привлекает к себе рукой за талию, — просто поехали.

— Куда?

— Разве тебе надо это знать?

Вообще-то… нет. С ним я поеду куда угодно. Мне хочется ему доверять. Мне это по-настоящему в кайф. Раньше я со страхом думала об этом, а сейчас готова отдаться всецело. Без остатка. Ведь иначе я просто не умею.

— Ладно, поехали. Только скажи, я нормально одета для этого?

— Вполне. Садись, — открывает для меня дверь машины, и я с удовольствием сажусь.

Большую часть дороги я не интересуюсь, что он задумал, но когда мы выезжаем за город и я понимаю, что он везет меня не к себе, то не сдерживаюсь:

— И куда мы все-таки? Да говори уже… Все равно я уже в машине. Никуда не денусь.

— Хочу тебя с мамой познакомить.

— Что?! — несмотря на то, что я пристегнута, я отрываю спину от кресла. — Ты везешь меня в дом своих родителей?..

— Да отца постоянно нет. Там только мама и Лана сейчас. Тебе нечего опасаться. Моя мама спокойная, понимающая женщина. Ты от нее слова плохого не услышишь.

— Но ты только что развелся…

— Поверь, по этому поводу она не расстроена.

— А ты не спешишь, Богдан?

— Знаешь, я так долго стоял на месте, что теперь мне просто необходимо спешить, — бросает на меня короткий взгляд. — Пойми меня правильно и не пугайся. Когда я уверен — я действую. Вот и все.

— Это я уже поняла…

— Тогда начинай привыкать. Мы скоро приедем, — проезжает вперед еще около ста метров и тормозит. Хотя, кажется, мы уже почти приехали. Я вижу светлую крышу впереди. Наверняка это их поместье.

Богдан зачем-то отстегивает себе и мне ремень безопасности. Я вопросительно вздергиваю бровь.

— Что такое?

Его взгляд заставляет меня заволноваться. Какой-то новый, незнакомый мне.

— Прежде чем мы приедем, и ты познакомишься с моей матерью... я хочу кое-что сделать.

— Мм… И что же?

Богдан не отвечает, а не сводя с меня пристального взгляда лезет во внутренний карман своего черного пиджака. Достает из него темно-вишневую бархатную коробочку, ловким движением пальцев распахивает ее.

Потеряв дар речи, я даже немного отодвигаюсь, смотря на красоту, которую никогда не рассчитывала получить в принципе от любого мужчины. Не получается не думать о том, сколько стоит подобное кольцо. Помолвочное кольцо! Вот, что самое главное!

— Я хочу, чтобы ты пришла в дом моей семьи как моя невеста.

— Я…

— Знаю, что у тебя сейчас опять в голове. Я только что развелся и вот так поступаю. Только пойми… Это была сделка. Разведись я с тобой, с женщиной, которую люблю, то да, мое предложение другой сразу после развода, казалось бы как минимум странным. Но у нас с Ангелиной была именно сделка, называемая браком.

— Я согласна, — прикрываю глаза на секунду, чувствуя, как по телу прокатывается волна дрожи. Я больше не хочу испытывать недоверие к нему. Он его просто не заслуживает. И пусть я не ждала, что произойдет все так быстро, но я себя предам, если скажу, что не хочу этого. — Потому что… потому что тоже люблю тебя. Наверное я, как и ты, тоже с первого взгляда в тебя влюбилась, — издаю легкую усмешку.

Улыбнувшись мне, Богдан достает кольцо из коробочки и берет мою правую руку.

Когда кольцо оказывается на моем пальце, я искренне удивляюсь тому, как точно он подобрал размер. Может быть совсем чуть-чуть великовато.

— Оно чудесное… — едва выдохнув это, Богдан подается ко мне и со всей страстью впивается в мои губы.

Глава 66.

— Не волнуйся. Все будет хорошо, — обещает мне Богдан, въезжая за высокие ворота.

Здесь так много места. Двор просто огромный. А сад справа просто загляденье. Не могу перестать смотреть в его сторону, пока не проезжаем.

— Ну, раз ты так говоришь, то я спокойна, — а у самой сердце колотится как ненормальное. Но я девочка взрослая. Справлюсь. Возьму под контроль эмоции и пройду через все достойно.

— Черт…

— Что?

— Мирон здесь. Вон его машина.

— Твой брат?.. А что в этом такого?

— Да ничего в общем-то. Он слегка не в себе в последнее время.

— Из-за Лили?

— Ну да. Ладно… Если что, не обращай внимание. Вон он как раз выходит из дома, — Богдан тормозит немного раньше, отстегивает ремень безопасности и открывает дверь машины. — Пойдем.

Богдан выходит из машины, подходит ко мне, берет за руку и ведет к дому. Мы видим, как Мирон нервно подходит к своей машине, открывает дверь, но, случайно заметив нас, он хлопает дверью и уверенной походкой направляется к нам.

— Ну, сейчас начнется, — тихо произносит Богдан.

— Что начнется?

Только между нами и Мироном остается не больше двух метров, Богдан устало просит его:

— Давай не сейчас.

— Уже и поздороваться нельзя?

— Ты же не для этого к нам сейчас подлетел. Я тебе все уже объяснил. Дал тебе повод самому поехать и проверить ее. Так поезжай. Я бы на твоем месте поехал.

Ах вот оно что… Это все из-за Лили. Богдан, видимо, рассказал ему, что его бывшая напала на Лилю, и теперь Мирон переживает. Только сам он к ней поехать не может.

— Она точно не пострадала? — игнорируя брата, спрашивает у меня Мирон.

Понимаю, что могу сейчас выложить все, включая беременность Лили, но я просто не имею право. Да, это сто процентов заставит его поехать к ней, но Лиля точно этого не хочет. Я видела ее глаза. Она устала. И хочет покоя. А еще ей страшно. Я ничего не скажу.

— Точно, — в этом я буду честна. — Ангелина немного поразмахивала кухонным ножом для устрашения, но ничего не сделала. А потом мы ее выгнали из квартиры. Она была в полном порядке, когда я уходила.

Мирон кивает, как-то сурово поглядывая на брата, будто это он в чем-то виноват.

— Угомони свою бывшую. Она уже на людей кидается. За ножи хватается.

— Угомонил, — парирует Богдан. — Но ты уверен, что собрался зачитывать мне лекцию по этому вопросу? Сам разберись со своей бывшей, о которой так сильно беспокоишься, но к которой сам не являешься. А все почему? Правда такой гордый? Или есть причины, о которых я не знаю?

— Тебя не касается, — огрызается Мирон спустя несколько мгновений размашлений, смотря в сторону острым взглядом.

— Нет, я правда чего-то не знаю? Если да, то это другое дело. А если это все из-за Таи…

— Иди на хрен, Богдан, — сию секунду посылает брата Мирон и быстрым шагом отправляется назад к машине.

Мы стоим молча до самого того момента, пока Мирон не покидает двор.

— Ну вот… Брата ты моего уже знаешь.

— Его можно понять… У него тяжелый период.

— Идиот он. Не понимает, что делает со своей жизнью. Он уже не сможет жить, как раньше жил до нее. Чем раньше он это поймет, тем ему же лучше будет. И ей. Ладно, пойдем в дом, — тянет меня дальше.

— Как думаешь, он поедет к Лиле, чтобы лично убедиться, что с ней все в порядке?

— Нет.

— Так категорично…

— Я своего брата знаю. Но ты не думай об этом. Сегодня наш день.

— Да…

Может, Мирону и стоит знать о ребенке. Это могло многое изменить. Хотя, вспоминая реакцию Богдана на фальшивую беременность Ангелины... Ни черта это не меняет. Дети еще никого не удерживали. А так у Лили есть шанс начать жить заново, без него. Я ее этого шанса не лишу. Если передумает, то она сама ему сообщит.

Поднявшись по крыльцу, мы входим в большой светлый холл дома.

— Мама должна быть в гостиной. Не снимай обувь.

— Хорошо, — сама осматриваюсь по сторонам.

— Пойдем, она ждет нас.

— Ждет?..

— Ну да, я ей сказал, что мы приедем.

— Так ты подготовился…

Это даже хорошо. Не будем как снег на голову.

Войдя в гостиную, мы застает сидящую на большом бежевом диване женщину, пьющую чай с ногой на ногу. Женщина лет пятидесяти пяти выглядит хмурой, словно утонувшей в своих размышлениях. Не замечает нас.

— Мам…

— Ох, Богдан, — словно оживает, спеша убрать ногу с ноги и поставить чашку на стол. — Я думала ты… вы позже приедете, — поднимается с дивана и направляется к нам, разглядывая меня попутно.

— Познакомься с моей Яниной, мама. Янина… Моя мама, Валентина Андреевна.

— Здравствуйте, — киваю, отвечая женщине на улыбку улыбкой.

Женщина кажется мне приветливой. Но это, конечно же, первое впечатление.

— Здравствуй, Янина. Я тебя немного другой представляла. Ты такая… яркая.

— О… Это из-за волос? — коротко вплетаю пальцы в свои волосы.

— Да. Наверное, — шире улыбается женщина. — Но ты не подумай... Просто необычно.

— А мне нравится, — встревает Богдан. — Мам, вижу ты не в настроении из-за Мирона, но мы тут все же с радостными новостями.

— Ты уже все сделал?

— Сделал. Она сказала «да».

— Тогда я вас благословляю. В первый раз ты меня не спрашивал.

— Да, но в этот раз я хочу, чтобы все было по правилам, — сильнее сжимает мою руку будущий муж, вызывая во всем теле приятную дрожь.

Глава 67.

— Не разочарована? — спрашивает Богдан, когда мы уже подъезжаем к его дому.

— Что?

Правда не понимаю, о чем. Последние несколько часов были прекрасными. Его мать и правда мягкая женщина, хоть и со странностями. Приятно было видеть, что у Богдана с матерью такие теплые отношения. Это чувствуется. Да и меня она хорошо приняла.

— В моей семье всякое бывает… Теперь я должен познакомиться с твоей.

— Если ты раньше меня слушал, то…

— Знаю, у тебя только мама. Помню. Но я же должен с ней познакомиться. Давай пригласим ее к нам.

— Ты серьезно?

— Конечно. А ты что, не собиралась нас знакомить?

Да конечно собиралась. Мама очень обрадуется. Просто не ожидала, что он предложит. Причем так скоро.

— Собиралась… Быстро просто все.

— Пригласи ее к нам в гости. В любой день.

— Хорошо… — выдыхаю, пристально смотря на него.

Смотрю и не верю, что все это на самом деле. Абсолютное счастье все-таки существует?..

Я с самого начала не спрашивала, куда мы теперь едем. Мне вообще теперь все равно. Главное с ним. Банально. Наивно. Но так и есть.

У ворот из охраны всего два человека, но только мы входим в дом, Богдан набрасывается на меня с поцелуем, а это значит, что в доме точно никого. Спускаю сумку с плеча, бросаю ее в сторону и под напором Богдана оказываюсь прижата к ближайшей стене.

Он счастлив. И я счастлива. Больше никаких правил и запретов. Лишь голые чувства, которым я отдаюсь всецело.

Чуть не «съев» меня у стены, Богдан все же решает увести, а точнее унести меня в место поудобнее. На диван, уронив меня на который, быстро снимает с себя пиджак, срывает с моих ног туфли, нейлоновые колготки. Хочу помочь ему, но он не позволяет мне, разделывается с моей и своей одеждой меньше чем за минуту, разводит мои ноги своим коленом и накрывает мое тело своим, заставляя меня уже в следующую секунду запрокинуть голову назад и издать сладкий стон.

Все происходит быстро, мощно. Я задыхаюсь от удовольствия, которое ощущаю каждой своей клеточкой. Мозг плывет. А когда наступает разрядка, то едва не теряю сознание. По крайней мере, мне так показалось. Настолько остро это было. Яркие вспышки перед глазами не прекращаются.

— Прости… — извиняется он.

— За что?..

— Я был груб…

— Неправда. Мне понравилось, — произношу искренне и, будучи на его плече, поднимаю голову выше, чтобы посмотреть в его глаза. — Я не такая нежная, как тебе кажется…

— Нет, ты нежная, — касается костяшками пальцев моей щеки, — но со стержнем.

— Спасибо… — выдыхаю. Мне действительно приятно то, что он сказал. — Жарко…

— Понятное дело, — усмехается Богдан.

— Я бы чего-нибудь выпила, — поднимаюсь всем корпусом и подбираю свое платье с мягкого ковра. Надеваю его, завожу руку за спину, как вдруг чувствую его руки на моей спине. Богдан помогает мне застегнуть молнию, а потом берет меня в кольцо своих рук, сжимая.

Прикрываю глаза от того, насколько мне приятна любая мелочь от него. Да, я знаю, что так будет не всегда. Что позже наши чувства преобразуется во что-то другое, что любовь со временем меняется. Она остается, однако становится другой. Но я никогда не забуду, как все у нас началось. Пронесу через всю жизнь то, чем обернулась для меня попытка мести заклятой подруге.

Одевшись, мы отправляемся на кухню, и уже будучи за столом, я понимаю, что кое-чего не сказала Богдану.

— Опять задумалась, — констатирует Богдан. — Интересно о чем…

— Да я только сейчас вспомнила, что свободного времени у меня осталось всего лишь пару дней.

— В смысле? — щурится.

— Да мне Саблин звонил. В общем, он хочет, чтобы я приступала к работе как можно раньше.

Богдан заметно мрачнеет и отводит взгляд в сторону.

— Судя по тому, как там все, он готов был вызвать меня уже сегодня, но я сказала, что только через пару дней смогу, — пытаюсь хоть как-то смягчить ситуацию. Богдан явно зол.

— Ты не поедешь, — совершенно ровным тоном произносит Богдан.

— Что? — передумываю делать глоток сока, ставлю стакан на стол.

— Не будет он тебя дергать, когда изначально вы договаривались о другом.

— Богдан, все нормально…

— Нет, нормально, — холодно понижает тон. — Я не позволю никому с тобой так обращаться. Ни ему, ни кому-либо другому.

— Да он вежливо меня попросил. Не думай, что...

— Скажи, тебе вообще это нужно?

— Что нужно, Богдан?..

— Работать на него.

— А что... какая-то проблема? Тебя это не устраивает? Обязательно нужно вмешиваться?

Я хоть и спокойна в своем голосе, но в моем взгляде предупреждение.

— А тебе не кажется странным, что он тебя вот так с распростертыми принимает в свою команду, не зная тебя? Это вообще не тот человек.

— Дело не во мне, Богдан. А в Виноградове. Он ему насолить хочет, взяв меня к себе.

— И ты хочешь в этом участвовать?

— Хочу. Хотела… — опускаю глаза в стол.

Внезапно он заставляет меня задуматься. Это мое решение было принято еще до всего этого.

— Я хотела избавиться от Виноградова, но не хотела остаться без работы. Все это совершенно случайно подвернулось. Пойми...

— Я понимаю, Яна. Не думай, что я пытаюсь посадить тебя дома. Нет, мне конечно хотелось бы, чтобы ты не работала… Но ты уже взрослая женщина, хоть и моя. Я не могу за тебя решать. Но не надо тебе иметь дел ни с тем, ни с другим. Особенно с Саблиным. Просто поверь мне.

— Хорошо, Богдан, я тебе верю, — отвечаю без промедления.

Но я не могу просто взять и пропасть. Я должна объясниться и извиниться.

— И вообще у нас скоро свадьба, забыла?..

Глава 68.

День спустя…

Вхожу в просторную спальню и вижу, что мои вещи уже занесли. Надо бы их разобрать, но я прохожу мимо них, открываю стеклянную дверь и выхожу на балкон. Улыбаюсь виду перед собой, но уже в следующую секунду поворачиваю голову чуть в сторону, когда слышу его шаги. Улыбаюсь. Я их не с какими другими не спутаю.

— Любуешься? — его руки обхватывают меня за талию, заставляют вжаться в мужское тело.

— Да, красиво очень… — выдыхаю, желая расслабиться всем телом в его руках.

— Уверена, что не хочешь, чтобы твои вещи разложили?

— Нет, — хмурю брови. — Не люблю, когда посторонние прикасаются к моим вещам.

— А я-то как не люблю… — усмехается Богдан и целует меня в макушку.

Размыкаю его руки на моей талии и оборачиваюсь.

— Ты это на что намекал?

— Считаешь, что на тебя? Ты не вещь. Но ты права… Я бываю довольно-таки ревнив. Не терплю конкуренции, — прищуривается. — Даже намека на нее.

— Тебе не придется меня ревновать.

— Уверена?

— Ты сам сказал, — растягиваю губы в улыбке и тянусь ладонями к его лицу, — что я взрослая женщина. Знаю, как себя вести. Я не дам тебе поводов, — мимолетно касаюсь его скул.

Ревность, возможно, и хороша в малых дозах, но как по мне это начало конца. Стоит ее пресекать. Иначе она как снежный ком. Это ядовитое, разрушающее чувство доводит до многих бед.

— Как ты умудрялась все эти три года избегать мужчин? Не верю, что я первый, кто проявил к тебе интерес. Мы уже говорили об этом, но...

— Не первый, — пожимаю одним плечом. — Но ты же знаешь меня…

— Знаю. Теперь — да, — с совершенно серьезным выражением лица произносит Богдан, поднимая руку и касаясь моей щеки. — Мне сейчас нужно будет отъехать по делам. Это срочно, — с долей грусти. — Ты, будь добра, располагайся. Начинай чувствовать себя полноправной хозяйкой.

Интересно, Ангелине он такое говорил?

Нет, это вряд ли.

— Я постараюсь, — обещаю ему, и Богдан тут же накрывает мои губы своими, медленно и нежно сминая их. — Я тебя провожу… — выдыхаю ему в губы, когда он вскоре отрывается от меня, зная, что лучше нам не увлекаться, иначе он пропустит все свои важные дела.

Провожаю Богдана до машины, после чего спешу вернуться в комнату. Внизу столкнулась с его домработницей и как-то не по себе стало. Непривычно. Женщина, видимо, привыкла быть невидимкой. Сразу скрылась при виде меня.

Переодевшись по-домашнему, принимаюсь разбирать вещи по шкафам. У меня их не так много, как казалось. Я делаю все медленно, тяну время. И когда почти заканчиваю, слышу телефон в сумочке. Улыбаюсь, догадываясь кто это может быть, но теперь хмурюсь, глядя на незнакомые цифры.

Отвечаю. Мало ли, кто это может быть. Не хочу пропустить чего-нибудь важного.

— Алло.

— И как, хорошо тебе спится с моим мужем?

Внутри меня все сжимается от голоса, который я больше не желала слышать.

Зря я думала, что все закончилось. Ангелина не побоялась позлить своего бывшего мужа. Ведь она точно знает, что мы будем обсуждать ее звонки.

— Он больше не твой муж, — отвечаю совершенно спокойно.

— Ну так хорошо тебе с ним? — издает безумную усмешку. — Радуешься своей победе?

— Не знаю, о какой победе ты говоришь.

— Все ты знаешь, сука, — рычит. — И после этого ты считаешь себя лучше меня?

— Я ничего не считаю, Ангелина. То, что случилось…

— Реально собралась передо мной объясняться? Как это на тебя похоже...

— Мне не сложно. Ведь ты не понимаешь. Помнишь, как в школе ты часто не понимала многого на уроках, а я потом тебе помогала, все объясняя…

— Ну ты и дрянь, Чарская!

— А ты нет? До сих пор считаешь, что в порядке вещей было многократно спать с моим парнем и принимать от него подарки на деньги, которые он стащил у меня?

— А ты все по поводу тех грошей никак не успокоишься… — цокает.

— Дело было не в деньгах! — повышаю тон. — И не в том, сколько раз ты с ним переспала. Думаю, ты понимаешь, о чем я, но как истинная самолюбивая стерва считаешь, что ты просто не можешь быть в чем-то виновата. Ты ведь самая лучшая Ангелина, самая красивая…

— Да, я такая! А ты…

— …и на этом все. Гордиться больше нечем. Ты точно не умна, раз звонишь мне.

— Натравишь его на меня? Может, еще приврешь? Скажешь, что я угрожала тебе?

— Зачем мне это? — улыбаюсь. — Чтобы дать тебе возможность с ним встретиться?

Стерва умолкает. Этого она и хочет. Чтобы Богдан сорвался к ней для разборок. У нее явно планы. Я не стану ей с ними помогать.

— Сам-то он, наверное, не отвечает на твои звонки. Ведь ты лгунья. Ребенка придумала…

— Я не придумала его! Я сделала аборт!

— Ага, конечно… — усмехаюсь.

— Это правда! Я сделала его на следующий же день, когда он сказал, что не любит меня! Сорвалась, ясно?!

Тяжело сглотнув, я приоткрываю губы и шумно хватаю воздух.

— Если это правда… то ты еще хуже, чем я думала.

— Еще убийцей меня назови!

— Ты она и есть. Опять же… если ты говоришь правду. Лучше, конечно, чтобы это было очередной ложью.

— Это правда! — аж кричит.

Нет, она врет. Конечно она врет...

— Скорее попытка развести нас с ним по разные стороны. Я тебя хорошо знаю, Лина, но я и не забываю, что и ты меня хорошо знаешь. Ты давишь на мою хорошую сторону. Ждешь, что я возможно не захочу построить свое счастье на твоей боли, — она снова отмалчивается. — Только помни всегда, — вкрадчиво, — что ты сама во всем виновата.

— Виновата в том, что ты у меня мужа увела? — скулит.

— Богдан никогда твоим и не был. И ты это знаешь.

— Он и не твой! И я тебе это докажу! — рявкает Лина и отключается.

Глава 69.

К вечеру, когда Богдан возвращается, я почти забываю об угрозах Ангелины. Мне слабо верится, что она может нам навредить хоть как-то. Не стану я ему ничего не говорить.

— Давно тут? — спрашивает Богдан, направляясь ко мне, стоящей на крыльце.

— Я увидела фары из окна спальни. Кто еще мог сюда ехать…

— Чем занималась? — поднявшись ко мне по ступенькам, спрашивает Богдан с довольной улыбкой.

— Вещи разобрала. Готовила кое-что. А ты, я вижу, все уладил.

— Как догадалась?

— Ты довольный…

— Я был бы в любом случай доволен. Потому что зная, что ты теперь здесь, со мной, постоянно… это придает мне настроение независимо от моих дел. Нереальное настроение, Янина...

— Ну и милый же ты… — закатываю глаза и спешу прижаться к нему, вдохнуть его запах. — Ты точно заслужил то, что я тебе приготовила на ужин.

— Я счастлив…

Я не так много готовила, и не так много умею, но есть пара блюд, которые мне удаются на ура. И сегодня я решила продемонстрировать кое-какой талант.

После ужина следуют разговор о предстоящей свадьбе, который Богдан сам и спровоцировал. Он как всегда спешит, будто жизнь со дня на день закончится. Но меня не пугает эта спешка, я даже ее поддерживаю.

— Ты какая-то загруженная… — тянет Богдан, протягивая руку по спинке дивана, как бы обнимая меня, но не касаясь. Но он все равно касается. Своей энергией и нежным взглядом.

Я думала, что смогу вскоре совсем не думать о словах Ангелины, но все же думаю.

— Тебе Ангелина не звонила? — решаю все-таки спросить.

Богдан чуть отодвигается и смотрит так, будто насквозь меня видит.

— Нет, — звучит четкий ответ, и я ни на секунду не сомневаюсь, что он правдивый. — Почему ты спросила?

— Просто…

— Янина, — строго. — В чем дело? Говори мне сейчас же. Правду.

— Она звонила мне. Мы... немного поболтали.

— Что ей было надо?

— А ты как думаешь? Нервы мне потрепать хотела. Провоцировала… Она, конечно же, хочет, чтобы и ты обо всем этом знал. Чтобы начал ее искать для разговора.

— Очень на нее похоже, — с ухмылкой кивает Богдан. — Не говори с ней больше. Скорее перебесится.

— Я тоже так думаю. Я уже занесла тот номер в список и…

— Хватит о ней, Ян, лучше скажи, что завтра собираешься делать.

Он отлично знает, что я завтра собираюсь делать, и он до сих пор против, чтобы я это делала.

— Ты знаешь. Мне нужно посетить офис Саблина.

— Просто позвони ему. А лучше предоставь это мне.

— Нет, Богдан. Я сама все улажу.

На что Богдан отводит недовольный взгляд в сторону.

— Я знаю, как тебе хочется мне помочь, но…

— …но тебе не нужна моя помощь, — неправильно заканчивает за меня Богдан. — Ладно. Я понял. Делай все сама.

— Не злись… — подсаживаюсь к нему ближе, прикасаюсь к плечу. — Тебе вообще не о чем переживать.

Богдан действует непредсказуемо. Неожиданно резко поворачивает голову в мою сторону и целует в губы. Крепко берет за затылок, будто я сопротивляться собралась, после чего все корпусом сваливает на диван.

***

Просыпаюсь от того, что слышу его шаги неподалеку от кровати.

Богдан открывает шкаф, без разбора берет первую попавшуюся белую рубашку, брюки и пиджак. Наблюдаю за ним, не выдавая того, что проснулась.

Такой серьезный. Можно подумать, что что-то случилось, но он почти всегда хмурый, когда не смотрит на меня.

Он говорил, что со мной чувствует себя куда моложе. Это и в обратную сторону действует. Рядом с ним я тоже ощущаю себя юной, снова верю в то, во что обещала себе больше никогда не верить.

Не успеваю закрыть глаза, когда он поворачивает голову в мою сторону. Тут же расплываюсь в улыбке.

— Уже уезжаешь?

— Долго притворяешься?

— Нет… Так ты уезжаешь? Даже на завтрак не останешься?

— Прости. Мирон дурака валяет. Забросил все дела. Я должен, — застегивает рукава рубашки, — кое-что уладить за него.

— И часто он тебя подставляет? — потягиваюсь всем телом.

— Он не ждет, что я что-то стану делать за него. Но я иначе не могу.

— Понимаю… — приподнимаюсь на локте.

— Ты, зайка, не вставай. Отдыхай, — направляется ко мне, упирает колено в матрас и склоняется ко мне, чтобы оставить на моих губах легкий поцелуй. — Давай сегодня встретимся в городе? Я заберу тебя, когда ты с Саблиным закончишь.

— Давай, — с радостью соглашаюсь. — Он в двенадцать меня ждет.

— Отлично. Будет ориентироваться, значит, на двенадцать. Езжай с моим охранником. Я уже его предупредил. Он будет тебя всегда возить, если куда-то нужно из дома.

— Хорошо, — чмокаю его в губы еще раз и падаю на подушку.

Богдан уезжает еще когда даже девяти нет, а я еще около часа провожу в постели. Потом следует прохладный душ, чашка ароматного латте и быстрый сбор. Я и забыла, что теперь живу за городом и ехать мне не ближний свет.

Но охранник Богдана очень быстро доставляет меня до офиса Саблина. В запасе еще около десяти минут остается, потому я не спеша вхожу в здание, в лифт, а когда уже поднимаюсь, начинаю немного нервничать.

Двигаюсь в его приемную медленно, вспоминая слова, которые хочу ему сказать. Как вдруг…

— Янина! — раздается справа.

Повернувшись, я вижу подбегающую ко мне Виту.

— Привет, Вита. Ты снова у папы на работе…

— Так получилось! Но мне не скучно. У меня теперь есть свой стол, — показывает рукой. — Я рисую!

Ну да, когда твой папа самый главный — можно все, что угодно.

— Это здорово… А твой папа у себя в кабинете?

— Да! Тебя проводить до двери?

— Если хочешь.

— Хочу! Пойдем!

Когда мы доходим до стойки секретаря, я удивляюсь заплаканному виду девушки. Слез уже нет, но лицо распухшее.

— Я…

— Я знаю, кто вы, — резко говорит девушка, прибирающаяся на столе. — Он у себя! Идите!

— Хамить совершенно не обязательно, — выдаю холодно.

— Сегодня мой последний день. Так что плевать мне, — и плюхается на свой стул, смотря наглым взглядом.

Хм, Саблин ее уволил значит. Что ж, из того, что я видела ранее, неудивительно, что его терпение закончилось.

Молча отхожу с девочкой к дверям кабинета. Она, судя по всему, собралась войти вместе со мной.

— Вита… — немного склоняюсь, — ты не обижайся, но мне с твоим папой надо поговорить вдвоем.

— Это серьезный разговор?

— Точно, — улыбаюсь. — Не обидишься?

— Не обижусь, — качаю головой. — Я пока порисую.

— Хорошо. Ну беги, — выпрямляюсь, смотря убегающей девочке вслед, после чего еще раз кидаю взгляд на -экс-секретаршу, что смотрит на меня диким взглядом, как маньячка. Закатываю глаза и поворачиваю ручку двери.

Саблин сидит за своим столом, в очках, утопает в бумагах. Сразу поднимает голову.

— Янина… Ты снова пунктуальна.

— Стараюсь всегда и во всем быть такой, — выдыхаю, направляясь к его столу. Я понимаю, что могу изменить свое решение прямо сейчас, но я правда не хочу. Богдан прав — мне это не нужно. Точно не сейчас. Я и так много трудилась, и могу дать себе хороший отдых для женского счастья.

— Присаживайся, — указывает взглядом на стул перед своим столом и снимает очки. — Забыл тебя предупредить… Ко мне вскоре должны хлынуть потенциальные секретари.

— Полину заменяете? Да, она уже… поделилась.

— За то я ее и увольняю. Хотя есть и еще причины. Ряд причин. Почему ты не садишься?

— Я ненадолго…

Саблин непонимающе сужает глаза.

— Что случилось, Янина? — неожиданно понимающим голосом спрашивает Саблин, но смотрит по-прежнему острым взглядом. — Ты нашла более выгодное предложение? Может, сам Виноградов его сделал?

— Нет. Мое сотрудничество с Виноградовым закончилось раз и навсегда. И нет, я не нашла более выгодного предложения. Просто сейчас моя жизненная ситуация очень изменилась… Мне сейчас не до того, чтобы все свое время посвящать работе и трудиться в поте лица.

— Интересно, что это за жизненная ситуация такая... Расскажешь?

Почему нет. Это не секрет. Все равно он скоро узнает и так.

— Я замуж выхожу.

— Вот как… — удивляется Саблин и откровенно изучающе окидывает меня всю взглядом. — Ты не стала звонить… Решила мне лично сообщить?

— Не о своем скором замужестве. А о том, что, к сожалению, не смогу к вам присоединиться. Извините, что отняла ваше время.

— Ничего… — отвечает Саблин, вздернув бровь. — Ну хотя бы на кофе останешься?

— Да нет… — качаю головой. — Извините, я немного спешу.

— Тогда я тебя провожу. До лифта.

Понимаю, что это совершенно не обязательно, но не возражаю. Если ему так хочется, то ладно.

— Если передумаешь… Даже допустим через полгода, то возможно найдется для тебя место. Можешь приходить.

— Буду иметь в виду.

— Насколько я помню, ты была свободной на момент, когда я сделал тебе предложение о работе. Или мне показалось?

— Не показалось. Тогда я правда была свободной.

— Так это старая любовь или ты выходишь замуж, толком не зная человека?

Будто он не догадывается, о ком речь.

— Не старая любовь… Но и не первый встречный, — отвечаю мужчине, и он внезапно останавливается у двери, не собираясь ее открывать.

— Ты мне кое-кого напоминаешь.

— Что?

«Я думал, что сработает. Ты… ты очень похожа на бывшую Саблина. Прямо… сильно», — слышу в голове голос Виноградова в тот же миг.

— Одного человека. Которого мне гордость мешает снова впустить в свою жизнь.

— О ком именно речь? — смею спросить.

— Мать Виты.

— А…

— Да, так и есть.

Мне становится очень неуютно. И с каждой секундой это чувство прогрессирует.

— Гордость мешает?… Что она такого совершила?

— Такое, за что я намерен наказывать ее всю ее жизнь, — звучит из его уст немного зловеще. — Не смотри так, Янина. Я свою злость, из-за вашего внешнего сходства, не переношу на тебя. Я уверен, что на то, что способна была она, точно не способна ты.

— Вы меня не знаете.

— К этому времени я научился разбираться в людях, — произнося это, Саблин касается моей руки в районе запястья.

Внезапно раздает короткий стук в дверь, ручка дергается и в кабинете появляется знакомое лицо с ярко-накрашенными губами.

А она что тут делает?..

— Здравствуйте… — улыбка Ангелины спадает, когда она фокусируется на мне. — Я…

Я спешу вырвать руку из хватки Саблина.

— Вы первая в очереди на должность секретаря? — строго спрашивает Саблин.

— Да-а… — мямлит Ангелина, смотря на меня. — Мне девушка сказала…

— Вот вам первый урок, если вы добьетесь места: никогда никого не пропускайте ко мне, даже если в моем расписании окна, пока не свяжитесь со мной насчет посетителя.

Самое время мне убраться. Пускай он дает ей уроки вне моего присутствия.

— Извините… — быстро обхожу Ангелину, не нарочно чуть задев ее плечом, и сбегаю из кабинета.

Глава 70.

Попрощавшись с Витой у лифта, я спускаюсь и сразу набираю Богдана.

Мне срочно нужно услышать его голос. Не знаю почему...

— Уже все, освободилась?

— Да… Да.

— Как-то неуверенно. Все в порядке? — голос Богдана меняется, он уже не такой расслабленный. Чувствует мое волнение.

До сих пор не могу отойти от откровенности Саблина и встречи с Ангелиной. Она работу решила найти. Похвально. Сразу решила скакануть повыше, не имея никакого опыта в данной сфере. Наверное, как всегда, рассчитывает на свои внешние данные. Но как по мне, она не к тому пришла, чтобы выехать чисто на своей красивой мордашке. Хотя Полина очень красивая девушка.

— Все в полном порядке, Богдан, — оборачиваюсь лицом к высокому зданию и задираю голову, осматривая его. — Ты знаешь, где офис Саблина?

— Конечно. Ты уже вышла? Я скоро буду.

— Тут рядом парк... — бросаю взгляд в сторону. — Я пройдусь, хорошо? Найдешь меня?

— Я тебя найду, — обещает мне Богдан, чем вызывает у меня улыбку.

Ничего ему не ответив, я отправляюсь в парк, по которому брожу следующие десять минут, стараясь не заходить слишком далеко. Я все-таки хочу, чтобы он меня нашел.

Должна признать, что Ангелина появилась очень вовремя. Мне не нравился наш разговор с Саблиным, а особенно то, что он коснулся моей руки. Мне бы это не понравилось, даже не будь моей помолвки с Богданом. Я ценю свое личное пространство. Хотя... с Богданом все иначе. С самого его первого прикосновения. Моя реакция на него особенная.

Все же Богдан был прав. Надо было позвонить. Этого было бы достаточно. Пора мне начать больше к нему прислушиваться, пока я окончательно не вывела будущего мужа из себя.

Богдан готов провести свадьбу хоть на следующей неделе, но я мягко попросила его не спешить. Пускай все идет своим чередом, по правилам. А у нас будет время немного притереться. Даже при таких чувствах это не лишнее.

Уткнувшись в телефон и не спеша двигаясь по дорожке, я неожиданно чувствую ладонь на моей талии. Резко поворачиваю голову и получаю поцелуй. Телефон выскальзывает из моих рук, но он ловит его.

— Держи, — вручает мне с легкой усмешкой.

— Ты меня напугал, Богдан, — выдыхаю шумно и тянусь к его губам, чтобы коротко поцеловать, но его стараниями поцелуй затягивается. — Быстро ты...

— Торопился, — берет меня за плечи. — Еще поискать тебя пришлось.

— Уладил дела, которые должен был уладить Мирон?

— Да… Почти. Сейчас я с тобой.

— И что мы будем сейчас делать?

— Поедем, посидим где-нибудь. Уверен, ты тоже не завтракала.

И правда, только кофе пила. Уже желудок сводит.

В ресторан, который мы приезжаем, почти нет посетителей в такое время суток. И это весьма радует.

Мы делаем ряд заказов и непринужденно общаемся, никуда не торопясь. Во время разговора я делаю неожиданное предложение, от которого Богдан слабо, но явно шокирован.

— Ты серьезно? Не хочешь?

— Я не сказала, что не хочу… Я не против, но…

— Я очень хочу увидеть тебя в белом платье.

— Но ты постоянно занят, так что я подумала…

Богдан подается ко мне, накрывает мою руку своей.

— Ты об этом не думай. Мои дела — мои проблемы. И я видел твое выражение лица на свадьбе Алексея и Лены… Ты завидовала.

— Что?.. — морщусь, опуская взгляд.

— По-доброму завидовала, Ян. Даже не думай… Я тебя этого не лишу. У нас будет настоящая свадьба. Ты ее заслуживаешь.

Проницательность Богдана сначала пугала меня, а сейчас я не могу ей нарадоваться.

Только мы приступаем к десерту, Богдану звонят. Он нехотя достает смартфон из внутреннего кармана пиджака и несколько секунду хмурится глядя на экран, прежде чем ответить.

— Да, — отвечает Богдан, а потом раздраженно хмурится. — Я тебе говорил, больше не связываться со мной? Говорил или нет? — еле сдерживает рычание Богдан. Это… она. Ангелина. Время-то какое выбрала для звонка. Интересно, как ее собеседование? — Мне все равно… Что?.. — несколько секунд тишины, и Богдан вскидывает взгляд на меня, от которого мне становится физически больно, внутри сжимается.

Богдан что-то выслушивает от нее еще несколько секунд, после чего молча заканчивает разговор.

На меня теперь смотрит. Пристально. Душераздирающе. В душе разыгрывается истерика, которую мне хочется подавить. Но не получается. Под таким взглядом — это просто невозможно.

— Что?..

— Это была Ангелина.

— Мм…

— Ты не сказала, что видела ее в офисе Саблина.

— Видела… И что? Мы же с тобой решили, что больше не говорим о ней, нет? В чем дело, Богдан? Что она такого тебе сказала?

Я знаю, что. Она вошла, когда Саблину вздумалось меня за руку подержать. Конечно же, она захотела доложить об этом бывшему мужу, чтобы испортить жизнь мне. Это очень в ее стиле. Она воспользуется чем угодно, чтобы ввести хотя бы каплю яда в мою жизнь.

— Что вы целовались. А она вас грубо прерывала на самом интересном.

Вот сука!

— Что?! — округляю глаза. Руки начинают дрожать. — Слов просто нет… — часто моргаю, но вижу, что Богдан по-прежнему напряжен. — Не было этого, Богдан, не было... — сообщаю ему спокойно, не разрывая зрительного контакта.

— Зачем ты так рвалась встретиться с ним лично?

— Ты... издеваешься?

— Я предлагал сам уладить все, предлагал просто ему позвонить… Но тебе надо было именно пойти к нему.

Он это все-таки всерьез...

Когда он говорил, что не терпит конкуренции, то я и представить не могла, что все настолько «плохо».

Но я не позволю так с собой обращаться. Не позволю мне не доверять. Уж точно не в таком!

— Я с ним не целовалась! — чеканю и хватаю свою сумку с соседнего стула. — Но так здорово, что ты веришь своей бывшей больше, чем мне, — подрываюсь с места и тороплюсь покинуть заведение.

Глава 71.

Может, и глупо было вот так убегать, но я боялась услышать еще что-нибудь от него. Да и самой всякого наговорить.

Мне больно и обидно.

Какие-то выводы уже успел сделать… За какие-то секунды! Ну и что, что я пошла лично с ним встретиться?! Да, я уже успела об этом пожалеть, но для него же это стало поводом позволить себе думать, что все именно так, как сказала Ангелина!

Я ведь сказала, что НЕТ, это неправда. Но ему этого мало.

Выйдя из ресторана, я спешу скрыться из виду, после чего сажусь в такси и еду к себе. Телефон выключаю. Не хочу я говорить. Ни с кем. Не сейчас.

Я еще не с концами переехала. Квартиру не сдала хозяевам. Они только через месяц с лишним прилетят из-за границы.

Проведу ночь без него.

Вхожу в квартиру, бросаю ключи на пустую полку для обуви и несколько секунд слушаю тишину. Сейчас она меня пугает. Но я три года к ней возвращалась и чувствовала себя вполне счастливой.

Конечно я понимаю, что это никакой не конец. Когда он будет готов, то он найдет меня. И мы поговорим. От него все будет зависеть.

Я могла остаться и дальше ему доказывать свою невиновность, но это ни к чему хорошему бы не привело. Потом мне каждый раз пришлось бы так из кожи вон лезть, чтобы доказать ему что-то. Нет, он должен усвоить, что нет ни единого варианта, по которому я могу оказаться лживой тварью. Тем более изменщицей.

Он был на эмоциях. Быстро среагировал. Представил он самое примитивное.

Брожу по спальне и понимаю, что пытаюсь найти ему оправдания.

Не верится, что я взялась за это. Злиться ведь должна.

Богдан

На улице ее нет. Исчезла. Хотя я очень быстро рассчитался и выскочил за ней.

Как ей это удается…

Черт, какой же я болван.

На какой черт я это сказал…

Забылся. С любой другой я всегда что угодно мог себе позволить. Но не с ней. С ней я хочу всего самого светлого: свадьбу, семью… детей. Я в этот брак готов с головой нырнуть. Она знает об этом. Только теперь я ее однозначно сомневаться заставил. Обидел. Сильно обидел.

Но я как представил, что она могла так поступить… В меня что-то вселилось. Я вышел за грань, за которую не следовало выходить.

Сажусь в машину и уже держу курс в ее район, но уже почти подъезжая, понимаю, что должен развернуться и оставить ее в покое. Она может и не туда поехала. Нужно остыть. Нам обоим.

Еду обратно в центр, собираюсь заехать в офис, но проезжая мимо офиса Саблина, непроизвольно замедляюсь. Вон, легко могу припарковаться. Очень хочется влететь в кабинет и спросить с чего он взял, что может даже думать о моей невесте. Я же не идиот. Не поверил я в эту историю с местью Виноградову. Ангелина, скорее всего, не соврала совсем, а приврала во много раз. Она что-то увидела. Но я точно знаю одно: моя Янина не дала бы себя тронуть. Я, может, слишком самоуверен, полагаю, что разбираюсь в людях лучше, чем есть на самом деле, но я не верю, что эта женщина способна предавать людей, которые так относятся к ней.

Но я не пойду к нему. По одной лишь причине. И нет, дело не в скандале, который легко может просочиться и испортить мне репутацию. Дело только в том, что об этом с большой вероятностью узнает Янина. И я знаю, что тогда будет. Она сделает выводы. Нет, я просто с ней поговорю. Рано или поздно она включит телефон, а если нет, то я приеду к ней. Сегодня же.

Уже подъезжая к офису, попадаю в пробку, да такую, что начала не видно.

— Мать твою… — ругаюсь сквозь зубы и делаю попытки дозвониться до Янины. По-прежнему выключен.

Швыряю смартфон на панель авто, осматриваюсь по сторонам, но быстро возвращаю взор направо, где вижу своего брата. В ресторане с… бывшей женой. Это же Лиля. Точно она.

Помирились? Странно… Он был как никогда тверд в решении закончить эти отношения.

Любопытство зашкаливает, а пробка слишком велика. Ловлю момент и ставлю машину рядом с рестораном. Пойду, поздороваюсь.

Вхожу в ресторан, подхожу к их столику и, мягко говоря, столбенею.

Это не Лиля. Девушка, похожая на нее. Издалека так вообще не отличить. Та же темная копна волос и стиль одежды.

Девушка теряется, а братец явно не рад моему появлению. Интрижку закрутил? Ну, для того, чтобы это не стало достоянием гласности, ему следовало выбрать другое место.

— Привет, брат, — здороваюсь с иронией.

— Привет… — тянет Мирон. — Ты… мимо проезжал?

— Вроде того, — снова смотрю на девушку, которая не может перестать улыбаться. — Мне показалось, что ты с Лилей, поэтому и зашел… поздороваться.

Я только рад поставить его в такое положение. Не могу уже смотреть на то, что он делает со своей жизнью на протяжении четырех лет. Он заставляет страдать женщину, которая его любит. Если Лиля узнает, то не могу представить, что с ней будет.

— Хочешь поговорить? — строго спрашивает брат, явно не собираясь представлять мне девушку. Это уже о многом говорит. — Сейчас?

— Да, пойдем выйдем.

Разворачиваюсь и иду на выход из ресторана. Брат не заставляет себя долго ждать.

— В чем срочность?

Я медленно оборачиваюсь, держа руки в карманах брюк.

— Кто это такая?

— Тебе какое дело?

— Ты развелся с женой, чтобы бегать на свиданки с незнакомками?

— А что, — ухмыляется, — тебя это волнует?

— Кто она?

— Никто. Девушка.

— Никто?.. Девушка?.. — тоже ухмыляюсь. — Из-за нее ты развелся с Лилей?

— Тебе есть разница?

— Просто пытаюсь понять, какого черта ты делаешь со своей жизнью. Она будет твоей новой женой? Все заново?

— Этого больше не повторится, — отвечает брат и начинает пятиться. — Рад был увидеться.

— Мирон… Мирон!

Брат не останавливается, возвращается в ресторан.

Сам возвращаюсь в машину и с трудом добираюсь до офиса, в котором понимаю, что зря не поехал к ней. Я сейчас ни о чем другом думать не могу...

Янина

Прилегла на секундочку — проспала несколько часов.

Едва разлепив веки, сразу бросаюсь к телефону, который включаю.

Вряд ли он приезжал ко мне, я бы точно проснулась. Но он точно звонил.

Да… Много раз. И еще Саблин пару раз. Последний меня не интересует.

Иду в ванную, чтобы привести себя немного в порядок, а заодно даю Богдану время на перезвон.

Но первым перезванивает мне Саблин, которому я не хочу отвечать. Не о чем говорить. Я не стану сбрасывать, но и отвечать не буду.

А еще через секунду раздается звонок в дверь. Бросив телефон на постель, я спешу к двери.

Широко улыбаюсь, видя через глазок Его.

Медлю зачем-то, и тогда Богдан начинает стучать, словно точно знает, что я здесь.

Открываю и жду, что Богдан тут же окажется слишком близко, обнимет, поцелует, но этого не происходит. Он лишь смотрит… так.

— Богдан, что… Проходи, — робко приглашаю его внутрь.

Ни произнеся ни звука, Богдан входит внутрь, и я закрываю за ним дверь, оставаясь стоять у нее спиной.

Почему он так себя ведет? По-прежнему мне не верит?.. Что ж, я объясню еще раз.

— Я не целовалась с ним, — почти шепчу. — У меня с ним ничего нет, Богдан, и быть не может. Ты знаешь почему так…

Богдан поворачивается ко мне лицом и хмурится, смотря усталым взглядом.

— Ты правда вздумала оправдываться? — качает головой. — Передо мной, идиотом, который так повел себя с тобой?

Теряю дар речи.

— Я…

— Я верю только тебе, — оказавшись в миг рядом и обхватив ладонями мое лицо, произносит в губы — Только. Тебе, — всматривается в мои глаза своими.

— А я… я тебе… И больше не злюсь. Я… я и не думала…

Богдан коротко целует меня, а потом ошарашивает меня следующим заявлением:

— Я хочу, чтобы ты как можно скорее стала моей женой и матерью моих детей.

— Д-детей?.. Множественное число?

— Разумеется. Только от тебя они мне и нужны.

ЭПИЛОГ

Спустя несколько месяцев…

Медленно иду ко столу с пирогом и подслушиваю разговор Богдана с приехавшей к нам в третий раз за все время в гости мамой. В этот раз у нас был особый повод ее пригласить. Мы ей еще не рассказали о новостях, но скоро собираемся.

— Ирина Матвеевна, что ж вы мне постоянно выкаете?..

— Да я как-то все не привыкну, Богдан. Прости... Ты такой…

— Какой такой?..

— Он кажется слишком серьезным, — встреваю я, ставя пирог на стол и присаживаясь рядом с Богданом.

— Точно! — дважды кивает мама. — Однако я не могу представить никого другого рядом со своей девочкой. Вы вместе… идеальная пара.

Да-да, мама часто так говорит. Одобрила она Богдана полностью. И вовсе не потому, что он богат. Мама просто обожает воспитанных людей. А еще она видит отношение мужа ко мне. Он и правда на руках меня носит.

— Ну спасибо, Ирина Матвеевна. Мне множество раз пришлось сказать это вашей дочери, чтобы она, наконец, согласилась.

Я толкаю руку Богдана локтем и качаю головой, закатывая глаза. Ему всякий раз надо напомнить о моей строптивости.

Мама правда рада за нас. Когда мы в первый раз встретились все втроем, Богдан сумел очаровать маму. Прямо с первого взгляда сработало. Она, конечно, хотела, чтобы я уже, наконец, нашла себе мужчину, но не думала, что он будет... таким.

— Пирог может быть немного суховат, — предупреждаю всех, разрезая его.

Если честно, то я почти не готовлю. Времени нет. Я теперь работаю в компании Богдана, можно сказать, его правая рука. И обычно мы обедаем и ужинаем где-нибудь в городе. Но раз мама приехала, то хочется чего-то теплого и домашнего.

— Уверен, что попрошу второй кусочек, — подбадривает меня Богдан, пододвигая свою тарелку.

— Мам, давай тоже тарелку…

Чаепитие подходит к концу, а мы все еще не сказали нашу новость. Я все жду, что Богдан скажет, но он, похоже, хочет оставить это мне.

Я не боюсь сказать, а скорее переживаю из-за того, как разволнуется мама. Она знает, что мы с Богданом очень занятые люди, потому уверена, что если мы и станем родителями, то очень нескоро.

Полгода я не могла забеременеть. Богдан изо всех сил старался, чтобы беременность наступила как можно скорее после свадьбы, но вот только сейчас получилось. И как же я рада… Помню те ночи, в которые я прятала от него слезы. Чувствовал себя жалкой, неспособной ни на что. В клинику не обращалась. Боялась услышать , что мне скажут. Но как узнала, что беременна, оказалась там на следующий же день.

И в клинике стало известно, что Богдан даже перестарался…

— Мам… — произношу, а сама смотрю на Богдана. Он сразу понимает, к чему я это, и кивает мне.

— Нам нужно кое-что вам объявить, — продолжает Богдан и вытягивает свою руку на столе ладонью вверх, прося меня таким образом вложить в нее свою руку, что я и делаю.

— Ч-что?.. — тянет мама волнительно, не в силах сфокусировать взгляд на ком-то одном из нас.

— Ты... скоро станешь бабушкой, — выдаю я радостно.

— А… П-правда? — мама в жуткой растерянности. — Т-ты станешь мамой?

— Ну, все же очевидно, — усмехаюсь. — Если ты станешь бабушкой, то я…

— Яночка… Господи… — мама уже вся в слезах встает со стула, стремится обойти стол, чтобы обнять меня, а потом и Богдана обнимает, после чего спешит вернуться на свое место. — Какое же это счастье!… Это то самое, чего вам не хватало! Как же я… — смахивает слезы. — Как же я рада...

— Но это еще не все новости, — хочет Богдан добавить еще один важный момент.

— Ох... Не томите!

— У нас будут близнецы, — произношу я, а у самой дрожь по всему телу. Я стану дважды матерью. Одного-то выносить непросто, а двоих...

— Это же… Т-такая редкость! — мама удивляется, но все же очень рада.

— У меня в роду были близнецы. Мой дед и его сестра. Они вместе родились. Были очень похожи внешне, но не характерами. Впрочем, я со своим братом, с которым пускай мы и не вместе родились, тоже очень разные, — горько усмехается в конце Богдан.

Это уж точно. Разные как день и ночь. Но у Мирона определенно были причины съехать с катушек в свое время. Нам радостно знать, что сейчас он хочет все исправить.

— Ой, ну все, теперь я точно к вам в эту Москву перееду! — звучит в шутку от мамы. Конечно, она не может. У нее там работа, которой она посвятила всю свою жизнь. Хотя, я очень скучаю по ней. Мне ее не хватает.

— Хорошая идея, кстати, — кивает Богдан. — Мы вполне можем вам это организовать.

— Что?.. Как?..

Да, блин, как?

— Устроим вас в нашей городской квартире. Ты не против, Ян?

Богдан купил эту квартиру прямо рядом с офисом, чтобы мы в любой момент могли отдыхать там в течении рабочего дня на перерывах. Но вообще мы редко ей пользуемся.

— А… Как я могу быть против... Идея отличная. Что скажешь, мам?

Мама в дикой растерянности. Такого она поворота она точно не ожидала. Так и знала, что она блефует насчет переезда.

— Но… но как же…

— Вы о работе своей волнуетесь? Мы думаем, вам пора уже отдохнуть. Кроме того, «работы» у вас будет полно, когда детки родятся. Нам понадобится ваша помощь.

Мама аж прослезилась. От радости, конечно же.

Кажется, у нее просто не остается выбора.

Несколько месяцев спустя…

— Смотри! Какие же они красивые… — попадаю под очередное очарование в детском магазине. — Возьмем?

— А ты уверена, что хотя бы по разу все, что ты уже купила, можно будет надеть на них, прежде чем они станут больше?

Да уж, у нас уже целый склад. В принципе, мы уже готовы. Еще только седьмой месяц беременности, но мы готовы так, будто уже завтра готовимся стать родителями.

— Да конечно бери, — устало усмехается Богдан, посматривая на экран своего смартфона. Сегодня у него важная сделка, и он слегка на нервах. Я уже как пару месяцев не принимаю участия в его делах. Богдан настоял на этом и временно уволил меня. Ограждает меня от стресса.

— Ладно. Возьму эти, эти… ну и эти...

— Да хоть еще одни, — улыбается Богдан и приобняв меня за талию, ведет оплатить эту прелесть.

Когда выходим из отдела, я предлагаю:

— Слушай, а давай я с водителем домой поеду, а тебе нужно подготовиться…

— Милая, я везде успею. Я сам тебя отвезу.

— Точно?

— Точно, — коротко поцеловав меня в висок, муж забирает у меня пакет с покупками. — Еще что-нибудь хочешь? Посидеть где-нибудь вряд ли успеем, но можем что-нибудь взять в дорогу.

— Не отказалась бы от клубники и шоколадного коктейля. Можно на первом этаже взять.

— Отлично, пойдем.

Спустившись по эскалатору, мы двигаемся в супермаркет.

— Я верю, что сегодня у тебя все получится, — пытаюсь ободрить мужа. — У тебя иначе не бывает.

— Конечно. Ты только не переживай. Ты первая узнаешь, когда я заключу удачную сделку.

— Буду жд… — умолкаю, когда вижу чуть левее, выходящую из отдела женской одежды знакомую личность. Вот это да...

Ангелину в компании взрослого, слегка полноватого мужчины, лет сорока. Они двигаются в нашу сторону, вот-вот должны пройти мимо, и Ангелина почти в последний момент нас замечает. Мимолетом. Уверена, что сейчас она оглядывается, но я — нет. Мне этого совсем не хочется.

Я и думать о ней забыла, если честно. Давно уже забыла о ее предательстве. Сейчас я могу положить руку на сердце и сказать, что не испытываю никакой боли от прошлого. Порой мы встречаем людей, которые способны залечить даже самые глубокие раны. И мне посчастливилось встретить такого человека.

Купив мне пакетик с клубникой и большой шоколадный коктейль, Богдан спешит вернуть меня домой.

По дороге, еще не выезжая из города, я замечаю со стороны парка еще знакомых. Саблина, его дочь и… его жену. Не так давно появилась информация в сети, что он воссоединил семью. Я этому очень удивилась, но все же искренне порадовалась за него. Помню с каким лицо он говорил, что никогда не переступит через свою гордость. Но переступил же, и, по всей видимости, счастлив теперь.

— Задумалась о чем-то? — Богдан находит мою руку, нежно сжимает ее. — Почему не ешь свою клубнику?

— Да я что-то… Да, сейчас поем, — улыбаюсь, разворачивая пакет. Беру крупную викторию и откусываю. — М-м… Хочешь? — предлагаю, когда из-за пробки мы вынуждены ехать очень медленно.

— Ну давай.

Спустя еще несколько месяцев…

Приподнимаю голову, когда слышу своих проснувшихся заек. Точнее зайку. А эта зайка разбудила и зайца. Что ж, надо вставать.

— Иду… — шепчу.

Зайки спят в нашей комнате. Нам так спокойнее. Еще рано их устраивать в своей, которая давно готова.

Только я думаю приподнять одеяло, как Богдан придвигается ко мне, накрывает своей рукой и шепчет:

— Спи. Я сам.

— Нет, я с тобой. Ты возьмешь Миру, а я Ярика.

Выпорхнув из-под одеяла, мы включаем слабый свет и направляемся к кроваткам.

Мира, конечно же, плачет куда сильнее. Прямо настоящая истерика разыгралась. Ярослав спокойнее, так что я всегда беру его на себя, а Богдан справляется с Мирой.

Только взяв малышей на руки — они умолкают, лишь мило хныкают, успокаиваясь.

— Ну-ну… — мило покачивает нашу девочку на руках Богдан.

— Мира всегда от тебя без ума, — подмечаю я, занимаясь Ярославом, который уже снова заснул на моих руках.

Мира родилась первой, а ее брат появился на свет через восемь минут.

Это был поистине незабываемый день в нашей жизни. Богдан был рядом каждую секунду, смягчая мою боль и страх. А потом, когда наши малыши оказались у нас на руках, Богдан пообещал мне, что они всегда будут счастливы. Знаю, не все от нас зависит, но мы обязательно будем стараться.

Богдан как-то сказал мне, что только от меня ему дети и нужны. И теперь я понимаю его в полной мере. Меня саму в хорошем смысле разрывает от чувств к малышам от мужчины, которого я так сильно люблю. Это что-то особенное. В них я вижу Его. Каждую секунду.

Я так боялась, что это пройдет, что что-то случится между нами… Особенно с его стороны. Но мы, кажется, прошли через самое сложное, но все только стало крепче, сильнее. Я определенно люблю его еще сильнее, чем в день, когда мы поженились.

— Я тебе не говорил… — выдыхает Богдан, поглядывая на меня, всю растрепанную.

— Чего? — слегка прикусывая нижнюю губу.

— Спасибо не говорил.

— За что это?

Богдан отстраняется с нашей малышкой к кроватке, аккуратно кладет ее, а потом подходит ко мне и забирает у меня Ярослава. Тоже устраивает его в кроватку, да так, что теперь полная тишина в комнате. Потом направляется ко мне, все еще стоящей на прежнем месте. Он так и не ответил мне.

— За что, Богдан?.. — переспрашиваю, когда глаза мужа так близко, а его ладони у меня на талии.

— За них, — выдыхает Богдан и качает головой в сторону кроваток. — Ты сделала меня отцом. Никто бы меня им не сделал… Только ты.

— Но…

— Даже если бы у меня были дети от другой, не встреть я тебя, это… было бы не то. Ты ведь меня знаешь, милая, — хмурится. — С тобой, нашими детьми… я чувствую себя полноценным. А раньше…

— Я тоже, Богдан, — произношу с улыбкой, — без тебя я тоже была просто девушкой без будущего. Ты… ты подарил мне это будущее, — прикасаюсь ладонями к его лицу. — Я…

— Я знаю, Янина… — почти прикасаясь к моим губам, произносит Богдан. — Я тоже. И всегда буду.

!

Конец