Глава 27

Тимур.

-Да, - протягиваю букет Тае, она смотрит на него, но не спешит брать. Из-за короткой стрижки ее лицо стало более открытым. За эти несколько недель, что я отсутствовал, она как-то осунулась, постарела. На этом фоне и так не маленькие глаза, стали похожи на блюдца. Нет, колодцы… без дна, только черная тьма. Никогда ранее ее безумие не выглядело так… ужасающе.

-Ум… мои любимые. Представляешь, мне предложили контракт! – перенаправляю непонимающе-вопросительный взгляд врачу. Он лишь махнул рукой. – Это совершенно новый уровень! «Современный театр оперы и балета Нувель» в Лионе. Это Франция, малыш! – Меня всегда бесило ее обращение ко мне, малыш… Да, Тая старше меня на пять лет. Но, блин, я не похож на малыша. - Новая постановка! – Она тараторит и тараторит. Без умолку, рождая все новые и новые выдумки. Самое страшное, что она в это верит…

-Зачем ты обрезала волосы, - Тая прекращает болтовню, замирает, будто пытается что-то припомнить.

-Знаешь, я вдохновилась выступлением Тамары Рохо, испанской балерины, которая была солисткой Королевского балета, и решила вот так кардинально изменить имидж. Вот, еще Орели Дюпон… француженка… Представляешь, о ней сняли кино… Мне идет новая стрижка? – у меня ощущение, что, если я скажу нет, она дикой кошкой кинется на меня и выцарапает глаза.

-Непривычно. У тебя стал выразительнее взгляд.

-Я тоже так думаю, - кивает, будто такой ответ ее утраивает. – Так что ты думаешь по поводу моего турне?

-Не думаю, что… - я не успеваю закончить фразу. Из просто активной собеседницы, Тая превращается в гневного монстра. Глаза наливаются кровью, руки сжимает в кулаки, все тело натягивается, словно струна. И стоило ей только открыть рот, как полилось говно, которое я терпел шесть лет.

-Ты всегда меня одергиваешь. Не даешь развиваться. Ты мне просто завидуешь! Я – великая балерина, а ты… ты просто холуй! Ты тянешь меня на дно, не даешь совершенствоваться...

-Тише, Таисия, тише, - Игорь Иванович подходит к ней, берет за руку и гладит по плечу.

-Тимур не хотел тебя обидеть, Таисия. Он переживает, беспокоится, старается помочь…

-Мне не нужна его помощь! Пусть уходит! Уходи! – кричит, выглядывает из-за его плеча. – Убирайся! Я тебя ненавижу! Это все из-за тебя! Ты всегда ставил мне палки в колеса. Зависть, тебя съедает зависть! Я помню, как твоя мать хотела, чтобы ты стал артистом балета, а ты бездарность! Какие мужчины за мной ухаживали, - поворачивается к Игорю Ивановичу и заново начинает рассказ старой пьесы, - они делали ради меня невероятные поступки! Целовали пол, по которому я ходила, заваливали цветами, бриллиантами. А он, - тычет в меня пальцем, - он не ценит меня! Ты – мстительная мразь! Убирайся!

От ее крика, звенит в ушах. Слова больно бьют.

-Тимур Олегович, вам лучше выйти, - киваю как болванчик. Разворачиваюсь, делаю шаг к двери. Осознаю, что букет, принесенный мною, так и находится в моих руках, делаю шаг в сторону и кладу его на стол. – И позовите медсестру.

Захлопнувшаяся дверь за спиной, становится щитом, спасающим меня от негатива.

-Простите, - хватаю за руку пробегающую мимо медсестру, - там Игорь Иванович просил позвать кого-то из медперсонала…

Медсестра заглядывает в окошко.

-Что, пять буянит? Сейчас.

Отхожу в сторону, становлюсь у зарешеченного окна и жду, пока врач освободится. Периферийным зрением вижу, как медсестра закатывает тележку с какими-то инструментами и препаратами в палату к Тае, наверное, будет делать укол.

За что она так со мной? Ведь я реально ее любил, выполнял все ее прихоти… А по итогу? «Я тебя ненавижу!».

Тая приехала покорять столицу из другого, довольно большого города. Она грезила о главных ролях, мечтала быть примой-балериной. Она была принята в мамину труппу, как только ей исполнилось восемнадцать. «Подающая надежды, старательная девочка, достойна большего…», - я помню эти комментарии в ее адрес. Но время шло. Тая становилась старше, а блестящей карьеры так и не случилось. Может это был ее план, охомутать сына художественного руководителя, чтобы пробиться в ряды элиты… Не знаю. Но каждый год различные студии, институты и тому подобное, выпускают целую армию танцовщиц. Конкуренция… Они молоды, активны, обладают талантом и напором, пробиваются, выгрызая зубами свое место и расталкивая всех соперников локтями. Тая потерялась на их фоне.

Мне было двадцать пять, почти двадцать шесть, уже появились свои небольшие, по сегодняшним меркам, деньги. Тая умела очаровывать… Вот в чем был ее талант. Не крутить фуэте, а крутить мужиками. Она могла завести любого… Я пропал, утонул в ее сексуальности, шарме, умению подать себя. Разница в возрасте не была препятствием. Наоборот, в этом был свой шик. Когда знакомые узнавали об этом, сыпали комплиментами в адрес Таи. А ей это льстило, поднимало самооценку… за мой счет.

И я женился.

-Тимур Олегович, вы в порядке, - поворачиваюсь на голос Игоря Ивановича.

-Да, наверное.

-Не обращайте внимание, - как-то по-отечески говорит он мне, - больной человек…

-Трудно не обращать внимание. Тем более вы сами свидетель – это не впервые. Накопилась обида… больно. Воспринимать все это трудно.

-А вы давно были у психолога?

-Мне не помогает. Не хочу.

-Не думали, все бросить и перестать ходить? Мое мнение таково, ни вам, ни Таисии от этого общения не легче. Наоборот, она после ваших посещений становится агрессивней. Долго отходит. А вы не думали развестись?

-Нет, - и это правда. Я чувствую свою вину, хотя… конечно, я ни в чем не виноват.

-А подумайте… Я составлю характеристику, справки там разные, комиссию соберем… Подумайте. Это не ваша ноша, поверьте. Я вам уже говорил, и не раз, что причины ее заболевания наследственные. И в любом случае, без должного лечения болезнь только бы прогрессировала. За то время, что вы отсутствовали, гипомания протекала по-книжному, вы же действуете на нее, как катализатор.

-Так что, вы запрещаете мне приходить?

-Я не имею права… тем более вы оплачиваете недешевое пребывание Таисии в нашем частном учреждении. Вы еще молоды, можете создать семью, родить детей. Мне вас жаль, по-человечески… по-отцовски.

-Я подумаю, - хочу уйти от неудобной и раздражающей темы. – Скажите, откуда она берет все эти истории про балерин, про прически, фильмы?

-У нее есть мать, которая потакает. – Игорь Иванович разводит руками, показывая свое бессилие. – Она очень… настойчива.

-Понятно. – Более меня ничего не интересует. Надо уходить. Эти двадцать минут пребывания здесь, высосали все соки из меня. – Я пойду.

-Идите, Тимур Олегович. И подумайте о своем будущем.

Спускаюсь вниз к машине. Мне надо выдохнуть. С таким упадническим настроем нельзя ехать на работу. Тем более сегодня прибудет новый совладелец. Надо излучать силу и уверенность, а не вызывать жалость.

Решаю пройти по территории. Здесь разбит шикарный парк. Все для пациентов: прудик, газоны, кусты, замысловатой формы, удобные лавочки… Бреду, смотря себе под ноги.

-Тимур, - слышу свое имя и оборачиваюсь. Вот ее для полного пиздеца и не хватало.

-Здравствуйте, Альбина, - приветствую мать Таи. Она явно готовилась к походу к дочери. В руках пакеты, набитые журналами, газетами, какая-то одежда, косметика… Господи, как эта семейка меня достала!

-Ты от Таички, как она?

-Как обычно, кричит, что ненавидит меня.

-Ой, Тимурушка, - понятно, когда в бой идут причитания и ласкательные имена, значит от меня нужны деньги, - не обижайся на нее.

-Ага, не буду. Если честно, то я спешу на работу, у вас что-то срочное?

-Если тебе не трудно… переведи, пожалуйста, ту сумму, которую ты переводишь обычно на содержание Таи сегодня, а не в конце месяца. Мне не хватило… чтобы рассчитаться с клиникой.

-В смысле, чтобы рассчитаться… Я оплачиваю счета по клинике отдельно от той суммы. За что вы платите?

-Нет-нет, я немножко приплачиваю медсестрам, ну сам понимаешь… чтобы были повнимательнее, и потом, Тая просит разные женские штучки. Или тебе жалко денег на жену, - о, тон сразу изменился. Вот в кого Тая – в маман! Суки! Достали!

-Нет, мне не жалко. Я перечислю, до свидания, - разворачиваюсь и иду к машине. Проветрился, прогулялся… остыл.

-Не забудь, - кричит мне в след.

Не оборачиваясь, поднимаю руку вверх, подтверждая, что услышал ее. На протяжении всего пути до машины, чувствую ее пристальный взгляд. Ведьма! Она тоже ненавидит меня.

Надо быстрее уехать, покинуть территорию, скрыться из поля зрения Альбины.

Резко стартую и на всех порах лечу к главным воротам. Стоило мне только выехать, как неприятное ощущение покидает меня.

Кручу руль, а мозг накидывает картинки моей «счастливой» супружеской жизни.

Два года нашей совместной жизни… Я приехал из командировки специально, чтобы поздравить ее. Купил серьги с бриллиантами, букет, шампанское… Открываю дверь, а в квартире никого. Как оказалось, Тая в это время была в ресторане с одним из своих почитателей… на острове Крит, только мне об этом было не обязательно знать.

А потом разборки с горе-ухажером, мордобой, сломанная нога… у него… А потом скандал, что я думаю только о себе, о работе… А потом затяжная депрессия…

И так не единожды…