Глава 13

Вера

Оглушительный крик младенца позволил мне устало выдохнуть и блаженно закрыть глаза. Отмучилась. Я очень ждала свою девочку, но восемь часов в схватках, эпидуралка перестала обезболивать, а все вокруг твердили — дыши и крепись.

Больно, очень больно. Хотелось провалиться в сон, но что-то держало.

— Вот, мамочка, принимай счастье. Три с половиной килограмма и прекрасные легкие! Да, крикуха? — обратилась к свёртка у меня на груди.

— Надя. Надюша, — погладила опухшее личико. — Надежда.

Я много раз думала, какой момент в моей жизни был самым счастливым: большая любовь, свадьба, удачная подсадка эмбриона? Нет, все не то. Самое большое счастье смотреть в глаза родному человеку и понимать, что вы связаны на всю жизнь особой любовью. Материнской. Я любила ее. Давно любила. Всегда любила.

— Привет, маленькая моя, — погладила редкие темные волосики. — Я тебя очень, очень ждала, моя Надежда.

Нас выписали через три дня: мне думалось, что только Наталья приедет и отвезет нас домой. Сестра мужа помогала мне как родной. Нет, все-таки женщина за женщину — не миф.

Нет, я знала, что она видела первую дочь брата и сама лично сказала: Вера не могу я игнорировать маленькую Леру и ее мать, они же в сцепке теперь идут. Я никогда от подруги такого не требовала! Родственные связи — это правильно.

С Сашей мы намного реже виделись. Единственное, что он нашел время в отцовстве и забрал меня из санатория. Я видела, что его эта ситуация гложет: да, это ответственность, и легко рассуждать о любви, пока у тебя на руках не рыдает ребенок от другой женщины.

— Поздравляем! — шепотом кричали в небольшом светлом помещении для выписки. Шары, цветы, улыбки. Свекры оба приехали, Наташа со своими мальчишками, муж.

— Вера… — хрипло позвал меня и подарил букет. — Можно? — его руки дрожали, а в глазах слезы. Я осторожно передала ему конверт с дочерью и прикусила нижнюю губу, чтобы не разрыдаться. От радости. Кажется, я его отпустила, окончательно и бесповоротно. Я не смотрела на него как на своего любимого. Близкий человек, но совершенно чужой мужчина. Через неделю я подала на развод…

Нас развели ровно через месяц. Бывший муж не препятствовал и не пытался оттянуть время. Мы оба поняли, что в треснувшее зеркало лучше не смотреть: оно не затянется, став вновь глянцевым и блестящим, а осыплется острыми осколками, оставляя порезы еще глубже прежних.

Я не подавала на алименты как и обещала: делать эко — мой выбор. У меня были накопления, а высокая должность с хорошей зарплатой обеспечила приличные декретные. Но Саша все равно перечислял мне деньги и приходил по субботам. Наденька еще совсем крошка, долго с ней не поиграть, но он приходил, сидел у колыбели, качал и смотрел на меня, не скрывая тоски и печали.

— Вера… Вера…

Ему не нужно было произносить вслух или выдавать эмоциональную тираду. Саша жалел, раскаивался и хотел бы все изменить. Я много раз это слышала и не уверена, что хотела бы того же. Говорят же: что ни делается, все к лучшему. Пусть будет так…

— Не плачь, моя хорошая, — заехала в подъезд, толкая впереди коляску. Очень похолодало на улице, мы с Надюшей и часа не прогуляли: я замерзла, она хныкать начала. — Да что такое! — лифт стоял открытым, а кнопка вызова светилась красным.

Я повернулась в сторону шумных мужчин в строительных касках. Они бурно спорили и обсуждали сдачу объекта. Наш жилой комплекс состоял из нескольких корпусов, достроены не все, но почему именно в моем не работал лифт?!

— Извините, — обратилась к мужчинам, но ни к кому конкретно, — а долго лифт будет стоять?

— Девушка, идет проверка дома на пожарную безопасность. Час как минимум, — сказал какой-то грузный мужичок с большим пивным животиком, даже рабочая куртка трещала по швам.

— Николаич, ну что ты так грубо. Девушка с ребенком, — от компании отделился высокий брюнет в одной рубашке в клетку и широкой улыбкой. — Вам на какой этаж?

— Тринадцатый, — скорбно выдохнула, представляя, как буду карабкаться наверх.

— Чертова дюжина, — мужчина разделял мою кручину.

— Чертова дюжина этажей, — подтвердила я.

— Так, — он скептически осмотрелся, а затем бросил взгляд на коляску, — оставлять в подъезде не вариант. Здесь проходной двор сегодня.

Я была с ним согласна.

— Берите младенца и пойдем покорять Джомолунгму, — и подхватил люльку, когда я достала дочь.

Я удивилась, но вида не подала: в первый раз кто-то из моих знакомых так называл Эверест. От рабочего вообще не ожидала.

Пока я медленно поднималась, едва справляясь с дыханием, любитель нестандартных названий уже скрылся несколькими этажами вверх. Размах ног у него внушительный и руки сильные.

— Давайте помогу, — мужчина на седьмом этаже встретил меня уже без коляски и протянул руки к Надюше. Я опешила. Незнакомец и такая простота…

— Она не идет к чужим… — проговорила изумленно, но руки действительно отваливались. Дочка у меня прекрасно набирала вес и в свои три месяца была упитанной розовощекой красавицей.

— Не бойтесь, — он как-то по-особенному заглянул в глаза, надежно и доверительно. Я позволила ему взять дочь.

Мужчина очень осторожно держал ее и мне тоже помогал.

— Она у вас кроха совсем. Тяжело подниматься на такую высоту.

Мы наконец дошли до лестничной клетки тринадцатого этажа, и я взялась за ручку коляски.

— Дмитрий, — представился мужчина, когда оказались у моей двери.

— Вера, — ответила я. — Может, чаю?

Он помог мне, а я не знала, что сказать и что сделать.

— Водички можно. Я уже не так молод, — и усмехнулся по-доброму.

— Проходите, — разулась и понесла дочь в спальню. — В кухне фильтр! — крикнула уже оттуда.

Пока я снимала комбинезон с дочери, проверяла памперс и попутно сама стягивала уличную одежду прошло минут десять. Мы вышли на кухню вместе и удивились. Дмитрий залез под раковину и светил куда-то телефоном.

— Сифон затянуть нужно и новые прокладки поставить. Иначе прорвет, — вылез на свет. — Мужу скажите, ладно?

— Я в разводе, но сантехника вызову.

Нет, я не собиралась тянуть бывшего в свою новую жизнь. Теперь мы оба никому ничего не должны.

— В разводе с такой малышкой? — удивился, но я не стала развивать тему, а Дмитрий, очевидно, не привык бросать женщин в беде. — Николаич, — набрал того самого грузного рабочего, — мне нужен разводной ключ на тринадцатый. Давай-давай, бегать по лестнице полезно, — затем на меня посмотрел. — Моя бригада корпус сдавала: накосячили, исправим.

Так чужой мужчина проверил в моем доме всю сантехнику и не взял ни рубля, только номер телефона.

Прежде чем созвониться, мы несколько раз случайно встретились во дворе. Дима веселый, добрый и с ним легко общаться. Я сама не заметила, как он постепенно вошел в нашу с Надюшей жизнь, но не сопротивлялась этому. Нам было хорошо вместе, а надолго ли только время покажет…