Глава 4

Александр

— Приехали, иди домой, — забрал Лану и привез к нашему подъезду. Я злился на жену, но бесила и эта расфуфыренная пигалица в короткой юбке и с сиськами наружу.

Еще по дороге купил бутылку хорошего коньяка, пить буду. На себя зол, а на Веру вообще! Как платье увидел… Как ее подтянутые ягодицы сжал, озверел. Набросился на жену как животное и… кайфанул! Иногда кажется, что именно так с ней и нужно: чтобы слушалась и не дразнила мужа ревностью.

— Можно, я останусь? — спросила и взяла у меня бутылку из рук: открыла и сделала больше глоток, потом скривилась и закашлялась. — Ох…

— Нельзя! — рявкнул, не удержался. — Тебя Вера ждет, волнуется, наверное, — голос так и сочился сарказмом.

— Вы поругались с тетей? — Лана, наоборот, была мила и участлива.

— Это не твое дело, девочка. Иди домой.

— Хорошо, — покорно кивнула. — Спасибо, что забрал.

Я боковым зрением заметил, что потянулась ко мне и резко повернул голову: губы Ланы коснулись моих и замерли на секунду.

Мы оба застыли и оба молчали, в миллиметре друг от друга. Я сглотнул: странное и возбуждающее чувство овладело той частью меня, что отвечала за инстинкты. Я так давно женат… Я так люблю жену…

Люблю! Этого не нужно забывать! Я и другая женщина, даже такая молоденькая и симпатичная, со щенячьим преданным взглядом — это нонсенс, этого не будет!

— Иди, — выдавил практически рыча. Черт, я сам себя не узнавал в последнее время. Хвала богу, что Лана послушалась и не стала снова настаивать на… На чем? Что ей нужно? Иногда мне казалось, что я.

Я просидел в машине еще часа два. Много думал о нашей с Верой жизни. Десять лет женаты, счастливы, никаких проблем. Кроме моей ревности и ее мягкой силы. Моя жена была уступчива, но поступала по-своему, если чувствовала, что пытался продавить. Вот как сегодня.

Мне было стыдно, что повел себя так, но, казалось, Вера на всех этих мероприятиях могла встретить кого-то другого. Кого-то лучше. Она достойна самого-самого, а не того, кто в машине чуть не поцеловал ее племянницу. Так гадко. Так запретно.

Полбутылки коньяка, но я практически не был пьян, только спать захотелось. Я поднялся в квартиру и сразу же встретился с встревоженными и такими родными глазами жены.

— Вера? — почему она еще не спала?

— Где ты был? — оборонила шепотом.

— Пил, — ответил лаконично.

— А Света?

— Спит, наверное, — пожал плечами. — Я давно привез ее.

Вера слабо улыбнулась, словно надумала разного, но теперь с облегчением выдохнула.

— Пойдем, — протянула мне руку. Я взял ее, и мы вместе вошли в спальню. Я уложил жену и отправился в душ. Быстро освежился, натянул штаны: теперь дома приходилось ходить всегда максимально прилично. На кухне достал банку соленых огурцов, открыл с характерным щелчком и жадно приник прямо к банке.

— Сушит? — услышал насмешливое. У самого окна на стуле сидела Лана. Я ее и не заметил сразу.

— Чего не спишь?

— Да вот… — она поднялась, и я заметил, как возмутительно одета эта девочка: обтягивающая майка, подчеркивающая стоячие сиськи и мелкие горошины сосков, и короткие шортики, больше походившие на трусики. — Как раз собиралась… — прошла мимо и будто бы случайно чиркнула ногтями по моей голой груди. — Надеюсь, вы с тетей помирились, — бросила через плечо и вышла, а я смотрел ей вслед, продолжая пить рассол. Жадно и долго пил. И смотрел также.

Утром я пытался договориться с женой. Нет, запрещать идти на юбилей организации — это чересчур, но платье слишком роскошное, слишком женственное, слишком явно подчеркивающие красоту и ладность фигуры.

— Вер, надень это, — достал из гардероба обычное офисное, но симпатичное, — и мы не поссоримся.

— Ты серьезно? — жена как всегда сглаживала улыбкой, но в глазах твердая уверенность, что я предлагал ерунду.

— А похоже, что шучу? — подошел ближе и притянул к себе. — Мне так спокойнее будет.

— Саша, это ненормально, — Вера убрала мои руки. — Ты знаешь, что мне нужен только ты, а эта ревность… — она взяла косметичку и чехол с платьем. — Соберусь на работе. Я позвоню.

— Не трудись, — бросил ей вслед.

Целый день я не связывался с женой и не отправлял сообщений. Она отвечала тем же. Уверен, что не специально: я всегда был инициатором переписки в рабочее время, но изнутри сжирало дикое раздражение.

Дома лучше не стало. Вера так и не позвонила, хотя сама обещала! Я был взвинчен до предела и под руку попалась Лана.

— Что ты смотришь на меня так?! — психанул, когда мы вместе сели ужинать. — Скажи уже, чего ты хочешь от меня… — но тут же добавил: — И от Веры.

— Ничего не хочу, — Лана поднялась, не доев ужин. — И ты, Саша, тоже смотришь на меня, — ушла, вильнув хвостом.

У меня тоже пропал аппетит. Я отправил тарелки в посудомойку и решил потупить у телевизора в гостиной.

Упал на диван и бездумно переключал каналы, поглядывая на открытую дверь в спальню Ланы. Да, думалось именно так, как-то я позабыл, что это должна была быть детская для нашего с Верой ребенка.

Когда экран телевизора погас, на мгновение в отражении увидел ее в белье: Лана переодевалась. Потом включилась программа, и я потерял ее из виду. Что же я сделаю дальше? Выключил телек и смотрел на упругое молодое тело. У меня стоял. Может, злость на жену так сыграла или еще что, но желание достать ствол и подрочить на племянницу зудело в ладонях.

Я вскочил, пока она не заметила, что подглядывал, и как ее тело влияло на мое либидо. Быстро надел джинсы и майку, затем сбежал из собственного дома, пока мы не наделали глупостей. Почему-то я был уверен, что Лана не отказала бы облегчить мои страдания. Этот взгляд…

Я ходил кругами возле дома, наверное, час. Вера не прислала ни одной фотографии и вообще в мессенджер не заходила. Я порывался сам ей позвонить, но меня так штормило, что я боялся говорить с женой. Не дай бог скажу то, о чем сто процентов пожалею. Завтра же пожалею…

В квартире было тихо. Я вернулся и сразу отправился в ванную. Надеюсь, Лана ушла гулять. Правда, куда на ночь глядя? Если с ней что-то произойдет, то Вера с меня голову снимет.

Я разделся и шагнул под душ, нужно освежиться и голову проветрить. Схватил шампунь и намылил себя всего. Член снова подал признаки жизни: снова эти шальные мысли.

Тело лизнул невесомый холодок, затем кожей ощутил чужое присутствие. Нос пощекотал аромат знакомых духов, эти любимые у Веры. Меня обняли сзади и прижались гибким телом.

Я смыл пену и обернулся. Черт!

— Лана, ты с ума сошла?!

Она, абсолютно голая, попыталась обвить мою шею руками и прильнуть ко мне.

— Уходи! — убрал ее руки. — Не дай бог Вера…

Лана упорно не сдавалась, затем неожиданно упала на колени и прытко взяла мой член в рот. Блииин!

— Пошла прочь! — схватил светлую копну волос, но Лана присосалась так, что я стремительно терял остатки самообладания. — Пошла… Прочь… Ммм…

Я больше не сопротивлялся, а позволил дикой похоти овладеть мной. Вбивался в податливый рот, приближая яркую развязку. Все померкло, кроме приближающегося оргазма.

— Кончаю… — достал член и головкой провел по губам, измазывая их спермой. С ней так можно, она сейчас это доказала. Напросилась.

Я обмотался полотенцем и вышел из кабины. На раковину оперся, но на собственное отражение смотреть было тошно. Что я наделал! Как с этим жить дальше?!

— Саш… — Лана дотронулась до моего плеча. Я сбросил руку.

— Если хотя бы заикнешься о произошедшем, я тебя закопаю. Вера поверит мне, а ты станешь маленькой лгуньей, — смотрел четко в глаза, чтобы понимала, насколько я в отчаянии.

Лана вся подобралась, полотенцем грудь прикрыла, губы поджала.

— Я не собиралась ничего рассказывать и как-то тебя подставлять. Я просто хотела тебя. Давно… — опустила глаза. — А перед тетей мне стыдно не меньше, чем тебе, но… — прихватила нижнюю губу маленькими зубами. — Все ведь уже случилось, — развернулась и открыла дверь ванной. — Я пойду к себе и буду думать о тебе… Внутри хочу твой член, — и вышла. Я остался полностью деморализован. Но одна мысль билась в висках: Вера может вернуться в любой момент. Но…

Вместо того, чтобы прятаться в спальне и переживать свою слабость, подошел к распахнутой двери комнаты: Лана зажгла свет, скинула полотенце и, разведя широко ноги, ублажала себя.

В нос ударил запах возбужденной женской плоти, а перед глазами нежные складочки и пальчики, теребившие клитор, глухие всхлипы и стоны… Меня магнитом тянуло опуститься между ее ног. Это какое-то наваждение! Приворот, не иначе!

Только на коридор постоянно оборачивался. Нет, в нашем доме — это кощунство. Вера просто не переживет. Я усилием воли захлопнул дверь спальни и бросился к себе.

Телефон нашел, у меня несколько пропущенных: Вера звонила. Звонила тогда, когда мне отсасывала ее племянница…