Глава 5

Александр

Я слышал как вернулась жена, но сделал вид, что уже сплю. Ее тепло, запах, аура — все давило на меня диким стыдом. Утром стало только хуже: к совести добавился страх, липкий и тягучий. Если Света расскажет, то это будет конец и не только моему браку с любимой женой и лучшей женщиной. Вера проста-напросто потеряет веру в людей. Вера без веры — это ненормально. Нельзя этого допустить.

— Саша, муж мой… — жена нечасто баловала меня утренним минетом. Она хотела помириться. Да, наша ссора затянулась.

— М-мм… — простонал, сглатывая приятную волну удовольствия. Она накатывала, накрывала, уносила, пока я со стоном не кончил. Вера никогда не сплевывала мое семя, берегла, как и меня. А я не сберег свою верность ей… — Я люблю тебя, родная, — притянул к себе. — Вера, ты, главное, помни: ты самая важная для меня, нужная, необходимая. Не забывай, ладно?

— О чем ты, Саш? — спрашивала удивленно.

Черт, я сейчас буквально извинялся за измену. Нельзя так, иначе жена поймет. Нужно и внутренне абстрагироваться от ситуации со Светой (никаких больше сексуальных Лан!): ничего не было. Не было!

Неделю я буквально боялся приходить домой. Вдруг рассказала, и Вера посмотрит на меня глазами, полными боли и разочарования. Но все было ровно. Никаких намеков, томных взглядов, приставаний или, упаси боже, шантажа.

— Может, снимем Свете квартиру? — предложил я. Не могу больше, нервы ни к черту! — Ну что она взрослая девчонка, — пытался говорить разумно и с юмором, — уже гулять хочет, а все под нас подстраивается, — пытался маневрировать.

Я задолбался бояться, что Света расскажет про нашу близость в душе. Она продолжала держать обещание и никак меня не компрометировала, но я не мог воспринимать дом домом, а еще двух этих женщин вместе. С ума сходил от мук совести и что греха таить от потаенных желаний. Мужика во мне зацепила девчачья бесстрашная волнующая страсть. Веру я любил так же сильно, а со СветЛаной, в глазах которой немое обожание, животный порыв. Не любовь, не уважение, не нежность, не ласка и не забота, а именно ее поклонение и обожание во взгляде, когда цеплялась за меня под тугими струями в ванной.

— Не знаю, — Вера задумчиво опустилась на стул рядом и подперла подбородок рукой. — Уже через месяц она в общежитие съедет.

— Да, но… — пытался найти толковый аргумент, — я блин голый по дому ходить не могу, да и трахаться, — это шепотом, — устал в «полголоса».

— Саш, ну это временно, а Света уже как родная здесь, я привыкла к ней.

Тут меня заколотило. Вдруг Вера предложит, чтобы племянница, пока мы не забеременели, жила с нами? Нет. Нет! Это будет конец мне. Во всех смыслах.

— Нет, жена, — веско заявил, — у каждого свой путь, и у Светланы тоже. Мы были студентами и жили в общаге, ели дешевую колбасу и невкусно лапшу. О твоей племяннице мы и так заботимся и будем делать это дальше. Ее такая судьба не ждет, но и содержать на полную не наша забота. Избалуем.

— Саша, я не знаю… Потянем мы съемную квартиру? У нас на эко столько денег уходит…

Я нарочито задумался. Ну тысяч пятьдесят в месяц на приличную студию где-нибудь на севере Москвы можно найти.

— Давай, я подумаю, посчитаю, а там решим, — поцеловал жену.

Считать не потребовалось: вечером Света объявила, что в общежитии закончен ремонт, да и подруги у нее уже появились, поэтому она съезжает.

Отлично. Отлегло от сердца и… самая толика разочарования. Темная часть меня получала извращенное удовольствие видеть Лану рядом и знать, что это тело могло бы быть моим по щелчку пальцев.

И все же я снял квартиру, но Вере решил не говорить. Выкроил сумму без ущерба для нашего бюджета. Скромную однушку максимально далеко от нашего дома. Зачем? Точно и сам не знал. Побыть одному, иногда.

— Саш, слушай, получится заехать сегодня в общежитие к Свете? Я там ей вещей собрала: что-то мое, что-то купила. Холодно становится, а у нее теплой одежды немного, — услышал утром от жены. Света съехала две недели назад, и я начал забывать свою измену. В норму пришел.

Нужно отказаться, зачем создавать двоякие ситуации? Чтобы не испытывать искушения, нужно не допускать даже возможности попасть в его капкан.

— Конечно, любимая, — решил не расстраивать жену. Вера может и сама к ней поехать, а для меня выгоднее, чтобы они как можно реже встречались. Скорее бы уже сентябрь: у Светы начнется учеба, и встречи станут минимальны.

Я подъехал к общежитию около полудня. Закончил дела на работе и привез вещи. У меня странно зудело и вибрировало внутри: было интересно реагирует ли Лана (когда жены нет рядом, она вполне может быть Ланой) на мое присутствие рядом или отпустило уже?

— Вера передала, — занес пакеты в комнату и осмотрелся. — Тебе нормально здесь? — скромненькое жилище на трех человек, но лучше, чем было у меня когда-то.

Лана стояла у входной двери, спиной опершись о косяк. В обтягивающих трениках и короткой маечке: сразу видно, что без лифчика.

— Нормально, но у вас в квартире было лучше.

— Почему уехала тогда? — спросил и тут же прикусил язык.

— Из-за тебя… Я не могла больше смотреть на вас с тетей, представлять ее под тобой, слышать тихие стоны.

Мать твою! Вот это откровенность. Меня тут же бросилось в жар, а в паху стало невыносимо тесно.

— Хочешь прокатимся? — предложил, поощренный ее признанием.

— Хочу…

Мы ехали молча, и даже когда привел Лану в съемную квартиру ничего не сказали друг другу. Дверь закрылась, и я прижал ее к стене, жадно целуя в губы и стягивая вниз треники. Презервативов у меня не было, но об этом думать не хотелось, только показать этой девочки, что она тоже будет стонать подо мной. Громко, громко стонать.

Я точно об этом пожалею, но сдерживать похоть и желание больше не было сил. Я хотел племянницу своей жены. Она хотела меня. Нам нужно удовлетворить эту страсть и разойтись без ущерба для нашей общей семьи.

— Лана, — начал, когда лежали на раскладном диване, потные и довольные, — я люблю Веру и из семьи не уйду. Если у тебя другие планы относительно меня, то лучше забудь о них. Просто расходимся.

— А если я просто хочу, чтобы ты трахал меня по-мужски, без романтики и розовых соплей?

— Тогда я буду трахать тебя без романтики и розовых соплей, — и перевернул ее, ставя в коленно-локтевую. Мне нравилось, что в сексе она была раскована и в чем-то даже грязна. Язык уж точно. Это возбуждало.

— Саша… Сашенька… Ты лучший… — стонала, не стесняясь.

Да, в этой квартире, рядом с этой девушкой я чувствовал себя совсем другим человеком. Это игра. Не настоящая жизнь. И я ее закончу. Вот Вера забеременеет и все, конец. А пока… Нужно купить сюда запас презервативов. Я должен быть чистым перед женой и матерью нашего будущего ребенка.