Глава 6

Вера

Племянница переехала почти два месяца назад, и жизнь потекла в привычном русле. Все же мы с Сашей привыкли жить вдвоем, но приезд Светы всколыхнул во мне тот самый материнский инстинкт. Я привыкла к ней, заботилась как о родной, полюбила. А сейчас немного скучала.

Если первые пару недель она активно звонила и приезжала в гости, то сейчас часто занята. Да, учеба началась, я все понимала. У самой забот полон рот. Но мы родня, а семья должна поддерживать связи.

— Вера, я дома! — услышала, что муж пришел. У него график не нормированный: иногда раньше меня возвращался, иногда позже вот как сегодня, но всегда с букетом цветов и маленьким подарком: роллы, любимое пирожное, золотой браслет, а к нему серьги и колечко. Мы готовились к подсадке эмбриона, так муж сглаживал мои страхи и поднимал настроение.

— Здравствуй, милый. Как дела? — чмокнула его в губы, помешивая овощное рагу на ужин. Решили устроить разгрузочные вечера, в будние дни. Пока тестируем неделю, а там как пойдет. Саша жаловался, что тяжесть в желудке от плотного ужина.

— Вера, у меня командировка на три дня под Геленджик. Поедешь со мной? — обнял меня и посадил к себе на колени.

— Мы же собирались в октябре. Я отпуск запланировала уже.

Я любила море в бархатный сезон: родилась на Юге, а жара совсем не мое.

— И в октябре поедем. Сейчас мне по работе нужно, ну а ты отдохнешь, искупаешься, загоришь немного.

— Я попробую выбить у начальства три дня. Очень хочу поехать, — положила голову ему на плечо.

К сожалению, не получилось. Мы недавно заключили крупную сделку и планировалось в ближайшее время несколько крупных траншей на отправку, я должна была проконтролировать отдел. Деньги очень большие, а контрагенты новые для нас.

— Прости, — провожала мужа и извинялась. — Я очень хочу с тобой, но…

Саша дулся. Он даже хотел отменить командировку, но она оказалась важнее, чем полагал изначально.

— Я буду звонить. На работе не задерживайся, обязательно пиши, когда ушла, когда пришла. Больше отдыхай, ладно?

— Обязательно, — обняла в последний раз. — Ты там тоже отдохни хоть немного, — поцеловала и захлопнула дверь такси, провожая машину тоскливым взглядом.

Я исправно звонила и писала мужу, он тоже активно переписывался со мной ближе к моему сну. Правда, на звонки не отвечал, чаще перезванивал сам. Говорил, занят и важные переговоры о развитии в регионы вел с армянской диаспорой в Краснодарском крае.

Я скучала по мужу, поэтому решила позвать на ужин Свету. Вряд ли она нормально питалась, все на бегу. Я каждые пару недель кидала ей на карточку по пять тысяч, надеялась, что хватит на что-нибудь вкусненькое, побаловать себя.

— Светик, не хочешь ко мне сегодня на ужин? Устроим девичник. Саша уехал в командировку.

— Не получится, тетя Вера, — вздохнула Света. — Я с подругой уехала на выходные к ней домой в Нижний.

— А учеба? — удивилась я. — Сегодня только пятница.

— Да, но у нас нет семинаров, а лекции потом перепишу. Все, пока, — сбросила вызов.

Пока так пока. У нее есть мама, это ей нужно контролировать дочь, не мне, но все же тон задел. Видимо, я мешала ей развлекаться…

Пока не было мужа я гуляла с Наташей и ее сорванцами. К нам должна была приехать свекровь после октябрьской поездки на море. Тоже нужно подготовиться: она женщина хорошая, меня как родную приняла, но все же мать мужа. Клининг неплохо бы вызвать и помыть окна!

Я встретила мужа, загорелого и красивого, но он не выглядел сильно довольным. Переговоры пошли не по плану, как он сказал, и результат мог получиться непредсказуемым.

— Саш, точно все нормально? — спросила в очередной раз. С каждым днем муж становился все смурнее, настороженней и задумчивей.

— Нет, Вера, — взял мои руки в свои и поцеловал каждую ладонь, — не все в порядке, но я решу. Обязательно все решу, — а взгляд такой потерянный.

Мне стало страшно за него. Во что мой муж ввязался? Что его так мучало?

Я так и не узнала ответ: муж молчал еще неделю, а потом… А потом просто решил уйти… В тот вечер я думала, что умру.

— У тебя снова командировка? — нахмурилась, встретив его в куртке и с чемоданом в коридоре. — Саша? — ждала ответа, но он молчал, только смотрел с какой-то странной безысходностью. — Саш, ответь? — сглотнула влажный ком, царапавший сухое горло.

— Нет, Вер, не командировка.

— А что тогда? — ошеломленно присела на пуфик.

— Вер, Верочка… — Саша никогда не кусал губы, а сейчас медлил, а их грыз с остервенелой ненавистью. — Нам нужно какое-то время пожить отдельно, — прозвучало как сокрушительный удар под дых, как смертный приговор, великое горе.

— Как это? — на одном дыхании.

— Мне нужно подумать, Вера. Пожить одному. Есть проблемы… Их надо решить.

— Это с работой связано, да? — подорвалась и бросилась к мужу. Обняла его лицо руками, в глаза заглядывала. — Ты влез во что-то нехорошее? Скажи, Саша?

Он только кивнул и убрал мои руки, стыдливо отводя глаза, отступая от меня.

— Мы все решим, любимый. Мы всегда решали все вместе. Зачем так…

— Потому что мне это нужно. Я должен уйти!

— Саша…

— Вера, ласка моя, я вернусь, когда решу проблемы, потому что я очень тебя люблю.

Муж двинулся к выходу с чемоданом, пытался обойти меня, но я не могла отойти и отпустить его. Мне страшно: за себя очень, а за него еще больше.

— Пожалуйста… — шепнула, давясь слезами и всхлипами. — Не бросай меня. Не бросай, — цеплялась за ворот куртки. — Я не смогу одна… Не смогу без тебя… — я плакала, в ногах готова была валяться, только чтобы не оставлял меня.

Я все рядом с ним выдержу, никакие проблемы не страшны: украду, убью, решу, лишь бы вместе. Но муж методично и безжалостно отцеплял мои пальцы. Он тоже застыл. Выключил эмоции и действовал как работ.

— Я люблю тебя, Вера…

Это добило. Ведь после таких слов дверь не должна захлопнуться с обратной стороны.

Я осела на пол, отбросила сумку и завыла белугой. Я теряла часть самой себя, но еще не понимала, что безвозвратно. Как же больно. Практически смертельно. Ведь муж мог не вернуться, никогда не вернутся…

Ранним утром я кое-как доползла до ванной: сил не было даже подняться, тело затекло и омертвело; слезы осели на лице опухшей маской. Я сделала усилие и, пошатываясь на каблуках в уличных туфлях, обхватила края раковины.

На меня смотрела разбитая женщина, опустошенная, без света и веры, а в темных волосах блестела седая прядь, как символ моего одиночества.

Это мой личный конец света или… Муж все-таки вернется?..