Глава 14

Бали… когда я увидела его своими глазами, мне показалось, что попала на самый настоящий райский остров. Это что-то невероятное, какая-то другая вселенная, где безумно красочно, солнечно и тепло. Здесь столько зелени, что глаза отдыхали на каждом пейзаже. А море такое красивое, со своим песчаным пляжем и ласковыми волнами, что сердце замирало от восторга.

Расстраивало только одно – что в моем Раю было немного одиноко. Из-за особенностей глаз Дмитрия он не переносил солнечный свет. Поэтому днем на пляж не вышел ни разу. Даже внутри нашей небольшой и личной виллы, от которой до моря рукой подать, он сидел в солнечных очках. И я задумалась – зачем мы сюда приехали, если Дима не может здесь полноценно отдыхать. О чем и решила с ним поговорить за вкусным и легким ужином.

– Тебе правда не комфортно днем на пляже?

– Правда.

Что ж, оставалось только принять это обстоятельство.

– Согласна, солнце здесь жгучее. Но это так странно – что мы здесь делаем, если ты не можешь выходить на улицу…

– Для тебя это важно? – вдруг спросил мужчина.

Я и не сразу поняла, что же все-таки ответить, чтобы не расстроить его.

– Похоже, что да… просто потому, что хотелось бы разделить какие-то моменты с тобой… там, на райском берегу.

В итоге промямлила все, что смогла и хотела до него донести. На что Дима ответил:

– У нас есть вечер… и вся ночь впереди.

И вроде ничего особенного он не сказал, а я замерла напротив, будто меня стукнули по голове. Это было как некоторое откровение, как прозрение. Перестав вырываться из своего плена, я начала спокойно осматриваться по сторонам. И что я увидела прямо перед собой – взрослого мужчину со своими тараканами и особенностями, который со мной так часто пытается проявить свои лучшие качества, даже несмотря на всю мою дурость и свой отвратный характер. И это здорово, это пугающе одновременно, но уже тем, что мне стало более чем очевидно – я просто не знаю, как мне вести себя с этим мужчиной. И не знала все это время. Ведь между нами целая пропасть: в возрасте, во взглядах и мнениях, в жизненном опыте – да во всем! И самое главное, чего я всегда не понимала – что именно он хочет от меня.

– Знаешь, Дим, я, наверное, повторю твои слова, но я тоже не пойму – что именно тебе от меня нужно?

– Не буду придумывать лишнее и юлить, скажу как есть. Хочу, чтоб ты стала мне женой. И матерью моего ребенка.

А вот это было настолько неожиданно, что едва не подавилась собственным вдохом. Да я даже не поняла, что почувствовала после таких внезапных и странных слов. И первая реакция – возмущение с паникой. Благо Дмитрий решил продолжить:

– Но я больше не стану заставлять быть со мной рядом, если для тебя так важно право выбора. Не хочу больше на кого-то давить и вынуждать идти на крайние меры – замена, измена… самоубийство. И я не тороплю отвечать мне что-то прямо сейчас. Подумай, у тебя на это есть неделя, пока мы не вернемся домой. А пока наслаждайся морем, солнцем и сексом, на который я рассчитываю здесь каждый день.

О, как мило с его стороны было подчеркнуть последнее. Невольно даже бросило в жар, который прогнал всю панику, потому что я была совсем не против дополнять именно сексом это волшебное время на райском острове. Ведь когда-то мечтала об этом с Ильей. А теперь, находясь в месте заветной мечты, я смотрела на другого мужчину и пыталась унять мурашки, которые тот во мне вызывал. Строгий и рассудительный, жестокий и нежный, необузданный, страстный, милосердный и пугающий до дрожи в коленях – это все о нем. О том, в кого я, похоже, уже серьезно влюбилась, даже не заметив, в какой момент позволила случиться такому безобразию.

Да я уже была готова согласиться с Дмитрием на все. Больше не хотелось убегать и придумывать нелепые способы вырваться на волю. Даже как-то наоборот, снова захотелось быть его пленницей, только теперь добровольно. Чтоб этот мужчина стиснул меня в своих крепких объятьях и больше никогда не отпускал. И каждую ночь любил так знойно, как способен это сделать только он. И лишь одно беспокоило меня во всем этом – что я не дотягиваю до этого мужчины. Слишком юна, неопытна и совершаю массу необдуманных глупостей, особенно когда волнуюсь.

– Так что скажешь? – спросил Дима, рассчитывая хоть на какую-то реакцию с моей стороны.

Потому что все это время я сидела как прибитая, в молчаливом шоке. Пришлось прокашляться, чтобы начать говорить.

– Начну, наверное, с благодарности, что ты даешь мне время подумать и принять свое собственное решение. А еще хочу попросить…– Встав со своего места, я подошла к Диме и села к нему на колени. – Я немного растеряна и не знаю, какая женщина тебе нужна… и какой сама хочу быть рядом с тобой. Ты научишь меня?

Глядя в мои глаза, Дима поднял руку, погладил меня по щеке и ответил:

– Обязательно, моя сладкая девочка…

Это было так нежно и трогательно, что я растаяла окончательно. И конечно же мы не дотянули с ним до ночи или хотя бы до пляжа. Стоило нашим губам соприкоснуться – закрутился настоящий тайфун. Дима подмял меня под себя прямо на полу нашего райского шалаша, без особых прелюдий и какого-то там презерватива. И это было так здорово – не переживать по мелочам, когда уже готова на все, и доверять, когда понимала, что могу рассчитывать на любую поддержку.

* * *

Зря он так редко отдыхал. Даже и не вспомнить, когда это было в последний раз. А на море и вовсе выезжал всего однажды, еще мальчишкой. Сейчас все по-другому, и как-то по-новому. Каждый день полон расслабления и неспешных удовольствий среди самых ярких красок. Когда никуда не нужно спешить и о чем-то беспокоиться. Только отдых в приятной компании.

Последняя ли ситуация, смена обстановки, какие-то его слова или действия, но Полина кардинально изменилась. Вместо вредной, упрямой и капризной девочки теперь он видел рядом с собой счастливую, нежную и одновременно страстную девушку. Она щеголяла перед ним каждый день в своей естественной красоте и едва одетая, словно Нимфа, которая вышла к нему из пены Индийского океана. И каждый день, утопая с ней в беззаботной неге, Дима все больше сомневался, что все-таки сможет ее отпустить. Погорячился или плохо подумал. Ведь новая Полина ему не просто нравилась – она обольщала его и по-настоящему влюбляла в себя. Один ее взгляд, такой внимательный и восторженный, и он уже изнывал от желания слиться с этим коварным созданием.

Все-таки взаимность – это огромная сила, которую можно и не удержать даже в крепких мужских руках. Вот вроде бы ты хозяин положения, у которого под контролем каждая эмоция, а в следующую секунду звереешь, ощущая бешеную необходимость обладать вполне конкретной женщиной. Такого Дима не ощущал даже с Леной. Поэтому теперь вдвойне не хотел это все упустить. И наконец-то перестать таскать в свою постель всех подряд. А также проснуться рядом с той, кого рад видеть, и кто не воротит от него нос. Поэтому Дима искренне надеялся, что в конце отдыха Полина сделает правильный выбор… и ему не придется ее разочаровывать своим враньем, когда она снова окажется в его клетке.

Но до этого времени еще была возможность насладиться приятными моментами и попытаться убедить Полину, что у нее просто нет выбора. Что он именно тот, кто способен дать ей все необходимое. А это не только деньги и бытовой комфорт.

– Кем мечтала стать в детстве? – спросил он свою девочку за ужином.

– Да как-то и не задумывалась. Любила играть с куклами: пеленать, кормить, все такое. Так что, похоже, прежде всего я мечтала стать мамой. Но… после смерти родителей это желание отошло далеко на задний план.

– Из-за страха?

– Наверное.

В глазах Полины пробежала грусть, которую тут же захотелось прогнать куда-то подальше. А еще – немедленно приступить к воплощению ее мечты. Так уж вышло, что к Макару Дима готов совершенно не был. Он не видел его младенцем, не слышал первых слов и достижений, не знал как рос и не участвовал в его воспитании. Но даже несколько дней назад и не задумывался над тем, насколько это важно. И что вполне не против подобного опыта. Что он наконец-то созрел для статуса настоящего семейного человека и даже отца. Возраст ли и сама Полина тому виной – было совершенно не важно.

– А чего бы хотела от своего мужчины… мужа?

Полина легко улыбнулась и сказала:

– Любви… внимания.

Такой очевидный ответ молодой девочки, которая еще не разобралась в настоящих отношениях. Но его это устраивало, более чем.

– А что все-таки не так было с цветами, которые я тебе так часто дарил? Просто интересно.

На это Полина смущенно рассмеялась.

– Они все были шикарными. Просто я не привыкла к вниманию взрослых, незнакомых мужчин, которые к тому же слишком давят.

Хороший ответ, честный.

– Теперь все иначе?

– Почему-то да.

– Почему?

– Ты так сильно не давишь… и я, похоже, уже не хочу убегать.

Взяв ее руку в свою, Дима погладил нежную кожу и пообещал:

– Если останешься со мной, я готов на многое, чтобы ты об этом не пожалела.

– А если нет? – вдруг спросила она.

Как ни удивительно, но такой вопрос он не ожидал, даже не рассматривал.

– Пока не хочу об этом думать, – ответил ей, увлекая к себе, чтобы отвлечь приятным поцелуем.

И вот уже быстро стало не до разговоров. Когда ее нежное тело оказалось в его руках, пропали все лишние мысли. Остался только вкус ее губ и сладость кожи. Странно ли, но здесь, на солнечном берегу, даже секс был другим – не ради самого секса и разрядки, а ради особенного удовольствия. Когда не хотелось спешить и рвать свою девочку на части. Только размеренное наслаждение и сдержанная страсть. И ласкающие звуки прибоя где-то далеко на заднем плане.

И Диме это по-настоящему нравилось – быть другим рядом с Полиной. С ней уходило ощущение одиночества и неполноценности, брезгливость или даже отвращение в мимолетных связях. Куда-то пропадала вся злость, на окружающий мир в том числе. А вместо нее поселялось нечто новое, что уже смело можно было назвать – покоем. И, похоже, это именно то, что ему так недоставало, всегда. Лишь бы Полина не разочаровала и сделала правильный выбор.

* * *

Всегда жаль, когда заканчивается нечто чудесное. Так и наш с Дмитрием отпуск внезапно подошел к концу. Было грустно расставаться с райским островом, который подарил мне массу памятных впечатлений и новых открытий внутри себя. И еще грустно от того, что наша незабываемая сказка растворится, стоит только вернуться домой. Это время, которое мы провели с Димой в мире и наслаждении каждым моментом, так или иначе больше никогда не повторится. Да я вообще плохо понимала, чего именно ждать дальше.

Когда наш самолет приземлился, мы без лишних разговоров ступили на землю, забрали багаж, залезли в одну из двух машин Дмитрия, которые приехали нас встречать, и куда-то покатили. И все бы отлично, если бы меня не смутил один момент – почему же он не спрашивает о моем решении? Где то самое обещанное право выбора?

– Куда мы едем? – спросила я, просто уточнить.

– Ко мне, – ответил Дима с соседнего места.

Тогда я набралась смелости попросить:

– Я бы хотела поехать к себе домой.

– Зачем?

– Затем, что давно там не была. Или у нас опять проблемы с ограничением моей свободы?

Дима повернул голову и посмотрел на меня, как-то очень недовольно, и только потом произнес:

– Тебе нечего там делать. Если что-то нужно привести – скажи что именно, мои ребята это сделают.

Вот так. Вот и все обещания – растворились, как и райский отпуск.

– А почему ты не спрашиваешь, что именно я решила: остаться или уйти?

– Мне показалось это очевидным, что не требует уточнений.

Ну конечно, это все отговорки. Да он просто снова решил все сделать по-своему, как хочет того сам. То есть, ни о какой свободе нет и речи. Это все иллюзия, просто слова для усмирения.

– Я хочу домой, – уже более требовательно попросила его.

На что Дима недовольно вздохнул и спросил:

– Значит ли это, что ты хочешь уйти?

– Я еще не решила. Дай мне день. Только подумать об этом хотелось бы одной в своей квартире.

– Разве всю эту неделю что-то было не так? Тебе что-то не понравилось?

– Нет, все было чудесно…

– Тогда не вижу смысла терять время. Поедем ко мне и там все еще раз обсудим.

Но его настойчивый отказ так жутко разозлилась, что я не готова была идти на уступку, не под напором такого давления, когда обещал совершенно другое. Нет, я конечно хотела остаться с Димой, но не так, не под натиском его раздутого эго. Ведь он обещал, что даст мне право выбора!

– Нет уж, или я еду домой и мы встречаемся завтра вечером или прям сразу отказываюсь от твоего предложения.

Но мою просьбу, такую простую, никто даже не собирался исполнять. Дима промолчал. Причем, было видно, что этот разговор его уже злит. То есть мне, как обычно, стоит закрыть рот и покорно исполнить его волю. И вот я снова почувствовала себя пленницей, которой перекрывают свежий воздух. И это после нашего восхитительного примирения на песчаном берегу. Будто Дмитрий мне элементарно не доверял. Или просто не желал меняться и принимать женское мнение. И это той, кому предлагал ни много ни мало – выйти за него замуж. Так что же будет дальше?! Меня даже передернуло, стоило вспомнить про Елену. И сразу показалось, что впереди ждет ее участь, если сейчас уступлю.

– Все ясно, мы возвращаемся к тому, на чем закончили незадолго перед поездкой, – подчеркнула я. – Так может, сразу посадишь меня в клетку, прежде чем снова что-то натворю?

Наконец, мои слова хоть как-то его встряхнули. Но реакция была не из приятных. Что-то рыкнув себе под нос, он грозно прорычал сначала Коле, который сидел за рулем:

– Останови машину.

А затем мне:

– Итак, я слушаю, Полина, что ты решила – остаешься со мной и принимаешь мое предложение или уходишь прямо сейчас?

Это было так внезапно и грубо, что я опешила. Так еще требования были самые кардинальные – да или нет, здесь и сейчас. И даже не смотря на мое огромное желание согласиться, в этот момент я упорно хотела бросить ему в лицо свой уверенный отказ. Просто затем, чтобы понял – так нельзя поступать. И я сказала:

– Ухожу.

Сказала, сглатывая слюну и совершенно не ожидая его следующих действий.

– Хорошо, как скажешь, – произнес вдруг Дмитрий и добавил уже водителю: – Отвези ее домой.

После чего он просто вышел из машины и пересел в другую. А меня – наконец-то повезли домой. Но вместо счастья меня окутал какой-то ступор. Я была так ошарашена, что даже не понимала, как на это все реагировать – радоваться или плакать? Ведь я так долго и упорно этого добивалась. А когда внезапно получила, когда уже перестала стремиться к своей свободе – так зачем мне все это теперь нужно… без Дмитрия. Я ведь не этого сейчас добивалась, а всего лишь его понимания. А он… почему же именно сейчас решил меня послушать и отпустить, стоило только заикнуться о свободе.

О, да мне определенно хотелось рыдать. А еще злило, что он поступает так не честно. И что сейчас уже казалось каким-то предательством, когда просила его о помощи, когда решила довериться с потрохами. Неужели так сложно дать мне всего какой-то день – побыть наедине со своими мыслями, в своем собственном доме, глотнуть воздуха, чтобы окончательно решить – да, Дмитрий именно тот мужчина, с которым бы я рискнула создать семью.

А что теперь – все. Я снова взбрыкнула, а он окончательно психанул. И это после нашей первой и настоящей ссоры. После всего того, что было между нами еще вчера, под луной на теплом песочке райского острова. После стольких дней моего носильного заточения, когда уже отвыкла от этой смой свободы. Когда в моей жизни появился мужчина, который настойчиво заполнил собой все мысли и желания, даже самые тайные. Когда в дальнейшем я элементарно не представляла, как же теперь справлюсь да без него…

* * *

Он все-таки разозлился. Пытался держать себя в руках, но с Полиной это бывает сложно. Ее навязчивая идея о свободе воли уже выводила его из себя. Ведь какой смысл продолжать этот детский спектакль, когда и так все ясно. Им хорошо вместе, они вполне способны приятно проводить время, не смотря на разницу в возрасте, в кровати ли, на диване или за столом.

А может, своим возрастным взглядом на ситуацию он просто прикрывал нечто более коварное. Например, эгоизм, когда на самом деле осознавал – он не желает отпускать Полину. Она его девочка, какой бы несносной не была эта вредина.

В любом случае, им явно стоило сделать перерыв. А ему – элементарно уступить, на время. Хочет уйти – пожалуйста. Все равно никуда от него не денется.

– Полина зашла домой. Вещи отдал, – сказал ему Коля по телефону. – Что дальше?

– Останься там. И сообщи, если куда-то соберется. Утром тебя сменят.

– Понял.

Да, сегодня это было особенно непривычно – отослать ее прочь, не слышать голоса, не видеть красивого лица и не укладывать в постель. Даже в собственном доме показалось слишком тихо. И постоянно не отпускало ощущение, что чего-то не хватает, пусть даже Полина не так уж часто радовала его здесь своей компанией. Это на острове все стало иначе, когда вместе проводили дни и ночи. Там она постоянно была в поле его зрения, даже когда загорала на солнечном пляже или купалась в море после обеда – он с удовольствием наблюдал за ней из окна.

Теперь же эта пустота угнетала, еще сильнее убеждая – Полина нужна ему, здесь, рядом, пусть даже со своим выкрутасами, которые есть у каждой женщины, не зависимо от возраста и положения. Он просто отвык от них или же еще не нашел подход к самой Полине. Хотя было и время и возможность, всю эту последнюю неделю. Либо, он всего лишь ждал от нее чего-то другого, более взрослого и рационального – на его взгляд.

Так или иначе, но сегодня ему придется проводить вечер в одиночестве. И ночевать одному, тренируя силу воли не сорваться и не поехать за своей девочкой к ней домой. Ведь на сегодня – она сделала свой выбор. Поэтому, он даст ей время понять, что этого выбора у нее больше нет.

* * *

Когда я зашла домой, то почему-то не сразу поняла – что вообще здесь делаю? И вроде все мое, родное, а как-то зловеще тихо и пусто. Либо я отвыкла, либо еще не пришла в себя после всего, что сом мной случилось за последний месяц. Ведь я прожила у Дмитрия не день и не два, в огромном и просторном доме. Еще этот остров со своими райскими пейзажами, что открывались из окна – теперь как наваждение. А здесь у меня – однокомнатная квартирка, коробка из-под обуви. Даже запах какой-то непривычный.

Стараясь не унывать, я прошла на кухню и включила чайник. Да я вообще старалась не раскисать. Подавилась слезами еще в машине, пока ехали. Сейчас навалилась грусть и усталость, так что не хотелось вообще ничего. Ни переживать о чем-то, ни думать о будущем, ни вспоминать прошлое. Только чай, ванная и в кровать. Правда чай показался на редкость отвратительным, словно какая-то простая трава с лужайки возле жилого дома.

Отставив кружку, я отправилась в ванную. Там мне стало немного легче, даже разморило. Хоть все равно не обошлось без мыслей о Дмитрии и тихих всхлипов. Потому что до сих пор не могла поверить, что он так просто меня отпустил. Практически прогнал. И именно в тот момент, когда хотела бы остаться рядом, словно какая-то влюбленная дурочка. Ведь теперь – я просто не представляла, как жить без этого мужчины. Без его запаха и строгого взгляда, без его страсти и властного напора. Я просто умру. Либо сдамся, приползу на коленях и буду умолять снова взять меня в плен.

Господи, какой абсурд. Какое-то чистое безумие. С Дмитрием я и правда практически потеряла себя. А сейчас даже не представляла, как восстанавливаться обратно. Как вообще возвращаться к прошлой жизни, которая вдруг стала мне чуждой. Тем более, что до Дмитрия у меня был Илья. А теперь нет никого, даже кошки. Все мечты потеряли значимость. На работу даже не хотелось звонить, пусть даже теперь было с чего – Коля отдал мою сумочку с телефоном, ключами и прочим содержимым. А деньги… и не помнила, сколько имеется в моем личном запасе для проживания на первое время, нужно было скрести по сусекам.

И ведь было так странно, чтобы вырваться из-под давления и плена, а в итоге ощущать себя брошенной и никому не нужной. Оказалось, что моя великая свобода не так уж сладка. Что порой действительно стоит опасаться получить желаемое, что вдруг может осуществиться совершенно не в нужный момент.

На удивление, ночью спала я крепко. А на утро, на мое же удивление, страшно тошнило. Стресс, акклиматизация или что-то не то съела – я перебрала все варианты, пока искала в собственном доме тест на беременность, который когда-то покупала. Повезло, что он не был просрочен. И не повезло, когда я увидела на нем две полоски…

– Твою мать! – впервые вырвалось из меня, прежде чем снова побежала к раковине.

И ведь не то, чтобы это было крайне непредсказуемо. Когда в последнее время мы с Димой ничем не защищались, а я просто по-глупому наплевала на это обстоятельство, доверившись более взрослому мужчине. Только теперь что? Где этот мужчина? Здесь теперь только я и… мой будущий ребенок?

Боже, да я же беременна! От Дмитрия!

От одной этой мысли уже через секунду у меня начался озноб. Окутала такая паника, что стало трудно дышать. Ведь я совершенно не была готова к подобному повороту, тем более в одиночку. И Дмитрию было не сказать, потому что не знала ни адреса его злополучного дома, ни номера телефона. Да и нужно ли ему вообще что-то говорить? Теперь. Когда он так хладнокровно меня прогнал. Похоже, не о том я переживала, а основные сложности в моей жизни только набирали обороты…