Глава 6

Кажется, давно он так не удивлялся, как и не выходил из себя. Эта девочка Полина совсем осмелела. Ведь он всего лишь хотел припугнуть ее, наказать. А она решилась сделать свой ход и продалась Макару.

Теперь даже глупо было на него рычать, когда прикасался к ней. Глупо злиться, пока подыгрывает обоим. И слюни пускать было глупо, в его-то возрасте, когда смотрел на ее аппетитные формы в коротком карамельном платье. Будто у других они чем-то хуже. Всего лишь не объезженные, почти никем не тронутые. Уже не девственница, но достаточно чиста, чтобы на ней зациклиться.

– Дим, – позвал его сын, подходя ближе для личной беседы.

С кем в данный момент предпочел бы не разговаривать, чтобы не выставлять себя каким-то ревнивым клоуном на ровном месте.

– Что?

– Слушай, надеюсь, ты не злишься?.. Ну, что Полина…

Да у сына уже глаза в кучу. Надо же, как обрадовался своей новой игрушке – которую все равно не получит.

– Не беси меня. Так чего хотел?

– Мне тебе деньги сейчас перевести или завтра уже разберемся?

И снова все упиралось в деньги. Будто ему не хватало.

– Завтра разберемся.

– Тогда еще по чуть-чуть и я забираю Полинку к себе. Договорились?

– Не рано? Успеете. Лучше давай выпьем, – ответил он, уводя того к столу со спиртными напитками.

Уже было ясно, что на сегодня сын вне игры. Что-то разъяснять тоже было бесполезно. А про Полину ему и вовсе лучше ненадолго забыть. Иначе сорвется и точно сделает ей очень и очень больно.

* * *

Этой ночью случилось чудо. Макар столько выпил, не без моей помощи, что когда мы пришли в его спальню – он лег на кровать и благополучно уснул. Это был какой-то подарок небес. Обрадовавшись, я вышла из его комнаты и направилась к своей в потемках коридора. Но, когда проходила мимо двери Дмитрия, услышала какие-то громкие голоса. Как вдруг, чуть ли ни мне под ноги, из его спальни выскочила белокурая девица.

– Да пошел ты в задницу! – выкрикнула она. – Урод!

Я аж отскочила – до того испугалась. А она в нижнем белье набекрень, с платьем в руках. И тушь по всему лицу. Так еще к ней вышел сам Дмитрий, вдруг хватая за волосы на затылке. Да так грубо, что у меня по коже пробежал озноб. Девушка выгнулась под его хваткой, тихо вскрикнула от боли, даже как-то всхлипнула. А по его виду – ну вот сейчас шею свернет.

И тут он перевел взгляд на меня. Такой колючий, будто швырнул в лицо кактус. Все-таки заметил, когда впервые как никогда захотелось стать невидимкой. И ведь бежать словно некуда. Он так вцепился в меня своим взглядом, все еще крепко удерживая корчившуюся девушку, что я оцепенела. Но когда вдруг оттолкнул ее, разжимая пальцы, и та убежала, я стала единственным объектом его внимания. Сразу сковал лютый страх, что впору было начать молиться.

– Какого черта здесь делаешь? – спросил он, подходя ближе.

Какая-то опасная гора мышц с абсолютно голым торсом. Одни джинсы держались совсем не на честном слове, а на толстом, ужасно набухшем мужском органе, который не помещался в этих штанах. Да от таких штук женщины падают в обморок – или от счастья или от ужаса. В данном случае я однозначно относилась ко второй категории.

– Я… я шла к себе, – пролепетала не своим голосом.

– Где Макар? – спросил он, даже скорее прорычал.

– Он уснул… у себя в спальне.

– Успел тебя тронуть хоть пальцем?

– Нет, – ответила честно, потому что ничего другого на ум даже не шло.

А он подошел еще ближе, уже заставляя вжиматься спиной в стену. И как-то грозно оглядел. А потом вдруг схватил за руку и поволок в свою комнату. Я смогла только пискнуть, прежде чем бросил лицом на кровать. Уже подумала, что все – сейчас случится нечто кошмарное, когда страшно было давать отпор. Ведь и так пугал, а сейчас еще такой злой, что сложно было ждать нормального поведения. Но вопреки моим ожиданиям Дмитрий не поспешил залезать на меня, да и вообще на кровать.

Он залез в свой бар и открыл бутылку рома, после чего сделал два коктейля с колой. И когда подал один из них мне, я не стала отказываться. Только забилась к спинке кровати и подальше от него. А все равно оказалась главным объектом мужского и очень прожорливого внимания. И даже попытки одернуть платье как можно ниже нисколько не помогали.

– Неудачный вечер? – решила я все-таки сказать хоть что-то.

– Даже ты заметила…

Он подошел ближе. А я уже не знала, куда смотреть. Застегнул бы свои штаны, да было видно, что сейчас это вряд ли получится.

– Может, мне сходить за новой девушкой, которая составит вам компанию?

– Все уже заняты, – ответил и вдруг скомандовал: – Пей.

Трясущимися руками я пригубила напиток, в котором явно было больше алкоголя, чем колы. А у самой внутри настоящий мандраж.

– Так почему именно Макар? – спросил следом Дмитрий и сразу уточнил. – Понравился или мне назло?

Такой прямой, неприятный и сложный вопрос, что я растерялась. Соврать или сказать правду? Да пофиг уже.

– Вы не имеете права так со мной поступать, – все-таки заявила ему, хоть даже было страшно произносить каждое слово, от чего скорее шептала, чем говорила. – Я не товар, чтоб делать из меня ставку. Мне хватило и Ильи, спасибо. А держать против воли – вообще незаконно.

– Вот как? Значит – просто обиделась?

Я невольно опустила глаза. Зачем-то пригубила напиток еще раз. И промолчала.

– Увы, девочка, но ты в доме одиноких мужчин, которые не привыкли себе в чем-то отказывать. Поэтому выбирай – или ты ложишься под меня добровольно и я постараюсь быть аккуратным или беру тебя силой и грубо.

О, нет! Только не это…

– А как же Макар?

– Хочешь лечь под него?

– Нет, – сразу ответила ему. – Да не под кого не хочу!

– Тогда выбирай.

Да блин! У меня внутри начались такие метания, что захотелось выпрыгнуть в окно.

– Не верю, что вы умеете быть аккуратным. От вас только что сбежала девушка, которая явно готова ко многому, но не… не к вам.

Дмитрий хмыкнул, но это было сделано с какой-то злобой. А я вдруг понадеялась его заболтать. Может тоже вырубиться или просто устанет от моей компании. Ведь пока даже не трогает. Но тут он произнес:

– Потому что именно ты должна быть на ее месте. Иди сюда, девочка.

О, Боже! Это была моя последняя капля. От понимания безысходности во мне вспыхнула такая паника, что я не выдержала. Сначала – бросила в Дмитрия его несчастный стакан. Затем – подскочила с кровати и рванула к двери. Даже сумела ее открыть, когда резко дернули за волосы и потащили назад. Дверь снова захлопнулась. А я – каким-то образом сумев развернуться, начала брыкаться и отталкивать мужские руки. От лютого страха, который превратил меня в бешеную, я буквально начала драться. Потому что в голове пульсировала одна мысль – сейчас меня гнусно изнасилуют. Я царапалась и била кулаками, пока мужчина пытался отшвырнуть мои руки и тем более – когда схватил за шею и начал душить. Помню, как ударил затылком о стену. Как пытался поцеловать, пока я не укусила за губу. Помню, как расцарапала ему лицо…

* * *

Его накрыло. Словно быка в сезон спаривания. Сорвался на шлюхе, но та оказалась не из терпеливых. Да только не ее он хотел. И злился не на нее. А ведь честно пытался оградить Полину от своего сегодняшнего настроения. Не повезло. Как специально попалась ему на глаза. Теперь только подначивала своей истерикой. Чем яростнее она сопротивлялась – тем сильнее ему хотелось ее взять. Пусть даже не аккуратно, да как угодно. И вроде маленькая и хрупкая, а дралась с ним так, будто в последний раз. Но когда он попытался ее поцеловать, а она за это пустила ему кровь – слетели последние тормоза.

Несмотря на все девичьи сопротивления, задрал край чертового платья и просунул руку к развилке красивых бедер, которые не давали ему покоя весь вечер. Ощутил, как в плечо впились острые ноготки, слишком приятно. Рванул за ткань белья, глядя в ее испуганные глаза, полные ужаса.

– Пожалуйста, нет, – закряхтела Полина, извиваясь в его руках, как змейка, лишь бы у него ничего не получилось.

А когда он добрался до горячего женского лона, его постигло настоящее разочарование – Полина была едва влажной, можно даже сказать сухой. Она не хочет его.

– Да чтоб тебя… – произнес он, заканчивая ядовитым матом.

И это когда его возбуждение стало по-настоящему болезненным. Грубая ткань джинс уже натирала и душила набухшую плоть.

– Твою мать, да как же тебя завести? – выпалил девчонке в лицо.

Зараза! Это же надо быть такой конченой недотрогой. Будто он и правда какое-то чудовище. Хотя, сегодня его не выдержала даже шлюха. Что уж говорить про какую-то неопытную девчонку. Пустила ему кровь, поцарапала щеку, укусила. Теперь тряслась вся от страха. Даже противно было – от самого себя.

– Убирайся, – сказал ей, толкая в сторону двери.

Полине даже не нужно было повторять – испарилась из его комнаты за три секунды. Все-таки сегодня и правда неудачный вечер. Остался без секса, да еще в который раз убедился, насколько же он отвратителен. Его покойная жена покончила с собой, лишь бы не быть с ним. Его не выносят даже продажные суки. А глупые девочки боятся, как огня. При том, что у него есть деньги, физическая сила и власть – а все равно будто нет нихрена. За деньги можно купить лишь фальшь, силой только все испортить, а власть… ею еще нужно уметь пользоваться.

Давление не работает. На Полине так точно. Она вообще выбивалась из числа остальных. Вроде наивная и безобидная, а порой как выдаст, что оставалось не только удивляться. Например, сегодня по-настоящему разозлила. Когда решилась подать голос и выбрала Макара. И эта злость отразилась на той девице, которую повел в спальню. А все из-за чего? Что какая-то малолетка не дается ему в руки? Смешно. А все равно притягивала. Почему-то был уверен, что с ней не будет, как с другими. Именно поэтому так опасался ее сломать, когда безвольных кукол вполне хватало. Ведь стоит ее слегка причесать, и уже выглядит так эффектно, что даже у его партнеров в глазах появлялся нездоровый интерес. Если осознает себе цену и научится повадкам стервы – погибнет не одно мужское сердце. Так что, с ней или менять тактику или гнать подальше от себя.

Это утро выдалось тяжелым. И даже не из-за похмелья – в целом. Хотя всю ночь без снов, которые порой заставляли просыпаться в холодном поту. Привел себя в чувства лишь при помощи душа. Затем спустился на завтрак и попросил привести к нему Полину. Но вместо нее появился Макар.

– Привет, – сказал ему тот, подходя к столу и забирая графин с водой, чтобы осушить сразу половину. – Фу, блин, ну и сушняк.

А видок такой, будто ночевал на помойке.

– Не удивительно.

– Полину не видел? – сразу спросил тот, невольно заставляя напрячься.

– Еще нет.

– В комнате ее тоже нет.

– В твоей или в ее?

– Нигде нет.

– А ты все еще рассчитываешь на что-то?

Макар ухмыльнулся, сразу понимая его с полуслова.

– А я так и знал. Ты ведь не отдашь девчонку мне, верно? Даже после ее вчерашней выходки.

– Угадал. Полина моя и точка.

– Да пофигу. Зато остаюсь при деньгах. Да и вообще сейчас меня больше интересует таблетка аспирина.

Вот и славно, что конфликт между ними даже не назрел.

* * *

Утром разбудил какой-то грохот. Но когда открыла глаза и увидела тетю Арину – успокоилась. Я на кухне, где пряталась всю оставшуюся ночь в надежде, что именно здесь никто не подумает меня искать.

– Прости, если разбудила, – сказала Арина. – Но мне нужно готовить. Может, пойдешь к себе?

Я села, замечая в окне первые лучи солнца для кого-то замечательного утра. Хотелось пить. А лучше всего застрелиться. Идти в свою комнату просто побоялась. Туда может завалиться Дмитрий или Макар, чтобы потребовать свое. Поэтому я легла обратно и устроилась поудобнее.

– Я побуду тут, хорошо? Вы мне не мешаете.

Кажется, я снова ненадолго задремала. Возможно даже проспала бы до вечера, если бы не начали трясти за плечо.

– Полна, вставай, – говорила Арина, за спиной у которой стоял Коля. – Дмитрий Николаевич ждет тебя в столовой, на завтрак.

Ну вот, приехали. Пришлось все-таки снова сесть. Сначала захотелось высказать свой протест, когда я даже не умывалась, не переодевалась и вообще. А потом решила на все плюнуть и поднялась с удобного кухонного диванчика. Разве что, по дороге все-таки взглянула на себя в зеркало коридора. И увидела настоящий кошмар. Да я выглядела так, будто мною всю ночь пользовались. Волосы в беспорядке, лицо помятое, тушь размазалась, так еще какие-то синяки на шее и на плечах. Ах, да, это от Дмитрия. В таком виде я и заявилась ему на глаза.

В отличие от меня, этот мужчина выглядел свежим. Он сидел за большим столом в гордом одиночестве. В белой рубашечке, причесанный, аккуратный. Прям бесит. Разве что один приятный момент – на правой щеке красовалось пару легких царапин от моих ноготков.

– Не успела привести себя в порядок? – спросил он.

– Да я как-то сегодня и не старалась. Доброго утра и приятного аппетита желать вам тоже не буду.

– Где ночевала?

– На кухне. Там вполне удобный диванчик.

– Уверен, что не такой удобный, как моя постель.

Вот опять он за свое. И это после сегодняшней ночи, от которой я до сих пор не могла отойти.

– Даже той блондинке так не показалась, которая бежала из вашей комнаты со всех ног.

Я всего лишь ответила, а он так посмотрел на меня, словно нанесла ему смертельное оскорбление.

– Обидел вчера?

– Да.

– Жаль, потому что хотел сделать приятно.

– Когда продавали друзьям? Или когда душили в своей комнате?

Дмитрий хищно ухмыльнулся, после чего вдруг встал. И ладно бы только это, так нет же – он подошел ко мне и остановился за спиной, заставляя сильно занервничать. Но когда я попыталась развернуться – уже обхватил рукой мое горло и сдавил так, что я не смогла пошевелиться, а мой затылок уперся в его торс.

– Ты очень дерзкая девочка, Полина, – сказал он, начиная поглаживать кожу. – И очень красивая.

А потом я ахнула, когда внезапно мужская рука устремилась мне в декольте, под платье, даже под белье, и пальцы резко сжали горошину соска. Я смогла схватить его лишь одной рукой, когда вторую он перехватил и сильно сомкнул запястье широкой ладонью. В итоге любое мое сопротивление оказалось бесполезным. Ведь как бы я не царапала его кожу, он все равно продолжал держать меня за грудь и мять ее, как свою собственность.

– Как же мне не повезло привлечь ваше внимание.

Он скользнул рукой вверх, задирая мою голову за подбородок так, чтобы посмотреть в глаза. Такой высокий, властный, кошмарно большой грубиян, который может свернуть мне шею в любую минуту.

– Можешь язвить сколько угодно. Но ты все равно будешь моей.

Сказав это, Дмитрий все-таки меня отпустил. А я даже не стала с ним спорить, когда сильнее всего захотелось оказаться от него как можно дальше.

* * *

Следующие несколько дней Дима решил дать Полине передохнуть. Он не звал ее к себе, а всех домашних попросил исполнять почти любые капризы его гостьи. Захочет выйти на улицу, в сад – выполнить. Захочет на обед что-то особенное – выполнить. А еще поставить в ее комнате букет белых роз – женщины такое любят.

За это время все равно было чем заняться. Заканчивались сроки по изготовлению очередной партии оружия. Снова проверки, тесты и контроль. Встреча заказчика с его желанием посетить завод. Опять просили нечто эксклюзивное. Но это были не все его заботы. В конце недели очередной день рождения. А как обычно, для него это не повод радости и праздника, повод, чтобы собрать в кучу нужных людей. Как говорил ему Никон Петрович, общение – важная составляющая любого бизнеса.

* * *

Всю неделю в этом доме происходило нечто странное. Сначала Дмитрий перестал меня трогать. Ни утром, ни вечером – никто не приходил. Даже под юбку ко мне никто не лез. Затем в комнате вдруг появились белые розы. А с ними небольшая открытка с интригующей надписью: «Для смелой и красивой недотроги». Но как к этому относиться я даже не представляла.

К выходным же и вовсе началась какая-то суета. Арина заказала огромный список продуктов. А на помощь к Ирме прислали еще двух девушек, которые принялись вылизывать весь дом.

– А что происходит? – спросила я у Ирмы.

– У Дмитрия Николаевича в субботу день рождение. Опять будет полный дом гостей.

Ну вот, пора было готовиться к работе. Я даже не удивилась, когда в субботу утром меня снова пригласили в салон, наводить марафет. В этот раз даже так старались, будто это у меня праздник. И снова я стала похожа на куклу – очень дорогую и неприличную куклу. Даже одели в золотистое платье, которое едва прикрывало задницу. И только накануне вечера Дмитрий решил напомнить мне о своем непосредственном внимании, когда лично зашел в комнату. Один его голодный, испепеляющий взгляд – и мне захотелось куда-нибудь провалиться.

– Хозяин доволен своей официанткой? – спросила, стараясь не смотреть на него в ответ, чтобы не сжечь глаза.

На нем были черные брюки и белая рубашка. Прям настоящий мужчина. Почти джентльмен, если бы только не был таким отвратительным. Я даже заметила, что уже привыкла к его внешнему недостатку, к этим необычным глазам и некрасивым шрама. Разве что к характеру привыкнуть было невозможно.

– А ты сегодня не будешь официанткой, – вдруг ответил он, подходя ближе, и тут попросил. – Повернись.

– Зачем?

– Уверяю, что не сделаю ничего плохого. Просто сделай это.

Хоть и без доверия, но я повернулась к нему спиной. И тогда мою шею обвило что-то прохладное, вызывая дрожь. Это была золотистая цепочка с необычным плетением и с красивым кулоном.

– Сегодня ты моя спутница, – внезапно услышала я.

– Вот как? И что же должна буду делать?

– Составлять мне компанию.

– Весь вечер?

– Да.

– И после?

– Желательно.

– Нет. Потому что в полночь я планирую превратиться в тыкву. И мне не важно, что у вас сегодня знаменательный день.

– Тогда давай ты не будешь его портить своим языком, – вдруг зарычал на меня мужчина. – Лучше бы нашла ему другое применение.

И почему я подумала про интимные ласки?

– Ладно! Я постараюсь. Но за себя все равно не отвечаю… если что.