Глава 8

Когда раздался громкий звук, Дима даже не сразу понял, что произошло. Сидя в кабинете вместе с Макаром, им пришлось выйти. И тут перед ними предстала картина – на полу валялись красные розы вперемешку с осколками белоснежной вазы. Розы, которые он подарил Полине.

– Ей что-то не понравилось? – спросил Макар, глядя на все это безобразие.

– Мне казалось наоборот.

– Значит, показывает характер, – произнес сын с ухмылкой. – Забавная девчонка, конечно. Теперь не удивляюсь, с чего ты на нее так запал.

– Молодая еще. Сама не знает, чего хочет.

– Тебе виднее. И что теперь – накажешь?

– Обязательно.

– Все, не рассказывай. А то захлебнусь от зависти, – ответил сын, вдруг став на долю серьезнее, что заставило обратить на него внимание.

Все-таки нравилась ему Полина. Это было видно. И он с удовольствием уступил бы сыну, если бы самого не скручивало от желания обладать этой недотрогой.

Но, несмотря на такой вызывающий жест, Дима не поспешил к Полине. Все эти выяснения ее поступка решил оставить на вечер. Все-таки пообещал, что она может отдохнуть. Поэтому тактично позвал ее составить ему компанию к ужину. И что же он увидел, когда девушка вошла в столовый зал – настоящий вызов.

Во-первых – она была ярко накрашена. А волосы взбиты, образовывая копну из спутанных локонов. Короткое черное платье, которым никто даже не собирался прикрывать такой пикантный ажур чулок, причем, будто намеренно порванных. И грудь в неприличном декольте почти вся напоказ. Она выглядела, как валютная проститутка девяностых. И это ее дерзкое поведение немного усложняло всю его затею.

– Что за вид? – недовольно спросил он.

– Я подумала, что вам, Дмитрий Николаевич, понравится. Вы же любите ночных бабочек.

– Но я никогда не ассоциировал тебя с ними.

– Сегодня мне так не показалось.

– Ты почувствовала себя шлюхой?

– Да. Очень даже выражено.

– Только вот, я не целуюсь со шлюхами и уж тем более не дарю им цветы.

– Значит, я для вас всего лишь особенная шлюха.

– Вот как? – произнес он, поднимаясь со стула.

Она все-таки заводила его даже в таком виде. А может быть особенно в таком, когда дерзила и отказывалась слушаться. А может даже это походило на какую-то ролевую игру. О, эта девочка точно сведет его с ума.

– Раз ты так настаиваешь на своей роли, – продолжил Дима, походя к Полине, которая в раз насторожилась. – Тогда ты должна кое-что уметь и охотно делать.

Встав прямо перед ней, он расстегнул брюки и вытащил наружу свой пульсирующий член, который уже рвался внутрь к этой недотроге, и не важно, в какое отверстие. Сама напросилась. Такая смелая – поначалу. И вдруг резко все изменилось.

– Нет, я не буду… – произнесла она, пытаясь отвернуться и отстраниться от него подальше.

Вот-вот и снова начнет паниковать, как тогда в его комнате. Только в этот раз он не намерен позволять ей срываться на подобные истерики, они это уже проходили. Да и не та ситуация – не тут уровень его сдержанности, который сейчас стремился к отсутствию. Поэтому, схватив ее за волосы на затылке, он вернул ее лицо обратно к себе.

– Я не спрашиваю. Просто возьми его, – произнес, прикладывая головку члена к ее мягким и красивым губам, окрашенным фиолетовой помадой.

Это был чертовский накал. Словно в первый раз. Еще чуть-чуть и начнет сводить скулы от напряжения. Ведь даже страх в этих испуганных девичьих глазах только подогревал, нежели заставлял одуматься. Эта дрожь во всем ее нежном теле – нечто совершенно особенное.

– Но я не умею, – попыталась она возразить, с каждым движением задевая чувствительную кожу.

И ведь сама поплыла. Это было видно по выражению юного лица, по искрам в затуманенных глазах, где плескался девственный интерес. Даже губы приоткрыла, все еще не решаясь сделать хоть какой-то шаг.

– Раньше этого не делала? – все же решил он выяснить, дразня ее губы мягким нажимом плоти.

А ведь для самого – настоящее испытание. Чтоб не спеша, без резких движений, лишь бы не отпечатать в ее памяти отвращение ко всему процессу – к нему самому.

– Нет, – выдохнула Полина, все-таки заставляя тихо выругаться.

– Здесь нет ничего особенного. Просто возьми его и обласкай так, чтоб я согласился исполнить любой твой каприз.

Похоже, тонкое предложение подействовало. Подняв к нему лицо, Полина разомкнула губы и аккуратно взяла его в рот. И вроде такая же влажная и горячая как остальные, а все равно какая-то особенная. Потому что начала не со знанием дела, отработанное на клиентах, а с деликатным любопытством. И с наглым вызовом в своих горящих глазах. Будто хотела сделать ему назло. Взяла его в руку и принялась исследовать, следя за реакцией. Облизала как мороженое, провела языком…

– А если я прикушу – тебе будет больно? – вдруг спросила.

– Смотря, с какой силой. Хочешь сделать мне больно?

– Очень, – ответила девочка, все-таки прикладываясь к его плоти зубами.

Но больно не было, наоборот – чертовски приятно.

– Тогда я не смогу исполнить твой каприз.

Это заставило ее задуматься и разжать зубы.

– Даже если я попрошу отпустить меня?

– Каприз – не желание.

– Хорошо. А если попрошу тебя… допустим – взять девственницу?

Ему показалось, что он ослышался. Даже замер, уставившись на эту ненормальную.

– Не понял?

– Ну, наверняка же есть такая услуга – лишить девственности какаю-нибудь… девственницу. Так купи такую, пригласи в дом, чтоб поближе с ней познакомиться, а потом сделай свое грязное дело.

Он откровенно опешил. И в первую очередь попытался понять – зачем ей это? Разве что – хочет отвести от себя его внимание. И это даже было хитро. Но вряд ли получится.

– Только если ты будешь на это смотреть, – ответил он, теперь замечая на ее лице тень своего изумления.

– Да не вопрос, – слишком быстро ответила девочка, будто вообще не подумала.

Но едва он собрался напомнить, что каприз еще нужно заслужить, как Полина сама проявила инициативу и снова вцепилась в его член. Это было даже волнительно, и все так же чертовски приятно. Да еще в голове то и дело пульсировали слова ее дерзкого предложения. Ненормальная. Даже от одной мысли о будущих планах начинало нещадно штормить. И дело не в самом предложении, а именно в Полине, которая не переставала его удивлять. Вроде никаких изощренных умений с ее стороны, а он вот-вот кончит. Но это вот-вот, казалось, кто-то собрался затянуть до бесконечности, будто специально. Когда напряжение внутри него начало приобретать болезненный характер.

Уже подумал сорваться: поднять ее и просто взять в любой позе. Но нет, он доведет это до конца. Схватив Полину за волосы, Дима чуть сильнее толкнулся плотью в ее рот. Но с непривычки она подавилась, ударяя его ладонью по ноге.

– Тише, – сказал то ли ей, то ли самому себе. – Просто расслабься и позволь мне закончить. Я буду максимально аккуратен, обещаю. Ты же хочешь получить свой каприз?

Это прозвучало убедительно. Так, что его сладкая девочка перестала сопротивляться и отдалась ему на растерзание, но только на своих условиях. Она тисками сомкнула влажные губы на его воспаленной эрекции и стала упираться языком в чувствительную головку, не пуская вглубь. И это добило. Заставило зашипеть от болезненного возбуждения, которому не было выхода. А потом она решила снова взять его в руки. Они сбились с ритма. И это стало последней каплей. Этот оргазм оказался таким мощным, что дрогнули колени – у него-то. Даже оглушило на пару секунд. И было крайне приятно – пачкать спермой этот девственный девичий рот, который уже давно сводил его с ума.

Да только насладиться сполна этой картиной не удалось. Едва услышав звук распахивающейся двери, Полина подорвалась на ноги и словно испуганный кролик попыталась отвернуться и куда-то спрятаться от чьих-то посторонних глаз. Ему невольно захотелось ее защитить, хотя бы укрыть на своем плече, даже от сына, так что рефлекторно обнял и прижал поближе, накрывая голову своей ладонью.

– Черт, – выругался Макар, меняясь в лице. – Неожиданно…

– Что-то срочное? – спросил Дима.

– Нет. Всего лишь разговор по делу.

– Подожди меня в кабинете.

Но, услышав это, Макар будто не собирался уходить. Словно остолбенев, он уставился на Полину, оглядывая снизу вверх так внимательно, что у Димы внезапно проснулось какое-то неприятно чувство, которому было лишь одно определение – ревность.

– Макар! – одернул он.

На что тот бросил ему в лицо как никогда недовольный взгляд и, прежде чем развернуться, недовольно ответил:

– Иду.

Похоже, им с сыном и правда есть о чем поговорить. Но это будет следующей задачей на сегодня.

– Все в порядке? – спросил он у своего милого кролика.

– Не знаю… Нет, – ответила та, пытаясь пальцами стереть с лица следы его удовольствия, да только сильнее все размазывала.

Взяв со стола салфетку, Дима принялся ей помогать, снова ощущая в себе такие непривычные порывы о ком-то заботиться.

– Зато я должен тебе твой каприз. И не только это.

– Тогда пожалуйста, не трогай меня хотя бы до того момента, вообще никак, – внезапно попросила она, почти как крик души. – Пусть это все тебе делает другая девушка.

Да, ее можно было понять – он слегка перегнул. Хорошо хоть не успел сорваться окончательно. Но как же иначе, когда Полина так хороша. Это заметил не он один – все его гости, собственный сын, даже прочие приближенные люди, которые присутствовали в этом доме.

– Хорошо, пока не трону, – пообещал он, вполне искренне. – Только ты сама выберешь для меня ту самую девственницу.

* * *

Сложно было поверить в то, чем именно я занималась весь день – я выбирала девушку для самого Дмитрия, по настоящим электронным резюме, которая прислала какая-то специальная контора. Пусть даже выбор был далеко не велик – всего три кандидатки. Именно девственницы, кто желал подороже продать свое самое сокровенное.

Первая – моего возраста, с русыми волосами, заплетенными в косу. Высокая, решительный взгляд. Студентка мединститута. Вторая – лет двадцати, явно крашеная блондинка, с веснушками. Чуть ниже и плотнее. Зато с пирсингом на языке и в носу. Такая современная девушка. И третья – двадцать один, стройная брюнетка, обычная, но чуть более симпатичнее остальных, какая-то более милее, что ли, или невиннее. Вот именно она мне понравилась. Но только хотелось, чтоб произвела впечатление и на Дмитрия.

Я вдруг подумала – еще тогда, когда он пообещал исполнить любой мой каприз – что это шанс подсунуть себе замену. Ведь, что во мне особенного? Да ничего. Может, просто насытился всякими там шлюхами. И тут я, неопытная по всем фронтам. Так почему бы не предложить ему альтернативу? Вдруг понравится кто-то еще так, что меня вообще перестанет замечать? А иначе… я просто свихнусь в этом доме под его необузданным натиском.

Все эти изменения, которые мужчина рождал во мне – вызывали внутри страшную панику. Что уж говорить, если я опустилась до минета для своего насильника. И мне это даже было интересно, а то и понравилось бы, если бы не пугало, что выбьет все зубы или порвет вдоль и поперек. Ведь я никогда не сталкивалась с подобным проявлением страсти, даже рядом не встречала. Словно какая-то агрессия на фоне алчного желания обладать любым способом. И это на самом деле жутко, когда сталкиваешься с подобным носом к носу. При том, что у меня совершенно не было выбора – остаться или уйти. Поэтому, я решила как-то себя спасать, самостоятельно. И все-таки – выбрала девушку номер три.

Нашу новую гостью звали Альбина, которую доставили к нам уже вечером следующего дня. Мы встречали ее вдвоем с Дмитрием. И что особенно радовала – все трое из нас были в курсе, зачем ее сюда пригласили.

– Добрый вечер, – произнесла девушка приятным голосом и с улыбкой.

И я сразу прониклась, ощутив внутри настоящую надежду. Она такая милая, скромная на первый взгляд. Волосы закручены в объемные кудри. И неплохая фигурка в белоснежном платье, которое выгодно обтягивало все изгибы. Пусть даже не такая пышная, как я, в некоторых местах, но даже при этом интерес Дмитрия читался в самых его похотливых глазах.

– Добрый, Альбина, – ответил он ей. – Спасибо, что не отказалась от нашего предложения.

– И вам спасибо, особенно за вашу щедрость.

О, я была готова расплакаться от счастья, видя это воркование.

– Пойдемте уже к столу, там все и обсудим, – попросила обоих.

Дмитрий перевел на меня взгляд и так внимательно посмотрел, будто что-то хотел сказать. А мне бы ни видеть его ни слышать, вообще больше никогда в жизни. Он перекомкал внутри меня абсолютно все. Теперь я плохо различала белое и черного, добро и зла, любовь и вожделение. Он как огромная глыба в моей жизни занимал все больше и больше пространства. И эта близость, что была между нами – она не давала мне покоя. Такая неправильная, порочная, отвратительно сладкая, что заставляла замирать на вдохе от одних воспоминаний. Но самое ужасное состояло в том, что я начинала привыкать к своему порочному монстру. Поэтому срочно! Срочно нужно было что-то с этим делать.

– Честно сказать, я сначала удивилась, что вас будет двое, – призналась нам Альбина уже за столом. – Вы женаты? Если можно такое спросить.

– Нет! – сразу выпалила я, пока кто-то не опередил.

Но Дмитрий не смог не вставить свое слово:

– Что, уже не любовь всей моей жизни?

Это прозвучало с настоящей издевкой. Ведь я сказала ему это на той злополучной вечеринке, когда выпила лишнего.

– Очень смешно… – ответила ему и сразу заткнулась на полуслове.

Не то, не та тактика. Буду с ним припираться, рыбка может сорваться с крючка. Быстрее всего и надежнее работает зависть, особенная женская, особенная по отношению к чужому мужчине. Поэтому, я пододвинулась ближе к нему и мечтательно ответила:

– Это только в моих грезах. Такому мужчине как вы… то есть ты, милый – невероятно сложно угодить. Именно поэтому я готова на все ради наших отношений.

Даже положила голову ему на плечо, чтобы спрятаться от этого настороженного, хмурного взгляда. И похлопала по другому плечу, что вышло несколько неуклюже. Зато сработало.

– Это так здорово, – обрадовалась Альбина. – Мне даже как-то неудобно вмешиваться в вашу пару.

– Да ну брось, мы хотим этого оба, – тоже поспешила я сказать. – Уже столько всего попробовали, что дальше и не знаем, чем еще себя развлечь.

Я даже не увидела – почувствовала, как лицо Дмитрия приобрело черты искреннего удивления.

– Ну ладно, уговорили, – произнесла девушка, у которой явно горели глаза от взгляда на Дмитрия, не смотря на некоторые его внешние изъяны.

Ведь он такой большой и сильный, и такой лапочка – когда молчит и не делает гадости.

– У меня остался только один вопрос, – спросила вдруг Альбина. – В постели мы будем все втроем или…

– О, нет-нет, – опять поторопилась я, уже хватая стакан с водой, чтобы промочить горло. – Только ты и он. Третий же всегда лишний, кто этого не знает?

Но пока я жадно пила, Дмитрий повернул голову и уставился прямо на меня. Чуть не подавилась.

– Ты ведь так жаждала на это посмотреть. Да, моя маленькая бунтарка? – вдруг произнес он.

И я все-таки подавилась. А когда начала кашлять, он так крепко ударил по спине своей лапищей, что у меня позвоночник едва не осыпался в трусы.

– О, я понимаю, – произнесла и Альбина, у которой на щеках появился легкий румянец. – Это так пикантно.

Господи, кто эти люди? Почему они в самом деле не могут обойтись без меня? А может и правда – вдруг получится от них сбежать, когда им станет откровенно не до посторонних зрителей. Главное, чтоб Альбина на самом деле понравилась Дмитрию.

– Извините, я отойду откашляться, – придумала предлог, чтобы оставить их наедине.

Пусть тут уже дальше сближаются как-нибудь сами.

* * *

Да, забавная выходила игра. Полина снова изворачивалась как змейка, лишь бы перекинуть его внимание на невинную особу. А ведь ему пришлось отвалить немаленькую сумму, чтобы эта девушка здесь появилась, согласная продать свою девственность. И он вполне был готов на это пойти – для Полины. Наказать ли ее или разжечь аппетит – без разницы. Как бы хороша ни была эта Альбина, все его мысли оставались с той, которая все это придумала.

Все-таки, он не мальчик пятнадцати лет, чтобы путаться в своих увлечениях. Полина этого не учитывала. Привыкла иметь дело со сверстниками. А ему только за радость подыграть ей. Это даже как-то бодрило.

– Как настроение? – спросил он у Альбины, когда они остались наедине.

– Волнуюсь, – ответила та со смущением.

– Давно на это решилась?

– Нет, месяца четыре назад.

– Деньги нужны?

– Да.

– Парень есть?

– Да, – снова ответила она с диким смущением.

– И как он на это смотрит?

– Он не знает, если честно. У нас такие… плавающие отношения.

– Не боишься меня? И вообще того, что между нами скоро произойдет?

– Боюсь, – честно призналась она.

И вот в паху уже что-то екнуло. Когда напомнило о другой девушке, которая куда-то пропала. А ведь это действительно взывало к мужскому естеству – обладать, чтоб первым и единственным, да хрупкой и нежной малышкой. Если бы не Полина – повелся бы. Сейчас точно понимал это, когда уже заклинило на такой девочке. Только у той еще характер. И фантазия на целое приключение.

– Это нормально. Выпей, – посоветовал он, наливая в ее бокал еще вина. – Расслабляет.

– Боюсь, что будет больно, – вдруг произнесла девушка. – Пусть даже я к этому готовилась по специальной методике.

– Тогда тебе не о чем волноваться, Альбина. Я не твой монстр и не собираюсь портить важный момент в твоей жизни. Просто говори, если что-то пойдет не так.

– Хорошо, – ответила девушка с искренней улыбкой.

– Я отойду, – сказал и он.

После этих слов Дима поднялся и отправился на второй этаж. Искать Полину даже не пришлось, та была в свое комнате – лежала на кровати, будто ее никто не ждал.

– Заодно решила отдохнуть? – спросил он, подходя ближе.

Полина села и тяжело вздохнула.

– Решила, что вы и без меня прекрасно справитесь.

– Без тебя ничего не будет. Это же твой каприз – не мой.

– Да, но ты желаешь, чтобы я при этом еще и присутствовала…

– Обязательно, – ответил он, не сдержав хищной улыбки.

– А она милая, правда? – вдруг спросила Полина его мнение. – Тебе понравилась Альбина?

– Понравилась. У тебя хороший вкус.

– Я старалась. Ладно, когда уже начнем?

– Дай девушке немного освоиться.

Полина прищурилась и произнесла очевидное:

– Какое бережное отношение. Интересно, почему так происходит именно к ней?

Хороший вопрос. Но озвучивать ответ Дима не стал, что для него это все всего лишь игра, простая роль напоказ.

– Ей просто повезло. А теперь поднимайся и пойдем обратно к нашей гостье, она ждет.