37. Ноа

Мой первый день в университете прошел лучше, чем я ожидала. Студенческая атмосфера будоражила: ее просто нельзя было игнорировать. Везде, куда ни посмотри, были парни и девушки. Они смеялись, прощались с родителями, вытаскивали мебель из машин и тащили ее в общежитие, возле которого стоял стенд с объявлениями о вечеринках, вечеринках и еще вечеринках.

Мне пришлось по душе расписание – там были только интересные предметы, а не «абсурдные» заумные вещи, которые мы изучали в школе (например, законы Ньютона или теорию государства). Я обожала литературу, любила писать и читать. И теперь я, наконец-то, очутилась среди людей, которые разделяли мои интересы. А преподаватели – кто-то больше, кто-то меньше – внушали страх и трепет.

Нужно признать, что иногда я любила проводить время наедине с собой. Вот и сейчас не хотелось ни с кем разговаривать. По крайней мере, ни с мамой, ни с Дженной, ни с Николасом, хотя причины, по которым я не желала общаться с бойфрендом, были особыми. Но порой, когда заканчивается определенный жизненный период и начинаешь все с нуля, видишь, что есть не только открытая дверь, но и множество окон.

Дженну я не видела с тех пор, как она помогла мне добраться до общежития. К тому же у нее были совершенно другие предметы: Дженна Тавиш решила изучать медицину (что меня не удивило, подруга призналась, что мечтала об этом с самого детства). Мы только переписывались. Она упомянула, что ищет соседку, которая была бы не против каждый месяц платить целое состояние за проживание в отдельной комнате. Это будет не очень сложно – богатых тут полно.

После занятий и знакомства с преподавателями, ребята из кампуса пригласили меня на ужин. Но я решила проверить пентхаус Ника: конечно же, следовало убедиться, что у котенка достаточно еды, а также забрать вещи, которые я перевезла туда раньше. Однако сначала я медлила и пыталась отложить мероприятие, поскольку знала: мне будет очень грустно и одиноко. Тем не менее я поняла, что надо сделать это до возвращения бойфренда и решилась.

Поднявшись в пентхаус, я взяла вещи, необходимые для комфортного пребывания в общежитии на первое время. Но я боялась, что не выдержу и останусь здесь, поэтому действовала быстро. Хотела избежать соблазна послать все к черту и вернуться к жизни со своим парнем.

Мне не потребовалось много времени, чтобы собрать вещи, вытащив их из чемоданов, однако когда я топталась у двери, предположила, что возвращаться в общежитие уже поздно. Зная, что просто обманываю себя и нужно перестать цепляться за то, чего у меня не будет, по крайней мере, сейчас, – я улеглась в постель Ника. Перекатилась на его сторону и обняла подушку, вдыхая аромат бойфренда, которым обладал только он и который вызывал в моем теле мгновенные реакции.

Мобильник пискнул. Я получила сообщение.

Видимо, ты решила не отвечать на мои звонки. Поговорим, когда вернусь. Доброй ночи, Рыжая.

Я вздохнула.

Все казалось странным. И было таким из-за меня. Я почувствовала тяжесть в груди. Может, набрать его номер и признаться, почему не хотела с ним разговаривать? Надеюсь, Ник поверит, что я просто спала и ничего не слышала. В итоге я сунула мобильник под подушку и закрыла глаза в надежде отдохнуть.

Звонок в дверь разбудил меня утром. Немного дезориентированная, я огляделась, чтобы проверить, где нахожусь. В конце концов вскочила с кровати, запутавшись в одеяле и едва не упав.

Через полминуты я добралась до двери. Открыв ее, наткнулась на гигантский букет роз.

– Вы Ноа Морган? – спросил меня парень из службы доставки, его лицо было скрыто за впечатляющей цветочной композицией.

– Д-да, – ответила я.

– Это вам, – сказал он, делая шаг вперед.

Я позволила ему войти в пентхаус, ошеломленная увиденным. Парень положил внушительный букет на стол в гостиной и достал из заднего кармана брюк блокнот с квитанциями.

– Если вы распишетесь здесь, я буду вам благодарен, – любезно попросил он.

Я сделала это, и когда он ушел, залюбовалась розами. К горлу подступил комок. К ленте была приколота записка, и, читая ее, я изо всех сил сдерживалась, чтобы не расплакаться.

Мы оба знаем, что обычно я против такой безвкусицы, Рыжая, но я люблю тебя всем сердцем! Когда я вернусь, мы начнем нечто новое и совершенно особенное. Жить с тобой – это то, о чем я мечтал еще с тех пор, как мы начали встречаться, и через год я, наконец-то, достиг, чего хотел. Надеюсь, твой первый день в университете был великолепен, и мне жаль, что меня не было рядом! Я бы с удовольствием посмотрел, как ты затыкаешь за пояс преподавателей.

Увидимся через несколько дней. Люблю тебя.

Ник

Я побежала в спальню, взяла телефон и набрала номер Николаса.

– Привет, милая, – весело поздоровался он.

Я вернулась в гостиную и села на подлокотник дивана, глядя на потрясающие цветы. Они были прекрасны, небесно-голубого оттенка, который напоминал мне глаза Ника.

Я даже не представляла, что бывают такие розы.

– Ты сошел с ума, – сказала я дрожащим голосом.

В динамике послышался шум уличного движения.

– Тебе понравились цветы?

– Безумно! Они прекрасны, – ответила я, желая броситься в них и спрятаться от всего.

– Как прошел первый день в университете?

Я сообщила Нику, чем занималась, но не стала говорить об общежитии и о соседке. Если честно, мне было тяжело все это скрывать, поэтому хотелось прервать разговор, прежде чем Николас меня раскусит.

– Мне пора, не хочу опоздать на занятия, – выпалила я и замолчала.

– Кажется, с тобой что-то не так, но не понимаю, в чем дело? Может в том, что я тебя не предупредил и не помог с переездом… или из-за Софии? Прости, Рыжая, когда я вернусь, то все исправлю, о’кей?

Я быстро попрощалась с ним и сунула мобильник под диванную подушку. Я чувствовала себя ужасно: ведь я солгала Нику, а вдобавок стану причиной его огромного разочарования, когда он обнаружит, что мы не будем жить вместе.

Ненавидя себя, я поспешно оделась, оставила вдоволь корма и воды Н и выволокла свои вещи из пентхауса. Когда я заперла дверь, то ужаснулась: что же Ник почувствует, когда вернется и не увидит меня?

У меня есть несколько дней, чтобы придумать план.

Следующие два дня я провела погрузившись в учебу и общение с однокурсниками. С мамой я разговаривала только раз, да и то только потому, что она угрожала появиться в кампусе, если я буду ее игнорить. Мы ничего не решили, между нами все было по-прежнему, и я знала – так будет продолжаться довольно долго, до тех пор, пока я не почувствую себя способной простить ее за шантаж.

Я сидела в столовой и болтала с Дженной, которая наконец нашла соседку. Девушку звали Эмбер, она работала в компьютерной компании и совмещала работу с занятиями. Теперь ей придется как-то выживать рядом с Дженной, а ведь это не слишком просто.

– Когда вернется Ник? – спросила подруга, пока я доедала салат.

– Завтра вечером, – ответила я с набитым ртом. Не хотелось продолжать разговор.

Дженна с веселой улыбкой наблюдала за мной: почему-то мое положение казалось ей смешным.

– Он в курсе, что ты переехала в общежитие?

Я оторвалась от тарелки и угрюмо уставилась на нее.

– Когда прилетит, тогда ему и скажу. И хватит о нем, ладно, Дженна? Так что у вас запланировано вечером, напомни еще раз…

Дженна закатила глаза, но охотно дала ответ.

– У ребят из моей группы будет вечеринка – посвящение первокурсников в братство. Кстати, сегодня несколько тусовок, но на медицинском факультете круче всего, Ноа. Я буду развлекаться в окружении симпатичных будущих врачей, которые понимают, что именно медицина – будущее человечества, а вовсе не физика или литература… без обид, конечно, – добавила подруга, когда я недобро посмотрела на нее.

– Ладно, я составлю тебе компанию, но уйду до полуночи, нужно подготовиться к встрече с Ником.

Дженна рассмеялась, собрала книги и встала из-за стола.

– Увидимся через пару часов, надень самое красивое, что у тебя есть, Ноа! – Дженна подмигнула и удалилась, виляя бедрами, причем все мальчишки в столовой оборачивались, чтобы посмотреть на нее.

Одинокая Дженна – это что-то новенькое: с тех пор как мы познакомились, она всегда была с Лионом. Но до него наверняка была очень свободолюбивой.

В отличие от вечеринок, которые я посещала в течение года (а их устраивали в особняках с частными пляжами, которые принадлежали богачам), на этой я, пожалуй, смогу пообщаться с нормальными людьми. В университете учились ребята, приехавшие их всех уголков страны. Я никогда не чувствовала себя непринужденно в окружении миллионеров, никогда не была одной из важных персон – и не являюсь сейчас. Хотя мама настаивала на обратном, мне нравилось думать, что это не так. В общем, сейчас я наконец-то смогу вписаться.

Найти Дженну не составило труда. Она сидела с Эмбер в общей кухне, где гремела музыка, и потягивала пиво. Я удивленно захлопала глазами, когда обнаружила лучшую подругу с бутылкой «Будвайзера» в руке. Хотелось сфотографировать ее, чтобы предъявить улику позже, но Дженна показалась мне настолько взволнованной, что я удержалась от ехидных комментариев и дурацких действий.

– Ноа, – проговорила она.

Я подошла к Дженне. Она грохнула бутылкой об стол, вскочила и обняла меня так сильно, что перехватило дыхание.

Я посмотрела на Эмбер, которая показалась мне немного чокнутой, как раз в стиле Дженны, хотя и более сдержанной, если так вообще можно выразиться. Она радостно приветствовала меня, а затем переключилась на какого-то парня и принялась соблазнять его, призывно улыбаясь.

Вскоре я перепробовала несколько сортов пива, на это не ушло много времени, но я вроде бы еще держалась на ногах. Мы с Дженной и Эмбер перебрались в гостиную. Комната, из которой заранее убрали мебель, превратилась в танцпол. Здесь собралось около пятидесяти пьяных студентов. Музыка грохотала и практически оглушала. Дженна потащила меня за собой и принялась танцевать. Эмбер куда-то пропала вместе с мускулистым парнем, на которого положила глаз.

– Мне нужно сделать перерыв, Дженна! – закричала я и расхохоталась, когда девчонки начали визжать, услышав хит. – Я на кухню!

Дженна кивнула, на самом деле даже не обратив внимания на мои слова, и продолжила танцевать.

В гостиной была адская жара. Я поморщилась и провела рукой по лбу. Когда добралась до кухни, увидела выпивающих ребят.

– Эй, новенькая! – окликнул меня какой-то парнишка. – Предлагаю тост за красоток!

Все ребята, которые были на кухне, отсалютовали мне стаканами со спиртным и что-то приветственно проорали. Я рассмеялась, быстро пробралась к окну, где было чуть тише. Но я не смогла вытащить телефон, чтобы проверить, который час: передо мной появился парень, который говорил тост минуту назад.

– Ты наверняка хочешь пить, – беззаботно сказал он, протягивая мне стакан с янтарной жидкостью.

– Не думаю, что текила избавит меня от жажды, но спасибо, – ответила я, повертев в руках стакан и приступая к дегустации. Алкоголь обжег горло, и я вздрогнула от отвращения.

Парень ухмыльнулся, но я поняла, что он не хотел меня обидеть.

– Как тебя зовут? – спросил он, взял пустой стакан и наполнил его водой.

– Ноа, – ответила я, чувствуя, как кружится голова. Не нужно было пить последний шот – пива уже достаточно.

– Я Чарли, – дружелюбно представился он. – Мы вместе слушаем лекции по литературе, не знаю, помнишь ли ты меня, я обычно засыпаю на заднем ряду.

Я оценила комментарий Чарли и сказала, что, похоже, видела его на занятиях.

– Что привело тебя сюда? Это ведь не фестиваль в честь Шекспира. Хотя ясно, что естественники намного веселее, чем любители чтения, верно?

Я расслабилась, убедившись, что он определенно гей.

– Моя подруга изучает медицину и пригласила меня на вечеринку, – объяснила я, пожав плечами.

Чарли, кажется, получал удовольствие, разговаривая со мной, и следующие десять минут мы провели непринужденно болтая и обсуждая предметы и однокурсников. Я обрадовалась, что завязала дружбу с кем-то из моего потока. Мне ведь совсем не нравилось сидеть одной и обмениваться со студентами лаконичными приветствиями и прощаниями.

Я громко смеялась, когда мы обсуждали одного преподавателя, как вдруг на кухню вошел какой-то парень, который так и уставился на нас с Чарли.

– Отлично, видишь чувака? – Чарли насторожился.

Я кивнула, наблюдая, как парень злобно пялится на нас.

– Не обращай внимания на то, что он скажет.

У меня не было времени ничего спросить: незнакомец быстро направился к нам.

– Ты чего творишь, придурок? – рявкнул он, обратившись к Чарли.

– Вот что я имел в виду, – прошептал Чарли.

Я улыбнулась.

– Эй, веди себя прилично, здесь леди, – добавил Чарли и посмотрел на парня.

– Мне надоело с тобой нянчиться, слышишь? Что ты пьешь?

Я недоумевала. Я даже хотела уйти, но теперь было уже поздно. Я покосилась на Чарли: он худощавый блондин, немного выше меня. А другой парень оказался выше нас обоих почти на голову, но тоже блондин с темно-зелеными глазами. По-моему, он хотел быть где угодно, но только не здесь, в окружении подростков-первокурсников. Я заметила, что явно старше всех собравшихся на вечеринке.

– Я пью воду, идиот, – ответил Чарли.

Высокий парень не поверил, вырвал стакан из его руки и поднес к носу, чтобы понюхать.

Чарли прищурился и покачал головой.

– Если ты перестанешь рычать, как бешеный пес, я смогу познакомить тебя со своей новой подругой. Ноа, это мой брат Майкл. Майкл, это Ноа.

Но Майкл даже отдаленно не заинтересовался мной, более того, я не сомневалась, что он посмотрел на меня с презрением, словно я была плохой компанией для Чарли или вообще чем-то неприемлемым.

Прежде чем я успела хоть что-то сказать, раздался сигнал моего мобильника. Я извинилась и вышла на улицу через заднюю дверь кухни. Сердце остановилось, когда я увидела пятнадцать пропущенных звонков от Николаса.

Когда его имя опять появилось на экране, я сразу же ответила на вызов.

– Ник…

– Ноа, где ты?