41. Ноа

Следующие три дня я не видела Ника. Мы поддерживали связь, разговаривали по телефону по ночам, он писал мне сообщения, которые заставляли меня краснеть прямо на занятиях, но мы не смогли найти время, чтобы встретиться.

Поэтому я гуляла с Дженной. Мы еще не посетили студенческую дискотеку, но возле университета было несколько отличных баров, если, конечно, приехать до ажиотажа, когда уже просто невозможно найти столик.

Итак, мы с Дженной и Эмбер, ее соседкой по комнате, встретились в модном заведении «Рэйс». Мы успели вовремя, поэтому весело проводили время за одним из лучших столиков. Какие-то парни играли в бильярд в нескольких метрах от нас и всеми силами старались привлечь наше внимание. Три студентки-красотки. Этого уже достаточно для того, чтобы захотеть пофлиртовать.

Эмбер не преминула сказать, что влюбилась в одного из них, рыжего, худого, немного неуклюжего, но довольно симпатичного. Я посмеялась, ведь за пять секунд в ее голове смонтировался целый фильм.

– Думаю, первенца мы назовем Фредом, знаете, я обожаю книги про Гарри Поттера и уверена, что наши дети унаследуют рыжие волосы от своего отца…

– Подойди и скажи ему, что придумала имя вашего первого ребенка. Он будет счастлив, – подбодрила ее Дженна, которая не переставала пить и строила рожицы всякий раз, когда на нас посматривали представители противоположного пола, что случалось ежеминутно.

– Эй, Ноа, тут есть кое-кто, кто не сводит с тебя глаз, – заметила Эмбер, игнорируя Дженну и поворачиваясь ко мне.

Я повертела головой, ожидая увидеть Ника.

Но встретилась взглядом с совершенно другим парнем, который действительно таращился на меня, как и сказала моя новая подруга. Высокий и светловолосый молодой человек ловко управлялся с бильярдным кием, будто был прирожденным игроком. Самое странное, что он показался мне знакомым. Я перестала глазеть на него и сосредоточилась на своих спутницах.

– Может, он в моей группе, но я его плохо помню, – призналась я, пожав плечами.

Дженна нахмурилась и принялась беззастенчиво наблюдать за парнем.

– Я видела чувака. Вроде бы в университетском кафетерии, в корпусе биологии, и уверяю вас, он не первокурсник. Более того, думаю, он преподаватель… Эх, может, он читает лекции на вашем курсе, Ноа…

Неужели? Ну, нет.

Я украдкой поглядела на парня. Он сосредоточился на игре, наклонился над столом и указал на какой-то шар, и я осмелилась повнимательнее посмотреть на него. Нет, он никакой не профессор, слишком молод, хотя и не настолько, чтобы быть первокурсником. Я попыталась напрячь мозги, чтобы понять, почему он кажется мне знакомым, но безуспешно. Вскоре мы оставили эту тему и продолжили болтать о пустяках.

– Девчонки, может еще выпьем? – спросила Дженна через некоторое время.

Я согласилась, но добавила, что мне нужно в туалет, улучив момент, когда очередь туда немного рассосалась. Чтобы добраться до дамской комнаты, следовало пройти мимо бильярдного стола. Я уже и забыла думать о таинственном типе, поэтому, когда он перехватил меня на полпути и заставил остановиться, я опешила.

– Привет, – поздоровался он, с любопытством взирая на меня.

– Привет, – сказала я, посмотрев на парня и запоздало вспомнив, где могла его видеть: мы столкнулись на вечеринке, на которую я ходила вместе с Дженной, в ту ночь, когда Ник вернулся из Сан-Франциско и забрал меня в пентхаус.

– Прости, не хочу быть назойливым, но, по-моему, ты была с моим братом несколько дней назад на вечеринке, верно?

– Да, и у нас общие лекции, – ответил я.

Он кивнул. Я не помнила его имени, но не забыла, что на вечеринке он выглядел жутко сердитым и пребывал в плохом настроении.

– Я хотел попросить тебя об одолжении. Мой брат умеет исчезать и не подавать признаков жизни. Если заметишь его на занятиях, передай, чтобы он позвонил мне, ладно? Это важно.

Я согласилась, а парень вытащил из кармана бумажник и принялся в нем копаться.

– Понимаю, я прошу слишком много, но не знаю никого, кто посещал бы вместе с Чарли лекции… Если ты когда-нибудь поймешь, что он ведет себя странно или не слишком хорошо себя чувствует, позвони по этому номеру, – добавил парень с тревогой и вручил мне визитку.

– Конечно, не волнуйся, – ответила я охотно. – А он в порядке?

Чарли мне нравился, не хотелось потерять такого друга. Благодаря ему в последние дни я снова стала смеяться и почувствовала себя беззаботной. У него всегда было безоблачное настроение, и он постоянно подшучивал над всеми, даже над собой, без всякого зла.

Брат Чарли сдержанно улыбнулся. Похоже, ему не хотелось продолжать разговор.

– Тебе не о чем беспокоиться, – кратко сказал он, однако таким теплым и дружелюбным тоном, что я улыбнулась и пошла дальше, пробираясь к туалету.

По пути посмотрела на визитку, и у меня волосы встали дыбом.

Майкл О’Нил

психолог / психиатр

(323)634-7721

Вскоре мы вернулись в общежитие. Я устала, но не могла перестать думать о том, что сказал мне брат Чарли. К тому же мне как раз нужно к психологу. Ник попросил меня сделать это для него, и я согласилась, хотя не хотелось открываться незнакомцу, сообщая о давних страхах и привязанностях. Мне вообще нелегко рассказывать о личных проблемах кому бы то ни было. Но я понимала, что кошмары продолжаются, а боязнь темноты мешает повседневной жизни. Тянуть с визитом к специалисту, конечно, нельзя, но мне не нравилось, когда кто-то анализировал меня, судил или называл сумасшедшей. Мама однажды попыталась мне помочь: я даже посетила в детстве психолога, но жутко разрыдалась в его кабинете. В итоге мать сдалась и просто купила лава-лампу, поставив ее возле моей кровати. Но, разумеется, кошмары были чем-то относительно новым, возникшим после того, как мой отец умер.

Я забралась в постель и принялась вертеть в пальцах карточку. Это какой-то знак? Майкл казался хорошим человеком и, самое главное, не был слишком взрослым, это вселяло в меня уверенность: ведь сеансы могли проходить как обычная дружеская беседа. Но сначала я хотела поговорить с Чарли, кроме того, нужно выяснить, почему его брат беспокоится о нем, хотя поведать новому приятелю о своих проблемах я еще не решилась.

А вдруг если я начну откровенничать, Чарли испугается и постарается убедить меня, что старший брат не будет для меня классным психологом?

Тем не менее в итоге я решила связаться с Майклом и расспросить его о терапии.

На следующий день в перерыве я позвонила ему. Рассказала о проблеме, не вдаваясь в детали. Майкл, в свою очередь, заявил, что он один из психологов кампуса. Он добавил, что работает в университете два года, и пригласил прийти на консультацию. О Чарли ничего не было известно. Он не появлялся на лекциях, хотя я заметила, что парень обычно не посещает занятия по утрам.

Несмотря на сильную нервозность, я почувствовала некоторое облегчение, сделав маленький шаг вперед. Теперь оставалось только подождать и посмотреть, как я буду продвигаться и почувствую ли себя комфортно, общаясь с профессионалом своего дела.

После лекций я заглянула в университетский кафетерий. Желудок сжался, я ужасно волновалась, поэтому просто выпила кофе и решила полистать учебник. Атмосфера здесь была слишком оживленной, поэтому я выбрала самое уединенное место.

Через некоторое время меня посетило странное ощущение. Казалось, все чувства резко обострились, а волоски на коже встали дыбом. И действительно, спустя полминуты в кафетерий зашел Ник! Я оторопела… В одной руке он держал одноразовый стаканчик кофе, на плече висела сумка – наверняка с «Макбуком». Но, что хуже всего, не только я узнала о его прибытии. Пятеро девушек за соседним столиком сразу перестали болтать и стали бесстыдно пялиться на Николаса.

Я огляделась, внимательно наблюдая за студентами (мое место можно было назвать привилегированным из-за хорошего обзора), и сообразила, что практически все в кафетерии глазели на моего бойфренда. Ник прошел по залу и сел рядом с парнями, которые встретили его приветственными похлопываниями по спине.

– Боже мой, какой красавчик! Серьезно, увидев его, я уже себя не контролирую, – громко призналась одна из девушек за соседним столиком.

Я сразу напряглась.

– Он мой будущий муж, поэтому хватит на него пялиться, дорогая, – фыркнула другая, и все расхохотались.

Я понимала, что Ник не невидимка. Он безумно привлекателен. Как же он прекрасен и сексуален: брюки обтягивали его бедра, футболка облепила торс, подчеркивая мускулистые руки… Но и это еще не все: он нацепил очки для чтения, которые так невероятно заводили меня… кстати, я думала, что он носил их только дома, но ошибалась.

Захотелось вскочить из-за стола и заорать, что он мой, но я сжалась на стуле, продолжая наблюдая за парнем со своего «обзорного пункта». Выходит, я изначально заняла выгодное место и могла видеть собственными глазами, как Николас ведет себя, когда меня нет рядом.

Если честно, он, казалось, совсем не обращал внимания на приятелей. Ребята что-то шумно обсуждали, а он уткнулся в ноутбук и полностью сосредоточился на своем занятии. Две девушки подошли к его столику, провокационно покачивая бедрами. Одна что-то тихо сказала Нику, он поднял взгляд и улыбнулся. Во мне все закипело.

– Должен же у него быть хоть какой-то недостаток, – сказала девушка, назвавшая его красавчиком.

– Единственный его недостаток состоит в том, что он трахает все, что движется, я бы никогда не хотела такого бойфренда. Хотя, если бы он очутился передо мной, я бы впала в ступор и вела бы себя как полная идиотка!

Словно услышав ее реплику, Ник внезапно поднял голову, и его глаза встретились с моими. Пусть я вела себя глупо, но я уже минуту назад захотела, чтобы он заметил меня. Теперь-то я посмотрю, что он будет делать сейчас, когда обнаружит меня на его территории, где все только и делали, что говорили о нем.

На его губах появилась лукавая улыбка. Я продолжала пристально глядеть на Ника.

– Эй, он таращится на нас, – заявила девчонка, сидевшая в компании своих приятельниц, и все они захихикали как дурочки.

Ник встал, взял ноутбук, стаканчик кофе и, не отрывая от меня взгляда, направился к моему столику. Все девушки в кафетерии, похоже, остолбенели.

Я принялась листать книгу, а сама ждала дальнейших действий Николаса. Он отодвинул стул и сел рядом со мной.

– Привет, – сказал он и снова с грохотом передвинул стул.

Я подняла голову. Теперь Ник сидел прямо напротив меня, мы оказались лицом к лицу, мои ноги почти касались его коленей.

Девчонки за другим столиком ошеломленно глазели на нас.

Ну а я смотрела на него и чувствовала, как бабочки порхают в животе. Я ничего не могла с собой поделать, это случилось бы с любой женщиной: присутствие Ника резко активизировало гормоны.

– Привет, – ответила я немного смущенно: он привык к женским взглядам, но я никогда не смотрела на него вот так, как сторонний наблюдатель. Надо сказать, сейчас для меня многое прояснилось. Я услышала то, что о нем говорили, кроме того, необычным было увидеть Николаса в университетской обстановке. Вероятно, раньше, когда нас видели вместе, окружающие не особо громко обсуждали Ника и меня, иначе я бы не удивлялась так, как сейчас.

Но теперь я поняла, что целая очередь девчонок запросто выстроится перед Ником. И каждая будет с нетерпением ожидать, когда я облажаюсь, чтобы занять мое место.

«Единственный его недостаток состоит в том, что он трахает все, что движется, я бы никогда не хотела такого бойфренда».

Я уткнулась носом в книгу. Я была взвинчена и чувствовала, что все смотрят на нас. Мне не нравилось слушать, что люди говорят о Николасе, как о легкомысленном, поверхностном красавце-мачо.

Ник был чем-то гораздо большим, чем просто физически привлекательным.

– Какой радушный прием, сэр, – выпалил он, подкалывая меня.

Я посмотрела на него и насупилась.

– Не знал, что у тебя сегодня занятия и ты будешь здесь. Могла бы и предупредить.

Девушки опять принялись болтать и смеяться и уже начинали бесить меня.

– Я не собиралась приходить, но, увы, нужно сдать эссе. Поскольку мы не живем вместе, у меня уйма свободного времени.

Он мрачно уставился на меня, что невольно напомнило мне, как многого я лишилась из-за того, что мы не жили под одной крышей.

– Я не подозревала, что ты так популярен, – сказала я, меняя тему, не желая снова ввязываться в дискуссию.

Ник покосился на компанию девчонок за соседним столиком. Ну а мне не хотелось даже смотреть на них.

– Ревнуешь? – тихо спросил он.

Я предпочла не отвечать, просто склонилась над столом и схватила его за футболку, чтобы притянуть к себе.

– Думаю, здесь собралась куча людей, которые понятия не имеют, кто я такая, – призналась я.

Глаза Ника пробежали по моему лицу, а на соблазнительных губах нарисовалась хитрая улыбка.

– Нет ничего плохого в том, что ты заявляешь права на то, что принадлежит тебе, любовь моя.

Его слов было достаточно. Наши губы слились в восхитительном поцелуе. Тишина, наступившая за столиком, где расположились девчонки, помогла мне расслабиться. Я хотела лишь его поцеловать, но у Ника, похоже, были другие планы. Он усадил меня к себе на колени, не отдаляясь ни на сантиметр. Затем буквально ворвался в мой рот языком и еще крепче прижал меня к себе.

Я уже не видела посетителей кафе. Мы наверняка вызвали всеобщий интерес, но никто, конечно, не решался встать и подойти к нашему столику. Ник прикусил мою нижнюю губу, потянул ее и вновь поцеловал, словно запечатывая нашу любовь.

Я немного отстранилась и увидела в его глазах счастье и одновременно возбуждение.

– Я люблю демонстрировать любовь на публике, – признался он, лаская мою поясницу.

Я вздрогнула, а он продолжил меня ласкать. Вдруг я ощутила какую-то плотную ткань на его руке.

Я нахмурилась, взяла Николаса за руку и обнаружила белую повязку на его запястье.

– Что с тобой случилось? – ужаснулась я.

Николас колебался несколько секунд, а мое беспокойство нарастало.

– Ничего, не волнуйся.

Образ Николаса, вступающего в очередную драку, появился перед внутренним взором, я принялась искать другие следы насилия, но на лице парня не было ни царапины. Я изучила его кулаки – никаких синяков.

– Почему у тебя повязка на запястье, Николас? – сурово спросила я, меняя тон голоса.

Он откинул голову назад, и на его губах появилась улыбка, которую я не сумела толком интерпретировать.

– Только не злись, ладно, Рыжая?

Я сдвинула брови и потрогала его запястье.

– Что ты наделал? – спросила я, и в голове затрезвонил тревожный будильник.

– Посмотри сама, – сказал он, призывая меня снять повязку.

Я сделала это, не теряя ни секунды, и обнаружила свежую и четкую татуировку.

– Боже мой! – хрипло воскликнула я.

Ник ухмыльнулся.

– Вряд ли нужно вечно скрывать такой шедевр.

Я изучила татуировку. На гладкой, но чуть припухшей коже Ника красовалась написанная моим почерком чернильная надпись: «Ты мой».

– Скажи, что это не татуировка, – умоляла я. Мое сердце билось как безумное.

– Ты действительно думала, что я позволю стереть надпись? – ответил он, с гордостью глядя на запястье.

– Ты спятил, Николас Лейстер! – воскликнула я. Меня обуревали самые разные эмоции. Татуировка, это навсегда, знак на коже, который всегда будет напоминать ему обо мне… Два слова требовали многого от него – и от меня.

– Ты была выгравирована на мне задолго до того, как я сделал это тату, – начал Ник, намекая на выбитый узел в виде восьмерки, который был у нас обоих. – А теперь у меня есть еще одно напоминание, которое будет со мной всегда, Рыжая. Но не придавай татушке большего значения, чем она имеет.

Но я сильно испугалась. «Ты мой» – звучит очень ответственно. Несмотря на объяснения Николаса, у меня сдавило грудь.

– Мне пора, – объявила я, поднимаясь, но Ник удержал меня.

Он прищурился и серьезно посмотрел на меня.

– Ты злишься, я не хотел, чтобы ты сердилась, – недовольно пробормотал он.

Я помотала головой. Внезапно у меня перехватило дыхание, и я срочно захотела выбежать на улицу. Я заметила, что Ник ждет моей реакции.

– Татуировка – это на всю жизнь, Николас, – сказала я, сглотнув ком в горле. – Ты пожалеешь, что сделал ее, я знаю. Вдруг однажды она станет твоим плохим воспоминанием, призраком, который преследует тебя? Ты пожалеешь и возненавидишь меня, поскольку она будет напоминать обо мне, даже когда ты не хочешь.

Николас заставил меня замолчать быстрым поцелуем. Бойфренд казался очень нежным, но я чувствовала его напряжение и твердость губ.

– Иногда я не знаю, что с тобой делать, Ноа, правда.

Он взял ноутбук не глядя на меня и ушел так же внезапно, как и появился.

Черт… я ранила его чувства?

В ту ночь я не могла уснуть. Недовольный, обиженный взгляд Ника был причиной бессонницы. Я чувствовала себя виноватой. Я неправильно себя вела, неверно отреагировала. Наконец-то я поняла, что нужно поговорить с кем-то о своей скованности.

Надо, чтобы кто-то помог мне стать той, которая необходима Нику.

Утром у меня был первый сеанс с Майклом О’Нилом.

– Расскажи о себе, Ноа. Почему ты думаешь, что тебе требуется помощь?

Консультация Майкла оказалась не такой, как я себе представляла. В комнате не было ни кушетки, ни загадочных «психологических» предметов, ничего подобного: мы находились в простом кабинете с письменным столом в углу, тумбочкой и двумя темными диванами с уютными светлыми подушками. Шторы были открыты, теплые солнечные лучи проникали сквозь широкое окно. Майкл предложил мне чай и печенье, и я чувствовала себя так, будто мне пять лет.

Я выложила ему все: про детство, отношения с отцом и проблемы с матерью. Я вовсе не хотела раскрывать секреты на первом сеансе, но Майкл был настолько подкован в получении информации от пациента, что я даже не заметила, как разговорилась. Я поведала ему о том, как выпрыгнула из окна, спасаясь от побоев отца, и о сильном страхе темноты.

Рассказала ему, что чуть более года назад мне пришлось покинуть дом и переехать в Лос-Анджелес, а также упомянула Ника. В конце концов, я же пришла из-за бойфренда.

– Значит, у тебя есть парень? – уточнил Майкл, переставая писать в блокноте.

Я кивнула, беспокойно ерзая на диване.

– А какие у вас отношения?

Сеанс пролетел незаметно. Мне даже не хватило времени: я могла сообщить Майклу гораздо больше.

– Послушай, Ноа, первый сеанс нужен для того, чтобы я лучше узнал тебя, но мы не добрались до деталей… Я бы хотел, чтобы мы встречались два часа в неделю. Из всей твоей истории я понял, что тебя весьма беспокоит никтофобия^[6], но проблема поправима с помощью терапии. Ты удивишься, но у многих людей есть такой же страх, не следует этого стыдиться.

Я хотела возразить: ведь мне просто не нравился свой психический блок, когда свет гаснет. Однако я решила промолчать. Пока мне было не совсем ясно, помог ли мне Майкл, но я чувствовала себя комфортно, и это было очень важно.

Майкл встал и проводил меня до двери.

– Было приятно познакомиться с тобой, Ноа, я очень надеюсь, что сумею тебя поддержать.

Я улыбнулась ему в ответ. Мне становилось спокойно уже от его манеры общаться и того, как он смотрел на меня. Думаю, Майкл настоящий профессионал.